Кролик. Пасхальный Кролик

Клоя хотела открыть глаза, но не могла... Ее ресницы затрепетали - и она осталась в полудреме, отчасти слыша своих друзей, отчасти погружаясь в глубокий сон. - А почему она... - Что произо... - Когда... - Как мы теперь можем... - Мы не потеряем ее? Только одного голоса Клоя не слышала - того, кто всегда молчал. Он накрыл ее руку своей теплой ладонью, и Клое почудилось, что сердце у нее вырывают из груди. - Не могу поверить, что это случилось, - всхлипнула Зубная Фея, очнувшаяся от яда Кромешника. Яд вышел из нее черной дымкой, когда Кромешника убил Сокол. - Она не погибла, - успокоил ее Северянин, хмуря густые белые брови. - Она всего лишь погружена в летаргический сон. Пасхальный Кролик тяжело вздохнул. Во всем виновата эта мерзкая Дафна! Он сам видел, как она, убегая с поля битвы, коснулась Клои своим волшебным жезлом, и как дух любви мгновенно упал на землю. Уже сутки минули после битвы с темными хранителями, а Клоя так и не очнулась. Наверное, Дафна применила опасную магию, погрузив сестру в столь глубокий сон. Тогда разъяренный Песочник, верно, убил бы Дафну, вот только та исчезла вместе с главными духами, оставив лишь своих злобных помощников. Разобравшись с адскими гончими, морами и обсидианами, хранители направились в свое тайное убежище, которое негласно считалось домом всех - конечно, мы говорим о ледяном дворце Северянина. На Север ни один злой дух, кстати, соваться не рисковал, а потому дом Северянина был признан самым безопасным. - Она оживет, - глубоким голосом произнесла Марра, впрочем, не слишком сочувствуя Клое и Песочнику. Она все еще оставалась злой хранительницей, несмотря на пробудившиеся к Гектору чувства. - Это простое заклятье, ведь, по сделке, заключенной однажды между Луноликим и Тенями, ни один дух не способен убить своего родича, брата ли, мать ли, отца ли... Узы крови не позволяют убивать. Пасхальный Кролик кивнул: он слышал о таком договоре, а Северянин вообще присутствовал при этой сделке, но еще в те давние времена, когда он был духом Холода и Стужи. - Но как долго она будет пребывать в таком состоянии? - нахмурился Орел. - Никто точно не знает. Есть особые условия, при которых она очнется. Только мы их не знаем, - задумчиво почесал подбородок Северянин. В глазах Ледяного Джека стояли слезы. Он чрезвычайно привязался к Клое, ведь она была такой красивой, доброй, веселой. Но мальчишка не хотел выказывать своей слабости: он смотрел в пол, чтобы никто не видел, как болит и сострадает его душа. А Сокол холодно взирал на все своими алыми кровавыми глазами. Он явно переменился, что внутри, что снаружи, но все еще остался на стороне добра. - Вокруг нее - волшебный щит, так что не бойтесь, с ней ничего не произойдет, даже если мы оставим ее одну, - сказала Марра, переглянувшись с Северянином. - Есть только один способ узнать о средстве, что излечит ее. Мы должны переговорить с Норнами. Зубная Фея подскочила. - С Норнами?! С духами судьбы и рока? - она замахала руками, словно Марра сморозила какую-то глупость. Ее радужные перья засверкали в противоположность черным перьям на теле старой подруги. Сейчас обе хранительницы казались духам светлым и темным отражением друг друга. - Нет! Ты, верно, все еще хочешь нам смерти? - Не исключено. - Что-о-о?! Пасхальный Кролик быстро обнял Марру за талию, хотя она и покосилась на него недовольно. - Девочки, что вы творите, - пристыдил он обеих, - ведь мы же вместе, мы - одна команда, как и прежде. - Я вообще не знаю, что здесь делаю, - фыркнула Марра. Песочный Человек взглянул в ее желтые дикие глаза. И, когда Марра встретилась со взглядом, столь похожим на ее собственный - только не янтарным и жестоким, а золотым и мягким, она впервые устыдилась. - Мне жаль, что ты потерял ее, - сказала она и положила руку на плечо. Песочник улыбнулся, хотя его лицо было печально. Марра вспомнила его в своей прошлой жизни. Она уже поняла, что ее жизнь делилась на понятия "до" и "после". Он сочувствующе посмотрел ей в лицо, в изменившиеся, жестокие глаза, и бросил что-то. Марра едва поймала предмет, раздала руку... Это были наручи. Наручи погибшего Гектора. По щеке прокатилась серебристая слезинка, и, схватив губами ненужный воздух, Марра шепнула: - Спасибо, Песочный Человек. Я этого не забуду. - Другого выхода нет? - спросил Сокол, мерцая рубином своих новых глаз. Северянин покачал головой. Ледяной Джек не понимал, что это за Норны такие, раз все так переживают по их поводу - но решил сейчас ни о чем не спрашивать. - Брат... - неловко сжался Ворон. Славный воин был покрыт ранами: его длинные черные волосы, гладкие, как зеркало, обрамляли бледное лицо. - Мы не можем остаться с хранителями. Мы должны вернуться к нашей работе. Северянин печально кивнул, а Зубная Фея почувствовала, что в груди у нее что-то оборвалось. Как? Они уйдут? - Вы уходите, - ровно сказал Сокол. - Я не нужен вам для защиты источников: пока что вы справитесь и без меня. Туффиана подняла радостный взор на Сокола, и от нее не укрылось, что и он, волнуясь, покосился на нее. - Мы не можем, - растерялся Орел. - Ведь ты один можешь соединить живую и мертвую воду и пробудить ее силу! - Но мы за все время нашей жизни ни разу не пользовались моим даром, - отмахнулся Сокол. - А здесь друзьям нужна моя помощь. Я приду к вам, только вот отпустите меня сейчас. Ворон всплеснул руками. - Что с ним сделаешь, - проворчал он нервно. Орел усмехнулся. - Друзья... Да, они стали нам почти родными. Как тут не помочь семье? - воин помолчал, а затем улыбнулся. - Оставайся, брат. Ты к ним прикипел душой. - Я же вернусь к вам, - оправдывался Сокол, виновато поблескивая глазами. - Знаем. Пасхальный Кролик впервые за все время почувствовал себя счастливым. Любимая рядом. Друзья - живы, да еще и Сокол, его добрый приятель, остается в составе Хранителей. Но, что самое главное, у Гектора появилась надежда: а может, в Марре еще есть добро? Может, та прежняя Амаранта скоро исчезнет навсегда?... Он смотрел в окно, на небо, и луна, тусклая и бледная, вдруг на мгновение вспыхнула прежним светом. Гектор вздрогнул, но Луноликий вновь скрылся за ликом своей лживой копии. Но теперь Гектор знал: осталась надежда. Луноликий жив. КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ.