♛*• Тайна герцогини де Крааз •*♛

Душевный огонь не видно… но как от него тепло! Душа в отличие от разума не думает и не рассуждает — она чувствует и знает, поэтому не ошибается. А мы живем разумом, поэтому столько ошибок и проб…

♥♥ ๑۩۩๑♥๑۩۩๑♥♥

Таннин

       Играй и выигрывай — закон выживания. Жизнь — игра как шахматная доска. Я должен засунуть голову в петлю, которую мне приготовил отец! Это расплата за власть и плаха для принца. Но кого это волнует? Что императоры, что принцы не могут жениться по своей воле. Все браки во благо империи и, чтобы угодить народу. Я мысленно ругался, ярился, злился рассуждая в такой торжественный день. Свадьба. Им всем всё равно, что я не хочу ее! И тут же успокаиваю себя. Благо герцогиня станет второй женой.       Прошел в спальню, кликнул камердинера. Переговариваясь и улыбаясь, вошли придворные и внесли свадебный костюм. Вместе с ними вошли мои побратимы. Камердинер помогал с маленькими пуговицами, драгоценностями… Парни расселись и тихо переговаривались в ожидании, когда меня упакуют в этот наряд. Они чувствовали мое раздражение. Через некоторое время ростовое зеркало показало, насколько великолепно сел свадебный наряд. Парчовый камзол расшит серебряными цветами рода, отделан роскошными соболями. Плащ из багряно — алого сатина расшит не менее пышно, чем камзол, и украшен круглыми пуговицами из отшлифованных алмазов. Шею туго охватывал золотой воротник. Сапоги сшиты по последней моде — с узкими закругленными носами — и тоже щедро усыпаны жемчугом и бриллиантами. Все пальцы унизаны перстнями.       — Ваше высочество, вы выглядите превосходно, — объявил молодой Томас Калпепер. — И я тихо и предупреждающе зарычал. В мыслях вертелись слова герцогини.       «Вас это так волнует? — сарказм так лился из нее. — Да вам оказывается не все равно, в чем я явлюсь на свадебную церемонию. По-моему, вам стоит беспокоиться о другом — придет ли ваша невеста вообще в храм». Остальные придворные одобрительно зашушукались и закивали, соглашаясь с этим мнением. Мои парни чувствовали, что я нервничаю и злюсь, но никак не могли взять в толк из-за чего.       — Если бы эта свадьба не была нужна моей стране, — заявил я, — никакая сила на земле не заставила бы меня сделать это.       — Оставьте Его Высочество на пять минут. Все вон… Я не мог выносить присутствия придворных и в гневе приказал всем немедленно покинуть помещение, чему был чрезвычайно рад. Райвэн велел всем удалиться. Камердинер делал последние штрихи в праздничном одеянии.       — Таннин, успокойся. — Эрерст, как всегда, моя моральная поддержка. Что тебя так гложет? Эти слова подействовали на меня как триггер, и я внезапно вспыхнул эмоциями.       — Она заявила, чтобы я беспокоился не о ее свадебном платье, а о том, что она вообще явится на свадьбу.       — ЧТО-ОО? — Хор голосов моих парней, и даже камердинер открыл рот в изумлении, не справившись со своими эмоциями.       — Калеб, — прорычал я. — Если узнаю, что проболтался, — я многозначительно посмотрел на него. Дальше слов не нужно, он и так понял, чем ему это грозит.       — Еще кто-то это слышал?— поинтересовался Лаврайн.       — Мы ругались прямо перед дверями бального зала. Возможно и такое, но надеюсь, что нет.       — Дело дрянь. — Прорычал Растум. - Ты поэтому ее игнорил весь бал и ужин.Вот только зря, сделал. Понимаю был зол на нее, но всё же не стоило при всех. Ты почти уничтожил её репутацию и превратил в рабыню. Вряд ли она это простит и оставит без ответа. Поверь мне. Его аналитический ум мне не раз помогал выкрутиться, но, если он так сказал… В душе похолодело.       — Не преувеличивай, Растум. Элика вовсе не глупа. У неё есть множество положительных качеств. Меня тревожит другое, но пока я воздержусь от обсуждения, чтобы не ошибиться.       — Успокоил Райвэн, — с иронией в голосе посмотрел на него. От этого мне стало не легче.       — Не кипятись. В брачном контракте прописаны пункты, которые она не сможет нарушить. Но запомни, она их все проанализировала, а вот за остальное не берусь и не представляю, что будет… — продолжил он свою мысль.       - Умеешь ты меня поддержать, дружище, в трудную минуту, но отрицать не стану. Прошипел я, но злился на нее.       — Веселый расклад. — Лаврайн усмехнулся. — А мне уже нравится. Элика словно свежий ветер в нашем застоявшемся болоте. Хоть будет встряска, и она ее нам даст.       — Пять минут истекли. Пора. — Райвэн окинул меня взглядом и с улыбкой оценщика произнес: — Хорош. Все дамы слюни пускать будут и сохнуть по тебе, но не твоя невеста…       «У-у-у! Зараза!» — подумал я и вспыхнул, как спичка.       — Мне не нужны все. — Прорычал я. — Лучше бы знать направление, где искать суженную. Пора. Шаг, еще… Мы шли процессией в храм в сопровождении подданных. Сердце тревожно замирало, предчувствуя нечто грандиозное. Казалось, меня хотят подставить. Знал бы я заранее — подготовился бы, но, увы... Судьбы не избежать, как бы я ни старался. Да уж, «приключения» нам обеспечены, если она не придет.

***

Свадьба

      Храм расположился на невысоком холме почти в самом центре города, каждую из четырех его стен разрывали посередине огромные ворота. Они, как, собственно, и стены, были сплошь покрыты резьбой, теснящимися, смыкающимися друг с другом ярусами высеченных из камня фигур драконов. Ворота эти вели в первый, внешний двор, в котором опять же высились стены — уже со своими воротами, в свою очередь, вели во второй, внутренний двор. Ну, а внутренний двор, с его величественными святилищами главных богов, являлся средоточием всей религиозной деятельности. Высокий полукруглый свод… Гул голосов, приглашенный на торжество… Чистый, ясный свет. Льется сквозь прозрачный купол и узорчатые окна. Солнечными зайчиками скачет по блестящему полу. Причудливыми узорами украшает стены. Сегодня собралось огромное количество народа. Элита в самом храме, а остальные младшие ветви на улице возле ступеней и площади. Радостные крики, поздравления, а меня всё бесит, еще жуткое предчувствие подставы. Отец со своими министрами с моей стороны, а со стороны невесты фрейлины. Придет, не придет??? Опозорит или нет??? Хоть на ромашке гадай. Взгляд выхватил знакомую фигуру и весьма был удивлен тому, что Амалия входит в число этих самых фрейлин. Не к добру это. Ох, чую, мне все припомнит Элика. Даже хочется согласится с друзьями на их предположения.        — Я так и знал, — тихо выругался Райвэн.       — Что? — мы все обратились во слух.       — Что? Что… Меня, как мальчишку, обвели вокруг пальца. Но еще больше уважаю ее. Аманда. Ох, не спроста Элика. Она, ее в фрейлины взяла, но ее план предсказать не смогу. — Райвэн говорил тихо, а у меня внутри всё сжалось, и по коже пробежал холодок.       — Таннин, успокойся. — Растум посмотрел на меня. — Элика придет, а вот с фрейлинами будь на стороже…       — Не нравится мне все это, — тихо прошептал Лаврайн. - Ох, не нравится. Время шло, и я начинал нервничать. Эли и ее отца до сих пор не было. Внутри меня нарастала неконтролируемая паника. Фрейлины бросали на меня заинтересованные взгляды, а Аманда, кажется, собиралась устроить мне неприятность. Я ощутил, как на коже появляются твердые чешуйки, но не мог остановить этот медленный и неизбежный оборот. Минуты тянулись, невесты все нет...Где она?        — Таннин, она просто опаздывает. Ты же видел сколько на улицах народу. — В голосе Лаврайна панические нотки и он думает, что не услышу их.       — Ага, опаздывает, как же… Решила отомстить и поиздеваться. — Эрерст высказал то, что крутилось у меня в голове. — Заметь, с ее стороны только фрейлины и больше никого. — Я тихо предупреждающе зарычал, а в душе строились коварные планы по уничтожению герцогини.       — Таннин, успокойся. Она придет. — Райвэн сказал это так уверенно, что я ему позавидовал. Во мне такой уверенности нет. Занервничали уже многие, даже мой отец стал поглядывать на дверь, гипнотизируя ее. Терпение моё не безгранично. В висках всё стучит мысль в истерическом смехе надо мной: «Вам лучше беспокоиться о другом: придёт ли ваша невеста в храм». От такого чуть не зарычал.       «Неужели решила бросить меня у алтаря? Вот это позор». Гости тихо начали переговариваться, и гул голосов нарастал, но пика своего не достиг. Двери открылись, и зазвучала музыка.       Я выдохнул, а Райвэн сжал мне руку в поддержку. Все обошлось. Проход освятили множество магических шаров, и под руку вошла она. Это был удар под дых. Ее свадебное платье шилось не вчера и не за один день и уж точно не за два дня. Такое шьётся не меньше года. Вышивка, камни — платье для принцессы.       — Обалдеть, — тихо произнес Эрерст. — Танн, это точно герцогиня? Я забыл, как дышать в этот момент и потерял дар речи.        — Я тебе откровенно завидую. — Тихо шепнул Растум. — Она превзошла все ожидания и компенсировала их. Это того стоило. Только во всем ее наряде есть подтекст. Она же была замужем, так какого рожна ее волосы распущены? Это обозначение, что девушка невинна. Что она творит? Это такой протест? Или игра на публику как издевка? Мы смотрели на неё как заворожённые, а я не верил своим глазам. Вуаль скрывала половину лица приоткрывая красиво очерченные губы. Обалденная фигура, что дух захватывает. Движения ее были плавные, красивые. Платье сплошь расшитое жемчугом, вышивкой и какими-то рунами. Ее волосы распущены — символ девственности, а на голове надета изящная золотая диадема рода де Крааз, усыпанная драгоценными камнями и увенчанная золотым трилистником в виде веточки розмарина — символа изобилия и плодородия. Императорский род, правда бывший, но она подчеркнула это, давая понять народу, что не простая герцогиня перед ними. На лице ее играет коварная улыбка. Мужчины опускаются перед ней на одно колено и прикладывают к сердцу кулак. Неведомая сила заставляла дам пригибаться в глубоком реверансе. Или мне все это снится и грезится? Что происходит? Отец наблюдает за этим с прищуром и переводит взгляд на меня. По его мимике понимаю смысл несказанных слов:       «Смотри, они уже сейчас принимают её как императрицу, и если бы не свадьба, то был бы переворот». Да, он прав и шатающийся трон только так можно укрепить. Элика шагает вперед, не обращая внимания на то, что происходит у нее за спиной. Мы шокированы происходящим. Лишь горстка народа остается безучастна и продолжает смотреть на нас с преданностью. Но их так мало.       Герцог подвёл свою дочь ко мне и отступил на несколько шагов. Элика встала рядом со мной у алтаря и повернулась в мою сторону. Я с раздражением в голосе, но очень тихо прорычал:       — Издеваешься?!       — Нет, — ее голос звучал глухо и холодно. — Не стоит менять время бракосочетания, и тогда не будет накладок.        — Начинайте, — велел мой отец, и храмовник забубнил молитву. Я открыл ее лицо и посмотрел ей в глаза, а там застыли льдинки превращающиеся в бурю, снежную и смертоносную.       — Мы заключаем этот союз перед живыми и перед мертвыми! — после недолгого колебания зазвучал громкий и твердый голос. — Перед народом и нашей сиятельной Темнейшей богиней! Теперь и навеки. Навсегда! Герцог де Крааз, вы передаёте все права на свою дочь герцогиню де Крааз Элику Миниэль Нейлин. Драконицу гнезда Солнечный луч?

Все взгляды были направлены сейчас на него, а он хмурился и смотрел на дочь. Между ними похоже произошел разговор взглядов. Она коснулась рукой своего платья, словно поправляя его несуществующие складки или пылинки. И как-то странно улыбнулась. В ответ герцог вспыхнул, словно озарила его догадка и он расслабился. Его голос прозвучал четко и отстранённо.       — Я, герцог де Крааз, лорд гнезда «Солнечный луч», отдаю свою дочь, герцогиню де Крааз, в жены лорду Таннину Хираньякш Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко. Да будут свидетелями живые и мертвые. Её губы сжались в твердую линию, но в глазах продолжал бушевать ураган ледяных снежинок. Казалось, Элика пыталась выпустить его наружу, прокричать весь свой гнев, но кто-то силой удерживал ее рот закрытым. Разве такое возможно?       — Ваше Высочество, Лорд Таннин Хираньякш Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, берете ли вы присутствующую здесь герцогиню де Крааз покорной второй женой?        — Принимаю. —  Почему у меня внутри рождается странное чувство, что что-то идет не так? — Я связываю вас магией своего рода и брачными узами. — Сделал порез на ладони Эрики и зашептал над ее каплями крови, как требовал ритуал, повторяя ее имя. Элика Минниэль Нейлин Н*уаторр. Слова ритуала произнесены и все уставились на ее шею.       — Что? — Не выдержала она. — Что вы так на меня смотрите? Что не так? — Недоумевала она. Почему я ощущаю себя сейчас униженным и осмеянным? Почему у меня такое ощущение, что меня выставили дураком?       — Ритуал не завершён. — Тихо прошептал храмовник, а у самого руки слегка подрагивают. Он громче произнес: — Примите дети мои брачные узы — И открыл шкатулку с браслетами. Возможно, он прав. Вероятно, в этом и заключается причина того, что ритуал не был завершён. Пришлось брать браслет и надевать ей на руку. Она повторила за мной действие и тоже застегнула браслет на моей руке. Храмовник молчал и, как только совершен обмен, проговорил:             — Можете поцеловать свою молодую жену, Ваше Высочество, — сказал он, захлопнув шкатулку из-под браслетов и убрав ее в карман. Руки завел за спину. Но мне было не до чего... Лишь билась в истерике мысль: «Поцеловать! Её. Поцеловать взбешенную дикую драконицу, готовую испепелить меня взглядом? Неожиданное предложение». Я чувствовал ее аромат злости, и он приводил моего дракона в раздражение. Целовать совсем не хотелось.       — Обойдёмся без нежностей, — отмахнулся я и сделал шаг вперёд, желая взять её за руку и увести отсюда. Взгляд — это прикосновение душ, и я не мог понять, что со мной происходит, когда смотрел ей в глаза… Если вы знаете, как проникнуть в глубину взгляда человека, вы можете увидеть его истинную сущность. Я заметил что-то странное в ее лице, но эта мысль тут же исчезла. Глаза — это ключ к вашим сокровенным тайнам, и меня не пускали в их глубины, хотя я не мог отвести от них взгляд.       — А если я не х-хочу? — почти прошипела, она.        — Сын… — император произнес грозно, но так, чтобы слышали лишь мы… Взглянул на её губы и сам поразился. Они имели вполне правильные очертания, и, если подходить с этой стороны, то... почему бы и нет. Я не хотел навязывать ей свое общество после свадьбы, а просто желал, чтобы она жила своей жизнью вдалеке от меня. Но от единственного в нашей жизни поцелуя не умру, и она переживет этот момент. Пусть хотя бы этот поцелуй связывает нас, если ничего больше никогда не будет. Метка, вероятно, проявится, а может её порадует мое внимание к ней. Жена... Как то ни было, но она жена... Пока Элика все еще находилась в замешательстве, я обнял тонкую талию и притянул к себе. Мне понравилось прижимать ее к себе. Да что ж так плющит меня из крайности в крайность? Ее эмоции просто фонтанировали и били наотмашь. Рядом стоящие чувствовали ее состояние души. Злобную фурию просто переполняла ярость. Что ж, еще совсем немного, и у тебя будет время выплеснуть её. С этой мыслью я впился в ее рот, раздвигая языком губы. И она обмякла в моих руках, закрыла глаза. Коснулась своими пальцами моего запястья, где теперь находился браслет. Он вспыхнул и прочно сел на руке.       