aut vincere, aut mori

Нацист сидел за крохотным столом на кухне и пил горький утренний кофе. Напиток неприятно обволакивал гортань, а после себя оставлял ужасное послевкусие. Тёплый июльский ветерок пробился сквозь плотные оранжевые занавески и сдул со светлого стола шелуху от тыквенных семечек, к которым так пристрастился немец в последнее время («Оранжевый улучшает настроение и кровообращение!-сказал однажды очередной лежащий врач. Нацист же в это время раздумывал о том, а сможет ли он вогнать его же палец в его глаз настолько, чтобы конечность смогла достать до мозга?..). Наклонившись, Рейх подобрал мусор с ярко-синего ковра и положил обратно на стол. Поёжившись, он подумал о бесполезности этого действия, а также решил вылить кофий, потому что пить такую гадость без сахара не представлялось возможным. Едва немец встал с хлипкого деревянного стула, который ужасно скрипел и уже по сути, должен был лежать на свалке, как услышал стук в дверь. Рейх зубоскало улыбнулся - он отлично знал кто же стоит за дверью и с какой целью к нему этот «кто-то» наведался. Пусть подольше останется по ту сторону железной двери. За несколькими ударами в дверь, последовал недовольный громкий выкрик: -Эй, фашист! Mash die Tür auf!(1*)-немец ещё больше оскалился от осознания того, что этот идиот стоит и ругается, показывая свой страх перед Рейхом - боится, скотина, что нацист сбежал... или убил себя, если это возможно. Даже не пытаясь скрыть того, что он дома, а не в бегах, Рейх стал шумно мыть кружку. Тёплой воды в этом доме никогда не было, поэтому руки окутала спасающая ледяная струя. За дверью в это время очень горячились, взывая ко всем известным Богам. -Ух, гнида! Если я выломаю дверь, а ты там опять прячешь что-то, бритву, например, то я тебе шею сверну!-Рейх же спокойно протёр руки махровым задрипанным полотенцем и уставившись невидящим взглядом в старый холодильник, страшно тарахтящий по ночам, задумался. Какое сейчас число?.. он не знал. Не знал, потому что у него не было даже календаря, настолько его дезориентировали и сбили с толку. По правде, из техники у Рейха присутствовал только старинный русский телевизор «берёзка»(2*), который показывал события двухгодовой давности, да и то с перебоями на белый шум, поэтому, скрипя зубами, нацисту приходилось менять положение антенны пять раз за удовольствие посмотреть новости. А там было на что смотреть, иначе немец бы со злости разболтал бы телевизор кирпичом. Страны ссорились. Вернее сказать, ссорились их мнимые правители, которые, по мнению Рейха являлись всего лишь наиболее выгодными пустышками-марионетками. Иногда, ненадолго появлялись сами страны и тут Рейх смеялся от души - они все были настолько измучены работой, переговорами и преступностью людей, что это невольно вызывало смех. Стоит только вспомнить своего временного правителя... да уж, даже Рейх боялся его чёртовой непредсказуемости и уверенности в себе. Отношения у Третьего Рейха и Гитлера складывались очень... странно. Адольф сам был евреем, однако он уничтожал свою нацию подчистую, не задумываясь о последствиях, которые для него так и не наступили... Когда крики за дверью прекратились и вместо них послышался звук спускаемого затвора, Рейх вышел из ступора и заорал: -Постой, придурок!-но было слишком поздно и дверь открылась настежь, а в комнату, где стоял перепуганный Рейх, давно не слышавший такого опьяняюще-оглушительного выстрела, вломился бывший головорез-чоповец, ныне водитель и хранитель главнейшего из нацистов, размахивая стволом в поисках такого опасного немца. Когда же цель была захвачена карими глазами, оружие незамедлительно оказалось направленно на Рейха. Да уж, таких пистолетов, таких блекло-чёрных, словно нездоровый лебедь, Рейх теперь стал бояться. Немца вообще мало чем можно было напугать, однако проклятый пистолет, блики от которого сверкали радужными лучами, попадая в глаза, словно пушка была покрыта какой-то смазкой, в руках неуравновешенного имбицила заставлял липкий страх опуститься внутрь живота. Гордость из Рейха выбили напрочь, поэтому он мог и приказы выполнять, ведь главная задача была остаться живым. Страх смерти захлёстывал с новой силой, невольно подкашивая ноги. -Что ты здесь делаешь?!