И нет лекарства от любви

      По мокрой грязи они шагали бок о бок, разделяя один зонт на двоих. Как выяснилось, в их дуэте мозгов было побольше у Светы, потому что Диана уже всерьез засобиралась шлепать под дождем без прикрытия. Но в конечном итоге Сурганова недоуменно покрутила пальцем у виска вслед уходящей Диане и махнула палочкой, догоняя её уже с зонтом над головой и с ужасно довольным лицом пристраиваясь рядом.       Со Светой ей было хорошо, и легко, и тепло разливалось по телу, оседая в пульсирующих кончиках замерзших пальцев. Диана не переставала удивляться тому, какой счастливой можно быть, просто слушая щебетание чужого голоса, наблюдая за человеком из-под опущенных ресниц. Она чувствовала себя расслабленной впервые за очень долго время.       А Света? Она была просто потрясающей. Любила дурачиться, шутить пошлые шутки и травить байки, подкрепляя собственные слова размахиванием рук, когда становилась слишком эмоциональной. Питала огромную любовь к своим друзьям и маме, а к музыке относилась так трепетно и серьезно, что Арбенина начала чувствовать себя безответственным любителем.       Всю дорогу до стадиона они курили и болтали о жизни. После многочисленных забавных историй о коте Светы, об их проделках с Леной, и быстром упоминании Антона, который не затыкался все лето, живя лишь Светой единой, и умалчивании того, что Диана делала то же самое, диалог ненадолго затихал, а потом вскользь касался учебы, и как-то плавно возвращался к музыке. Так выяснилась еще одна страсть Сургановой — поэзия.       И она начала читать стихи наизусть: Бродский, Цветаева, Ахматова. А под конец прочла свой:       — Еще мгновение, и в строчку впишется любовь. Поверю ей, и на плече усну, Настигнутым и облегченным. Я пленник ваш, мой генерал. Девочка, вас кто-нибудь так называл?       Диана, затаившая дыхание, чуть не споткнулась на ровном месте от того, с какой интонацией говорила Света, как её глаза горели любовью к жизни и творчеству, будто судьбой была повязана с ним невидимой красной нитью. Все, за что она бралась, было замечательным, и Диана влюблялась в неё все больше: с каждым словом, с каждой проведенной вместе минутой, с каждой новой обнаруженной в человеке деталью. Как будто сама выпила эту дурацкую амортенцию.       — Свет, это очень красиво, — голос немного дрожал от сдерживаемых эмоций и бесконечной нежности.       — Спасибо, — щеки девушки заалели, на губах появилась тень улыбки.       Они вошли на стадион и тут же принялись осматриваться в поисках Жуковой. Света взъерошила влажные волосы, поднимая взгляд в небо, но игроков на поле не было, а на трибунах никто не сидел. Недолго думая, Арбенина легонько потянула Сурганову за рукав, молча предлагая идти следом за ней в раздевалку. Пальцы коснулись тонкого запястья, и Диана, обжегшись случайным прикосновением, поспешила разжать руку.       В какой-то момент послышались шаги, и Диана краем глаза успела заметить выскакивающую из-за угла Жукову, которая с хитрым, как у кота, лицом, накинулась на Свету сзади. От неожиданности Света вздрогнула и одним быстрым, сильным движением ударила Лену локтем куда-то в бок. Та согнулась пополам и издала болезненный утробный звук.       — Бля, Сурганова, у тебя локоть острый, как смычок. Хера ты им размахалась?       Света в ответ поджала губы и высказала свое колкое: «А у тебя бочина будто из камня. Чуть руку себе не сломала. Лучше бы ты себе две извилины накачала».       — Светка, ну прости меня, пожалуйста, — Лена усмехнулась, обнимая её за плечи одной рукой и притягивая ближе, из-за чего Света пошатнулась и начала крениться в сторону подруги.       — Обосрешься.       Еще какое-то время она угрюмо взирала в пол, а потом тяжело вздохнула и, видимо уже успокоившись, повернулась и звонко чмокнула Жукову в щеку.       — Ну, все, все, пионерская дистанция, — она не удержалась и кинула последний недовольный взгляд на подругу, цыкая и пряча улыбку.       Расслабившись, Лена с хитрой усмешкой повернулась к Свете, руки потянулись поправлять белоснежный воротник, выглядывающий из-под джемпера, а потом, затягивать сильнее галстук, который обычно Света оставляла немного распущенным.       — Радость моя, ты покушала салатик?       Вспылив, Света шлепнула её по руке и вывернулась из захвата. Лена застыла на месте, забыв про висящие в воздухе руки, где недавно был чужой галстук.       Конечно же, Лена, блять, знала, что она его покушала. Это чудовище не побежало на тренировку сразу же. Она притаилась за углом, наблюдая за ними до тех пор, пока не ушла Диана. А потом до ужаса довольная вернулась за стол к Свете, накладывая себе в тарелку еще еды. Об итогах беседы спрашивать не стала, а еще старательно игнорировала взбешенный взгляд Светы и угрозу в виде: «Жукова, тебе пиздец. Ты у меня за эту выходку еще получишь».       — Покушала. Жукова, а чего это у тебя такое настроение хорошее?       — А с чего бы ему быть плохим? Я сытая, тренировка прошла лучше некуда, так еще и вижу вас вместе.       Диана бросила на Свету короткий взгляд. Вместе. Какое же греющее душу слово. Она смаковала его, перекатывала на языке, отпуская мысли в свободное плавание по морям воображения. Арбенина могла бы подойти и нагло устроить руку на её талии, прижимая к себе бедром. Или собственнически растрепать волосы на голове. Или дернуть Светку за ремень на штанах, оказываясь совсем близко, а потом долго смотреть в глаза, сгорая перед неизбежным прикосновением к чужим губам.       — Кстати, а вы зачем вообще приперлись? — судя по тону и поигрыванию бровями, тут был намек на то, что вдвоем можно было заняться более интересными вещами, но Света решила его проигнорировать, а Диана, еще не так хорошо знавшая Жукову, вообще не заметила подвоха.       — Ради хлеба и зрелищ, нахуя еще. Жукова, ну не беси. Ты собрана? Пошли бухать       — Ух, Арбенина, твои б слова, да богу в уши. Я тебя сейчас даже расцеловать готова, — усмехнулась Лена, переводя на Свету невинный взгляд.       Света в ответ недовольно прищурилась, не понимая, как расценивать её развязное поведение. Расцеловать Арбенину? Она её дразнит, что ли, или совсем поехала с катушек? Не дав Свете прийти к какому-то определенному выводу, Лена развернулась и бодро зашагала наружу, прямо под дождь. Диана, наученная на собственных ошибках, притихла и ожидающе посмотрела на Свету, в ожидании зонта.       Пришлось разделиться. Лена отправилась за выпивкой, а Света с Дианой за своими инструментами, условившись встретиться около выручай-комнаты через полчаса.       Несмотря на зонт, джемпер с рубашкой немного промокли под косым дождем и сыростью, а на кеды и штаны вообще налипла грязь. Диана успела тысячу раз пожалеть, что утром не выбрала берцы, доверяя обманчивой погоде. Скинув одежду, она осталась в одном нижнем белье, рассматривая запасы шмотья.       — Ну и мрак. Как будто с полотен Гойи.       В итоге напялила на футболку толстовку и надела черные джинсы. Придирчиво себя осмотрела. Сняла толстовку, поменяла футболку на красную, разбавляя черноту. Поправила прическу, убрала с одежды ворс. Осмотрелась еще раз. Покрутилась перед зеркалом. Поморщилась и пошла на поиски губки для обуви. Соседка, лежащая на кровати, все это время странно на неё косилась.       