Last January

12 января 2014

Кёнсу сбился со счёта, в очередной раз благодаря за поздравления. Он даже не знал всех этих людей, возможно, они пришли по делам, но он не просил праздника. Он участвует в вечеринке своего же дня рождения, которую закатил отец, просто потому что вынужден. Ну и, конечно, ради компании, которую он унаследует в будущем. Более того, он хочет исправить свои отношения с отцом. И вот он стоит с вынужденной улыбкой и лицом, показывающим всем полное отсутствие интереса. Его взгляд блуждал по залу в поисках единственной фигуры, хотя глубоко в сердце он знал, что Чонин не придёт после того, как они поругались. После того, как Чонин сказал, что сделает предложение Юре. После того, как он сказал, что влюбился в Юру. Может было бы лучше, если бы это и был кто-то ещё…но это Юра. Его младшая сестра. И хуже всего, что Кёнсу всё еще надеется, что младший придёт. Часть него всё еще скучает по присутствию Чонина. Часть него всё еще скучает по той сладкой улыбке, по его нежным прикосновениям, загорелой коже. Кёнсу даже скучает по запаху алкоголя, которым разило от губ младшего каждый раз, как тот напивался. - Кёнсу оппа, - весёлый голос позвал его по имени. И до того, как повернуться, Кёнсу уже знал, кому принадлежал этот голос – Юра. Человек, которого хотелось избегать сейчас больше всех. - С днём рождения, оппа! Я люблю тебя, - сказала Юра, обнимая его. - Я тоже тебя люблю, - пришлось выдавить из себя улыбку ещё один раз. Из-за этого на душе становилось ещё хуже, как он мог ненавидеть собственную сестру? Даже если немного? Что за брат он такой? Этот вопрос его раздражал. - Где Чонин? – спросил Кёнсу, заметив, что девушка пришла одна. - Он сказал, что у него какие-то важные дела…в общем, я хотела тебе кое-что рассказать, - кровь прилила к щекам девушки, окрашивая их в идеальный красный. - Что же? Кёнсу уже знал, что в тот момент, когда Юра ответит на его вопрос, это разобьёт его сердце на миллион маленьких осколков. И он оказался прав. Момент, который Юра озвучила с полным восхищением: - Чонин сделал мне предложение, и мы скоро поженимся! Это был момент, когда Кён почувствовал, будто его сердце вырвали из груди. Мир вокруг него остановился со всеми людьми, что там были. Он чувствовал пустоту и…ничего. Ощущение, что его заперли под куполом, и он ничего не мог сделать, чтобы выбраться. Его загнали в ловушку из боли, с которой он не мог справиться. Разбитое сердце было бы лучше, его хотя бы можно починить, но его сердце…там пустота. Сердце не было больше разбитым, оно было пустым. - Оппа, ты меня слушаешь? – Юра уставилась на брата. Кёнсу посмотрел на неё, изо всех сил подбирая правильные слова, он правда хотел бы сказать ей, как рад за неё…но слова становились жёсткими у него во рту. - Оппа, - она сжала его ладонь. - Мне нужно в уборную. Поговорим позже, ладно? – парень одарил сестру лёгкой улыбкой и понёсся прочь к выходу до того, как она смогла бы что-то ответить. - Куда ты спешишь, Кёнсу? – перехватил его почти у дверей отец. - Мне нужно в уборную, пап. - Попридержи коней, вечеринка начнётся очень скоро, - заявил мужчина. Сразу после этого он услышал голос ведущего. - Леди и джентльмены, настало время для того, чтобы именинник задул свечи. Кёнсу слегка кивнул и медленно прошёл к центру комнаты под пристальными взглядами, контролирующими каждый его шаг. - Держи себя в руках, Кёнсу, - бормотал он сам себе, чувствуя, как подкашиваются ноги. Когда он дошёл до огромного торта с 20 свечами, свет приглушили, и всё начали петь. «Happy birthday to you» «Happy birthday to you» «Happy birthday to you» Кёнсу все ещё стоял. Пытаясь запечатлеть и запомнить этот момент, эту боль. - Задувай свечи. Кёнсу кивнул и натянул улыбку. Он дул воздух до тех пор, пока последняя свеча не потухла. - Загадывай желание. Он прикрыл глаза, и калейдоскоп из воспоминаний обрушился на него. Он помнил свой прошлогодний день рождения. Он помнил, как счастлив он был. Он помнил Чонина. Это было очень простое празднование, но такое значимое для него. Он раскрыл глаза и увидел Юру, стоящую среди других с широкой улыбкой на лице и кольцом на пальце. И становилось ещё больнее, стоило представить, что его сестра выйдет замуж за человека, которого он любил больше всего на свете. Его ночной кошмар становился явью. Но он бы и не подумал когда-то, что это настолько больно. Юра украла у него единственного человека, которым он восхищался и которого любил. Кёнсу прошептал: - Я бы хотел умереть. Толпа зааплодировала. Они не знали, что он только что пожелал.

