Глава 2
30 декабря 2019 г., 13:52
— Вы слышали это? Как будто кто-то стрелял, — распрямившись, Соран бросил взгляд вдаль, туда, откуда ему послышались звуки выстрелов.
— Может быть, здесь есть какие-нибудь гейзеры? Или вулканы? — предположил самый младший из их экипажа, Грэг, заспиртовывая в пробирке корень одного из найденных ягодных кустов. — Хотя лично я ничего не слышал.
— Вряд ли это вулканы. Их извержение начинается бесшумно, — бросил Итан, который стоял рядом с ними, но при этом не забывал обводить зорким взглядом коршуна окружающую их местность. — Как житель Ифэра, я точно знаю. Думаю, тебе просто послышалось, Соран.
Но Сорану так не казалось. Он точно слышал выстрелы, и шли они из того направления, куда ушла другая группа.
«Надеюсь, с Коротышкой все хорошо», — стоило только ему об этом подумать, как к ним подошел другой военный и обратился к Итану.
— Сэр, три часа, отведенные нам генерал-майором на сбор материала, подходят к концу. Надо возвращаться к беспилотнику.
— Согласен, Артон. Собирай всех и выдвигаемся.
Дорога обратно заняла сорок минут, после чего вдалеке, наконец, показался беспилотник, а рядом с ним другая группа, среди которой Соран быстро нашел глазами Софию. Живую и невредимую.
Не торопясь, все вместе, они погрузили собранные образцы в грузовой отсек и только после этого начали забираться в беспилотник, чтобы покинуть планету.
— Эй, Коротышка, как все прошло? Бьюсь об заклад вы, неудачники, зря потратили время и не собрали ничего полезного, в отличие от нас, — самодовольно воскликнул Соран, подбегая к Софии и ожидая от нее какого-нибудь дерзкого ответа.
Но в этот раз она ничего не сказала. Только посмотрела на него каким-то странным нечитаемым взглядом, лишенным всяких эмоций, и, пройдя мимо, направилась внутрь беспилотника.
— Что это с ней? — чтобы прямолинейная и наглая София ничего не ответила на его подкол... Да быть такого не может! Он пребывал в недоумении, но решил пока не трогать подругу. Если она на что-то обиделась, то лучше обсудить это уже на корабле, когда им позволят отдохнуть.
— Профессор, как дела у вашей группы? — тем временем Итан успел поравняться с Черманом, желая узнать его первые впечатления о найденной планете. — Нашли что-нибудь необычное?
— Нет. Все... хорошо, — несколько заторможенно и невпопад ответил Черман, будто выдавливая из себя слова. После чего ускорил шаг и быстро забрался в беспилотник, не оставляя Прайму и шанса спросить что-то еще.
Ровным счетом ничего не понимая, Итан и Соран обменялись встревоженными взглядами, пытаясь как-то объяснить странное поведение членов второй группы.
— Я позже все узнаю у Софии, — ответил на мысленный вопрос Итана Хайд, пожимая плечами.
— Поручаю это тебе. А сейчас шевели своим великолепным задом и марш за остальными. Не нравится мне эта планета. Хочу, чтобы мы как можно скорее покинули ее.
Не став спорить с Итаном и закатив глаза на высказывание в адрес его зада, Соран кинул свой рюкзак в погрузочный отсек и поспешил вслед за остальными в беспилотник. Так же, как и Прайм, почему-то желая побыстрее свалить из этого места.