-оглушительно громко гаркнул мужчина, хмуря брови и не убирая пистолет. -Это же мой дом...-попытался улыбнуться Рейх, рассчитывая расположить к себе охранника, однако тот перебил: -Лежать! Внеплановый обыск!-сказал мужчина это в рацию, что была пристёгнута к ремню. -Да послушай же ты, зачем мне...-Рейх, вскинув руки вверх, стал послушно ложиться на пол. Он уже присел, когда почувствовал, что его грубо схватили за запястье и подтянули к дулу пистолета. -Ты можешь перестать болтать?-угрожающе сказал дубоголовый, начав обыскивать Рейха, а именно - хлопать того по разным частям тела, иногда ощупывая немца. Того чуть не передёрнуло от отвращения.-Я знаю что однажды ты закрылся здесь на день, а потом из какого-то мобильного телефона сделал гранату такой мощи, что она убила моего предшественника...-всё говорил он. Несмотря на все усилия, Рейх не смог не фыркнуть. Придурочный идиот. Зачем он бёдра-то трогает, неужели действительно верит в то, что немец смог бы засунуть себе в задницу бритву?.. Чтобы хоть как-то отвлечь внимание охранника от нижней части своего тела, немец сказал то, что в тёплом воздухе прозвучало очень остро: -Только вот ты забыл сказать о том, что он меня изнасиловал.-последовала ожидаемая пауза, во время которой мужчина убрал руки с тела Рейха. Конечно же это было не изнасилование. На самом деле, немцу в то скучное время надоело спокойно существовать и он решил позабавиться - сможет ли столь жестокий на вид, такой непроницаемый со стороны мужчина (бывший охранник Рейха) сломаться и поддаться искушению? Нацист всё просчитал - даже если застанут за таким гнусным делом, то ему уж ничего не будет (стыд тоже отбили), а придурка бы точно с работы попёрли. Если бы его заменили на кого-либо другого, то Рейх бы начал всё заново. Нацисту так нравилось оказывать охраннику знаки внимания, нравилось неискренне делать комплименты, а взамен ловить недоуменные взгляды, что он лишь убедился - игра интересная! Было так интересно наблюдать за изменениями славного воина! Он постепенно терял бдительность и это не могло остаться без последствий. Однажды Рейх приложился с лестницы, чуть не отбив себе брюхо, однако прошлый охранник уже был рядом. Немцу было так смешно от того, что произошло дальше. Видимо «насильник» решил воспользоваться ситуацией и уже минут через 10, Рейх и его охранник потрахались. И вот казалось бы, как бы мог заняться сексом с тем, кто устроил Вторую Мировую войну, последствия которой тогда ещё устраняли?.. но нет, он это сделал! Да ещё как сделал - всё время пыхтел и говорил Рейху, что тот очень похож на его сына, а минут через пять (вау!!!) после соития даже кончил. Нацист на такой естественный процесс лишь захохотал, напугав охранника. С того момента, стоило только нацисту пальчиком поманить, как охранник был рядом. За секс с мужчиной Рейх получал всё, чего только желал: шоколад, вино, ягоды, жвачка и новости - всё это было у немца теперь каждый день. Он-то уже подумывал о том, а как бы с помощью охранника сбежать, однако у жизни были другие планы на человека. В какой-то момент, Рейха из дома забрал совершенно другой мужчина, отчего немец опешил. Спросив, где же предыдущий, он получил ответ, наполненный ядовитой усмешкой: -Отправили проверочку проходить.