***

Стоило ему зайти в туалет, как слёзы градом посыпались из его глаз. Он запрокинул голову, уставившись в потолок, чувствуя себя просто отвратительно. Парень слышал каждый шаг за дверью и зажал рот рукой, чтобы никто не смог услышать, как он плакал или умолял боль остановиться. Но затем кто-то постучал в дверь, зовя его по имени жёстким тоном. - Кёнсу. Он всё еще стоял, мечтая оказаться где-то в другом месте, но тот человек снова начал стучать в дверь и звать его. - Кёнсу, я знаю, что ты там. - Кёнсу. - Это папа. - Я знаю, что ты слышишь меня. Кёнсу, ты знаешь, что ты мой единственный сын. Ты наследник компании, ты не можешь опозорить свою семью, - чётко произнёс мужчина. Кёнсу без колебания открыл ему дверь. - Что же такого я сделал, чтобы ты чувствовал себя опозоренным? – продолжал плакать он. - Ты скоро вступишь в брак по рассчёту, - парировал в ответ мужчина, даже не взглянув на сына. - Что? – Кёна отбросило назад от утверждения отца. - После этого и твоя сестра, Юра, тоже сможет выйти замуж. - Какого хрена ты вообще решаешь, что мне нужен фиктивный брак? – по голосу чувствовалось, что в парне растёт гнев. - Ты думаешь, я не знаю? Ты думаешь, я ничего не вижу? Думаешь, я растил сына, чтобы тот стал геем и опозорил свою семью? – и на эти словах мужчина ударил кулаком в стену. - Как ты узнал? – Кён был в шоке ещё больше, чем до этого. - Послушай своего отца, ты бу… - Ты всегда забираешь у меня тех, кого я люблю, пап? Сначала мама, теперь Чонин. Я всегда чувствовал себя одиноко после вашего развода. Потом в моей жизни появился Чонин, я смог вновь почувствовать счастье. Почему ты так поступаешь со мной? И…почему это должна была быть Юра? Какого хрена ты вообще творишь, отец? – Кён повысил голос. - Если бы твоя мать тебя любила, она бы сейчас была здесь с тобой, тебе так не кажется? Она бы не оставила тебя. А Чонин что, ты думаешь он тоже тебя любит? Ты думаешь люди не будут осуждать тебя и твою семью? Почему ты не можешь просто послушаться папиных слов? –и с этими словами мужчина покинул уборную. Кёнсу повалился на колени, бил кулаком по полу, пока слёзы продолжали катиться по его щекам. Боль становилась уже невыносимой, и в этот момент он должен был знать точно, любит его Чонин так же, как и он его, или нет. Заметка автора: Ожидание. Какого это чувствовать себя в режиме ожидания? Особенно, когда ждёшь, что тебя полюбят в ответ. Ожидая счастье, кажущееся невозможным. Ожидая чего-то, что не должно случиться. Ожидая чуда. Какого это? Какого это выяснить, что кто-то твоей крови помолвлен с тем, кого ты так сильно любишь? Какого это быть на месте Кёнсу? Какого это быть осуждённым собственными родителями? Тем, кто подарил тебя жизнь. Когда это осуждение исходит от посторонних людей, всё можно проигнорировать, но, когда это твои родители, ты не можешь претвориться глухим и отвернуться. Но почему любовь к кому-то делает из тебя грешника? Почему неправильно любить того, кто, наоборот, даёт чувство правильности? Я верю, что любовь является в разной форме. Даже если не все могут принять это. Разве это не жестоко? Заставлять кого-то разлюбить другого человека? Жестоко осуждать кого-то за их недостатки, когда мы сами не идеальные. Для таких как Кёнсу, любовь – это что-то, делающее их безнадёжными. После долгого пребывания в одиночестве Чонин пришёл к нему, как ангел. И опять же, какого это, когда кто-то даёт тебе конфетку и забирает до того, как ты успеешь её съесть? Какого это в дальнейшем для Кёнсу потерять Чонина? «Я не могу сказать тебе, не могу сказать тебе за всех людей. За всю мою жизнь ты был единственным человеком, к которому я мог обратиться. Единственный, на кого я мог рассчитывать, что ты поймёшь меня. Сейчас, теряя тебя, я теряю всё.» А если бы его отец знал? Если бы его отец знал, что видит своего сына живым в последний раз, изменилось бы его мнение? Он бы так же наговорил Кёнсу столько болезненных слов? Разве достоинство важнее, чем счастье? Чем семья? Чем тот, кого ты любишь? Мы всё ближе приближаемся к смерти Кёнсу, ждите продолжения.