***
«Титан-17». Ночь 115-ого дня. Сектор А — Центр Управления. Полковник Итан Прайм сидел в кресле перед одной из панелью управления и гипнотизировал задумчивым взглядом огромное панорамное окно, из которого хорошо было видно все окружающее их звездное космическое пространство, а еще найденную недавно планету. Сине-фиолетовый шар с такого расстояния выглядел как драгоценный камень чароит и буквально с первых же секунд приковывал к себе внимание, завораживая своей загадочностью и красотой. Но, будучи солдатом, Итан всегда старался не судить о книге по обложке. Эта планета несомненно прекрасна, но сможет ли она стать тем самым идеальным домом для всего человечества, который так долго искали все предыдущие экспедиции? Или же она станет новым источником проблем, как когда-то Панарин и Норд? Очень некстати Прайму пришли на ум профессор Эрнест Черман и подруга Сорана — София Тёрн. Почему оба выглядели, как обухом пришибленные? Да и военные ничем не отличались от ученых. На вопросы они почти не отвечали, а если что-то и говорили, то так, будто каждое слово они вытягивали из себя клещами, словно роботы, у которых внезапно сломался синтезатор речи. Что же с ними произошло? — Итан, вот ты где! А я тебя искал. Ты почему не пришел на ужин? — через несколько секунд одно из свободных кресел рядом с Итаном занял генерал-майор Магн, вопросительно задирая кверху брови. — Аппетита нет. Сегодня был насыщенный день, и у меня в голове скопилась уйма мыслей. Не до еды как-то, — тяжело вздохнул Итан и устало потер лоб рукой. — И что тебя беспокоит? Неужто опять мальчишка Хайд не дает покоя? — заулыбался Магн, уже зная о душевных терзаниях друга. — О-о, это моя вечная головная боль. — И в этом виноват только ты сам. Сколько раз тебе говорил: кинь ты это дело. Что? Мало мальчиков на корабле? Выбирай — не хочу. — В том-то и дело, друг. Все они мне абсолютно не интересны. Соран — он... особенный для меня. Никто другой не подойдет, поэтому я либо добьюсь от него взаимности, либо сдохну в одиночестве, — объяснил Прайм спокойным будничным голосом, просто констатируя факт. — А я-то в первое время думал, что ты бегаешь за ним просто так, из чувства азарта. А выходит, у тебя все серьезно? — от Магна буквально разило жалостью, словно Итан только что поделился с ним новостью о своей смертельной болезни, и теперь Фростер не знал, как его поддержать. — Да. Причем очень. Я понимаю твое удивление, ведь ты лучше других знаешь, что я никогда не имел проблем в отношениях. У меня было столько любовников, что сейчас всех и не вспомнишь. И женщины, и мужчины... Все они были по-своему красивые, умные и яркие, но... Ни к одному из них я не испытывал таких сильных чувств, как к Сорану. Когда я впервые увидел его в порту, то возжелал с первой же секунды. Наверное, это была любовь с первого взгляда, сейчас уже не знаю. Но с тех пор я думаю о нем и днем, и ночью, желая коснуться хоть кончиками пальцев, обнять, поцеловать. Блять... заняться с ним любовью в конце концов. Я люблю его до потери пульса и готов ради него на все, а он... Вертит передо мной своим наглым рыжим хвостом и никак не дается в руки. Сука, как же я устал от этого. Но сдаться не могу. Может, я мазохист? — Определенно, — покачал головой Магн и, наклонившись вперед, потрепал Итана по плечу. — Вот почему я стараюсь не влюбляться. От любви одни проблемы. Лучше уж окружать себя любовниками на одну ночь, от них не так много вреда. — Ты же вроде женат, — удивленно произнес Прайм, отвлекаясь от собственных дум. — Это брак по расчету. Тебе в скором времени тоже придется жениться на том, на кого укажут. Или... можешь попробовать сделать предложение Сорану. Уже даже вижу эти заголовки в газетах: «Династический брак между сыном генерала Джардена и сыном генерала Хайда: событие века!». Твой отец будет в восторге. — Ни за что! Если когда-нибудь я и смогу уговорить Сорана на брак, то точно не из-за того, что мы оба родом из влиятельных семей! — только услышав