Не равны

Голова после сна у Рей была будто чугунной. Несколько раз она просыпалась, потому что ей чудился какой-то шум. Один раз даже вышла на балкон, откуда, перегнувшись, можно было увидеть сарай, в котором поселили Рена. Никаких движений в доме и во дворе не было. Едва занялся рассвет, Рей спустилась печь хлеб к завтраку. Тесто понемногу успокоило ее затянувшуюся панику. Рей поставила в каменную печь аккуратно разложенные на противне упругие сырые шарики и прислушалась к звукам во дворе. Казалось, что Сан Текка уже встал, хотя для него было еще рановато. Отерев руки об старенький фартук, через кухонную дверь она вышла во двор. Лор действительно проснулся. И не только он. Возле колодца стоял Рен. К Рей он был повернут спиной и не мог заметить ее появления. Рен склонившись смотрел в деревянное ведро с водой как в зеркало. На нем были только короткие отцовские штаны, лодыжки и торс — совершенно голые, не считая бинтов. Он был ужасно худ, ребра торчали, но плечи были широченные, а ноги длинные, стройные и мускулистые. Рей смутилась, заметив, что и ягодицы у него тоже мускулистые. Вдруг она вспомнила, какой он тяжелый, несмотря на худобу, какое крепкое у него тело. Она тут же выбросила это воспоминание из головы, но недостаточно быстро: оно заставило ее сильно покраснеть. На колодце лежало мыло и ремешок для заточки, а у ног Рена валялись пряди черных волос. Когда он чуть повернул голову, Рей увидела, что его бороду покрывала пена. Ополоснув лезвие бритвы, которую, очевидно, одолжил Лор, Рен обмакнул в ведро небольшое кухонное полотенце, вытер им лицо и только после этого обернулся. Она стояла, изумленно уставившись на его лицо — как искренне надеялась — не больше мгновения: Рей не в силах была отвести от него взгляда. Даже если бы ей удалось за один день привыкнуть к его клочковатой бороде, она все равно и в мыслях не могла бы себе представить, как он выглядит без нее. Высокие скулы, чеканный профиль, крупный нос, прекрасно очерченный рот, черные волосы до подбородка теперь одинаковой длины. И, главное, он был молод. Слишком молод. Почти так же, как и она. Словно громом пораженная, Рей осознала, что натворила. Она впустила лису в курятник. Двух мнений тут быть не могло. Роуз и ее подружки сойдут с ума, увидев его. Разумеется, она не сможет постоянно держать сестру вдали от нового работника, главное, не допустить, чтобы она видела его полуголым. А вот с лицом настоящая проблема. Интересно, как долго растет борода? — Вижу, тебе уже лучше, — обычно низкий голос Рей дал петуха. — Хочешь проверить? Рей вдохнула, чтобы разразиться гневной тирадой на его дерзость, но передумала. Он же как раз этого и добивался. — Спину, я имею в виду, — сгладил свою наглость Рен. — Ты не мог бы прикрыться чем-нибудь? Вон, надень рубашку. Рен издевательски присел в женском реверансе и стал натягивать рубашку на влажное тело. — Доброе утро! Хоть какая-то польза от покупки раба — Роуз стала ранней пташкой. В миленьком летнем платье с розочками она вышла во двор, встала рядом с Рей и, запрокинув голову, уставилась на Рена. Прямо как Рей некоторое время назад. — Здравствуйте. Я Роуз. — Леди Роуз Кеноби, — сквозь зубы поправила Рей. — Доброе утро, леди Роуз. Я — э-э Кайло Рен. — Так здорово, что Рей вас… что вы теперь будете жить у нас! А сколько вам лет? — Роуз, — одернула Рей. — Тридцать четыре, миледи. Тридцать четыре. Как лорду Хаксу. — А мне скоро семнадцать, — игриво сказала Роуз. — Это чудесный возраст, миледи… — Роуз, — перебила Рей, — пойди проверь хлеб в печке. Сейчас будем завтракать. Обычно Роуз начинала препираться, но, когда она принимается кокетничать, тяга к противоречиям в ней пропадает. — Конечно, дорогая сестрица. Дорогая сестрица. Они теперь вдвоем ее донимать будут? А Рен так безобразно вежливо и обходительно вел себя с Роззи! Рей стиснула зубы. — Так, принеси нам яиц к завтраку. Курятник вон там, — Рей указала на задний двор. Его глаза были как будто насмешливыми. А улыбка хищной. Рей обдало жаром при этом медленном движении его губ, и она готова была дать пинка и себе, и Рену. Когда Рей зашла на кухню, Роуз спешно бросила, что хлеб еще не готов, и убежала в зал, а оттуда наверх в спальни. Скорее всего, переодеться. Зачем? Ситцевое платье с розочками отлично подчеркивало ее фигуру, декольте было не глубоким, а юбка в пол лишний раз добавляла стройности. Рей затянула фартук и посмеиваясь осмотрела