Не равны

Сначала они поехали в Татуин, благо, было по пути. Первые дни в дороге лорды изволили беспробудно пить. Почти два безалкогольных года выдались у Бена такими тяжелыми, что он попросту боялся один раз расслабиться и потом до сорока лет не протрезветь. В одну из ночей они остановились в придорожном кабаке, где квартировался огромный обоз с торговцами. Дэмерон дал им денег, девушки устроили посреди зала целое представление для их удовольствия и на потеху всем постояльцам — танцевали с платками и огромными цветастыми шалями. С перерывами на отлить и потошнить они отстали от намеченного графика, Бен ввел сухой закон до самого места назначения. Татуин оказался на удивление большим и многолюдным городом. На улицах часто встречались пестро одетые лавочники, школьники; в открытые одноместные повозки запрягали крепких мужчин, ловко обгоняющих усталых лошадей и пешеходов. Бен припомнил, что Лор Сан Текка как-то рассказывал, будто с наступлением лета фермеры и работяги уезжали на заработки в Татуин, чтобы не вариться без дела дома, пока осень не позовет в поле. До лета оставались две с половиной декады, отток рабочей силы мог уже начаться вовсю. Проблуждав некоторое время по одинаковым желтым переулкам, они все же нашли, где находится Охранная Гильдия — как и положено, большой комплекс из зданий, занимающих целый квартал. Констебль Джарин, слишком молодой, по мнению Соло, мужчина для этой должности отложил утренний обход, чтобы встретиться с таинственными лордами из Корусанта. Смуглый, темноволосый, подтянутый, он напоминал Бену более взрослую и более серьезную версию По Дэмерона, примерно пятью-семью годами старше. Бен попросил констебля сохранить в тайне обстоятельства, приведшие их с По в Татуин, пообещав взамен рассказать увлекательнейшую историю о тюремном беспределе в Джакку. Джарин был искренне удивлен случаям работорговли на вверенной ему территории, такую реакцию сложно было подделать. Оказалось, что тюрьму он посещал лишь однажды, и ни на секунду не заподозрил вопиющего нарушения закона. Бен не скупился на отвратительные подробности, потому что ему дали слово не раскрывать его как свидетеля в документах. С дисциплиной в Гильдии все было в порядке. Меньше чем за час собрали почти двадцать человек и передвижную тюрьму для немедленного отправления в Джакку. Констебль пригрозил, что непременно напишет в Корусант, чтобы убедиться в истинности рассказа про несправедливое осуждение и ошибке следствия. Он хотел быть уверенным, что не полагается на слова беглеца и преступника. Это характеризовало его в глазах Бена как грамотного следователя и надежного охранителя закона. После полудня они приехали в Джакку. Довольно быстро, но Бену хотелось покончить со всем еще быстрее. Констебль мигом распустил всех офицеров, объявив об их увольнении. Ошарашенные, они поехали в Нииму разносить слухи. Платт устроил настоящую визгливую истерику, отрицал обвинения, но потом увидел Бена позади Джарина и смирился. До новых назначений констебль решил оставить своих конвоиров управлять тюрьмой, а главным назначил темноволосого офицера Джакку, который активно сотрудничал со следствием, подробно рассказал о деятельности своего бывшего начальника. Через полчаса из Ниимы приехали Протектор и лорд Армитаж Хакс. Последний вошел в допросную… и не узнал Соло. Все присутствующие приторно вежливо познакомились, Джарин сходу поставил в вину Протектору соучастие в работорговле, на что лорд Конникс на удивление ничего не возразил. Он уверил, что полностью отдавал себе отчет в действиях, осуждал сам факт торговли людьми, обещал организовать возврат заключенных к месту отбытия наказания в самые краткие сроки. Констебль оценил его рвение, однако предупредил, что выдвинет на рассмотрение снятие Конникса с должности. Бен слушал все это и просто не мог поверить, что рыжий Хакс не притворяется. Лорд Конникс