о таком раскладе, Итан сразу же разозлился. — К тому же Соран, как и все остальные, не знает, что я сын генерала Ориона Джардена, а я не собираюсь ему об этом говорить. Не для того я взял фамилию матери, чтобы теперь рассказывать об этом направо и налево. — Ну ты ведь сделал это для того, чтобы никто не думал, что все, чего ты добился в жизни, — это результат влияния твоего отца. Думаю, если бы ты рассказал об этом Сорану, он бы даже начал тебя уважать. — Или подумает, что я считаю его высокомерным золотым мальчиком, который не хочет связываться с обычным солдатом. Нет, так я только больше его оттолкну. — Как знаешь. Здесь я тебе не советчик, — хмыкнул Фростер, принимая решение закончить на этом разговор и тоже переключая внимание на зависшую за окном планету. — Вообще, я не о Соране сейчас думал, — вдруг снова нарушил тишину Итан после небольшой паузы. — Я хотел поговорить с тобой по поводу нашей сегодняшней вылазки. Скажи, из вернувшихся тебе никто не показался странным? — В каком смысле? — развернулся к Итану Магн, растеряв весь свой расслабленный вид. — Ну не знаю. Показалось ли тебе, что кто-то ведет себя... не так, как обычно? Например, профессор Черман. Для своих лет он довольно подвижный и общительный человек, а сейчас он тихий... и даже толком не разговаривает. То же самое касается и других людей, что были с ним в одной группе. Их будто подменили. — Может, они что-то увидели и теперь пребывают в шоке? Ты пытался что-то выяснить? — Да. Мучил военных целый час, но они только повторяли, что во время сбора материалов все было хорошо. Талдычили это «хорошо», как заведенные, — раздраженно бросил Итан, вспоминая, как пытался вытянуть побольше информации из бестолковых подчиненных. Услышав ответ, Магн погрузился в раздумья, превращаясь из приятеля для душевной беседы в сурового командира. — Они проходили медицинскую проверку? — Да. Как и положено по инструкции. Каждый при мне сдал все анализы, но они ничего не показали. Все люди чисты... — Почему ты сразу не доложил мне о своих опасениях и о том, что допрашивал военных? — резко перебил его Магн, прожигая недобрым взглядом. — Доложить о чем? У меня нет доказательств, что с учеными и вправду что-то не так, а военные так мне толком ничего и не рассказали. — Итан, я всегда должен быть в курсе всех дел на корабле. И если твоя интуиция уже давно кричит тебе о том, что что-то не так, надо было сразу поделиться этим со мной. — Я привык доверять своему чутью, ведь оно меня еще не подводило, но я не знал, будет ли только моих слов достаточно для тебя, — покаялся Итан. — В любом случае, Магн, я хочу попросить тебя пока не организовывать новых вылазок за образцами. По крайней мере до тех пор, пока мы не поймем, что произошло на планете со второй группой. — В данный момент это ни к чему, — известил Магн. — Сегодня ученые набрали себе достаточно «игрушек». Пока они с ними не разберутся или пока им не понадобятся новые, на планету никто не полетит. — Отличная новость. — Но я все-таки поверю твоей интуиции. Прямо сейчас иди и разбуди своих ребят. Соберите всех людей, что состояли в группе профессора, и отправьте их в изолятор. Нужно быть уверенными, что они ничем не заражены и не опасны для остального экипажа. Сделайте это незаметно, пока все спят: паника на корабле мне не нужна. Получив приказ и испытав некоторую долю облегчения от того, что Фростер все же поверил ему и решил принять меры, Итан поднялся из кресла и, отдав честь, направился к выходу из сектора. Однако на полпути его остановил странный шум, доносящийся откуда-то из недр корабля. — Что там, Итан? — заметив его заминку, Магн весь подобрался и тоже поднялся со своего места. Какое-то время оба прислушивались к звукам, пока внезапно не осознали, что их издает сирена, а еще через какое-то время к ней присоединились кричащие люди и стреляющее оружие. — Какого хера? Что там происходит? — резко сорвавшись с места, Магн подбежал к складу с автоматами, находящемуся в