свое домашнее серое платье. Разумеется, хлеб был готов. Роуз любила хрустящую корочку, Рей оставила пару булочек на противене, остальные аккуратно выложила в корзину на столе. Вернулся Рен. — Яиц нет. — Как нет? Ни одного? — удивилась Рей. Такое случалось, но редко и в основном летом. Когда стояла жара, куры даже двигаться отказывались, не то что нестись. Но на дворе была весна, вчера Рей собрала добрую дюжину яиц! — Ни одного, — уверенно подтвердил Рен. — Ну-ка, пойдем. Рен шаркал за ней в шлепанцах Лора, открыл дверь сарая. Рей прошла к нижнему ряду гнезд и запустила руку под недовольную несушку. Там было два яйца. — А. Вон они где. — А где же им, по твоему, быть? — Рей продемонстрировала теплые яйца и пошла ко второму, — Возьми ведерко. — Ну, не знаю. — Откуда, интересно, жители Корусанта берут яйца? — Из тарелки, — ответил Рен. Рей выпрямилась. — А свинина, по-вашему, на деревьях растет? Рен фыркнул. — Я так понимаю, чистить свинарник и рубить дрова ты тоже не умеешь? — Рей добыла еще одно яйцо. — Ну, это легко выяснить, — колко бросил Рен. — А что тогда ты умеешь? — Ездить верхом, могу прогнать повозку в дюйме от другой, могу перепить любого, оставаясь трезвым, отлично умею блефовать, играя в саббак, могу попасть в пламя свечи с пятидесяти футов… — Кем ты был раньше? В Корусанте. Клерком? Рен загадочно улыбнулся. — Нет, — отмахнулась Рей, — это слишком честная профессия для таких, как ты. Рен состроил гримасу в духе «что правда — то правда» и понес за ней плетеное ведерко с яйцами в дом. Спустилась Роуз с подведенным красным цветом губами и более сложной прической, сообщила, что Лор ушел за портным, и принялась расставлять тарелки. Рей разбила яйца в сковородку. Роуз болтала без умолку. А откуда вы? С Корусанта? Было бы здорово там побывать. А вас били в Джакку? Ужасное место, там оказаться ни за что бы не хотелось. А Рей очень смелая. А вам у нас нравится? У нас никто не станет вас обижать. Рен отвечал односложно и приторно вежливо. Ел он аккуратно, но хлебом вымакал весь растекшийся желток напоследок. Рей положила ему порцию Сан Текки, пока тот еще не вернулся. Уже привычным веселым вихрем принеслась Джессика, исподлобья поздоровалась с Реном и увела Роуз, задорно хохоча и перешептываясь. После них пришел Лор, уже выпивший, но с портным. Низкорослый мужчина согласился снять все мерки в сарае, взял обещанный кредит заранее, они с Реном оставили Рей мыть посуду. Закончив, она вышла во двор, попрощалась с портным до завтрашнего утра, он пообещал все сделать в лучшем виде, включая ботинки и исподнее. Захватив сумку с инструментами, Рей пошла в сарай. — Я посмотрю твою спину? — Ни в чем себе не отказывай. — Рен еще не успел полностью одеться, но штаны, хвала Силе, были уже на нем. — Я уже устала повторять, что тебе следует обращаться ко мне на вы и леди Кеноби. — Это после всего, что между нами было? Рей вспыхнула. — Я… да я хотела осмотреть тебя и вымыть! Ты был весь в крови! У меня и в мыслях не было ничего… — Рей указала куда-то в район его коленей, — подобного! Рен спокойно сел на кровать и повернулся спиной. Разматывая его бинты чуть дрожащими от раздражения руками, Рей мстительно дергала там, где ткань присохла к ране. Рен шипел, но молчал. — Нужно обработать мазью еще раз. — Ну уж нет, только не снова! — Рен отстранился. — Но она отлично помогает. Раны не гноятся, синяки проходят. Тебе дышать не тяжело? Кажется, ребро сломано. — Все в порядке. Зарастет, — мрачно сказал Рен. — Давай хотя бы самые глубокие намажу? Рен засопел. — Это орудие пыток просто! — Если бы тебя купил лорд Хакс, мазь показалась бы тебе величайшим наслаждением. Так что, будь добр, прояви уважение! — Ты его призывать, что ли, умеешь? — хмыкнул Рен. Через окошко было видно, что девочки повскакивали из беседки и побежали к воротам. Унимая беспокойного коня, их приветствовал лорд Хакс. — Оденься, — приказала Рей. — И не выходи, если не позову. Лорд Хакс! Здравствуйте! Армитаж спешился, дежурно похвалил внешний вид девочек, подумав немного, соврал, что Рей выглядит свежей и цветущей, поцеловал ей руку. — Чем обязаны, милорд? — махнув девочкам, как непослушным курочкам, спросила Рей. — Хотел узнать, не натворил ли чего ваш новый раб. — Не стоило затрудняться, милорд. Он сильно избит и в принципе не способен никому навредить. — Тем не менее, миледи, это не повод отлынивать от работы, — Хакс многозначительно указал пальцем