его впервые видит, но этот мерзавец-то нет! Ему хотелось закатать рукава и показать, хотелось расстегнуть верхние пуговицы на сорочке и продемонстрировать, что его кожа под одеждой похожа на мятые занавески из борделя Фазмы! Ему хотелось схватить Хакса за волосы и злобно пообещать, что тюрьма станет самым приятным местом, в котором он когда-либо бывал! Но Джарин не торопился сажать всю аристократическую элиту Ниимы за решетку. В этом случае Рей тоже могла оказаться в тюрьме, поэтому Бен помалкивал. По итогу в Татуин собирались увезти лишь Платта, кроме Митаки, офицеры были отпущены на все четыре стороны, а благородные лорды Ниимы — по домам. Брайан Конникс спросил у Бена с По, где те остановились. Его желание угодить возмутителям размеренного уклада жизни было даже похвально. Если все сложится успешно (в чем Бен очень сомневался), они не собирались оставаться в Нииме вовсе. Но пришлось просто сказать, что нигде, и сразу же получить предложение погостить в особняке Протектора. Вероятно, гости из Корусанта добавляли престижа, с какой бы целью они ни прибыли. Соло и Дэмерон согласились заночевать у Конниксов, поэтому Протектор и Хакс уехали хлопотать. Джарин разрешил домочадцам Платта последовать за главой семьи в Татуин. Они тепло попрощались, но констебль пообещал держать ухо востро и уже сегодня отправить письмо коллеге в Корусант. За Джакку теперь будут наблюдать тщательнее, как-никак одна из крупнейших тюрем в Республике, и самая большая — на юге. Наконец они поехали в Нииму. Сердце пустилось вскачь в такт топоту копыт. Бен попросил извозчика свернуть с главной дороги и как нетерпеливый идиот высунулся из окна кареты. Чуть не струсил, когда нужный дом показался в пределах видимости. Можно было отложить на завтра, подсказывал паникующий мозг. Но еще одну ночь разлуки Бен боялся просто не пережить. Из-за невысокого забора было видно, что Роуз в ярком платье с подругой сидят на крыльце и занимаются каким-то рукоделием. Завидев кареты, они повскакивали со своих мест и подбежали к ограде. Бен малодушно укрылся за занавеской и приказал вознице остановиться. Лошади встали. Девушки вышли за ворота. Выдохнув поглубже, Бен толкнул дверь и сошел со ступенек. Открыв рот, леди Роуз осматривала его снизу вверх. Легкие кожаные сапоги, узкие брюки, камзол, воротник… На его лице взгляд остановился, глаза распахнулись шире. — Кайло! — Да. Это я… Он хотел сходу начать извиняться, но Роуз бросилась его обнимать. Она была такой миниатюрной, что лицом уткнулась ему между сосков. — Ты не умер! Сила Великая! Бен невесомо обнял ее за плечи. Опомнившись, Роуз отстранилась. — Мы думали, что ты умер! Все думали, что ты умер! Рей так плакала, ты просто… — Роуз, — перебил Бен, — Рей здесь? — Да, — разумеющимся тоном сказала Роуз. — Она в доме, на кухне. — Ты позволишь мне войти? Дэмерон грациозно вышел из своей кареты. — Это лорд По Дэмерон из Корусанта, — указал Бен. — По, это леди Роуз Кеноби. — Миледи, — Дэмерон галантно поцеловал руку Роуз. — И Джанна, — продолжил Бен, По потянулся к ней. — Ох, ну что вы, я не леди! — засмущалась Джанна, но руку не убрала. — Проходи, конечно, — шепнула Роуз и кивнула на дом. Ноги отказывались слушаться. Пришлось сбавить шаг, чтобы не упасть на задницу прямо посреди двора. Он впервые заходил с парадного входа. Внутри все осталось по-прежнему. Даже запах. Пахло чистотой, уютом и немного выпечкой. На носочках Бен пошел на кухню. Рей стояла спиной у плиты в том самом треклятом старом сером платье и переворачивала что-то на сковороде. Бен шагнул вперед, проглотил колючий ком в горле. — Миледи… Рей вздрогнула, уронила лопатку и обернулась. Ее глаза округлились. Замерев на мгновенье, она схватилась за сковородку, выронила и ее, и, сдавшись наконец, опустила руки. — Кайло… — Да, миледи. — Бен поклонился. — Ты жив… — Да, миледи. — Бена зациклило. Вопреки