этом секторе, и, схватив сразу две штуки, бросил один Итану, тем самым вооружив не только себя, но и напарника, после чего они ринулись по короткому переходу прямо в сектор В. Именно оттуда и шли выстрелы. Не успели они пройти через раздвижные двери, как из-за угла, прямо им навстречу, выбежал один из ученых. Он несся так быстро, будто за ним гнался сам дьявол, и судорожно размахивал руками, стараясь о чем-то предупредить военных. Внезапно прямо с потолка на него свалился какой-то мерзкий склизкий червяк, разрывая острыми клешнями его спальную форму и начиная разгрызать кожный покров на спине, отчего мужчина зашелся в истошном крике, крутясь под тварью и пытаясь спихнуть ее с себя. — ПОМОГИТЕ! — заорал бедняга, но Итану и Магну не нужно было ничего объяснять. Прицелившись, оба открыли огонь, и скоро монстр, громко вереща, слетел со спины ученого, превратившись в жидкую кашу из синей слизи и ошметков желеобразного тела. — Эй, ты как, жив? — бросившись к лежащему на животе мужчине, Итан осторожно перевернул его на бок так, чтобы кровоточащая спина не касалась грязного пола. — Да... — задыхаясь и глотая слезы боли, прошептал мужчина. — Спа...сибо. — Что это была за тварь? — пока Итан опекал пострадавшего, Магн подошел ближе к тому, что осталось от червя, и брезгливо поддел месиво носком сапога. — Они... повсюду... Мы спокойно спали... А потом... услышали сирену, открыли глаза... а в каютах эти существа... — попытался объяснить ситуацию ученый, со страхом рассматривая жижу, словно боясь, что она может ожить. — Я пытался... застрелить это, но оно... выбило пистолет у меня из рук... Как будто знало, что это... — «Они»? Этот червяк не один? — живо спросил Магн. — Да... Их целая стая... — Целая стая инопланетных червей у нас на корабле? — удивленно воскликнул Итан. — Как они смогли пробраться сюда незамеченными? — Вероятно с теми, кто участвовал в вылазке, — сделал вывод Магн. — Каким образом, не знаю, но это так. — Они едят людей? — снова обратился Итан к ученому, чувствуя, что нужно разобраться во всем этом как можно скорее. — Нет... Им нужны мы сами... — дрожащим голосом ответил мужчина. — Я видел... как они это делают... Они вселяются в людей, и те... перестают быть собой. — Паразиты, значит, — выплюнул Магн, теперь смотря на тело существа с ненавистью. — Все ясно. Итан, за мной. Надо убить их всех прежде, чем они заселят весь экипаж. Итан был согласен с ним на сто процентов, поэтому, дав распоряжение ученому пока отсидеться в секторе А, он подхватил с пола свой автомат и последовал за Магном. — Полковник, будьте осторожны... — окликнул Прайма напоследок ученый. — Этим тварям... им помогают ваши люди и некоторые мои коллеги... Похоже, они уже давно заражены. Парень... с которым я тесно работал, Сайрус, чуть... чем-то меня не накачал. Если бы я вовремя не проснулся, то... Услышав о других военных, Итан даже не стал уточнять, кого именно мужчина имеет в виду. Теперь для него все встало на свои места: и странное поведение второй группы, и собственная интуиция, которая вот уже как несколько часов трубила тревогу. «Почему я сразу не доверился своему чутью? Почему не проверил все досконально и просто пустил ситуацию на самотек? Разве так поступает заместитель командира корабля? Идиот!» — Спасибо за предупреждение, — кивнул Итан, стараясь сохранить бесстрастное выражение лица. — Беги в сектор А и спрячься там. С таким ранением боец из тебя все равно никакой. Не собираясь больше тратить время, Прайм последовал за Магном и очень скоро сумел нагнать его. — Магн, Дитрих и Михаил были заселены паразитами еще до того, как вернулись на корабль. Вот почему во время допроса я не смог ничего от них добиться. — Я уже и сам это понял. Видимо, эти черви обладают долей разума, раз смогли нас всех наебать, — прорычал в ответ Магн, очевидно уже представляя, как за это расстреливает всех паразитов к чертовой матери. — Возможно, что большинство людей уже тоже заражены. Что прикажешь с ними