Бездна побери! Этот безумный шквал дезориентировал нас обоих. Погружаясь в нее, я пил ее сладость, позволив себе такую малость. Эти губы принадлежали другому. Ее опыт чувствовался. Она отдавала себя. Пусть на краткий миг, но искренне и полностью. С тихим стоном оторвался от ее волшебных губ, взглянул в затуманенные глаза и, едва касаясь, провел пальцем по пылающей нежной щеке. Что это сейчас было?       Элика отстранилась от меня, как от чего-то заразного, и даже вытерла губы тыльной стороной ладони. Ярость теперь бушевала во мне. Вот значит как? Бре-ееезгу-уу-еееешь, во мне поднялась обида и злость.       «Метка!» На ее на шее так и не появилась. Даже после поцелуя. Что это значит?       — Я не понимаю. В писании говорится, что на шее невесты должна появиться метка второй жены. Но у неё этого не произошло.       — Метка! Я не рабыня… - прорычала она убедительно, но тихо.        — Объявляю вас мужем и женой, да будут свидетели живые и мертвые во веки веков.  Магия среагировала на слова испуганного храмовника, связывая меня с ней прочными узами и тем самым закончил церемонию бракосочетания. Храмовник выдохнул и стер пот со лба. Он смотрел на наши браслеты и блаженно улыбался. Странный он какой-то.       Народ начал подходить с поздравлениями, а я задумался: что это сейчас произошло? Как отец мог меня так подвести? Я же всё сделал правильно. Почему на её шее нет метки? Она действительно просто моя жена? Брачный браслет плотно сидел на моём запястье, напоминая о том, что я женат.       Потом было не до чего. Весь день до заката заполнили церемонии и ритуалы. Устал и мечтал под вечер расслабиться и отдохнуть, но не тут-то было. Отец стал давить на меня, угрожая использовать все доступные средства, чтобы заставить меня уступить. Готовился морально войти к своей жене в спальню, но не собирался исполнять супружеский долг, лишь провести с ней это время. Совместный сон, не более. Парни пошло шутили и подбадривали меня. Но такого не ожидал никто…

Элика

       Если на душе скребут кошки — не вешай нос… Придет время, и они будут громко мурлыкать от счастья…       Пришлось вставать с постели и потратить долгие часы нервного приготовлений к празднику: купание и протирания, нарядная прическа. Мы все были на нервах. Вилен ходил около меня хвостом и не хотел отпускать. Он злился, потому что ему придется делить свою маму с кем-то еще. Малыш проявлял собственнические чувства. Вилен не любит перемены.С самого утра отец был молчалив, и я видела, как он страдает из-за происходящего. Однако мы оба понимали, что избежать выполнения наших обязанностей невозможно. Наш брак с Таннином это не история о совместной жизни, это история о борьбе за выживание. История противостояния двух сильнейших родов. Я морально готовилась к этой борьбе, где все делается во благо сохранения тайны…        Мы опаздывали, и это получилось как-то случайно, но на душе расплывалось злорадство. Как представлю, что он там стоит и нервничает, аж бальзам на сердце ложится. Служители храма распахнули передо мной двери, предлагая первой вступить в полумрак, разрезаемый по углам лезвиями пламени, трепещущего над свечами. Император, наследник и придворные уже были в торжественном зале для венчаний. Таннин прямой, собранный, стоял у алтаря, заложив руки за спину, и кипел от тихой ярости.       «Опоздала», — говорил его злой взгляд. - «Ну, подумаешь, прождал лишних пятнадцать минут. Не умер же от этого».       Отец вел меня по проходу и уговаривал сдержаться, чтобы ни случилось. И это ради нас, а не ради императора или наследника. Соглашалась с ним, но обдумывала, что не собираюсь пасть так низко. Он не посмеет унизить светлую Альву. Истинную принцессу своего народа, пусть и чуждого для них мира.       Встав рядом с женихом у алтаря. Я повернулась к наследнику. Одно дуновение аромата, один взгляд, одно касание и зверь признает партнера. Почему-то это крутилось у меня в голове.       — Издеваешься, — прошептал он одними губами, но я расслышала его гневную тираду. Стоя так близко к нему, я задавалась вопросом: к чему бы это? Ведь на балу не возникало этого вопроса.       — Нет, — тоже произнесла я только для него. — Не стоит менять время бракосочетания, и тогда не будет накладок. Почему мне хочется ему грубить? Почему мне хочется сделать ему больно? Мелко пакостить и заняться вредительством.        — Начинайте, — велел император, и храмовник забубнил молитву. Я покосилась на принца по правую руку от меня. Таннин, игнорируя всех, смотрел четко перед собой. Мрачный и собранный. Таким я видела его впервые, и провоцировать на что-либо уже перехотела. Ни намека на дружелюбность с его стороны. И эти белые перчатки. Ненавижу!Я поморщилась.       Отец нервничал и не желал мне участи стать рабыней Таннина, но я успокоила его. В голове мгновенно пронеслось, то что я читала и коварно улыбнулась. Нет, я не буду рабыней и это не сработает. Провела рукой по платью и отец все понял. Он воспрянул духом. Порез ладони и Таннин шепчет выдуманные имена над моей кровью. Ха… шепчи и дальше. Моя кровь не среагировала на его слова. Я так и думала. Альвы проводят обряд над новорожденным давая имена и, если бы он произнес: Элениэль Милоэлика Мириэль дома Арвен, то да, сработало, а так… Даже в этом мире имена, что записаны в документах, скрыты, а так они были записаны с моих слов. Хм.., но сыграть недоумение и непонимание необходимо. Перевела взгляд на храмовника, он испугался, потом хмурил брови и оказался очень внимательным и пытливым мужчиной. Ему все это не нравилось.       — Обойдёмся без нежностей, — отмахнулся Таннин и сделал шаг вперед. Чтобы что? Я не знала, что он хотел сделать, но я испугалась и вырвалось самой собой:       — А если я не х-хочу? — почти прошипела в отчаянии. Одного этого взора хватило, чтобы подавить зреющий во мне бунт. Я не горела желанием целоваться. Уж точно не с ним. Смотреть в его глаза вот так, когда, между нами, почти не осталось расстояния, было непосильным трудом.        — Сын… — император произнес грозно, но так чтобы слышали лишь мы… Смотрела на него как заворожённая, и почему-то хотелось, чтобы он сделал еще шаг мне навстречу. Согласился на этот поцелуй и это не мои эмоции. Моя драконица жаждала вновь испытать всю силу его поцелуя. Взгляд — это встреча душ. Глаза — дверь к тайнам души. И она раскрывает все свои двери. Да будет открыты сердцем! У меня в голове, наверное, что-то заклинило от избытка ее эмоций. Может, вообще умом тронулась — ничем иным возникшие ощущения не объяснить. Он это сделал, но с такой неохотой и в начале с таким не желанием, а потом что-то произошло необъяснимое… Дыхание перехватывало, и сердце забилось часто, только уже не от злости. Что за?.....       Он целовал так, словно пил мою душу, бессовестно присваивая ее себе. Ненавижу его! Ненавижу! Вот… поцелуй закончиться, и возненавижу с новой силой! Целовать — это, конечно, не пытать и не насиловать, но моя персональная реакция на этого конкретного мужчину мне совсем не нравилась. Я чувствовала себя предательницей. Первая любовь — это то, что никогда не забудется, как бы ни хотелось. А вот тут совсем из другой оперы. Здесь правит балом зверь. Он считает, что для него правильно. И ты подчиняешься его воле, так как он и ты, единое целое. В эту минуту мое сердце тянулось к нему против всех доводов разума. Мое тело обожгло, и по рукам прошлась молния, остановившись возле сердца. Что это сейчас было? Я не понимала, но разорвав поцелуй ни один из нас не желал признаваться в том, что понравилось…       — Не понимаю, — ведь в священных текстах говорится, что у невесты должна появиться метка на шее, символизирующая вторую жену. Однако этого не случилось?       — Метка! Я не рабыня… - прорычала я. Храмовник вздрогнул и, походу, понял всю подоплеку и чем это ему грозит. Обмен брачными браслетами, причем из сокровищницы самого прихода. Где он их только откопал? Он старался провести обряд и все же соединить нас узами брака. Что он творит? Мне хотелось кричать на него, но я молчала…        — Объявляю вас мужем и женой, да будут свидетели живые и мертвые во веки веков.  Магия среагировала на его слова связывая меня с Таннином прочными узами. Произнес храмовник и тем самым закончил церемонию бракосочетания.       Когда ловит сомнение — значит, ловит ум. Когда входит сомнение, его не стоит принимать серьезно, но, даже будучи правильным, оно неправильно, потому что разрушает сердце. Одно не стоит другого. Сердце — это врата без створок, ведущие в реальность. Проблемы создаются головой. Я стояла возле мужа и думала. Всё в этой церемонии было не так с самого начала. Я надеялась и вовсе сбежать от Таннина. Не мое он имя шептал, а моя драконица хихикала. По крови при рождении мне дано другое имя, поэтому и намекнула отцу. Священнослужитель не дурак и струхнул. Решил подстраховаться, поэтому и достал брачные браслеты. Умник нашелся. Я второй раз прокручивала в голове и понимала, что никакая я не вторая жена, - единственная. Что будет делать Таннин, когда узнает об этом? Темная богиня, спаси меня… Еще одна тайна. Он ведь не понял, в отличие от меня. А император??? Он явно что-то подозревает, но решится ли сказать об этом?       Церемония пролетела быстро для всех остальных неосведомлённых. Уже минут через десять вышла из храма замужней дамой. Не думала, что моя свадьба будет такой веселой, с подвохом. Что ж этот мир так играет со мной в свои игры и тайны прибавляет в моем шкафу. Он же не резиновый и может не выдержать такого груза, а если дверца сломается? Темные, не хочу думать, что произойдет. Мне и так хватило на сегодня тайн по самые буль-буль. Познать, что такое кризис в моем случае, это через край сосуда. Он, оказывается, всё же наступил и раздавил моё бренное тело…       Осознание того, что влюблен твой зверь, никогда не бывает легким. Иногда любовь приходит медленно и мучительно. До меня дошло лишь тогда, когда на моих руках после этого венчания появился белый узор, словно мороз рисовал тонкой кистью. От запястья до самой груди. Об этих рисунках я что-то читала в старинном фолианте, и только сейчас, разглядывая их, сообразила, что произошло. Алиане или суженная, сильная и пригодная для рождения детей. Истерика обухом по голове. Ох, что со мной творилось в этот момент. Благо была одна после свадебной церемонии и удалилась перед пиром переодеться. Вот стою теперь реву белугой… Нет узор красивый и невероятный, но если честно, я сомневаюсь, что это рисунок Алиане, а о другом боюсь подумать. И готова ли я Таннину открыться? Нет, не так. Вспомнились все эти девицы, мой план. Его отношение ко мне. Готова ли я стать его игрушкой? Неееет. Кричало сердце, пряча чувства.       Драконица встрепенулась и недовольно зарычала на меня. Мы это уже проходили и второй раз она снова хочет наступить на те же грабли. Алиане или все же истинная? В этом слове столько для меня таится. И желаемого, и запретного. И это не слово — приговор. И он еще не знает, всей правды, что я его единственная жена. Пришлось надевать платье с длинным рукавом с широким воланом, прикрывающим мои кисти. На руки надела ажурные перчатки и глядя на них, рассмеялась. Вчера Таннин носил перчатки, а сегодня я. Мы друг друга стоим. Привела себя в порядок и со своим строем фрейлин отправилась в зал для пира.       Чувства драконицы бурлили во мне и требовали выхода. Может быть, я не стала бы делать то, что задумала, но здесь сыграло роль одна неприятная ситуация. После всех этих ритуалов и церемоний, затянувшихся на целый день, я была готова сдаться на милость и все же переночевать в предоставленной мне комнате. Но закон подлости таков, что его не отменишь. В этот раз он был на моей стороне. Мало того, что все эти сутки я терпела смешки в свою сторону. Народ — лорды, их жены, юные лэри, приглашенные гости из других государств — насмехались надо мной. И ведь не будешь кричать всем о том, что произошло на венчании. А они сволочи:       «Вторая жена — низшая ступень у королевского трона. Подстилка». И все в подобном духе. Я едва держалась, чтобы не зажать уши ладонями. Болтовня гостей была в сотни раз хуже самой брачной церемонии. Кусок в горло не лез и спокойствия, уверенности не добавлял сам наследник. Танн не снимал перчаток, продолжал игнорировать меня, словно я предмет интерьера. Перчатки на моих руках, я даже была им сегодня рада, так как необходимость мужа иногда прикасаться ко мне была, и узор чтоб его, он вспыхивал… Это испытывало мое терпение и нервы. Император добавил масла в огонь.Он в приказном тоне потребовал от нас с Танном консумировать брак. Весь вечер я не мог успокоиться от волнения. Все мои мысли сосредоточились — на том, кто сидел напротив.       Первая брачная ночь. Хотела бы я о ней не думать, но еще час-два и я поднимусь в спальню, а там… На этом месте фантазия давала сбой. Страх сковывал меня по рукам и ногам. Рисунок даст понять наследнику кто я ему. И самое главное, я невинна и, если он об этом узнает, то возникнет вопрос, откуда у меня Вилен? Кто его мать? Отец сидел угрюмый и, кажется, тоже думал об этом. Кажется, у него так и не появилось чёткого плана. Он был потерян и рассеян. Такой расклад нас не устраивал. Что делать? Впрочем, все еще могло обойтись. Этот брак — сделка. Я успокаивала себя этим. Жаль, получалось плохо. Самый кошмарный день моей жизни подходил к концу и грозил продолжиться еще более ужасной ночью. Можно я не пойду с этим чудовищем в спальню? Умоляю! Спасите меня от него. Нет? Ладно, придется спасать себя самой. Посмотрела в сторону мужа, фрейлин… Он снова переключил внимание на юных девушек, и, да, у нас с ним произошла опять ссора.       «Мерзавец! Вот что в нем нашла драконица? За что его полюбила Каро? И ведь не только она. Были другие влюбленные дуры. Далеко ходить не надо, вон сидят глазами хлопают. Я им устрою».... Это меня взбесило еще больше. Кто бы мог подумать, что этот мужчина так заденет мое самолюбие? Ища взглядом что-нибудь, что бы можно было разбить об его голову. Все что угодно, лишь бы хоть как-то выпустить пар. Но останавливало то, что слишком много гостей и могут подумать, что это покушение на правящую династию, а мне это надо? Нет. Я бурлила как закипающий на огне чайник, не зная, на кого вылить кипяток. Пусть наш брак — будет фикцией, но это не повод унижать меня, а уж открывать тайны тем более. Ха... хи-хи... Идея пришла внезапно и так понравилась, что я готова нахваливать саму себя за это... План и моя хитрость… блюдо готово к подаче. Приятного аппетита, дорогой супруг. Такое могла придумать только темная ведьма. Не зря ее память храниться у меня. Одобряю. И так просто. Хм... Мне хотелось мурлыкать от такой пакости.       Фрейлины отправились вместе со мной, когда пришел час X. Влетела в спальню, в три шага преодолев короткое расстояние, я приблизилась к заветной книге. Взгляд прошёлся по фрейлинам, что стояли рядком и со злобой в глазах взирали на меня. Но в силу этикета и положения молчали в тряпочку, закусывая свои злобные мыслишки и завидовали, только вот чему завидовать лично у меня в голове не укладывалось. На моем лице появилась коварная улыбка, и я достала заветную шкатулку. Пора спасать себя и свою семью.       — Лэри, — и такой приторный голосок при этом стал, что ни одна из «Этих» даже не подумала о моем коварстве. — Я рада всех вас видеть в качестве своих фрейлин и хочу подарить вам подарки в надежде на вашу дружбу и благосклонность.  