Heartbeat

– Неплохо мы повеселились, да? – шепнул с улыбкой Ким, моя посуду. Чонгук кивнул, принимая тарелку и тут же вытирая ее полотенцем, чтобы потом поставить в навесной шкаф. – У меня кружится голова... – Ты много выпил, хён, – заметил альфа. – Ты тоже! Но по тебе даже не видно, что ты пьян! – возмутился омега. Чонгук хмыкнул. – Да будет тебе известно, я пил впервые в жизни. Конечно, меня тоже унесло. Просто я этого не показываю. – Так мой Чонгук-и тоже пьяный? – хихикнул старший, наклонившись и чмокая Чона в щеку. – Не представляешь, как, хён, – тихо произнёс Чонгук, дернув омегу на себя и прижимаясь к мягким губам поцелуем. Ким выпустил из ослабевших пальцев тарелку, прикрыв глаза и ответив на поцелуй. Чонгук уложил одну ладонь на талию Кима, а вторую устроил на щеке омеги, поглаживая кожу большим пальцем. – Вы тут как, справляетесь? – на кухню заглянула мама, и пара тут же оторвалась друг от друга. – Может, я сама помою? – Мы сами справимся, мам, – со смехом произнес Тэхён, улыбаясь и возвращаясь к раковине. Женщина лишь покачала головой, улыбнувшись, и вышла из кухни. Тэ с Чонгуком продолжили мыть посуду, негромко переговариваясь. Тэхён разложил футоны и потянулся. Он почти протрезвел, пока помогал убираться, и чувствовал себя вполне отлично. Омега огляделся, но Чонгука рядом не наблюдалось, и Ким двинулся на его поиски. Альфа обнаружился на улице. Тэхён улыбнулся, желая уже позвать младшего в дом, но заметил в его руках телефон и замолк, подойдя ближе и остановившись за спиной альфы. – Да, мам. Нет, не понимаю, почему ты позвонила мне и кричишь уже пятнадцать минут, – голос Чонгука был абсолютно спокойным. Тэхён нахмурился. – Что ты хочешь услышать? Я все тебе сказал. Мне нравится здесь. Да, его семья хорошо меня встретила. Мы уже говорили об этом. Я - эгоист? Ладно, тебе виднее. Я не собираюсь с тобой ругаться. Спокойной ночи, мам, – Чонгук сбросил трубку и положил телефон в карман, продолжая смотреть вперёд пустым взглядом. Тэхён закусил губу и протянул руку, желая уложить ее на чужое плечо, но альфа неожиданно дернулся вперёд и со всей дури впечатал кулак в растущую рядом яблоню. Ким ошарашенно вскрикнул, заставляя альфу обернуться, и тут же подскочил к нему, глядя на окровавленную ладонь. – Что ты творишь?! – выдохнул испуганно Тэхён, пытаясь поймать взгляд альфы. – Чонгук! Младший посмотрел на него и глухо кинул: – Я устал, хён. Пошли спать. – Подожди! Чон молча двинулся к дому, и Ким поспешил за ним, обеспокоенно глядя в ссутуленную спину. – Чонгук... Они вошли в дом, и на встречу вышла мама, охнув тут же: – Что у вас произошло?! – Все... Все хорошо, мам, – произнес Тэхён, приобняв альфу за плечи. – Чонгук ударился. – Как так можно удариться?! Ладно, быстро поднимайтесь наверх, пока отец не увидел. Аптечка в ванной, на полке, – поторопила их женщина, бросив на альфу обеспокоенный взгляд. Тэхён потянул послушного младшего наверх. Они зашли в ванную, и Ким тут же закрыл дверь, усадив альфу на бортик ванной. Он достал аптечку и положил на стиральную машину, открывая ее и пытаясь отыскать перекись, хоть что-нибудь, чтобы Чонгуку не было больно. – Давай... Давай сначала промоем, – хрипло произнес Ким, собрав мысли в кучу. Сердце до сих пор колотилось от испуга за альфу, но Тэхён взял себя в руки и подвел альфу к раковине, включил кран, настроив теплую воду, и сунул под воду раненую руку, осторожно смывая кровь. – Я испугал тебя, прости, – тихо произнес Чонгук, и Ким поднял на него глаза. – Ты не виноват, – покачал головой Тэхён. – Как... Как ты? – Я устал, хён, – тихо кинул Чонгук. – Так сильно устал. – Ты ведь... Не про обычную усталость? – спросил шепотом