Болван

      На корабле с Вашты время шло иначе — и дело было не просто в ощущениях от перекосов аномалии чёрной дыры и её влиянии на организмы, но и в том, как сталкивались несколько Измерений на горизонте событий. Время текло неправильно, нарушая темпоральные законы и порождая хаос в этой точке пространства. Хаос множился на эмоциональный нестабильный отклик запертых в ловушке гуманоидов, двух Повелителей времени и двух ментально-активных форм жизни, пускай одна из них всё ещё была заперта в симбиотической связи с кораблём и протоколом Контуров Баньши, а другая лишилась коммуникационного и ментального функционала. Всё это расшатывало структуру, пускало ментально-темпоральные ряби, и пока Вселенная не могла справиться естественным путём с нарывом в этой точке.       «Пока что». — Изз сделала вдох. Она закинула голову чуть назад, разглядывая грязные своды лаборатории, и мысленно призналась самой себе: не было ни дня, чтобы после решения выйти наружу, её не беспокоило творящееся вокруг безумие, пускай и в центре него было относительно безопасно. «По правде меня тревожит не только это». Повелитель времени вновь опустила взгляд на другого Повелителя времени. Мастер, а точнее сейчас Гарольд Саксон на шестом президентском сроке, склонился над конструируемым им подавителем эмоций — коробкой, которая по чертежам и задумке должна была стать основой для будущих киберлюдей.       Изз слегка поёжилась, провела по плечам и совершенно стихла, молча наблюдая за Мастером. Он снял свой пиджак перед работой и засучил рукава тёмно-зелёной футболки, однако даже такая предусмотрительность не помогла — бело-серые руки Повелителя времени украшали масляные пятна и полоски пыли от долгого копошения во внутренней структуре механизма. От перчаток Мастер отказался, и Изз, припомнив Мисси, решила, что причины крылись в желании всё чувствовать напрямую. Повелитель времени слегка улыбнулась, но тут же поникла, от вспыхнувшего в сознании короткого имени — «Мисси».       Полутёмная запылённая лаборатория со сбивающимся и мигающим желтовато-белым светом слегка поплыла. На месте Мастера возник призрачный образ Мисси — такой, какой запомнила её Изобретатель в один из дней: Повелительница времени была без привычного фиолетового костюма, в брюках с высокой посадкой и заправленной в них блузе с перепачканными рукавами; жилетка была расстегнута, кучерявые волосы фиксировались двумя металлическими палочками, но её носки! На пушистых фиолетовых носках красовались пластиковые глаза, которые смотрели на Изобретателя более чем угрожающе. Изз улыбнулась, в тайне мечтая, чтобы образ задержался подольше, однако на место тепла пришли воспоминания об откровении и тоска, отчего юная Повелитель времени совсем сникла.       Наваждение пропало. На месте Мисси вновь стоял Мастер. По локоть запустив руки в коробку устройства, он продолжал усердно работать, то и дело сверяясь с чертежами. Изз снова улыбнулась, подмечая залёгшую на лбу Повелителя времени сосредоточенную морщинку и рассматривая его овальные очки, надетые то ли из привычки, то ли и вправду для помощи зрению. Изз не знала, а спросить побоялась.       Но посильнее вопросов о назначении вспомогательных атрибутов для зрения, которое у Повелителей времени было идеальным, её беспокоило другое. Вспомнив об этом «другом», она тяжело вздохнула.       — Если есть, что спросить — спрашивай, — проговорил Мастер, и Изз, вскинув брови, посмотрела на него со смесью усталости и любопытства.       — Ты вздыхаешь уже пятый раз за последние полчаса, — ехидно добавил Повелитель времени, оглядываясь на другую Повелителя времени.       «А, ну да». — Изз поджала губы, кивнула своим мыслям и, покосившись на коммуникационно-звуковое устройство, призадумалась. Вспомнив про необозначенные вопросы и внутренние терзания, Повелитель времени посмотрела на спину Мастера, затем побарабанила пальцами по плечам и всё же поднялась, коротко и здраво рассудив, что терять нечего. Она передвинула стул ближе к рабочему столу Повелителя времени, присела, но озвучить беспокоившие её мысли пока не решалась.       