Открыла шкатулку и начала доставать украшения. Жадность и любовь к блестящим побрякушкам взяли верх. Никто не заметил, как я активировала ментальную связь, надевая на каждую артефакты подчинения. Через пять минут все одиннадцать девушек были под моим контролем.       Единственную нормальную из них я отправила спать до утра. Ей здесь делать нечего. Маргарита или как ее там, Сафира. Не помню. Она сюда прибыла действительно стать мне фрейлиной и верно служить. Совсем юный цветок, неискушенный и неиспорченный, среди этого террариума змеюг. Первая часть плана прошла на ура. Вторая часть приготовить все для прихода наследника и ожидание. Ох, и развлеклась я, читая позы для любовных утех. А как просветилась, умммм!!! Теория и показ на практике моими фрейлинами прошел просто фантастично. Я готова к войне и обороне своих тылов. Иди ко мне мой милый принц!!!        Дверь со стороны коридора открылась, и наследник сделал первые шаги по спальне. Хм… Одет он как-то странно для брачной ночи. В книге пишут, что одежда мешает в таком процессе. Танн остался в рубашке наглухо застёгнутой, ну и остальная часть гардероба присутствовала на нём. Напряжение разлилось в воздухе. Ах, да он возможно боится заразится чем-то… Странно, что перчатки с собой не прихватил. Так и хотелось съязвить, но промолчу. Ситуация слишком пикантная. Наследник с удивлением осмотрелся. Танн глядит, а я чувствую себя под прицелом. Кажется, вот-вот выстрелит. Удар сердца, один, другой. Он шагнул в мою сторону и остановился в нерешительности. Да так и замер. Шла третья часть коварного плана. Муж будто хотел что-то сказать или сделать, но сомневался, стоит ли. А я не теряла времени. Под потолком вспыхнули пять магических шаров, которые освятили всю спальню открывая ему прекрасный обзор. Его жена, такая скромная стоит возле окна готовая к отступлению. Мужской взгляд падает на кровать. Она укрыта шелковым покрывалом, а на ней — его фаворитка. Она лежит в позе, описанной в книге, которую прислал император. Кажется поза номер двадцать семь, если не ошибаюсь. А что эротично стоит на коленях уткнувшись лицом в подушку. Если задохнётся ее проблемы. Да я злая, я темная ведьма и не нужно было во мне это будить. Ага, потом его взгляд прошёлся, где стоят пара пуфиков с оборками. Тут две фрейлины уселись своими пятыми точками на них, широко расставив ноги, поза номер пять… Кружевная скатерть на небольшом столе, где еще две положили свою огромную грудь на столешницу и тоже широко расставили ноги, поза номер семь… Следующие фрейлины возле ростового зеркала стоят в ряд все оставшиеся шесть в различных позах под разными номерами... Игра в гляделки затянулась. Они не понимают и не реагируют на его приход. Они все ждут моего приказа. Танн переводит недоуменный, я бы сказала, растерянный взгляд с вопросом: «Что здесь происходит?»       — Надеюсь, теперь вы довольны, ваше высочество? — От сарказма не удержалась… Теперь наследник знал, что я — достойный противник. И подход к мести оригинален и неожиданный.       — Что-ооо это оз — наааа- чаее-ет, Элика? — Прорычал муж. Ну почему? Почему он говорит так злится и рычит, что на моей коже проступают предательские мурашки, а сердце начинает стучать как у лани, за которой гонится стая волков? Не сдамся ни за что. Он еще и спрашивает, как будто не понятно.        - Вы молодой мужчина. В полном расцвете сил и энергии. Которую нужно куда-то выплёскивать. И вот вам девица готовая на все. Причем ваша фаворитка. Аманда, кажется. Смотрите, даже успела раздеться и запрыгнула в постель. Согласно номеру прописанному по книге готова удовлетворить ваши потребности. Выплёскивайте, ваше высочество эту энергию, если так нужно. А не нравится эта, так выбирайте другую. Их столько много желающих, аж целых одиннадцать. Вы же с каждой из них желали пообщаться, не так ли? Желание мужа необходимо исполнить как покорной жене. Вы их хотели и получили. А я что, а я даже очень за их притязание на ваше тело. И сразу проясним данный аспект личной жизни, ко мне с этим вопросом не стоит обращаться.       - Элика, — сказал он тихо, но в голосе его слышалась угроза. Его глаза метали молнии, казалось, вот-вот из ушей повалит дым. Неужели я переборщила?       Ой! Он не ожидал от меня подобной диверсии, что я тут устроила для него. Его рык ярости не услышал бы только мертвый… Стекла задребезжали и одно просто не выдержало и лопнуло от звукового напора. Осколки полетели вниз. Зрачок Таннина сузился, превратившись в вертикальную полоску, а на висках отчетливо проступила синяя чешуя. Благородненько так, но страшно. Зато этим не почем стоят готовые для оплодотворения.       — Я еще раз спрашиваю, что здесь происходит? — Он громко рычал, наверно это крыло уж точно услышало его возмущение.       — Ваше высочество, вы не с того начали, а посему — война. А вам разве не нравится? Посмотрите на постель. Она готова принять вас в свои объятия. Ночь любви, как вы и хотели. А вот эти девицы в очереди за вашим вниманием и не только. Готовы по первому вашему требованию… — Рык прервал мою тираду. Дым не пошел, оборота дальше в этот раз не случилось, но это капец…       Он сделал шаг в мою сторону, и я поняла, что меня жаждут придушить. Теперь только одно — бежать!!! С визгом рванула к дверям, забыв про все и вся… Я потеряла контроль над фрейлинами и те пришли в себя. Визг стоял оглушительный. Такого принца они походу не видели, а уж я и подавно. Танн отшвырнул и сломал мебель на своем пути, пробираясь к своей цели. Фрейлины ему мешались, орали как резанные. Его фаворитка попыталась успокоить да только хуже сделала. Наследник наорал на нее, и та со страху начала пятиться к двери, забыв, в каком виде сейчас находится. Он продолжал двигаться плавно и неслышно, дракон сейчас злился на меня. Я видела по его глазам. Танн дошел до точки кипения. Сделала шаг назад и упёрлась спиной в стену. Он подходил всё ближе. Его губы были плотно сомкнуты, брови нахмурены, голова высоко поднята. По мере приближения всё сильней ощущалась его сногсшибательная аура, и я с удивлением осознала, что так остро его чувствую и реагирую на него. Каждому его шагу мое сердце вторило громким ударом страха, заполнившего всю душу. Сила и властность просто зашкаливали, впору было скальпелем резать. Святые Альвы! Фрейлины сгруппировались и кучкой стояли возле двери и смотрели на нас. Наверно думали убьет он меня или нет… Танн подходил медленно, как на охоте в джунглях, не отрывая взгляда от меня. Он словно ждал, что я испугаюсь и убегу, как газель. Нет, я не убегу, не доставлю ему такого удовольствия. Не сейчас. Запах хищника обрушился на меня неотвратимо, как цунами на прибрежный город. Мне определенно нравится аромат его тела, такой свежий и дикий. Моя драконица просто в восторге от него. Дура!!! Я не она и пыталась отмахнуться от ее чувств к этому чудовищу. Наследник подошёл совсем близко, и я затаила дыхание. Замерла. Избегая зрительного контакта, задумчиво уставилась в сторону фрейлин, решая, как бы по тактичнее сказать, что мне все это надоело хуже горькой полыни. Бедная, оскорбленная маленькая я — вот она, совсем рядом, и не желает с ним иметь никаких дел. Он коснулся стены, его пальцы были всего в нескольких дюймах от моего шелкового рукава. Не смотреть и не реагировать на него плохо получалось. Ощущала теплоту его кожи, поймала яростный взгляд, прикованный ко мне. Напряжение было так велико, что я едва не закричала. А он большой. Очень злой… Красивый такой. Никогда не замечала за собой подобного мазохизма. Да и на отсутствие чувства самосохранения вроде бы не жаловалась.       — Вооон. Все фрейлины воооон…!!! — прорычал драконище, да и мне самой захотелось сбежать. В мои планы не входило, чтобы фрейлины оставили меня одну с ним, поэтому с пальцев слетело моментально заклинание подчинения и мой окрик застал их в удаляющие спины.       — Стоять!!! Всем построиться в одну линию по росту в коридоре. — Я толкнула опешившего дракона и вылетела их комнат.       — Стоять!!! — прорычал наследник вслед, уже мне. Стекла от его голоса задребезжали и, кажется, еще одно не выдержало или это зеркало??? Дверь он снёс, и она с грохотом повалилась в обратно в выделенные мне покои. Грохот стоял такой, что мне кажется мертвого поднять можно было. Визг фрейлин, звон разбитого стекла, запах паленого дыма... Страх, ярость, злость и любопытство слились воедино. Я довела мужа до самой яростной точки кипения. Я приняла бой уже в коридоре.       — Что я вам сделала? За что вы так со мной? — прокричала ему, а фрейлины даже не шелохнулись. Заклинание подчинения я держала крепко на контроле. — Не рычите и не скрипите зубами, ваше высочество. Идите в бездну, принц.  Мои слова эхом разнеслись по длинному коридору. Громкие крики, грохот и звон разбитого стекла привлекли всеобщее внимание. Толпа любопытных зевак начала собираться, чтобы узнать, что происходит. Ну и куда деваться без его четвертки. Парни просто стояли и наблюдали за этим безобразием прибывая в некотором шоке.       — Только с тобой, моя женушка. — Танн в ярости сорвался на крик.       — Оооооо! Вы вспомнили о том, что у вас оказывается есть жена. А до этого у вас память отшибло, когда вы ныряли в их декольте, флиртовали с этими дамочками. Тогда меня и вовсе не существовало. А я просто хотела к себе уважения! И что получила? Хмммм? Это такая малость для вас? Вы же считаете, что я и этого недостойна. Вам красивую оболочку подавай. Думаете я слепая? Нет. Вы даже перчатки на руки надели… — Произнесла уже намного тише и холоднее, складывая руки на груди. Он внимательно слушал и решил походу дела дать мне высказаться. — Только вот теперь я не намерена продолжать этот фарс. С моей стороны выполнено часть сделки. В храме дала нужные вам обязательства и на этом всё… Становиться вашей шлюхой не собираюсь. Зато ЭТИ посмотрите, какой товар вам подобрала. И рыжие и темные, дохлые, и толстые, маленькие и большие, с грудью и без. Все по вашему вкусу, развлекайтесь. Я вам разрешаю, муж мой, — сарказм вместе со злостью лился из меня помоями. Он вновь зарычал. - Вас даже проклятие не изменило. Вы все такой же бабник играющий в чужие судьбы. Продолжайте в том же духе… Играйте и выкидывайте как ненужный хлам. Собственно, как и своего единственного ребенка вы выкинули. Да какой из вас отец… что вы бы ему дали? Чему бы вы его научили? Как бегать по постелям этих шлюх. Вы не достойны быть отцом. Займитесь тем, что лучше всего у вас получается. Среди этих, есть и ваша фаворитка. Начните с нее… С меня довольно вашего общества. Я им сыта по горло. На таких, как вы, не обижаются, им в ответ я лишь снисходительно улыбаюсь… — За окном громыхнуло. Я разошлась не на шутку, и сила вырвалась из меня и кружила смерчем, — и, если тронете моего отца или сына, за себя не ручаюсь. Пойду на казнь, но перед этим отомщу. Я с врагами не воюю… Мой муж, враг мой… Ненавижу! Как же, я вас ненавижу!!! — проорав последние слова, тяжело дыша, уставилась на принца. Просто захотелось высказать всё, что накипело за эти несколько дней. И да, я перегнула палку. Он в дикой ярости сжимал и разжимал кулаки, сдерживая порыв придушить меня на этом месте. И еще я морально ударила его по больному. Он задыхался, и спасло меня от его гнева, наверное, появление новых лиц.       — Темных! — произнес император, — что здесь происходит? — Прогрохотал его голос, среди коридора и шёпота придворных, что стояли и смотрели на этот спектакль. Посмотреть было на что… Одиннадцать фрейлин выстроились по струнке вдоль стены рядком перед моими покоями полуголыми. Верхние девяносто ничем не прикрыты, платья отсутствуют, а нижние девяносто, прикрыты лишь панталонами с прорезью между ног. Сверкают своими прелестями сверху и снизу.       — Довел. — Это был мой ответ…хотя у меня есть еще, что сказать, но я лучше промолчу. Хватит и того, что стены этого замка отродясь не видали подобного скандала. Ком подступил к горлу, в глазах стояли невыплаканные слезы, но показывать свою слабость не хотелось никому. И злюсь я еще и на свою драконицу, которая как самая завзятая сваха соединяет меня с ним. Я чувствую как она плетет магическую связь, но бессильна что-либо сделать. Все, хватит! Пора заканчивать это безумие. — Добрых снов, ваше высочество, ваше величество, папа… У нас, женщин, в крови довести мужчину до предела, потом еще и добить фразой: «А что я такого сделала?!» Но не сейчас и не в эту минуту. Слезы наворачиваются от обиды, стыдно, страшно… Стыдно за то, что натворила, и это не достойно ни лэрдессы, ни герцогини и уж тем более жены наследника трона. Для принцессы рода Арвен и подавно — позор. Но понимаю, что по-другому не смогла бы… Защита, пусть такая, но главное брачной ночи не будет и желание у мужа тоже отбила. Он такое не простит. Эмоции, обычно, через какое-то время проходят. Но то, что они сделали — остаётся. Это будут помнить долго, а возможно еще и передавать из поколения в поколение как легенду. Но этим не горжусь. Что-то не давало мне покоя и было не правильным. Почему я сорвалась? Почему вообще решилась наговорить ему гадостей под самый конец своей речи?       Я раздавила портальный кристалл и отправилась спать к отцу. В таком состоянии души к сыну появляться, нельзя. Он сразу поймет не ладное и начнет задавать свои почему? А у меня самой нет ответов на вопросы, которых уйма. Стоило оказаться в покоях отца я, не стесняясь никого села на пол и заплакала. Даже не от обиды и жалости к себе. От злости на судьбу. Такую обычную, женскую долю. Во что превратилась моя жизнь? Во что я сама превратилась? Это не достоинство и праздновать глупость, сотворённое сегодня как-то, не хочется. А открытие, что сегодня я узнала усугубляло мое поведение. Кризис познакомился с истерикой, а та притащила своих подруг депрессию и лэри ревность. Эти гадины пьют, гуляют с размахом над побитым моим сердцем и глумятся надо мной. Возможно, я его алиане. Я не читала про это книги и не знаю, как именно они ведут себя, встретив Лиане… А если я его суженная, то тогда диагноз понятен и поэтому так плющит? Нужно искать ответ и срочно. А сейчас надо признаться хотя бы самой себе из-за чего все это произошло. Правду говорят, ревность — самый опасный яд, от которого умираешь медленной, мучительной смертью. Снова и снова… Да я оправдала себя, сохранила сразу три тайны, но это не повод так себя вести. Где моя хвалёная выдержка? И стоит подумать о девицах, что крутятся возле него как драконица готова их порвать.       Я сидела на полу и смотрела в одну точку не понимая себя и свою драконицу. Вскоре вернулся отец и очень долго успокаивал меня. Я так и не смогла ему признаться в самом главном, что мой кризис наступил и будет только хуже. За целый день настолько устала, что я провалилась в сон.       Сегодня я проснулась и была рада новому дню. Я жива. Я здорова, с сыном и отцом все в порядке. Мне есть кого любить… Спасибо на этом… Три дня я не видела Таннина, но встретилась с Растумом и Райвэном. Мы все больше сближались и лучше узнавали друг друга. А к вечеру четвертого дня пришел приказ императора явится во дворец. Собиралась как на каторгу, но сердце глупое ждало встречи, и ответ был уже на поверхности. Связь между нами начала укрепляться.       