Ким, выключая воду и осматривая ладонь. Все костяшки сбиты в кровь, пальцам тоже досталось. Омега поджал губы и взял антисептик, щедро полив ладонь альфы. Тот поморщился, но не издал ни звука, продолжая наблюдать за манипуляциями старшего. – Мне так надоело постоянно выслушивать от матери, какой я плохой сын, – глухо начал альфа. Тэхён взял зелёнку и принялся мазать ранки, молча слушая младшего. – Я сбежал от нее в Сеул, но она и там меня достает. Она и здесь звонит мне и продолжает говорить, говорить, говорить, какой я плохой, что я ее бросил ради какой-то омеги, что мне плевать на семейные традиции. Тэхён закусил губу и поднял глаза: Чонгук выглядел таким... Опустошенным. Он вдруг наклонился и уронил голову на плечо омеги. – Я... Так устал... – Ким застыл, распахнув глаза. Ему же не показалось? Он и правда это слышал? Чонгук плакал. – Чонгук-и... – протянул тихо омега, а после крепко обнял альфу, прижимая к себе, баюкая, словно маленького ребенка. Чонгук, по сути, и был ещё тем маленьким малышом, о котором забыли родители. Он отчаянно плакал, прижимаясь к Тэхёну и не понимая, почему родители поступили так. Почему они плевали на него столько лет? Почему отец забыл о нем и лишь присылал деньги, будто они смогли бы заменить его? Почему мать постоянно попрекает его в том, что он бросил ее, уехав в Сеул? Почему? Тэхён зажмурился, ведь у самого глаза были на мокром месте, продолжая поглаживать подрагивающую спину младшего. Как же горько он плакал... Вскоре альфа затих, изредка шмыгая носом. Тэхён осторожно отстранил его от себя, стараясь не смотреть на покрасневшее лицо, и ласково шепнул: – Я перевяжу тебе ладонь, и мы пойдем спать, хорошо? Тебе нужно отдохнуть, Чонгук-и. Альфа молча кивнул, опустив голову. Тэхён достал бинт и осторожно обмотал ладонь альфы, а после спрятал аптечку обратно и осторожно поднял альфу, придерживая за плечи. – Идём, Гук-а, – они вышли из ванной и двинулись в сторону спальни Тэ. – Тебе нужно переодеться, – Тэхён достал спальные штаны и футболку альфы, протянув ему, а после взял свои вещи и ушел в ванную переодеваться. Когда он вернулся, Чонгук потеряно сидел на кровати, глядя на свои руки, сложенные на коленях. – Давай ложиться, Чонгук, – мягко произнес Тэхён. Младший молча кивнул, даже не подняв головы, и Ким подошел ближе, сев перед альфой на корточки и взяв ладони Чона в свои. – Чонгук, все хорошо, слышишь? – произнес Тэхён, заглянув в глаза младшего. – Ты постоянно все держишь в себе, это просто был... Всплеск. Ты терпеливый и молчаливый, ты очень долго терпел. Это все равно бы произошло. И я рад, что я был рядом, когда тебе было плохо, потому что я не хочу, чтобы ты один все это переживал. Ты можешь мне довериться, понимаешь? Чонгук молча кивнул и хрипло попросил: – Хён, ты можешь сегодня поспать со мной? Тэхён молча кивнул и встал, чтобы выключить свет. Комната погрузилась в темноту, и Тэхён подошёл к альфе, который встал, собираясь лечь на футон. – Не нужно. Думаю, мы поместимся на кровати. Чонгук молча кивнул и посторонился, пропуская омегу. Тэхён сдернул плед с постели, кинув его на один из футонов, откинул одеяло и лег к стене, ожидая альфу. Тот тут же улёгся рядом, накрывая их обоих одеялом. Они лежали в тишине около минуты, а после Тэхён тихо шепнул: – Иди ко мне. Альфа молча подвинулся и уложил голову на грудь омеги. Тэхён тут же обнял его одной рукой, а другой принялся перебирать мягкие волосы. Он задумчиво смотрел в потолок, слушая ровное дыхание альфы, который быстро отрубился. Сам Тэхён заснул не сразу, думая обо всем и ни о чем одновременно. Он все больше хотел посмотреть в глаза матери Чонгука и высказать все, что он думал о ее воспитании.