-ужас тут же наполнил Рейха внутри - какая такая проверка?! На что его будут проверять, у него, что, СПИД?! Мало того, что есть опасность подхватить болезнь, что разложит тебя по молекулам, так ещё и новостей не будет! Всё, игре конец, игрушка была утеряна... но нет, охранник ещё два раза появился у дома нациста. Трогательно взяв Рейха за руки, мужчина сообщил, что его отстраняют от этой работы, потому что обо всём прознали. Немец попытался выдавить из себя слезу и предложил в последний раз придти к его жилищу. Глаза охранника загорелись желанием и он согласился, поспешно перелезая через оградку, цепляясь за неё одеждой. Ярости Третьего Рейха в тот момент не было предела, он не собирался терять эту душу - не хотите по-хорошему, значит немец заберёт его силой. Гнев буравил его череп, а таком состоянии нацист был жесток и циничен, как никогда. Его раздражала одна мысль о том, что кто-то там посмел опять за него всё решить. Нет уж, ребята, теперь всё будет так, как хочет он... Мысль за мыслью и Рейх понял, что у него осталось. Телефон. Обычный доисторический динозавр с большими кнопками и никогда не разряжающейся батареей. Быстро разобрав данное творение, при помощи вилки, принесённой тупорылым охранником, Рейх оскалился... ...и на следующий день бывшему охраннику оторвало голову из-за мощного взрыва, звук которого разнёсся на весь город. Было столь красочно, что Рейх даже после взрыва вышел из дома и прилёг рядом с телом мужчины. Рейха в тот же день отвезли на машине к самому России, у которого немец временно проживал. Тот воспринял всё подозрительно спокойно и выслушав ложь Рейха о том, что охранник его долгое время насиловал, заверил фюрера, что а) никому не расскажет интимных подробностей б) отмажет нациста от убийства. Потрясённый немец пытался не подавать виду насколько он ошеломлён, ведь другие страны живьём бы шкуру с него сняли, а этот даже немного пожалел. «Все русские дурные.»-пришёл к выводу Рейх и выкинул Россию из головы. -Ты всё равно виновен в его гибели и я это знаю.-прошипел охранник, тряся Рейха за плечи, вырывая того из воспоминаний. Немец про себя приметил, что человек сегодня одновременно и сердитый, и уставший (выдавали того синяки под глазами, взъерошенные волосы и кислое дыхание). -Пусть так, но сейчас я ничегошеньки не задумал.-раздражённо выпалил Рейх, внимательно всматриваясь в охранника. Тот фыркнул, однако позволил немцу встать, а затем, нащупав рацию, заявил об отмене обыска. -Из-за тебя одни проблемы, не понимаю почему тебя просто не пристрелили в 45-м.-зло сказал охранник, убирая пистолет за пазуху. «Исправил бы положение, чего тянуть...»-раздражённо подумал нацист, однако вслух ничего не сказал, а лишь уставился на мужчину, мол, дальше-то что делать? Тот мгновенно поймал на себе тяжёлый взгляд и сказал: -Собери самое важное барахло.-Рейху не нужно было повторять дважды, он прекрасно осознавал - не будешь выполнять с первого раза, заставят со второго. Как заставят? Очень легко - изобьют. Почему? «Потому что по натуре своей, Рейх является зверем, а такие боятся лишь избиений.»-как-то донеслось до ушей Рейха. Из тумбочки, что стояла прижавшись вплотную к кровати, Рейх достал лишь белые мягкие тапочки, которые всегда бережно стирал сам, блокнот для записей, зубную щётку, книгу на немецком и захватил то самое задрипанное полотенце. Остальное ему выдадут. Всё это он скинул в чёрный оцарапанный со всех сторон вещмешок и закинув тот за плечо, отправился вниз к машине. -Ты кое-что забыл.-остановил немца дуболом, когда тот уже собрался выйти из дома. На Рейхе странно сочетались простые чёрные потрепанные брюки, белая водолазка и неудобные, на два размера меньше его истинного размера, классические туфли с каблуком. Из-за неправильного размера обуви, ноги нациста болели после каждой (при)непринуждённой прогулки. Тем временем мужчина протянул Рейху красный эластичный браслет, в ширину примерно с ладонь самого Рейха. Тот натянуто улыбнулся и покорно приняв данное приспособление, сказал: -Ох, как ты любезен...