Когда шнурки были затянуты, волосы на бровях поправлены, а одеколон обновлен, Арбенина сунула все свои творческие тетрадки, блокноты и обрывки бумаг в чехол, захватила карты и закинула гитару на спину.       Сурганова с Жуковой уже были там и спорили насчет того, кто из них будет открывать комнату.       — Мы поиграть хотели, а тебе откроется комната с мини-баром, — Света так же была с гитарой, в руке держала скрипку.       Диана замедлила шаг. Света переоделась тоже, и уже щеголяла в серой безразмерной рубашке на белую футболку, очевидно, решив Диану добить.       — А тебя там вообще будет поджидать сцена и какой-нибудь оркестр, и где, скажи на милость, мы будем там пить? — Лена показательно подпрыгнула, звеня бутылками в рюкзаке.       — Боже, ну вы как дети малые, — проталкиваясь между ними вперед, Диана постаралась зацепить Свету, просто чтобы прикоснуться к ней. — Ща все будет.       Вспомнив обстоятельства, при которых она открыла выручай-комнату в прошлый раз, стало жутковато. Она прошла мимо три раза и довольно посмотрела на материализовавшуюся дверь. Развела руками в приглашающем жесте:       — Дамы вперед.       Света с Леной переглянулись, и Жукова, фыркнув, выступая, будто пава, с высоко поднятой головой оттолкнула Светку на полпути, заходя первой.       — Ну и манеры у тебя, Жукова, — в шутку укорила её Диана, пропуская Свету.       Они попали в светлое помещение с двумя диванами и круглым черным столом посередине, где-то сбоку расположился рояль. Арбенина осмотрелась. Как же хорошо, что здесь не стояла двуспальная кровать с шелковым комплектом белья и раскиданными лепестками роз, в окружении свечей, иначе пришлось бы очень долго оправдываться и, в конечном итоге, бежать из страны.       — Сойдет, — заключила Лена, расставляя алкоголь на столе. — Но я бы, конечно, лучше придумала.       И с довольным видом развалилась на диване. Лежа. Прокляв про себя проницательность Жуковой, Света села на противоположный, откладывая музыкальные инструменты в сторону.       — Сначала выпьем?       Диана примостилась рядом, нервничая из-за близкого соседства с предметом обожания, и тут же потянулась за гитарой, чтобы унять нервишки.       — Лена, наливай.       — Летом я подрабатывала барменом, — объяснила она Диане. — Мы со Светкой всех дурили, и выносили всю алкашку с помощью оборотного зелья. Она каждый раз притворялась клиентом и забирала бутылки с собой, а всю наличность я клала не в кассу, а в карман.       — И никто не сверял остаток? — Диана взяла стакан.       — Арбенина, мысли шире, мы же волшебники. Джеминио. Копии растворялись уже не в мою смену.       — Раз вы волшебники, то могли придумать что-то попроще, — Диана отхлебнула виски и удивленно отметила, что почти не чувствует горького вкуса алкоголя. — Хорошо разбавлено. Очень профессионально. Сразу чувствуется опытная рука бармена.       — Но это не так весело, — отмахнулась от первой части предложения Света, выпивая свой стакан залпом, даже не поморщившись. — Ну что, Динка? Будешь претворять свой план по моему похищению в жизнь?       Жукова подавилась выпивкой и закашлялась.       — Извините, блять? Откуда ты её красть собралась? — промямлила она, вытирая рот рукавом. — Я её красть не разрешаю, она мне нравится.       По щекам разлился румянец. Неловко прокашлявшись, Диана попыталась нацепить невозмутимое лицо.       — Никто никого не крадет. Я предложила сыграть сет и посмотреть, что из этого выйдет. А ты тут как критик, — объяснила она и потянулась к колкам, настраивая гитару.       — Так я в музыке ни бум-бум, — Лена постучала себя кулаком по голове, вытаращившись на притихшую Светку и поджавшую губы Арбенину.       — Но ты же можешь оценить сочетание текста и звука, — Диана нахмурилась и посмотрела на Лену как на какую-то полоумную. — Давай, Свет. Что играть будем: твое или мое?       — Давай сначала твое, — достав гитару из чехла, Сурганова уселась поудобнее, приподнимая ногу и ставя на неё инструмент, готовясь к своей очереди заранее.       — Значит, сначала я выпендриваюсь в одиночку, а потом ты. Если что-то выйдет, будем друг другу подыгрывать, — она полезла в карман чехла и выудила оттуда тетрадку, хаотично перелистывая страницы и раздумывая, с чего бы начать.       Не хотелось ударить в грязь лицом. Нужно было выложиться на максимум, так, чтобы Света возгорела желанием создать с ней группу. Одновременно с попытками найти что-то достойное, Диана предавалась мечтам. Прежде, чем она распланировала их будущее вплоть до свадебных костюмов и имен детей, на глаза попалась песня. С тихим, ликующим «ага», Диана удобнее перехватила гитару и начала играть. Закрыла глаза, сосредотачиваясь на своем голосе, и запела чуть хрипло, непроизвольно выделяя букву «р» в словах.       Видеть светкину реакцию почему-то было страшно. Что, если ей не понравится? Несмотря на нервы, голос её не дрожал, и, на удивление, Диана даже ни разу не сфальшивила. Когда прозвучал последний аккорд «солнца», Арбенина тяжело вздохнула и открыла глаза, тут же встречаясь с глазами Жуковой в пять копеек. Несмело повернув голову вправо, она столкнулась с восхищенным взглядом Сургановой.       — Динка, это же шикарно! Это… — не найдя слова, Света гневно поджала губы и больно шлепнула Диану по предплечью. — Почему ты с этим материалом ничего не делаешь?       Потерев руку, Диана удивленно пожала плечами.       — Тебя ждала, — буркнула она, смущаясь.       Сурганова замолчала, приоткрыв рот и ожесточенно о чем-то размышляя. Закусила губу, зажала Dm, постучала пальцами по дереву, входя в ритм. Почему-то передумала и остановилась. Внимательно посмотрев на притихшую Диану, не понявшую заминки, Света вытащила палочку и нотный лист, применяя какой-то трюк, видимо, подсмотренный в хоре лягушек. Гитара вылетела из рук Дианы и повисла в воздухе.       — Сурганова, ну и выпендреж, — укорила её Жукова, привставая с дивана в полусидячее положение.       Ничего на это не ответив, она снова зажала Dm, на этот раз намереваясь доиграть песню.       Диана собиралась спросить, почему же Света просто не дала ей ноты, чтобы второй гитарой была она, но потом поняла, что Света не хотела, чтобы Диана знала, что произойдет дальше. Ни слов, ни аккордов, ни-че-го. Арбенина хмыкнула и оперлась о ручку дивана, сидя к Свете полубоком.       — Процент сумасшедших в нашей квартире увеличится, если ты не придешь.       Брови поползли на лоб. Конечно же, она слышала, как Светка поет. В хоре, пару раз на выступлениях их группы, но все это на тот период было неинтересно и мимо, поэтому Диана не прислушивалась даже из интереса к музыкальной составляющей. И никак не понимала, как могла быть такой дурой. У Светы потрясающий голос: чистый, мощный и нежный одновременно, энергия из него била через край. Про интонации, от которых сводило бедра, Диана старалась вообще не думать. Но думать приходилось, потому что Сурганова, видимо, решила за что-то на ней отыграться, закусывая губу на проигрышах и периодически стреляя в Диану такими взглядами, что она переставала дышать. Боже, она с ней флиртует!       Струна лязгнула в последний раз, гитара опустилась обратно в руки Арбениной. С каменным лицом Света потянулась к стакану, наливая себе чистый виски на полпальца и выпивая его так же залпом. Диана никак не могла прийти в себя.       — Арбенина, кажись, поплыла, — заржала Жукова, хлопая себя по коленям.       Не желая мелочиться, Диана решила поднять свой уровень в чужих глазах, любящих поэзию.       — А я одно видел: вы — Джоконда, которую надо украсть, — Арбенина зацепила большим пальцем басовую. — И украду.       — А силенок-то у вас хватит, Диан Сергеевна? — вкрадчиво поинтересовалась Света, а потом медленно прошлась кончиком языка по нижней губе.       Это был явный, ничем не прикрытый вызов. Намек. Заигрывание. И Диана не была уверена, что разговор все еще шел о музыке.       — Сурганова, ты меня на слабо берешь?       — Может, я хочу, чтобы за меня поборолись? — Сурганова склонила голову к плечу, прищуривая глаза.       — Ребят, а мы пить будем? — влезла Жукова, разливая новую порцию алкоголя по стаканам, и Диана решила, что выпить ей сейчас жизненно необходимо.       Не отрывая от Светы глаз, она потянулась рукой к стаканам, протягивая один Свете и чокаясь с ней.       — Готовься к штурму, Сурганова, — стукнув пустым стаканом о стол, она снова схватилась за гитару, уже с новой силой и рвением, и запела «офицерскую жену».       После еще нескольких стаканов и поочередного исполнения «кошки», «рубежа» и «друг для друга», Диана захмелела.       Света обнимала гитару, как старую подругу, весь вечер не выпуская её из рук, пила неразбавленный виски и громко смеялась, постоянно отпуская двусмысленные фразы в сторону Дианы.       — Бля, я не хотела нажираться, — Диана потерла висок, понимая, что процесс уже пошел. — Опять буду вертолеты ловить.       В этот самый момент Света посмотрела на неё, как на дуру какую-то. А потом взгляд стал снисходительным, будто Диана была маленькой несмышленой девочкой.       — Динка, хочешь секрет открою? Чтобы не ловить вертолеты, нужно лежа на кровати одну ногу поставить на пол.       Арбенина опешила. Внезапно Света стала выглядеть старше своих лет, и пришлось посмотреть на неё по-новому. Она видела Светку пьяной лишь единожды, и то мельком, после сдачи СОВ. Сурганова смешно виляла головой и постоянно пихала Жукову, дурачась. Сейчас она была серьезнее, и даже язык не заплетался. Какой же у неё опыт, хотелось бы знать, раз алкоголь на неё действует меньше, чем на Диану, которая им грешила.       — Она меня тоже этому научила, — подала голос Жукова, открывая новую бутылку. — Совратила невинную девочку, как говорится.       — Жукова, не прибедняйся. В тебе невинности, как во мне гетеросексуальности.       Лена рассмеялась в ответ, разводя руками.       — Про тебя то же самое могу сказать, дорогая моя.       — А я замуж хочу, — выпалила Арбенина, сдерживая смех, когда на неё вылупились две крайне удивленные пары глаз. — Да шучу я, господи. А хули вы вообще мне поверили? Обидно, даже как-то, знаете.       Лена уставилась на Свету и ухмыльнулась. Света сделала вид, что ничего не заметила.       Петь пока что не хотелось, а вот пить да. В идеале, Диана хотела пить под светкино пение, но та играть не спешила.       В какой-то момент, Света решила опереться о сидение дивана, и совершенно случайно там оказалась рука Дианы. Сургановская ладонь легла сверху. Смутившись, Света сразу же отдернула руку, а Диана отвернулась в сторону, чтобы скрыть румянец на щеках. Она даже не успела понять, что произошло прежде, чем это закончилось.       