*

Тэхён сонно зевнул и открыл глаза, моргая. Первое, что ему бросилось в глаза - их переплетённые пальцы, лежащие на подушке. Они что, так и проспали всю ночь? Тэхён задумчиво окинул взглядом их средние пальцы, на которых красовалось по кольцу. Это подарок Чонгука на день рождения. Тэхён не представлял, сколько альфа отдал за эти кольца, потому что на внутренней стороне колец были выгравированы их имена. У Чонгука имя Кима, а у Тэ имя младшего. И Ким правда был в восторге от такого подарка, хоть и говорил, что альфа зря тратил деньги и вполне мог купить что-нибудь дешевле. Чонгук лишь пожал плечами, сказав, что он увидел такие кольца в интернете и просто захотел купить такие им, но не упомянул, что потратил на них две свои зарплаты, которые он откладывал на университет. Тэхён улыбнулся и подвинулся ближе к лежащему к нему лицом младшему. У него было такое умиротворённое лицо. Тэхён вспомнил вчерашние слезы альфы и его пустые глаза. Ким просто надеялся, что больше никогда не увидит этой пустоты в черных глазах. Старший осторожно погладил большим пальцем запястье альфы и вытащил ладонь, охая и разминая пальцы. Чон даже не дернулся, продолжая негромко сопеть с приоткрытым ртом, и Тэхён не сдержался, прижавшись губами к щеке младшего. Тут он и подал признаки жизни, открывая сонные глаза. – Хён?.. – сонно пробубнил он, моргая. – Прости, я разбудил тебя, – с улыбкой произнес омега. – Ничего страшного. Уже завтра будет новый год, представляешь? – со вздохом кинул Чонгук, а после сел в постели, потягиваясь и недовольно глядя на перемотанную ладонь. – Давай ещё полежим? – предложил Тэхён, зарываясь носом в подушку. – Нет, хён, пора вставать, – мрачно произнес альфа, тяжело вздохнув и глядя вниз. Опять. Ну сколько можно?! – Я первый в душ. Тэхён молча кивнул и перевернулся на другой бок, накрываясь одеялом чуть ли не с головой.

*

Тэхён болтал с бабушкой, держась с ней за руки, пока Джин помогал маме с завтраком, а остальное семейство сидело в зале, громко обсуждая программу про горилл, идущую по телевизору. Чонгук же тихонько сидел в углу кухни, задумчиво глядя на пустую строку поисковика. Он не знал, как задать вопрос, который мучил его уже второй день. Он поджал губы и все же вбил: "Причины утренней эрекции." Писать такое было жутко хотя бы потому, что он раньше с этим словом не сталкивался. Он не думал об омегах или сексе, упаси боже, поэтому и проблем у него никаких не было. Он попросту этим не интересовался. Но почему сейчас началась эта фигня? Он кликнул на первую ссылку, подняв глаза с подозрением, но никто не смотрел в его сторону, и он снова опустил глаза. Четыре причины, почему ваш дружок с утра стоит в полной боевой готовности. Чон поморщился. Начало хуже некуда. 1. Член встает, потому что мозг недоглядел. 2. Это просто скачки гормонов. 3. Это что-то вроде утренней зарядки для отдельно взятой части тела. 4. Это не спонтанная, а рефлекторная эрекция: он потерся о простыни во сне и возбудился, сам того не осознавая. Первое Чонгук отмел сразу, а после, подумав, и третье. Оставалось второе и четвертое, но, прочитав больше об этом, Чонгук остановился на том, что его организм отреагировал на близость омеги, на что раньше не реагировал просто потому, что омег у Чонгука не было. Только что теперь с этим знанием делать, альфа не знал. Он оставался здесь до второго числа, после чего собирался обратно в Сеул, ведь у него начиналась работа. Тэхён обещал приехать чуть позже, ведь хотел подольше побыть с родителями перед началом учебы. И как ему, спрашивается, ночевать с Тэхёном ещё две-три ночи? Чонгук заметно помрачнел и закрыл все вкладки. Просто замечательно. Он уже представил все это в деталях, и ему заранее было страшно. – Чонгук, идём за стол, завтрак готов, – с улыбкой произнесла мама Тэ, а после пошла звать остальных. Чонгук встал и сел рядом с Тэхёном, который, все также увлеченно разговаривая с бабушкой, взял альфу за ладонь под столом. Чонгук хмыкнул и сжал ладонь Тэ в ответ, успев заметить чужую мелькнувшую улыбку.

*

После завтрака они собрались всей семьёй и пошли гулять по городу. Походив везде, где только можно, останавливаясь у магазинчиков и ресторанов, они по дороге домой зашли в продуктовый и накупили две тележки продуктов, чтобы встретить новый год, сидя в гостиной у телевизора с едой и напитками. После, вернувшись домой, они принялись готовить. Самых младших выгнали гулять с друзьями, а вот более старшие в лице Чонгука и Тэхёна не отвертелись от готовки. Мама Тэхёна учила альфу готовить, стоя рядом и контролируя, и у того неплохо получалось, Тэхён с бабулей (ну обожали они друг друга и ничего не могли поделать) мариновали рядом курочку и думали, как ее впихнуть в духовку, ведь она была огромной, мужчины протирали бокалы и тарелки, успевая смотреть программу про рыбалку по телевизору. А позднее, собравшись в гостиной в кругу семьи, пробуя глинтвейн и курицу, над которой так старались Тэхён с бабушкой, смеясь и подшучивая друг над другом, они встретили новый год. Чонгук же, сидя рядом с привалившемся к его боку Тэхёном подумал, что здесь он себя чувствует, как дома. Как будто семья омеги - его семья.