делать? — Если не будет выбора — убить. Но если сможешь — возьми в заложники. Может позже мы сможем найти способ избавить их от этих мразей. Прайм очень надеялся услышать эти последние слова и сейчас выдохнул с облегчением. Ему было важно знать, что командир не запрещает предпринимать попыток спасти людей, ведь со многими из них Прайм успел сдружиться и считал их чуть ли не братьями. Убить их собственными руками... такое только в страшном сне может присниться. Однако если бы Магн велел истребить всех зараженных до единого, он сделал бы это. С болью и с сожалением, но сделал бы. Ведь у военных по-другому не бывает. Когда тебе дают приказ, ты обязан его выполнить, невзирая ни на что. Такова жизнь солдата. Его чувства и желания не учитываются. Правда Прайм задавался вопросом: исполнил бы он приказ Магна, если бы речь шла о зараженном Соране? Скорее всего нет, но это было бы единственным исключением, которое бы он сделал. «Но мне и не нужно делать исключения. Соран не заражен! — сразу убедил себя Прайм, при этом чувствуя, как сердце в груди сжимается от страха. — Не знаю, где он, но он точно не сдастся этим тварям без боя. Подожди меня еще немного, Хайд. Я тебя найду. Ты не станешь одним из них!» Выстрелы, что они услышали еще в секторе А, становились все громче, говоря о том, что они близки к цели. Когда же они наконец преодолели еще один коридор, ведущий к спальным каютам экипажа, то действительно застали там целую стаю инопланетных паразитов, что по виду ничем не отличались от того, которого они застрелили еще несколько минут назад. Они быстро перемещались по помещению и пытались заселить сопротивляющихся людей. Некоторым это удалось, а кто-то встречал жесткий отпор, уворачиваясь от выстрелов из пистолетов и автоматов, которыми здесь располагали почти все, ведь по протоколу безопасности у каждого в каюте лежало по одному, на всякий случай. Но хуже всего приходилось тем, кто сцепился с уже зараженными людьми. Эти «предатели» активно помогали собратьям, стараясь обезоружить незараженных людей, положить их на живот и зафиксировать в удобной для заселения собрата позе. Как раз именно сейчас этим и занимался фальшивый Михаил. Жестко придавив к стене Рейну, он насильно держал ее, пока с противоположной стены на нее готовился напасть один из паразитов. — Мих! Не смей! — закричал Итан, бросаясь на помощь. К счастью, момент, когда Итан успел подбежать к нему со спины, Михаил благополучно пропустил, что позволило Прайму молниеносно огреть его по виску прикладом автомата и отправить в бессознательное состояние. После чего, перехватив оружие поудобнее, он сделал несколько выстрелов в сторону твари на стене, которая, увидев Итана, злобно застрекотала и бросилась наутек искать себе среди толпы сражающихся новую жертву. — Полковник! Слава Богу! — заплакала Рейна, увидев, кто ее спас. Она вся дрожала, а ее лицо было перемазано слезами и вытекающими из носа соплями. — Не время благодарить! Вот, держи! — Прайм достал из-за пояса такой же небольшой пистолет, какие обычно выдавались ученым, и бросил его Рейне. — Ты не видела Сорана Хайда? — Нет... Его здесь нет, — ответила она, трясущимися руками снимая оружие с предохранителя. — Твою мать... Ладно, помоги остальным! И не смей паниковать! Тебя разве этому учили в Академии?! — Полковник! — состроив еще более испуганное лицо, Рейна вдруг ткнула пальцем куда-то за спину Итану, но опоздала. Через секунду он почувствовал, как сзади его шею обхватывают сильные руки, при этом выбивая из рук автомат, и начинают душить. Ждать помощи было не от кого: Рейна снова застыла на месте, как олень в свете фар, а Магн был слишком далеко и сейчас занимался тем, что отбивался от двух зараженных ученых, и не видел того, что происходит с товарищем. За секунду оценив обстановку, Прайм понял, что надеяться придется только на себя. Со всей силы, на какую он был способен, Итан ударил локтем напавшего прямо в ребра и, наконец, смог освободиться от захвата. Все