в небо. Рей нахмурилась. — Благодарю за совет, мы разберемся с распределением обязанностей. — Он пристойно себя ведет? — спросил Хакс. Рей посмотрела на сарай, помедлила пару мгновений. — Да. Благодарю вас еще раз. Заезжайте в любое время. — Хорошо, миледи. Всего доброго! Леди Роуз, а вы придете на рынок? — Рей! — вскрикнула Роуз. — Можно мы пойдем на рынок? Пожалуйста! — Идите. Лорд Хакс уехал, девочки зачем-то нарвали в клумбе цветов и убежали. — Что ж ты не нажаловалась ему? — Рен стоял у колодца, скрестив руки. Рей шумно выдохнула. — Сегодня можешь отдыхать. Не лежи на левом боку. Раны скоро заживут. Она обошла Рена и направилась в дом готовить обед. На следующее утро портной действительно пришел рано, Роуз еще не проснулась. Рей отправила его в сарай, переворачивая кукурузные лепешки на сухой сковороде. Довольно скоро за ее спиной послышалось тихое покашливание, Рей обернулась. Рен стоял у кухонного стола, полностью облаченный в новую одежду. Рей едва не обожглась об печку. Сшитый по размеру комплект из недорогой ткани смотрелся на нем превосходно. Он словно был еще выше, еще крепче и еще… мужественнее? Рен протянул руки, то ли чтобы продемонстрировать наряд, то ли ожидая, что она придет к нему в объятия. — Выглядит… э-э… удобно. Для работы. Доброе утро, — Рей отвернулась к плите, потом снова повернулась, не зная, куда деть руки. — Вот! Рей сунула ему миску с репой, достала нож, протянула, чтобы ни в коем случае не коснуться его пальцев. — Что это? — презрительно спросил Рен. — Репа. Почисть ее. Пора тебе уже выполнять несложную работу. — Почистить? — уточнил Рен. — Да. Сними кожуру и сложи вот сюда, — Рей поставила еще одну миску на стол. Рен сел, долго примеривался к корнеплодам, взял нож и стал послушно чистить. Рей наблюдала из-за плеча. Лепешки получились замечательными, она испекла на порцию больше, чем обычно. Для Рена. Его требовалось подкормить. Рен ел много. Он как будто боялся, что в один прекрасный момент вся еда исчезнет. Рей не хотелось признаваться себе, что его постоянный голод беспокоил ее, а самой постыдной тайной было то, с каким удовольствием она наблюдала, как Рен ест приготовленную ею пищу. Убрав сковородку, Рей оглянулась. В миске лежали уже четыре репки, маленькие, как пустынные яблоки. — Да что ж ты такое творишь? — Что? — не понял Рен. — От вот этой репки, — Рей достала крупный с мужской кулак экземпляр, — у тебя осталось вот это?! Ты когда-нибудь чистил репу? А картошку? Ты в лесу вырос, или тебе мамочка всегда готовила? — Да что не так? Вот кожура. — Она слишком толстая. Смотри! Рей взяла репку и слоем толщиной с бумагу стала снимать кожуру. Рен попыхтел, чуть не отрезал себе палец, но оставшиеся две репки почистил более-менее прилично. Рей помыла корнеплоды и стала укладывать их в кастрюлю. — Это что, свиные коленца? — удивился Рен. — Ну, да, — сказала Рей. — Вы едите свиные колени? — А что такого? Вот увидишь, как они потушатся с репой! Будет вкусно. Рен недоверчиво поморщился. Когда пришли Роуз и Лор, он заявил, что уже может работать. Рей поручила им с Сан Теккой починить забор. Было заметно, что Рен не представляет, с какой стороны подступиться к ограде. Пока Рей кормила скотину, они сорвали пару досок с креплений, Лор активно помогал, хоть его старость и здоровье не шли на пользу делу. К обеду они поправили почти треть. Рей заметила, что, когда умаявшийся от жары Лор ушел к себе, Рен пошел к началу забора, повторно снял доски и набитой рукой приладил их как надо. Удивительно, но ему было важно, чтобы все доски были непременно одной высоты. Для этого он вкапывал те, что подлиннее, или немного поднимал над землей короткие. Вечером они с Лором взялись выкорчевывать огромный старый пень. Рен вывел Биби из конюшни. Как ни странно, лошадка сразу признала в Рене своего, давала почесать себе бок. Он довольно уверенно с ней управлялся, Рей отметила в себе колючую ревность. Они сделали подкоп, подрубили корни, Биби помогла им вытащить пень из земли. Рен действительно не умел рубить дрова, но Лор объяснил, как это делается, они рассекли пень на четыре большие части. Уже вечером, когда стемнело, Рей в халате стояла на своем балконе. Сан Текка с Реном сложили части пенька, полили маслом, подожгли и уселись рядом, о чем-то тихо разговаривая. Рен курил сигарету, которой угостил его Лор. Когда Рей заметила, что Рен смотрит в ее сторону, то поспешно укрылась в комнате.