Глава 1. Что скрывает Завеса.
10 января 2020 г., 12:51
— Прошлое не такое, каким мы его знаем… Все тайное должно стать явным… Эренделл в опасности! Правда должна быть раскрыта. Без этого не видно будущего. Когда будущее скрыто во тьме, остается лишь делать то, что должен.
— Значит я должна отправиться в Сумеречный лес и найти тот голос, — с мрачной решимостью произнесла Эльза. — Кристофф, одолжишь повозку?
***
Пара дней тряски в повозке привела путников к исполинской стене тумана, плотной и непроницаемой. Осязаемая млечно-белая дымка завораживала так, что дыхание перехватывало от восторга. Величественная преграда меж двух миров. Воплощенное волшебство. Любое грубое касание она воспринимала в штыки, строго и безапелляционно оттолкнув Кристоффа и Олафа. — Ну и как мы преодолеем ее? — потирая ладонь, недовольно буркнул парень, пока снеговик с восторженными воплями бился лбом об стену. Стена настырность не оценила, была явно крепче лба, и стояла отчего-то именно на этом месте. — Постойте… — Эльза жестом призвала друзей к тишине, прислушиваясь к своим ощущениям. — Что-то тянет меня… — Куда? — всполошилась Анна, повертев по сторонам головой, словно пыталась увидеть это «что-то». — Пойдемте! Друзьям ничего не оставалось, кроме как подорваться вслед за королевой Эренделла, вихрем устремившейся вдоль белоснежной преграды. Спустя пару минут бешеной гонки девушка замерла, как вкопанная, глядя сквозь пелену тумана. — Анна… дай мне руку. — Обещай, что мы пройдем через это вместе, — младшая решительно протянула ладонь своей сестре, отбросив все сомнения. — Обещаю. Едва девушки взялись за руки, волшебная стена рассеялась, явив путникам четыре обсидиановых обелиска, обрамляющих волшебный луг. Посреди поляны оказался высокий, белоснежный конь — падение стены явно напугало его, и зверь затравленно озирался по сторонам. — Единорог! — воскликнула Анна, указав пальцем на витой рог во лбу чудесного зверя. — Я думал это сказки… — протянул Кристофф, у Свена отвисла челюсть, а Эльза молча прижала ладонь к губам. Жеребец поймал ее взгляд, и глаза его расширились в изумлении. Словно не путники, а он сам увидел ожившее чудо. Кажется, зверь забыл, как дышать, и шагнул навстречу Эльзе, словно завороженный. — ЕДИНОРОООООГ!!! — окрестности сотряс вопль Олафа, кинувшегося обниматься с волшебным зверем. Жеребец отпрянул, вздернув переднюю ногу. — Олаф, подожди! — попыталась остановить его Эльза, но было поздно — конь сорвался с места в галоп, мазнув снеговика по морковке длинным белоснежным хвостом. — А я хотел обнимашек… — разочарованно опустил руки Олаф, глядя вслед скрывшемуся в чаще единорогу. Свен неодобрительно фыркнул, закатив глаза. — Эльза, ты видела? Видела?! — Анна прыгала на месте, потрясая ручками. Королева Эренделла не ответила. Более того — она даже не слышала сестру. Ее взгляд был прикован к тому месту, где скрылся с глаз единорог, забрав с собой все мысли, все причины и следствия. Необлетевшая листва деревьев мягко трепетала в этой затянувшейся паузе, и казалось — весь мир затих, замер в переливчатом безмолвии. — Эльза… Эльза-а-а! — до сознания девушки настырно пыталась достучаться сестра. — А? Да… — отрешенно прошелестела королева, нехотя отведя взгляд от лесной чащи. — Пойдемте… Друзья ступили на территорию Сумеречного леса, и туманная завеса мгновенно схлопнулась за их спинами.***
— А вы знали, что Лихолесье — это место трансформаций? — философски рассуждал снеговик. — Я не знаю, что это такое, но мне не терпится увидеть, как это отразится на каждом из нас. Путники с опаской переглянулись, но в то же мгновение мощный порыв ветра резко подхватил их под спины и вытолкнул в чащу. Обернувшись, Эльза обнаружила непроницаемую стену из густого тумана, которую не могли пробить даже заклинания. — Мы заперты, — заключила королева Эренделла. — Я думал… что здесь будет более гостеприимно. Еще бы… Друзья осторожно двинулись вглубь чащи, которую неспроста назвали Лихолесьем. Огромные, безобразные деревья срослись кронами так, что далеко не каждый луч света мог пробиться сквозь переплетение ветвей. Стволы, поросшие темным мхом, громоздились один на другой. Лысые корни ощерились из-под влажной, неприветливой земли. — Здесь… мрачновато, — отметил Кристофф, переступая через уродливую корягу. — Этот лес как будто неживой… — Анна нервно озиралась по сторонам, поёживаясь. — И птицы не поют… Свен утвердительно замычал. Ему тоже совсем не нравился Сумеречный лес. — Тихо, Свен, — попросил друга Кристофф. — Мне почему-то совсем не хочется, чтобы нас услышали. Эльза никак не могла выбросить из головы ту встречу на поляне с обелисками, поэтому шла молча, погруженная в собственные мысли. Олаф шел, щелкая клювом по сторонам и треща без умолку, пока не вошел на полном ходу в узорное полотно паутины, расставленной между двумя стволами. — Олаф! — воскликнула Анна, поспешив вызволить друга из сетей. Кристофф дернулся было перехватить тонкое запястье девушки, но не успел… Буквально в следующую секунду тишину