-немца слегка раздражало то, что нужно это носить, ведь, с помощью данного устройства кто-то (возможно, ещё один охранник) видел местонахождение Рейха, также с какой-то стороны была встроена маленькая камера, так что в ближайший день он даже посрать нормально не сможет. Выходя из дома, Рейх неспешно накидывал браслет на левую руку, а новые приезжие, сбитые с толку соседи, приняли его за богатого сына бизнесмена, который по утрам разъезжает со своим шофёром по важным делам. И со стороны выглядело очень правдоподобно: при своих годах Рейх выглядел как 12-летний шкет. Со своими прилизанными вороньего цвета волосами, худобой нищего и благородными чертами лица, Рейх мог легко зайти в любую американскую школу, назвать относительно знакомую фамилию и начать обучение хоть завтра. Было, конечно одно «но», однако такие моменты издалека никто заметить не мог. Пока что соседи миролюбиво махали Рейху, желая получить одобрение и благосклонность мнимого богача. Пока охранник запирал дом и возился с ключами, Рейх позволил себе вольность сойти с каменной тропинки и подошёл к своей оградке, словно к решётке, отделявшей его от людей. -И вам здравствуйте.-улыбнулся одним губами немец, не желая показывать спиленные клыки. Когда нацист подошёл вплотную к чёрным прутьям, то детки отпрянули, забежав за спины родителей.-Милые дети.-словно вещь оценил он и вправду миловидных двух рыженьких мальчиков. -Ой, спасибо!-лукаво заулыбалась их мамочка - с первого взгляда адекватная женщина, носящая штаны с завышенной талией. Рейх мимолётом решил на неё посмотреть, однако задержал взгляд. В этой женщине совсем не было реалистичности. Глаза её не были уставшими, а наоборот, источали лишь внутреннюю силу, словно и не было с ней этих двух спиножоров, которых постоянно нужно воспитывать и защищать от бед. Светлые волосы аккуратно уложены в большой пучок, лёгкий макияж лишь подчёркивает красоту миндалевидных карих глаз и свежесть лица. Ни сутулости в осанке, ни намёка на морщины. -В какой такой волшебной стране вы живёте, что остаётесь столь молодой и красивой?-спросил Рейх, неоднозначно улыбаясь и подходя всё ближе к оградке. -В нашей любимой Америке!-ответил за женщину муж с довольной физиономией и рыжей бородой. Рейх тоже улыбался, однако только потому что представил как у того в заднем проходе виднеется баклажан. Было бы интересно посмотреть на лицо этого рослого мужика, если бы тот узнал, кем является стоящий перед ним незнакомец. Что бы он сделал, узнав, что сам Рейх положил на его хорошенькую жену глаз?.. Внезапно, немец услышал шаги в сторону машины. «Ну всё, пора красиво уходить.»-решил для себя нацист, однако задержался ещё буквально на несколько секунд. -Не подскажите ли вы, любезный гражданин Америки, какое сегодня число? А не то мой телохранитель на меня обиделся, а мой телефон забыт в частном самолёте.-нагло врал нацист, неискренне улыбаясь. -Сегодня седьмое июня.-также неискренне, можно даже сказать напряжённо улыбнулся мужчина в ответ. Затем с секунду помолчал, а потом приметив, что незнакомец уже собирается уходить, протянул ему руку через клетку, разделявшую их.-Будем знакомы, моё имя - Брайдл Чентон. -Конечно будем знакомы... меня зовут Рейн.