Почувствовав её изучающий взгляд, Мастер обернулся к Изз и вскинул бровь.       — Согласен, — после молчания длиною в пять минут обронил он, — отсюда вид на меня лучше…       Изз поджала губы. Теплота тронула щёки.       — …И всё-таки? — Он продолжал подталкивать её к диалогу.       Повелитель времени уверенно вскинула голову, изучая бледно-серое лицо Мастера с выбритыми щеками, и улыбнулась, припомнив, с какой педантичностью он минувшим днём разбирался с бородой, а затем отвела взгляд. Решиться оказалось тяжело. «Но бежать-то куда?» — Изз покосилась на коробку с выдернутыми из неё проводами, в очередной раз набрала побольше воздуха и, наконец, решилась.       — Ты — слуга Смерти, — начала она неуверенно и тихо, боясь быть услышанной кем-то другим вне лаборатории.       — Угу-м. — Мастер кивнул и вернулся к коробке, а Изз, заметив сошедшее с его лица ехидное выражение, слегка прикусила кончик языка. Она усомнилась в собственном желании продолжать разговор.       «Ты уже его начала», — ворчливо отозвался внутренний голос, тогда Изз выдохнула и заговорила вновь:       — Что это значит, быть её слугой? — не повышая голоса, спросила она. — Я знаю про одиночество, ужасы и чудовищное эхо, но значит ли это, что ты можешь убивать каждого и всякого? Просто… так? — неуверенно закончила Изз, сцепив пальцы.       Шорохи прекратились. Мастер отложил в сторону извлечённый из подавителя клубок каких-то непонятных соединений и, опустив локти на каркас коробки, слегка качнулся в её сторону.       — Зачем ты шепчешь? — также шёпотом поинтересовался он, покосившись на Изз.       — Ну а как же… — Изз кашлянула, а затем проговорила нормально, наблюдая, как Мастер вернулся к устройству.       — Вдруг услышит?       — Если захочет — услышит, — лаконично отозвался он, оглядывая рабочий стол. — Передай третье-кольцевой.       Изз внимательно осмотрела столешницу, приметила узкий инструмент с кольцом для круглых крепёжных изделий третьего размера и передала его Мастеру. Повелитель времени кивнул и вновь сосредоточил внимание на подавителе, попутно поясняя:       — Они Боги. Они любят, когда о них говорят, поэтому спрашивай спокойно — интерес и любопытство всегда похвально. — Мастер бросил на неё секундный взгляд. — Но не обзывательства и проклятия. Это никому не нравится.       — Покарают? — с лёгкой наивностью в голосе уточнила Изз.       — Лично? Нет, — протянул он, — но подтолкнуть события могут. По дорогам и улицам опасно ходить станет. Вдруг балка прилетит или с работы уволят. Тут уж смотря, что для тебя больший страх.       «Поняла», — Изз кивнула. Она притихла, пытаясь представить упомянутых Богов и то, как Смерть самолично подписывает приказ на увольнение или поджидает провинившегося в определённом месте с огромными ножницами, чтобы перерезать цепь, удерживающую металлическую балку. Повелитель времени улыбнулась, но почувствовала страх и поспешно задавила разбушевавшуюся фантазию.       Мастер спокойно копался в подавителе. Он откручивал крышку блока, созданного им пару месяцев назад, не то бормоча, не то насвистывая что-то себе под нос.       — И всё-таки, — чуть увереннее произнесла Повелитель времени, уже не шепча. — Ты можешь убить просто так?       Мастер промолчал, однако песне-бормотания стали громче. Помимо этого, в лаборатории некоторое время слышались только тихие переговоры офицеров охраны, доносившиеся из-за дверей, скрежет инструмента о крепёж, да ещё где-то в отдалении кричали заводские рабочие. Изз поёрзала на стуле, ощутив спустившееся на плечи давление, затем посмотрела на Мастера с тревогой и нетерпением, но промолчала, не став его торопить. Подойдя к самому краю временной границы, Повелитель времени всё-таки заговорил дальше.       — Это так не работает, — протянул он так, будто взвешивал каждое слово, подбирая правильное. — Несмотря на мой статус или лучше… бремя, я придерживаюсь установленных во Вселенных законов и принципов поведения.       Мастер открутил один из крепежей, разогнулся и слегка постучал инструментом по кисти свободной руки.       — Всё во Вселенной взаимосвязано, — предположила Изз, припоминая разговор об аномалиях и плачущих ангелах.       — Да, потому если ты бездумно нарушаешь правила системы, в которой живёшь, эта система уничтожит тебя. — Мастер медленно кивнул и хмуро осмотрел изделие. — Потому, — он склонился ниже, чтобы увидеть блок с другого ракурса, — здесь мы начинаем говорить о таймкодексе.       — Таймкодекс? — неуверенно выдохнула Изз.       — Да. Универсальные правила и принципы Измерений Вселенных, проработанные и изученные беспристрастными исследователями Повелителями времени ещё на заре становления Цивилизации. — Мастер помолчал, отставил в сторону инструмент и уже рукой подлез под основу, явно поставив себе цель добраться до какого-то особо труднодоступного крепежа.       — Я читала о нём, немного. Но это же снова правила, которые могли использовать для контроля классов и слоёв, — хмыкнула Изз.       — Да, — подтвердил Мастер. — Потому здесь важна первая редакция либо…       Что-то внутри подавителя щёлкнуло, ещё через пару секунд Мастер вытащил второй крепёж. Он покрутил его в руках, изучая, и Изз заметила, что деталь была полностью обуглена, а её «шапка» и вовсе расплавилась.       — Либо? — напомнила Изз.       — Либо, — Мастер посмотрел на неё, — Повелитель времени и сам может почувствовать эти правила и принципы. Вселенная довольно болтлива, а порой может научить и грубо.       Мастер потёр крепёж о рубашку, и на ткани в районе груди остались полосы сажи. Он пригляделся к детали внимательнее, отложил её к инструменту и ухватился двумя руками за блок. Изз подалась ближе, заглядывая внутрь. Мастер дёрнул на себя корпус поменьше, и тот с коротким треском, наконец, подался.       Оба Повелители времени отпрянули — изнутри пахнуло невозможным душком гари и спалённой проводки, а следом за ним потянулись тонкие струйки чёрного дыма. Изз скривилась от запахов.       — А как таймкодекс влияет на действия слуги Смерти? — спросила она, когда вонь слегка развеялась.       — Всё просто, — живо проговорил Мастер, явно довольный открытием спалённого механизма. — Я не могу убивать каждого направо и налево. Я должен соблюдать баланс.       — Баланс? — с усмешкой уточнила Изз, растерявшись.       Повелитель времени глянул на неё слегка уязвлённо.       — Прости, — пробормотала она спешно. — Но какой здесь баланс?       — Самый прямой, — спокойно продолжал Мастер. — Я не могу убивать существ, зацикленных в периодах и памяти Вселенной, но могу творить хаос, если таковых нет, либо если в будущем найду способ компенсировать потерю, либо… Если её кто-то компенсирует за меня при моей наводке.       Изз скривила губы, обвела лабораторию широко раскрытыми глазами и вновь остановила взгляд на Мастере.       — То есть? — хмурясь, уточнила она.       Прокрутив корпус блока основных систем подавителя, Мастер опустил его справа от себя, затем повернулся к Изз и опёрся рукой о рабочий стол.       — Каждое существо во Вселенной является её элементом, верно?       — Верно. — Изз кивнула.       — Каждый живой элемент с сознанием имеет свою временную линию, так?       Изз нервно хмыкнула, складывая руки на груди.       — Я думала так только с событиями и Повелителями времени.       — Это нити или линии — как кому угодно — побольше, — поправил её Мастер. — Вероятностные альтернативы состоят из волокон и сплетения нитей каждого живого сознательного существа. И в зависимости от важности и существенности составных и выбора, которые делают сами личности, событийная нить вероятности приобретает конкретный цвет.       — Оу.       Изз выдохнула и задумалась. Меж тем Мастер снял с носа очки и оглянулся в поисках тряпки или полотенца. Повелитель времени вдруг просветлела и улыбнулась, вспомнив, как нечто подобное видела под воздействием Корина в Каскаде Медузы. «Вот только все они тогда кричали в агонии. Нити и линии эти», — с накатившей тоской подумала она, закрывая дверь в те воспоминания.       — Получается, — неуверенно начала она, — событийные линии состоят из нитей каждого живого существа?       — Именно. — Мастер кивнул.       — Но тогда есть и градация, хм? — поймав взгляд Мастера, Изз продолжила:       — Есть классы? Пускай и звучит это не совсем… — она попыталась найти подходящий синоним, но потерпела поражение и закончила так, как собиралась:       — …демократично?       Мастер ожидаемо усмехнулся.       — Де-мо-кра-ти-я, — протянул он, качнув головой. — Большинство существ рождается серыми, за редкими исключениями. Иногда у Вселенной есть определённые… планы на определённых существ. Это исключения, но даже с их учётом существо может потерять свою уникальность либо, наоборот, развить и усилить её. — Мастер вскинул брови. — В остальных ситуациях все мы серые, и только от существа зависит — раскрасит оно свою линию, сделав её значимой, либо продолжит и дальше бренное существование.       Изз притихла. Мастер, наконец, отыскал полотенце — серое, всё в пятнах и разводах, зато сухое — и стал медленно вытирать им руки, всё также улыбаясь.       — Но у всех разный старт, — предположила Изз.       — Да, пожалуй, я могу согласиться, — спокойно проговорил он, — бывают и разные ситуации, в которые попадают существа, и разные места, в которых они рождаются. Но почему кто-то добивается всего при низком старте? А кто-то, даже имея облегчённые условия, не достигает ничего?       Изз призадумалась, чувствуя, как внутри что-то отозвалось на слова Мастера несогласным воплем, и одновременно отыскало в них истину. Педантично оттирая пятно на указательном пальце, Повелитель времени вдохнул и проговорил:       — От каждого по его способности, каждому — по его труду либо вложениям. — Расправившись с грязью на пальцах, он попытался оттереть пятно с груди и, потерпев неудачу, посмотрел на Изз. — Так говорил мой старый знакомый…       — И такой лозунг был у одной из партий на СТО, — хмыкнула она. — В принципе логично, но в рамках государства...       — Этот принцип не работает в своём истинном значении в рамках государства, но в масштабе Вселенной — применяются разные его части и вариации. Смысл остаётся.       Изз вскинула брови.       — Почему же не работает?       Мастер качнулся к ней с игривой улыбкой, и Изз напряглась.       — Потому что от сил Вселенной и её баланса ты не сможешь откупиться деньгами, материальными благами и прочими богатствами. Там в ходе валюта решений и твоих поступков. Ты получаешь в зависимости от того, как решаешь, как влияешь и что отдаёшь. Всего лишь.       — Мгм. — Изз кивнула с хмурой миной.       Некоторое время они молчали. Отбросив полотенце, Мастер склонился над оставшимися внутри соединениями систем, и Изз снова услышала, как Повелитель времени начал то ли бормотать, то ли напевать в задумчивости. Девчонка вдруг села прямо, но почти сразу же сгорбилась и постучала ладонями по деревянному краю сидушки.       — Так всё-таки, — продолжила она, осознав, что за рассуждениями они слишком отклонились от первоначального вопроса, — как ты выполняешь свою роль?       Мастер вдохнул, нахмурился и на Изз не посмотрел — его куда больше интересовали неисправности и потёки проводки, юная Повелитель времени успела заметить, что они залили всю плату.       — Я всего лишь анализирую временные линии, как личностей, так и Измерений, и принимаю решение — могу убивать или нет.       Изз молчала, ожидая продолжения, и Мастер не стал её томить:       — Золотые или важные — я думаю ещё, трогать или нет. Но если это серые — я вполне могу пренебречь их существованием ради своей задумки.       — Ох, — выдохнула Изз, снова сжав пальцы. — Это же занимает время?       — Нисколько. — Мастер покривил губы. — Столетия практики и действие доведено до автоматизма, можно сказать, загнано на уровень рефлекса. Повелители времени обучаются видеть и анализировать линии едва ли не с детства.       Изз ощутила укол в груди и отвела взгляд от Мастера. «Я не умею их видеть», — уязвлённо протянула она, припомнив, как последняя самостоятельная попытка проследить взаимосвязи и течение Измерений закончилась агонией, мигренями и непрерывным сном длиной в два дня. Повелитель времени глянула на другого Повелителя времени и решила, что вряд ли Мастер сказал подобное из желания её задеть, так что продолжила допытываться:       — Но серые линии же могут стать важными?       — Это уже неважно, — понимая, куда клонит Изз, оборвал её Мастер. — Если к моменту встречи со мной существо всё ещё обладает серой линией, и Измерения не имеют на него планы, то вероятность сыграла против него. Ему было дано время Временем, возможности и силы Болью, оно ими не воспользовалось.       Изз нахмурилась. Всё же что-то внутри было несогласно с резкими словами Мастера, однако оформить это «что-то» в нечто здравое и цельное Изз пока не могла. Она повернулась к столу, опустила на него локти и обхватила их руками.       — Ты выполняешь за Смерть грязную работу — убиваешь, — зашептала она и не остановилась, даже услышав рядом тяжёлый вдох. Для большей уверенности Изз уставилась в край корпуса, сосредотачиваясь на собственных мыслях. — Ты её чистильщик и слуга.       Мастер сдавленно фыркнул, только тогда Изз повернула к нему голову. Она ожидала увидеть ярость или недовольство, но Мастер по-прежнему сохранял спокойствие, лишь янтарь в его глазах горел чуть ярче.       — У тебя стандартное представление о Смерти как о Боге, — начал он. — Во многих культурах Смерть, как и Зарождение, является частью жизненного цикла существа и выступает как существо, которое после станет проводником и мерилом.       — Факт, — подтвердила она.       Мастер улыбнулся, сделал вдох и помедлил, прежде чем продолжить.       — У Повелителей времени совсем другое отношение и к самому рождению, и к смерти.       — Да, — потрясённо согласилась Изз. — Ведь есть же регенерации, потому… Да, и правда, я не подумала.       — Именно, — Мастер медленно кивнул, — из-за регенераций у нас другое восприятие жизненного цикла. В наших верованиях и принципах Смерть выступает как символ перерождения, а уже через хаос или порядок зависит от ситуации и самой личности. Ведь мы умираем по-разному и иначе входим в новый для нас цикл. Время — показатель изменчивости в период одного цикла, символ непостоянности и вечных перекосов, крайностей, одновременно лжи другим и правды к себе.       Изз продолжала удивлённо смотреть на Мастера, пытаясь охватить в полном объёме всё, что он ей говорил. Вероятно, заметив её растерянность, Повелитель времени смиловался и пояснил конкретнее:       — Смерть — это крайняя точка невозврата. Время — это процесс, всегда меняющийся. Но обе категории всегда приводят либо к началу процесса от точки, либо процесс заканчивается точкой.       «Ну теперь понятнее. Немного. Или нет». Изз тяжело задышала, ощущая, как снова медленно заскрипели шестерёнки в её голове. Мастер терпеливо выжидал, давая ей время на раздумья.       — Сложно, — призналась Изз.       — Ещё бы, — фыркнул он. — Видишь ли… У Богов Повелителей времени нет чёткой окраски — за добро они, за свет или за зло и тёмную сторону. Смерть содержит малую часть от Времени, как и Время содержит что-то от Смерти.       — А Боль?       Мастер хохотнул.       — Ох, Боль. — Он шумно вдохнул. — Боль — это баланс. Она стоит над ними. Она объединяет их в равной степени и соблюдает гармонию. Потому мерить их с позиции добра и зла не совсем корректно. Я бы сказал, что здесь как…       Повелитель времени помедлил, и другая Повелитель времени воспользовалась этим:       — Экономические циклы, да? Либо циклы развития Цивилизаций? — Мастер посмотрел на неё, и Изз затараторила:       — Есть рост, — она провела рукой вверх, изображая график, затем остановила ладонь и повернула её параллельно полу, — на пике которого наступает стабильность или зрелость. После идёт упадок. — Изз опустила ладонь по ниспадающей обратно на уровень, с которого и начала. — Но! — Она подняла руки, собираясь с мыслями, и снова установила ладонь параллельно полу. — Если на этапе зрелости применить новые знания и технологии — привить нужные, эффективные изменения, — Повелитель времени постучала пальцами по ладони, — то кривая пойдёт вверх. Получается, — Изз опустила руки и посмотрела на Мастера совсем другим взглядом, — как слуга Смерти, ты создаёшь ту самую точку перелома на кривой цикла?       Мастера ответ явно удовлетворил — он улыбнулся шире и кивнул.       — Но зачем? — Нахмурилась Изз.       — Потому что, как ты правильно заметила, после стабильности наступает спад. А хаос, кризис, потрясения дают возможности каждому члену системы либо продолжить восхождение, либо упасть с треском. Ведь стабильность рано или поздно приводит к деградации.       Внезапная мысль озарила Изз, и Повелитель времени озвучила её раньше, чем успела подумать:       — Как было с Галлифреем.       Мастер немного помолчал, прежде чем ответить. Его голос звучал тише.       — Как было с Галлифреем.       Изз отвернулась. Она сгорбилась над столом, слушая, как название планеты эхом отдавалось в сознании, а затем припомнила кое-что ещё, что наравне с вопросами о статусе Мастера, корабле с Вашты и ТАРДИС, не давал ей покоя. «Галлифрей», — повторила Изз и на мгновение оказалась среди воспоминаний о множестве разговоров, проведённых с Мастером в Нулевой комнате. Все они кончались необходимостью изменений, и когда сегодня оба Повелителя времени затронули схожую тему, Изз чётко поняла — менять что-то придётся.       Она украдкой глянула на Мастера, который снова склонился над соединениями и изучал их. Морщинка залегла на лбу, глаза слегка прищурились, руки сильнее сжались на корпусе.       — Ты всё ещё думаешь о революции? — вдруг спросил он.       Изз растерялась, и только повторив его вопрос про себя, поняла — Мастера также беспокоил Галлифрей.       — Да, — поразмыслив, проговорила она. — Если изменения нужны, так будет быстрее. Одномоментное уничтожение всего и приход к власти, чтобы построить новое, — продолжила Изз, когда Мастер выпрямился.       Она ожидала, что он вступит в полемику или попытается отговорить её, но Мастер лишь посмотрел на неё и проговорил:       — Пускай. Тогда предлагаю тебе сыграть в игру. Устроим революцию, хм?       — Что? — в непонимании уточнила Изз, понизив голос.       Мастер улыбнулся.       — Чем тебе не ситуация Галлифрея, только в меньшем масштабе, хм? Есть повстанцы, желающие справедливости...       — До сих пор? — удивилась Изз, припоминая Хазран и других, которых она спасла.       — О да, — подтвердил Мастер. — Есть диктатор, который уже шестой президентский срок сидит на месте. — Он указал на себя. — Повстанцам лишь нужен равнозначный лидер. Повелитель времени против Повелителя времени.       — А разменные монеты люди? — скривилась Изз.       — Как и на Галлифрее разменными монетами станут галлифрейцы, шобоганы и иные низшие сословия. Война и революции никогда не идут без жертв, потерь, страданий и ужасов.       Изз помедлила, анализируя слова Мастера, а затем протянула:       — Возможно.       Она припомнила лица Хазран, Мэйкерс, даже дурачка Тейна, и, преисполненная уверенностью, поднялась.       — Но я могу не воевать, хм? — Встав напротив Мастера, Изз продолжила развивать пришедшую ей светлую мысль:       — Я могу убедить их уйти с этого уровня. Заставить посмотреть на ситуацию бедствия корабля, а? Что если я смогу помочь им объединиться и вместе мы сможем вытащить корабль, тем самым решив проблему аномальности и ужасов? — Изз улыбнулась. — Это бы помогло нам всем.       Она ожидала подсказки от Мастера, какой-нибудь реакции, слов, действий — но Повелитель времени промолчал. Другая Повелитель времени заметила в его глазах снисходительную тень несогласия.       — Думаешь, не получится? — обижено спросила она, складывая руки на груди.       — Всё зависит от твоих решений и действий. Я не стану препятствовать и давать оценку. Это твой выбор. — Мастер кивнул. Он осмотрел лабораторию, покрутился на месте и хлопнул в ладоши, снова глянув на Изз. — Белые, черные? — Повелитель времени протянул Изз раскрытую ладонь.       — Белые. Сегодня я играю белыми.       Изз уверенно пожала протянутую руку, видя, что Мастер и не подумал убрать с лица выражение весёлой спеси. Однако она больше не трогала Повелителя времени — её мысли вились вокруг внезапной надежды на решение всех проблем: спасение умирающих здесь, возможность оценки действий и моделирования ситуации Галлифрея, помощь ТАРДИС… И где-то внутри даже теплилась искорка надежды на шанс обыграть Мастера.       «Я обязательно преуспею»…