Диана прочистила горло, собираясь пошутить о чем-то незначительном, когда снова почувствовала приятную тяжесть чужой руки. Вскинув голову, Диана уставилась на их соединенные руки и потрясающий контраст кожи. Её, все еще загорелая после летней поездки на море, и другая, посветлее, с тонким запястьем и нежной кожей. В месте соприкосновения было тепло и приятно, истома волнами разливалась по телу. Арбенина продолжала тупо смотреть вниз, паря в каком-то расплывающемся пространстве, не думая ни о чем.       Улыбнувшись краем рта, Света продолжила диалог с Леной, не отнимая руки, а потом вдруг провела большим пальцем по чужой коже. Рука Дианы немного дернулась.       — Давайте в карты ебнем, а? — Жукова немного разгребла бутылки на столе, чтобы было место для игры, но столкнулась лишь с безразличием со стороны противоположного дивана. — Вы че там, заснули? Наебенились уже, да?       Дико испугавшись, что Света поддержит идею и уберет руку, Диана все же отважилась взглянуть на неё, в ожидании реакции. Она улыбалась. Блять, Светка Сурганова положила руку ей на руку, поглаживала кожу пальцем и лыбилась, не смотря ей в лицо. Осознание ситуации стукнуло в темечко.       В конце концов, Света повернулась к ней, все еще улыбаясь, по какой-то причине жутко довольная собой.       — Что скажешь, Динь? Сыграем?       Когда ответа не было уже неприлично долго, и Света устала смотреть на растерянное лицо, то пальцы легонько ущипнули кожу, приводя в сознание.       — А? Да, конечно, сыграем, — недовольство взыграло в теле, гормоны поплясали следом.       — Ну и что? Ты достаешь карты? — Лена вздернула бровь, и Диане захотелось ей врезать.       Чтобы нагнуться к чехлу, нужно было вытащить руку из-под светиной, а делать этого категорически не хотелось. Кто знает, повторится ли подобный контакт еще раз, или на Свету так повлиял алкоголь. Конечно, не стоило забывать и о действии амортенции. Только поэтому Диана решила рискнуть, освобождая руку и мгновенно ощущая жуткий дискомфорт от пробежавшего по коже холодка.       Эта битва была проиграна, но воина только начиналась.       После нескольких раундов в карты алкоголь и не думал заканчиваться, и Арбенину совсем уж разморило. Она была в секунде от зюзи, а сложный и невероятно длинный день накладывал свой отпечаток. Глаза закрывались.       — Спать хочу пиздец, — язык был тяжелым и слушался плохо.       — Ложись, — Света пожала плечами, вперившись в свою колоду. — Завтра все равно выходной.       Диана уже давно выбыла из игры, и теперь война между Жуковой и Сургановой была от неё где-то далеко.       — Жукова, ты не Жуков, не строй из себя, — Лена решила закончить партию как можно скорее, и почему-то выбрала стратегию скидывания козырей. Света в ответ на это лишь закатила глаза и накрыла бубновую десятку бубновым тузом. — В свои игры играть будешь в яслях, а в картах мне нет равных.       На этой фразе одной стороне тела стало как-то тяжело. Диана, видимо, не выдержав накала страстей, подвинулась вплотную к Свете и начала вырубаться, заваливаясь головой на её плечо.       — Вот те раз, — Жукова удивленно сморгнула, не веря своим глазам. — Это вообще неожиданно было.       — Да ладно тебе, пусть спит, — улыбнулась Света, незаметно втягивая носом запах чужого одеколона на волосах.       Немного подвинувшись к краю дивана, Света мягко уложила Диану к себе на колени головой, ни на секунду не переставая улыбаться. Арбенина из последних сил закинула ногу на подлокотник, слушаясь совета и оставляя другую на полу. Краем уха она еще слышала чужие голоса, особенно выделяя тихий голос Светы, а потом резко провалилась в темноту.       Последней мыслью её затухающего сознания были строки:       «Еще мгновение, и в строчку впишется любовь.       Поверю ей, и на плече усну».