-ещё раз соврал немец, протянув руку в ответ. Когда ладони мужчин соприкоснулись, то Чентон почувствовал насколько новый знакомый сильный. Руку от таких пожатий свело моментально и ему стоило огромных усилий не закричать в голос от боли. Что творилось в душе у Рейха трудно было описать словами. Во-первых, хотя бы потому что он сам не определился, а что он вообще чувствует по отношению к этим людям?.. с дамочкой понятно - летний роман можно было бы устроить, если бы... ладно, а что с этим рыжим? Вначале Рейх, конечно, радовался выражению его лица, когда пожимая тому руку, сдавил ладонь сильнее положенного, однако радость вскоре сменилась горечью и отчаянием от осознания того, что он впервые за пять лет пожал руку постороннему человеку в качестве дружественного жеста. За пять лет. Слишком долго. И Рейх слишком старый. Отчаяние сковало его от такой догадки. Неужели он вечно будет гнить на территориях чужих стран, радуясь тому, что он пожал кому-то руку?!.. -До встречи, мистер Рейн.-сказал самый смелый из мальчиков и неумело помахал немцу маленькой пухлой ручкой. -До встречи, малыш.-скороговоркой кинул Рейх и хотел уже было подбежать к машине, однако другой мальчик, что прятался за ногой у мамы, остановил его одним своим вопросом: -А что у вас с лицом? Вы болеете?-наивности его вопроса умилился глава семьи, однако увидев странно забегавший взгляд соседа, кашлянул: -Вообще-то, дружочек, про такое нельзя спрашивать... -Да всё в порядке, просто кислотой облили.-равнодушно ответил Рейх и улыбнулся пустой безжизненной улыбкой. Уходя, бывший фюрер кивнул главе семьи. Тому был непонятен этот жест, однако мужчине захотелось кивнуть в ответ, что он и сделал, но сосед на Брайдла уже не смотрел, а шёл грациозной походкой к машине. «Вот бы мне такую жизнь - маленький, но уютный дом, машину с водителем и свободу!...»-мужчина так размечтался, что не заметил как его за штанину потянул младший сын, требуя переселения, потому что рядом с ними живёт сам Дьявол!.. Рейх же по пути к машине прикоснулся к длинным шрамам, которые начинались с подбородка, и плавно переходили к левой брови, чудом не задевая глаз. Потом приплюсовал к этому ожог, что скрывал пластырь на правой щеке и сломанный нос. Обида когтями зацарапала сердце - прощальный подарок СССР разорвал его лицо напополам и пришлось сшивать. -Тебе ещё раз нос сломать?-спросил охранник, едва Рейх подошёл к машине. В этот момент, немец ярко представил себе картину, от которой даже дышать стало трудно: он подходит к дуболому и хватая того за волосы, ударяет со всей силы о своё колено. Рейх даже услышал хруст ломающегося хряща в носу охранника... и это было не всё! Драка их продолжилась и в конце красочного избиения брыкающегося тупорылого охранника, нацист отрывает тому нижнюю челюсть. Он так и видел, что язык дохлой рыбой болтается у него самого в руках, а этот придурок кричит, и кричит, и кричит... -Нет, спасибо, я понял намёк.-улыбнулся немец, соблюдая мнимую, никому не нужную вежливость, затем он встал около двери машины. Открыв дверь перед нацистом, охранник сказал: -Прошу, mein führer(3*). «Сможет ли тело охранника согнуться три раза? Если да, то сколько костей прорвёт кожу и покажется на свету?..»-неожиданно даже для себя подумал Рейх. -Спасибо, благодарствую, гратез...-зашипел, словно пойманная змея Рейх, когда сел в машину. Как только дверь закрылась за охранником, они мгновенно понеслись по дороге, да так, что Рейха даже немного вдавило в чёрную обивку кресла. -И куда мы так торопимся, капитан?-безразлично спросил Рейх с заднего сидения. Охранник отхлебнул кофия, а затем ответил, не оборачиваясь: -Сегодня седьмой день от начала месяца. Сначала заедем на проверку в больницу, затем на Собрание... после Рокировка.-под «Рокировкой» мужчина имел ввиду смену места жительства Рейха и охранника соответственно. Тот проживал на разных территориях постоянно сменяющихся стран и был доволен ситуацией - нацисту нравилось то, что его содержат. Было в этом что-то ироничное - он столько отнял, столько всего уничтожил, а они ему ещё подают. Молчание в машине больше не нарушалось.