ожиданиям, Рей не двигалась с места. Так и стояла у плиты, не отрывая от него взгляд, в котором Бен никак не мог ничего прочесть. — Как? А вот теперь он видел боль. Рей не заламывала руки, не шмыгала носом, но ее глаза блестели, как никогда раньше. — В ту ночь, когда мы… — Бен запнулся. — … виделись в последний раз, в амбаре на меня напал человек с ножом. Мы боролись, я упал и случайно его зарезал. Этот человек приехал из Корусанта. Приехал за мной. Я боялся, что с вами и леди Роуз может что-то случиться, пока я рядом. Поэтому сбежал. Вернулся в Корусант, нашел настоящего убийцу моего отца. — И убил его? — спросила Рей. — Нет, миледи. Его отдали под суд. А я восстановил репутацию и вернул доброе имя. — Имя? — повторила Рей. — Да. Я не Кайло Рен. Меня зовут Бен Соло, я сын Хана Соло, лорда Кореллии и Альдераана. — Лорда… — Да, миледи. Мне не стоило скрывать это от вас… Меня… Рей принялась осматривать его одеяние. До этого она смотрела ему только в лицо. Ни на чем особо не задержавшись, Рей метнула взгляд к окну. С этой стороны его экипаж было не рассмотреть, но она определенно видела богатую карету Дэмерона. — Меня леди Роуз впустила, — попытался оправдаться Бен. — Зачем вы приехали в Нииму… лорд Соло? Бен умолк. Тон Рей был страшно холоден. Он не ожидал такого. Сотни раз представляя их первый разговор, он рассчитывал, что Рей либо бросится к нему на шею, едва увидев, — в этом случае он крепко обнимет ее и пообещает никогда больше не отпускать, либо начнет кричать в гневе — тогда он сгребет ее в охапку, принимая удары кулачков, и будет успокаивать ее, вытирая с лица горючие слезы. Он забыл, что Рей — не Базина. Рей — настоящая леди, сильная, благородная и стойкая. — Мы с приятелем приехали в Татуин, чтобы разоблачить Ункара Платта и остановить работорговлю в Джакку. Он идиот. Рей подняла голову, посмотрела на потолок, часто моргая, затем снова встретилась с ним взглядом. — Благородный порыв, — дрогнувшим голосом сказала Рей, но не проронила ни слезинки. — Но зачем вы приехали в Нииму? — За вами! — выпалил Бен, трясущейся рукой полез в карман, вытащил маленький бархатный сверток, перетянутый тесемкой. — Миледи… — Это что, кольцо? — Рей попыталась сделать шаг назад, но не смогла, она стояла у плиты вплотную. — Уберите! — Но миледи… — Он хотел встать на колено, но в кухне было тесно, получилось бы, будто он разговаривает с Рей из-под стола. — Я сказала, уберите!!! — По традиции, даже если девушка отказывает жениху, она все равно может оставить подаренное кольцо себе… — Уберите кольцо, пока я не затолкала его вам в рот! — со злостью выкрикнула Рей. Бен сжал руку в кулак и убрал за спину. — А теперь покиньте мой дом, милорд. Сейчас же. Рей сжала губы и вздернула подбородок. Бен опустил глаза и вышел из кухни, как побитый. По, Роуз и Джанна беседовали в зале. Джанна сидела в кресле, а По и Роуз заняли диван, сидя на приличном расстоянии друг от дуга. Роуз подскочила, увидев его, за ней поднялся Дэмерон, вытягивая шею и стараясь понять, не идет ли кто следом за Беном. Соло поравнялся с Роуз, тупо рассматривая бархатный мешочек на раскрытой ладони. — Ну, как? — спросила Роуз, потом опустила глаза. — Это что? Ты… Ты сделал Рей предложение?! — Угу. Она отказалась. — Да что же это! И кольцо не взяла? — Не взяла, — подтвердил Бен. — Кайло! Ой, то есть лорд Соло! Лорд Дэмерон сказал, тебя так зовут… — Все в порядке, — перебил Бен. — Можешь называть меня Кайло, когда нет свидетелей. — Ладно, Кайло. Рей просто… Она сейчас сбита с толку. Я так думаю. Я вообще подозревала, что она тебе нравится, а когда ты вроде как умер, поняла, что ты точно ей нравился тоже. Она очень тяжело переживала твою смерть. И это все так внезапно… Она сгоряча так сказала… — Я совершил ужасный поступок. У нее есть причины меня ненавидеть. Я хочу искупить свою вину. Хочу забрать ее с собой в Корусант. Забрать