Замок Дархенфельс, как обычно, встретил шумом и тяжёлыми взглядами, но самое странное, что их взгляды изменились, и появилось уважение и страх. Только сегодня я задумалась о судьбе одиннадцати фрейлин, а передо мной в почтении стояла одна единственная фрейлина и статс-дама, они встречали меня, и обе боялись как огня. Тенью проследовали за мной, и мы вошли в зеленый зал, где назначена была встреча. Император сидел в кресле, помимо него в стороне стоял отец и еще несколько мужчин.       — Дочка, — начал император, чем несказанно меня поразил, — проходи, присаживайся, и вы, лэри, тоже. Огляделась вокруг и поняла, что для меня приготовили определенное место. А рядом небольшие банкетки для сопровождающих меня лэри. Расположилась и огляделась. Ощущая, как сердце бешено колотится в дрожащей груди от предчувствия.       От двери раздался голос, который я ненавидела и проклинала, как и его обладателя, за то, что моя драконица сходит с ума по его дракону, и я не знаю, как еще держусь. По коже бегут мурашки, и это что? Неужели теперь будет такая реакция на него всегда?       «Мой дракон»— пронеслось в голове, и я чуть в голос не застонала.       «Ты, кажется, забыла, что он сотворил. Или тебе напомнить?» — мысленно прорычала я на нее.       «Он мой…» — оригинальный ответ.       «Твой кто?»       — Так и будешь молчать? — не выдержав, спросил муж. Вздрогнула от его голоса и посмотрела на него. Нет ну каков? Видите ли его обидели, а обо мне он подумал? И тут же, я так погрузилась в себя, что не заметила его прихода и начала разговора.       — Элика, мы здесь собрались поговорить и раз и навсегда исчерпать конфликт, — начал император.       — А разве нам есть о чем с ним говорить? У меня нет желания с ним разговаривать, - сорвалось с языка прежде, чем я это осознала. Да что со мной такое?       — Есть. Например, о том, что ты устроила в первый день нашего брака. — Взгляд мужа сверкнул яростью, но голос его вдруг звучал спокойно.       — Это я-то устроила? Да вы унизили меня! Оскорбили! Растоптали при всех! Помолвка. Ха… вы хоть раз вспомнили за столом, что вообще-то ваша прямая была обязанность ухаживать за своей невестой, а не за этой вертихвосткой. Это что за покои вы мне определили? Вы хотели меня унизить, так у вас получилось. А остальное я вам в брачную ночь все высказала. — Я тихо шипела…       - Признаю был не прав.       — Это что такое дежурное «извини»? Вы можете такое засунуть себе его куда подальше... Я такого не признаю..., как и место, что вы мне определили в своей жизни.       — Ты смиришься со своей судьбой. Вторая жена и ты обязана подчинится мне…       — Что вы сказали? Ну и самомнение. И мой вам ответ на это: то есть этого случиться никогда. И переговоров в военном положении не получилось. - И я пальцами провела по своим губам показывая, что умолкаю и не желаю с ним разговаривать.       — Довольно. — Прорычал император, и мы оба лопнули, как два мыльных шарика…

Таннин

       Всё прошло очень быстро! На самом деле я не попробовал ни одного блюда на своей свадьбе, то ли от волнения, то ли от эмоций. Пить также не хотелось. У девочки явно есть зубки! Но вот устроенная ссора изрядно подкосила мои нервы. Это было невыносимо больно. Все утверждают, что мужчины не плачут. Неправда. Мне хотелось, глаза были сухими, а вот внутренне я плакал от обиды и вспоминал: «Ненавижу! Как же я тебя ненавижу!» — несмолкающим эхом звучали в голове ее слова. «Вас даже проклятие не изменило. Вы все такой же бабник играющий в чужие судьбы. Продолжайте в том же духе… Играйте и выкидывайте как ненужный хлам. Собственно, как и своего единственного ребенка вы выкинули. Да какой из вас отец…» — Снова и снова. Никак не получалось от них избавиться, перестать слышать дрожащий от гнева звонкий девичий голос. Я понимал, если жену не усмирить, она продолжит выводить меня из себя. Но боль, что сейчас была не давала покоя. Я приказал отвести одиннадцать фрейлин в лекарское крыло и привести их в порядок. Спустить пар злости, что бушевала в груди, пришлось на мебели. И только после разгрома ее покоев меня увели парни…       Три дня замок был взбудоражен, и это была самая важная сплетня среди придворных. Опозоренные фрейлины в слезах покинули замок после допроса отца. Странно, что юная фрейлина Сафира осталась не опозоренной и под защитой моей супруги. Она осталась единственной и старшей фрейлиной. Вот это взлет сиротки из обедневшего рода. После разборок с фрейлинами отец добрался до меня. За закрытыми дверями он рычал и угрожал. Поставил условия, из которых мне не вылезти. Он воспользовался правом родителя и главы рода, используя кровную связь. Не подчиниться такой родовой магии не мог. Хоть на стену лезь, но выполнишь всё, что он потребовал от меня…

Лаврайн

      Мы ждём кого-то одного, но любят нас, увы, другие. Порой мы дарим им пустые слова, объятия, тепло. Мы все мечтаем о любви, как в замечательных романах. Без боли, фальши и обмана, чтоб нас так нежно берегли. Но любят нас, увы, другие. Кто сердцу и душе чужие и кто не значит ничего…       Мы разучились интуитивно чувствовать свою истинную пару, ни запах, ни прикосновение не поможет найти ее. Я не ангел, но считаю, что это жестоко — так наказывать нас. И будет ли этот шанс у нас? Сможем ли мы повернуть мир вспять и найти ту, что спасет Таннина, ну и заодно нас? И никто не ожидал такого поворота событий. Император женил наследника. А эта герцогиня не так проста. По характеру с первого взгляда она похожа на давно потухший вулкан, где в кратере застыло спокойное горное озеро. Но под толщей воды бушует подземное пламя. И только безголовый парень будет расшатывать, выламывать стенки этого кратера, чтобы посмотреть, как хлынут воды в долину, как плачут потухшие вулканы. Но Таннин, похоже, еще не осознал, что она сильный противник. Элика хитро скосила на меня свои зеленые глазищи. Непроста куколка, ох как непроста! И ждал этого выверта, ждал, что она не будет мелочиться с Таннином. Фонтан ненависти излучала эта малышка и чего-то ещё, что по-прежнему смущало. Танн злился больше на отца, чем на саму герцогиню, и в его рассуждениях по поводу нее было зерно истины. Да, не красавица, но умна. Она не те пустышки, что думают о нарядах, а еще она самая полная загадка, и хочется ворваться в ее мир и раскрыть ее тайны. День свадьбы. Погода была потрясающей, и это сильно радовало, потому что больше всего не хотелось дождя! Таннин с самого утра был уже на взводе. Ведь не каждый день женится. Одевается…       — Если бы эта свадьба не была нужна моей стране, — заявил он, — никакая сила на земле не заставила бы меня сделать это.       — Оставьте Его Высочество на пять минут. Все вон… — Видеть придворных он сейчас не мог и сердито велел всем приближенным немедленно убраться с глаз долой.       — Она заявила, чтобы я беспокоился не о ее свадебном платье, а о том, что она вообще явится на свадьбу.       — ЧТООО? — хор голосов и даже камердинер открыл рот в изумлении, не справившись со своими эмоциями. Мда, разговор пошел совсем уж из ряда вон выходящий. Она посмела такое ему заявить? Мы отправились в храм, но я надеялся, что все обойдется и это лишь всего угроза. А Таннин ворчал всю дорогу:       — Я вынужден вести ее к алтарю и отец настаивает спать с ней. Я не хочу этого делать.        — Таннин, ведь за что-то ее ценят, стремятся попасть на ее земли? — Эрерст попытался успокоить побратима. — Друг лучше врага. Народ нуждается в переменах.       — Причем тут перемены и супружеская постель? — он рычал и похоже ощущал что-то непредвиденное.        — Я бы сказал по-другому, обиженная женщина похожа на ведьму и тогда жди беды. Себе дороже обойдётся. А она драконица, маг. А на счет супружеского долга могу предложить альтернативу. — Мы все посмотрели на него в ожидании продолжения, — фиктивный брак. Кто будет проверять? Был у тебя с ней секс или нет? Главное не забывать запускать в спальне заклинание очищения, а так можно просто провести совместную ночь и отдохнуть.       — Мне нравится такая идея.       В храме не протолкнуться. Народу собралось уйма. С детства не перевариваю эту знать. Все они напыщенные индюки, из которых льётся тонна пафоса и цистерна презрения к окружающим. Время шло, и мы уже все дружно стали подумывать, что невеста всё же решила не прийти. Таннин закипал и был не сдержан. Но наконец-то двери открылись, и она под руку с отцом вошла. Выдохнули все, и в то же время она смогла поразить всех придворных, да, по-моему, вообще не осталось никого равнодушного. Но факт остаётся фактом.       Он не хочет ее, она не хочет его, тем не менее они должны пожениться из соображений целесообразности. Право же, их обоих можно пожалеть. Обряд прошел криво и теперь никто не знал его результата. Хотя… Элика похоже здесь единственная, кто догадался, что не так. Чувствую это еще аукнется Таннину. Дальше было скучно или все как по регламенту. Весь день до заката заполнили церемонии и ритуалы. Согласно обычаю, после венчания Таннин прошел к себе и переоделся. На этот раз он надел камзол из тонкой ткани, отделанный полосками вышитого красного бархата. Как только облачился, процессия во главе с молодоженами проследовала в зал, где был приготовлен свадебный пир. В полдень Элика ненадолго покинула празднество, чтобы переодеться. Все шло вроде спокойно, но наблюдая за герцогиней я понял грозы не избежать. Таннин продолжал игнорировать теперь уже жену. Ещё один ненавидящий взгляд в ответ. Когда она покинула нас для подготовки к брачной ночи я его предупредил, что, что-то не так. Отмахнулся, улыбаясь глупой девице. Ну-ну… Час спустя. Такого скандала еще этот мир не видывал. Я же предупреждал его. Она довела его до точки кипения. На скандал мы вылетели из покоев Растума. И первое, что услышал:       — Не рычите и не скрипите зубами. Идите в бездну, Ваше Высочество.  Элика тряхнула головой, будто отгоняла назойливое насекомое, и прищурилась. Герцогиня гордо задрала голову, смерив его презрительным взглядом, по-прежнему полным злости. Лед в ее глазах сменился синим пламенем гнева драконицы. Ведь понимаю, что защищается, как может, как умеет. Она достойна хотя бы уважения. Сильная девочка и с ней не просто, но она заинтересовала меня.       — Только с тобой, моя женушка. Мда… Мы прибывали в шоковом состоянии от вида полуголых дракониц. Полное подчинение воли Элики. Вот это сила! Одиннадцать девиц и держит их не напрягаясь. Для мужского глаза одно загляденье. Порадовала, да и спесь с этих красоток собьёт. От такого позора еще долго не отмоешься. Вот это размах. Отомстила так отомстила. Но вот дальше я не мог быть на ее стороне.       — Оооооо! Вы вспомнили о том, что у вас оказывается есть жена… Да я понимаю, что Танн перегнул палку, но похоже и Элика сорвалась. Так больно бить по самому слабому месту. Он будто окаменел, зажав пальцы в кулаки. В его глаза смотреть было страшно. Зачем же ты так девочка? Он ищет свое дитя и хочет быть со своим сокровищем. Но ведь именно ты многое знаешь о ребенке и его же бьешь. Это жестоко.       — Темных! — произнес император, — что здесь происходит? — Прогрохотал его голос, среди коридора и шёпота придворных, что стояли и смотрели на этот скандал.       — Довел. — Это был ее ответ… — Добрых снов, ваше высочество, ваше величество, папа… — Она развернулась и предприняла тактическое отступление. Сбежала, а он сорвался. Приказ Танна четкий: выдать всех фрейлин замуж и срок две недели. Потом ворвался в покои жены и да разгромил то, что осталось. Придворных всех выгнали, а Танн сел на пол и сидел смотря в одну точку. Я не имею права ему сказать, что он сам виноват в такой ситуации. Всегда приходится помнить кто он, а кто я.       Ночь. На улице начался дождь. Капли падали мягко и нежно, не так, как несколько месяцев назад, когда они шумно ударялись о голые ветви деревьев; теперь они тихо шуршали, стекая вниз по податливой листве, мистическое празднество, таинственней ток капель к корням, от которых они поднимутся снова вверх и превратятся в листья, томящиеся ночами по дождю. Буря прошла и мы увели принца в покои Растума. Слуги принесли снеди, выпивку и разговор пошел о женщинах.        — Что может быть лучше разговора о женщинах? Давай взглянем правде в глаза, ведь ты плохо знаешь женскую натуру. И уж тем более свою жену. Женщина не станет повиноваться каждому твоему желанию просто потому, что тебе этого хочется. Скорее всего, она не станет этого делать, даже если ты ей прикажешь. Элика умна и способна сама принимать решения, в этом я уверен. Ты интересовался почему она не захотела оставаться в тех покоях, что ты ей милостиво выделил. Неужели не догадался, что это покои подходят для любовницы, но никак не для жены наследника трона. Пока единственной жены. Тебе придется сломать себя и сделать шаг в ее сторону. Иначе мира не видать. — Распылялся подвыпивший Эрерст.       — Она сильный противник и это показала. — Вставил я свои три золотых.       — Не об этом вы сейчас думаете. — Начал Райвэн. Таннин все это долгое время молчал и никак не реагировал. Сильно она его резанула. Таким я его никогда не видел. Притихший, смотрящий в одну точку и не реагирующий на нашу болтовню. — Я вот, что заметил, а если родилась не девочка, а сын. Таннин встрепенулся и посмотрел ясным взглядом.       — С чего ты сделал такой вывод? - Его голос сейчас был подобен гильотине.       — С ее слов. Я повторю то, что она сказала, а ты проанализируй. Она задала тебе вопрос: что вы бы ему дали? Чему бы вы его научили? Вот он всегда меня поражает тем, что умеет информацию вылавливать из маленькой фразы. А вот я не заметил. А действительно, почему она произнесла «ему» не «ей»?       — Думаешь, что это сын?! — Он ожил.       — Таннин, тебе необходимо с ней наладить отношения. Не могу утверждать точно, но она что-то знает.       — Дело он говорит. — Вступился Растум - и поговори с ней. Не жди, что она тебе выложит все на блюдце. Но внимательно слушай ее, наблюдай за ее мимикой, движениями. Ты можешь не почувствовать ложь, потому что ее в принципе нет, а вот утаить правду вполне. Логично?       — Логично, — поддержал Эрерст. — А чтобы не упустить ничего, можно просто записать разговор, а потом просмотр кадр за кадром в замедленном варианте.        — Таннин, у меня тоже есть один вопрос, который гложет меня целый день. — Растум включился в игру давай разгадаем тайны.        — Давай. Наследник немного пришел в себя и готов выслушать и анализировать, ну и мы тоже.       — У меня закрались подозрения на счет венчания и метки. Что-то с темнил храмовник. Он чего-то испугался, когда не появилась метка… — Таннин вскочил на ноги долго расхаживал по комнате как маятник. Потом выругался. — Вот — вот и я о том же. Его на чистую воду нужно вывести.       — Плохо мы парни что-то соображаем. А вот наша лэри поняла это еще в храме. — Выдал Эрерст и понеслось. Вот, когда надо у него мозги включаются, а так шалопай из шалопаев. Дальше шел коллективный штурм мозгов и составление плана. Противник у нас хитрый, умный и не предсказуемый. Разошлись к утру.       Оставшуюся часть начала дня я то и дело возвращался в воспоминаниях к герцогине и никак не мог уснуть. Она действительно взбудоражила наше болото и встряхнула так, что еще долго будут помнить придворные и те одиннадцать фрейлин, стоящих рядком вдоль покоев гордой и не поверженной супруги Таннина.