же ему не за красивые глаза дали звание полковника. Повернувшись к противнику лицом, он обнаружил перед собой Артона — военного, что вместе с ним охранял первую группу. — Значит, и ты стал костюмчиком для кольчатого монстра? — с досадой проговорил Итан. А Артон тем временем предпринял новую попытку обездвижить его. Сделав бросок, он постарался ударить Итана по голове, видимо желая отправить его следом за Михаилом в мир снов, но Прайм вовремя это понял и блокировал удар, нанося Артону в ответ удар кулаком по лицу, потом коленом по животу и в завершение локтем по спине. Град мощных ударов заставил паразита в теле Артона сдаться и, кряхтя, повалиться на землю, но Итан недолго праздновал победу, потому что неожиданно сзади раздался выстрел и его ногу обожгло сильной болью. Упав на пол, он на мгновение потерял ориентацию в пространстве. Однако этого хватило, чтобы к нему успел подбежать еще один зараженный и придавить его всем весом к полу. К невероятному изумлению Итана, им оказался Магн. — Черт, нет! Магн, только не ты! — зарычал Итан, брызжа слюной и пытаясь вырваться, а также краем глаза замечая, как Рейна опускает на пол тот самый пистолет, который он дал ей совсем недавно и из которого она, по-видимому, и прострелила ему ногу. Сейчас девушка выглядела как кукла, с этим застывшим, почти безжизненным взглядом, что создавало сильный контраст с ее все еще заплаканным лицом. Казалось, что слезы на ее глазах выступили случайно и не имеют к ее нынешнему состоянию никакого отношения. «Рейна... И ты теперь такая же... Глупая девчонка...» — подумал Итан, коря себя за то, что в конечном итоге так и не смог ее спасти. — Зачем ранила? Говорили же, тела не ранить, — внезапно раздался над Итаном голос Магна или, точнее, паразита, поселившегося в нем. — Сильный... — объяснила лже-Рейна с сухой интонацией, как запрограммированный робот. Прайм пребывал в шоке. Нет, конечно, на примере допрашиваемых Дитриха и Михаила он уже знал, что забравшиеся в тела паразиты могли говорить, но они не владели речью в совершенстве, выдавая обычно по одному слову. Да и то так плохо, словно были детьми, впервые пытающимися говорить. Но паразит в теле Магна был другим: речь его звучала чисто и без запинок, не хватало только словарного запаса. Так решил Итан, услышав два раза слово «ранить». — Мой очень сильный. Но этот тоже сильный. Сильное тело — это хорошо, — ответил Магн, продолжая легко удерживать Итана, пока к нему не подошли еще двое зараженных и не начали помогать. — Потому ранить нельзя. — Чертовы ублюдки, что вы такое?! — устав от их общения, Итан обратился напрямую к Магну, попутно пытаясь снова выбраться. — Зачем вы забрались на наш корабль? — Мы — это мы. Пришли за телами. Не можем жить без живого тела. Много времени прошло. Братья уже погибают, — так же бесстрастно ответил Магн, будто зачитывая статью, написанную семилетним ребенком. А Прайм, осмотревшись вокруг, вдруг понял, что многие из паразитов и вправду начали выглядеть больными: серое желеобразное тело в каких-то местах стало красным, а сквозь кожу хорошо была видна вереница посиневших вен. Да и двигались они уже не так быстро, но продолжали отчаянно, даже как-то бешено, нападать на последних оставшихся людей. Вероятно, инстинкт самосохранения подталкивал их как можно скорее занять спасительное тело, чтобы выжить. «Так это все ради выживания? Что ж, их можно понять, но это не значит, что я так просто позволю одному из них занять мое тело. Я нужен Сорану! Я дал себе слово, что защищу его! Я все для этого сделаю!» Итан начал брыкаться еще усерднее. Стремление найти Сорана подогрело его волю, и теперь даже трое мужчин с трудом могли держать Прайма на месте. — Сильный, — довольно протянул Магн, и это был первый раз, когда кто-то из паразитов проявил эмоции. — Он подойдет тебе. Другой паразит возник в поле зрения Итана очень резко. Наверняка он сидел где-то неподалеку, когда Магн предложил ему его тело. Выглядел он точно так