Мутные годы: Богема. Сублимация

В некоторые дни мы встречались в палате с Валентином. Пётр же приезжал ежедневно, привозил приготовленную дома еду, кормил Игоря, иногда терпеливо уговаривая, как ребёнка — у него не было аппетита и ел он через силу. — Ты давно не был дома. Поедем с нами? — сказал мне Пётр, когда мы, побыв до вечера, собирались расходиться. Без Игоря не особо хотелось к нему, но я действительно давно не был там, кроме того, завтра был выходной день, поэтому решил ехать. Прошёлся по всем комнатам. Везде было пусто и серо или так казалось. Мы сидели за столом на кухне, и не покидало тягостное ощущение, что Игорь случайно остался в больнице, словно мы его забыли забрать с собой. Пётр вскочил и начал накрывать на стол к ужину. Он порхал по кухне, от шкафов к холодильнику и обратно к столу. Валентин молча курил. Я же пребывал в тоске. Ждал, что сейчас войдёт Игорь, и понимал, этого не будет. Побыв с ними около двух часов, поехал домой. В довершение к тому, что из-за вмешательства Максима у меня был очень неприятный разговор с отцом, ещё и наши отношения с женой стали портиться. В своё время она привлекла меня, помимо красоты, спокойным, твёрдым характером, а теперь начала устраивать сцены и допрашивать, где я был и почему поздно возвращаюсь. В прежние несколько раз мне удавалось отговориться тем, что задержался на работе, но сегодня по возвращении от Петра она устроила настоящую истерику со слезами и даже криками. Я очень не любил такие скандалы и по возможности старался их избегать. Женские слёзы всегда пугали. Поэтому решил уехать, несмотря на позднее время. Оделся и пошёл к дверям. Взял ключи и уже хотел выйти, но подумал, что она сейчас на эмоциях позвонит своей маме, та позвонит моей, и они вместе устроят грандиозную драму с расследованиями, потом подключится Максим и мне житья не даст. Уж лучше остаться и успокоить её. Разумом понимал, что это беременность заставляет её так себя вести, но мне было всё равно. На данный момент имел значение только Игорь. Но чтобы иметь возможность свободно видеться с ним, нужно было пойти на компромисс с женой. Вернулся и рассказал ей об Игоре, назвав его близким, очень дорогим другом. Это впечатлило её чрезвычайно, она залилась слезами, узнав о его участи. Более того, изъявила готовность передавать Игорю ежедневно обеды. Я смотрел на неё и удивлялся тому, что делают с человеком гормоны. Всегда хладнокровная, спокойная и уверенная в себе, сейчас она рыдала, жалея Игоря. От её обедов отказался, сказав, что его и так хорошо кормит родственник, тем более, что готовила моя жена на весьма среднем уровне. Есть можно, но и только.