мертвого леса прорезал глухой, скребущий визг, и с крон деревьев на пришельцев ощерились десятками глаз огромные пауки. — Анна! Принцесса Эренделла вскинула голову и закричала в ужасе. С ветвистого крова Сумеречного леса на них, мелькая множеством ног, лихорадочно стекала лавина хищных тварей. Глаза девушки мгновенно запорошило мелким сором и трухой — Анна всплеснула руками, и тут же угодила кистью в липкую сеть, в которой веретеном крутился Олаф. По ближайшему стволу к ним уже подползал гигантский тарантул размером с хорошую свинью. — Помогите! — услышала Эльза крик сестры, беспомощно бьющейся в паучьих силках. Над Крисом блеснула ледяная молния Эрендельской королевы и сразила брызжущую слюной тварь, подбирающуюся к сестре. Мужчина метнулся было спасти возлюбленную, но рухнул плашмя, словно оглобля — ноги его оказались намертво замурованы паутиной. Свен протяжно замычал — трое пауков шустро упаковывали оленя в серебристые, липкие тенета. Это произошло слишком быстро и обезоруживающе. Все слилось в зловещую мешанину паучьих ног, мелькающих глаз и ядовитых жвал. Что-то надоумило Эльзу отпрыгнуть в сторону, и мимо ее плеча тут же просвистел плевок липкой паутины. Уйдя от удара, Эльза развернулась навстречу сестре и стиснула кулаки. Ей нельзя было растеряться. Нельзя было медлить. Нельзя паниковать. Ведь Анне нужна ее помощь. Мир сузился до количества ледяных стрел, которыми она успеет ударить паучье войско. Сколько их? Десять? Двадцать? Светлые молнии метались, не подпуская сумеречную мразь к легкой добыче. Один за другим взвизгивали пауки, земля окропилась густой, черной кровью, но с боков вновь и вновь лезла новая погань. Эльзу вдруг ударило что-то, развернуло на месте и сбросило на землю, буквально пригвоздив к промозглому дёрну. Плечо приморозило болью, левая рука мгновенно отнялась, в ушах зазвенело, а в глазах расцвели разноцветные огни. — Нет… — полыхнуло в сознании, цепляющемся за реальность. Мир словно оглох, потемнев по краям. Вот Кристофф — можно только догадаться по очертаниям широкоплечего кокона, валяющегося навзничь. Где-то сбоку надрывается северный олень — пауки уже подбираются к рогатой морде, искаженной первобытным ужасом. Гулкие, утробные вопли Свена постепенно затихают, тухнут последние судороги сопротивления. А вот Анна. Лежит без сознания, лицом в землю, а к ней не спеша, смакуя происходящее, подбирается гигантская членистоногая тварь. — Нет! — кажется, Эльза не услышала собственный голос. Кажется, что эту секунду вырезали из времени и впаяли в хрусталь. В расширенных от ужаса глазах Эльзы отражались ядовитые челюсти на расстоянии локтя от шеи Анны. Мгновение. Запела тетива лука, и паучиха с воплем отпрянула — мохнатую голову прошила оперенная стрела. Между ней и девушкой спрыгнул на землю светловолосый мужчина, воздев лук наизготовку. Происходящее на поляне изменилось в считанные секунды — безмолвно, из ниоткуда появились с десяток воинов в зелено-коричневых одеждах, беспощадно разделавшись с паучьей ордой. С другой стороны послышались возбужденные крики — это приближались, размахивая клинками, солдаты в форме Эренделла. Эльза силилась встать, превозмогая боль, как рядом оказался тот самый светловолосый юноша. В разгар боя, не обращая внимания ни на что, он припал на колени к ней, прикрыл глаза и коснулся пальцами раны. На мгновение все отзвуки битвы стали безнадежно далекими, и Эльзе почудилось, будто она дома, в саду, слушает колыбельную матери, а зеленые листья едва колышутся на ветру. Закружилась голова, в лицо словно подуло полынью и вереском и рассыпалось мириадами искр под закрытыми веками… Королева Эренделла открыла глаза, тряхнув головой от недоумения. Разбираться в этих волшебных ритуалах было некогда, плечо не болело и ладно. Девушка поднялась на ноги, ища взглядом Анну — на прежнем месте ее не оказалось. Сестру нес на руках один из безмолвных воинов с луками, они же тащили Олафа, Кристоффа и Свена. Пауки стремительно разбегались — их добивали не пойми откуда взявшиеся в Сумеречном лесу Эрендельские солдаты, пока лесные жители стремительно утаскивали друзей Эльзы в чащу. — Стойте! Остановитесь! — споткнувшись, Эльза ринулась вслед за ними, но на ее пути вновь вырос тот самый юноша, упреждающе вскинув руки. — Уйди! Куда вы ее тащите? Верните! — ярость застилала разум. Ничего не имело значения. Они куда-то тащили Анну. Парень тем временем не ушел, вновь попытавшись остановить разъяренную королеву Эренделла. — Да отвяжись ты! — Эльза в бешенстве пальнула льдом ему под ноги. — Анна! Настырный боец вновь вырос на пути. — Верните. Мне. Сестру! В воздухе громыхнуло, словно от грозы, и во все стороны от Эльзы разлетелись с десяток ледяных вспышек, поражая все подряд, а в следующую секунду вспышка света ослепила поле битвы. Светловолосый юноша упал на одно колено, держась за лицо, а Эльзу мощным ударом отбросило в ближайший ствол дерева. Всполох резкой боли поразил затылок, мир потемнел перед глазами, и битва для Эльзы закончилась.