же, как и его собратья, но красных пятен на его теле было гораздо больше, кажется, еще немного — и он умрет. Да и тварь сама это понимала, нетерпеливо стрекоча и клацая мерзкими жвалами. Чтобы паразит не тратил время на одежду, две пары рук разодрали у Итана на спине тонкую ткань и оголили его спину, на которую инопланетное существо с радостью и запрыгнуло, начиная извергать в большом количестве слизь. Почувствовав на себе подобную тяжесть, Итан чуть не задохнулся от омерзения. Червь был липким и мокрым, а его игольчатые ноги больно царапали спину, но это еще были цветочки. Когда эти иглы неожиданно быстро задвигались, распарывая кожу спины подобно заведенной электропиле, вот тогда пришла самая страшная боль. Прайму казалось, что червь стремится прогрызть его тело насквозь и выбраться наружу через грудную клетку, настолько невыносимо это ощущалось. Он бился в агонии, громко крича, почти срывая голосовые связки. Но вскоре боль начала притупляться, словно спина онемела. Возможно это происходило из-за подбирающегося болевого шока, а может потому, что Итан начинал стремительно терять связь с реальностью: его мысли стали путанными, конечности уже казались не своими, а зрение расплывалось, говоря о том, что с каждой секундой паразит захватывает себе все больше «пространства», вытесняя истинного владельца тела. «Неужели так все и закончится? — проносились в голове Итана последние мысли. — Я стану одним из них и оставлю Сорана одного? Если он тоже заражен, то кто сможет излечить его, если на борту уже нет людей? Он останется совсем один, наедине с мерзкой тварью, захватившей его тело». Понимая, что это конец, Итан вызвал в своей голове образ любимого человека. Он представил себе его ярко-серые, похожие на ртуть, глаза, всегда смотрящие на него с раздражением, огненно-рыжие волосы с красивыми красными кончиками и упрямо сжатые губы, которые он так и не смог попробовать на вкус и вряд ли теперь когда-либо сможет. «Прости, Соран. Знаю, я облажался, но я постараюсь исправить ошибку. Что бы со мной ни случилось... Кем бы я ни стал в будущем, я найду тебя и укрою от всех бед. Я так тебя люблю и ни за что не оставлю одного... Это мое последнее обещание». Скупая мужская слеза скатилась с его щеки, и вскоре он перестал быть собой, успев прошептать напоследок лишь одно: — Защищу тебя...***
С самого возвращения на корабль Соран чувствовал себя не в своей тарелке, а все из-за Софии. За весь оставшийся день и вечер она не сказала ему ни единого слова, предпочитая просто игнорировать его или, что еще хуже, избегать, как будто действительно была на что-то обижена. Предприняв несчетное количество попыток заговорить с ней, Соран в конце концов плюнул на это дело и решил оставить его до лучших времен, тем более ему было чем заняться. После того как они вернулись и сменили скафандры на классические комбинезоны, их закрутил водоворот различных проверок, в ходе которых люди сдали на анализы все, что можно, дабы убедиться, что никто ничего не подхватил. Когда же с ними было покончено, началась разгрузка добытых образцов и переправка их в лабораторию, где Сорану и всем остальным его коллегам вскоре придется заняться их исследованием. Но это завтра утром, а сейчас надо было выспаться. День был тяжелым, и Сорану уже не терпелось добраться до своей каюты и уронить голову на подушку. Поэтому, когда он лег на кровать, то отключился почти моментально и не сразу проснулся, услышав, как кто-то зашел к нему в комнату и подошел к кровати. Несильно прогнувшаяся кровать и знакомый цветочный запах сразу сказали Сорану, кто его незваный гость, и ему не нужно было окончательно просыпаться, чтобы узнать. — Что, наконец-то появилось желание поговорить, Коротышка? — пробубнил Хайд в подушку, не открывая глаз. Но София не ответила, вместо этого она забралась на кровать и аккуратно перекинула одну ногу через тело Сорана, оседлав его. — Ты что там творишь? Решила сделать массаж в качестве извинения? — недоуменно