вас обеих. — Оставь кольцо мне, — Роуз протянула руку. — Я с ней поговорю. — Спасибо! Спасибо, Роуз! — Бен сердечно пожал ладошку Роззи, когда отдавал мешочек. — Ничего не обещаю, — предупредила леди Кеноби. — Где вы будете ночевать? — У Конниксов. — Я приду завтра вечером к Кайдел в гости, — Роуз подмигнула. — Так нечестно! — возмущался По, бесцеремонно влезая в карету Бена. — Я хотел увидеть ее! Что там у нее, волосы светятся или голос как трели клавесина? Может, она умеет парить над землей? Чем она тебя сразила? — Не городи ерунды, — сказал Бен, глядя в окно. — Какой у нас план? — Дать Рей время подумать, — пожал плечами Соло. — Это называется «спихнуть оправдания и уговоры на Роуз Кеноби» и ждать, что она преуспеет, — язвительно заметил Дэмерон. Они подъехали к дому Конниксов. Их встретил сам Протектор. По насмешливо спросил, почему им раб дверь не открыл. Брайан отчитался, что их единственный раб уже был отправлен обратно в Джакку, и больше они людьми пользоваться не будут. У Протектора был очень ухоженный двор. Бен взглянул на круглую беседку, и в штанах у него зазвенело. Пока извозчики сгружали их сундуки, в опрятной гостиной Соло и Дэмерону представили леди Конникс, седеющую женщину, изможденную пожизненным бездельем. — А это Кайдел, моя дочь, — указал Брайан. — А мы знакомы! — похвасталась Кайдел. — Вы помните, милорд? Мы были представлены на Сенаторском приеме. Бен помнил смутно. Скорее всего, он был пьян в стельку. Или слишком трезв, и они с По активно планировали, где проведут остаток вечера. Сенаторские приемы не были любимым развлечением Соло. Гораздо интереснее были приемы частные. В дом Сенатора не требовалось особого приглашения, торжество могли посетить аристократы всех мастей. Именно поэтому такие сборища привлекали провинциальных лордов, стремящихся удачно отдать своих дочек замуж. В зале могло присутствовать два, а то и три десятка потенциальных невест, в то время как кавалеров было вдвое меньше. Держась в рамках приличий, из развлечений Сенаторские приемы могли предложить только танцы. Бен любил заглянуть на такой прием днем, с условием, что потом они обязательно поедут в кабак или бордель, разогнавшись шампанским. А еще лучше — поехать на частный прием. Только по приглашению, но Соло приглашения получал десятками, слуги стопками складывали письма на его столе. Высшая каста аристократов развлекалась не так невинно. Экзотические танцовщицы, опиум, формально целомудренные леди, молодые жены старых лордов, крохотные будуарные комнаты для уединения — бордель посещать после таких приемов было без надобности. Разумеется, Кайдел посещала только Сенаторские приемы. И потерялась там среди юных пташек из захолустья и унылых сыновей разорившихся лордов. Последние всегда были нарасхват. — Помню, конечно, миледи, — Бен поцеловал ей руку. — Жаль, что мне пришлось уехать из Корусанта по делам семьи, и мы не увиделись снова. — Зато мы очень рады видеть вас здесь! — ответила Кайдел. Ну, еще бы. Бен глянул на Дэмерона. Тот состроил гримасу в духе «ничего особенного, но могло быть и хуже». Им отвели две очень приличные для провинциального особняка спальни, удобные, со всем необходимым. Соло задавался вопросом, не уступили ли им хозяйские покои. Подали ужин аж из трех блюд. Скорее всего, вкусных, но у Бена совсем не было аппетита. Дэмерон хвалил повара и кухарок Протектора. Сославшись на усталость после долгой дороги, гости удалились спать. Половину ночи Бен ворочался на мягкой двуспальной постели, изводясь от мысли, что Рей здесь, рядом, до нее пешком можно дойти. Что они дышат одним воздухом, ей так же прохладно от весеннего ветерка, она тоже слышит отдаленный лай собак на окраине. Возможно, не стоило так слепо полагаться на помощь Роуз. Но был ли у него выбор? После того, как он целый год готовился к одной единственной встрече и испортил ее своим косноязычием.