спросил он. Постепенно с него начало спадать сонное состояние, а в груди зародилось какое-то плохое предчувствие, но причину его появления Хайд пока не мог понять. — Эй, ты слышишь?.. Неожиданно он услышал, как София что-то достает из кармана своих штанов и замахивается, чтобы всадить эту штуку прямо в него. Его реакция была стремительной: вскочив на ноги, он сбросил ее со своей спины и быстро метнулся к тому месту, где хранилось его оружие. Когда пистолет оказался в его руках, он резко развернулся и нацелил его на лежащую на полу и стонущую от боли Софию, которая сильно ударилась спиной об пол, при этом выронив из руки то, что она держала: шприц, наполненный белой жидкостью. — Какого хера! С ума сошла?! Что ты?.. — громкий стрекот и странное копошение на потолке заставили Сорана замолчать и медленно посмотреть наверх. Прямо оттуда, маленькими глазами-бусинками, на него смотрел небольшой червяк и, хищно навострив свои жвалы, с громким визгом, от которого у Сорана свело зубы, настолько он был похож на звук проводимого по стеклу гвоздя, прыгнул вниз. Только чудом Хайд успел выиграть время и отскочить назад, но даже не смог выстрелить, как существо, заметив опасную штуку в его руке, испугалось и рвануло вон из каюты. Соран уже хотел побежать за ним, но очнувшаяся София схватила его за ногу и попыталась остановить. Моментально догадавшись, что она каким-то образом встала на сторону неизвестного монстра, Соран стремительным движением нанес ей удар по шее, отправляя в нокаут, и, решив разобраться с ней позже, выбежал из каюты на поиски червя. Существо выглядело довольно опасным, нельзя было так просто отпускать его, позволяя беспрепятственно бродить по всему кораблю. Другие могли пострадать. Внимательно обследуя взглядом потолок, Соран пытался найти забившуюся куда-то тварь, и когда он уже поравнялся с где-то четвертой по счету каютой, то заметил, что дверь в нее приоткрыта. Подумав о том, что червь мог шмыгнуть туда, Соран тихо подобрался к двери и заглянул в приоткрытую щелку. То, что он увидел, побудило его прикрыть рот от ужаса: на кровати лежала одна из его коллег — Скайлин — и она явно была без сознания, потому что Соран был уверен, что если бы ему разрезал спину и забирался внутрь такой же червь, что сейчас пытался залезть в Скайлин, то он бы орал не своим голосом. А хуже всего было то, что в этот момент рядом с ее кроватью стоял профессор Черман и наблюдал за всем этим с каменным выражением лица, словно так все и должно быть. Также, присмотревшись, Соран заметил в его руках точно такой же шприц, какой был у Софии. «Похоже, стащили несколько шприцов с транквилизатором из лаборатории. Вырубают людей, чтобы те не сопротивлялись червям. Если бы я вовремя не среагировал, то же самое произошло бы и со мной», — подумал Соран, окончательно разобравшись в ситуации, и попытался тихо убраться от двери: Скайлин было уже не помочь, а вот попасться профессору-паразиту на глаза очень не хотелось. Однако смыться вовремя у него не вышло. Вскоре открылась дверь еще одной каюты, и оттуда вышел Олев. Отсутствующий взгляд сразу сказал Сорану, что перед ним не человек, поэтому, когда заметивший его Олев бросился к нему с целью поймать, Хайд, не колеблясь, выстрелил ему в плечо и бросился бежать в сторону сектора С, опасаясь, что тот не один и к нему может подоспеть подмога в лице того же профессора Чермана. К тому же, в лаборатории находилась кнопка сирены на случай, если ученые допустят ошибку и разольют что-нибудь опасное. Соран уже догадался, что паразит в его каюте — не единственный на корабле. Тот, что вселился в Скайлин, явно был другим. Значит, их здесь несколько, и они собираются втиху́ю заселить людей. Звук сирены вполне будет слышен в секторе В, а значит, те, кто еще не заражен, обязательно проснутся. Если уже не проснулись от его выстрела. Лишь бы только успеть, пока София, Олев и другие не успели обколоть их препаратом. Преодолев приличное расстояние до конца корабля, Соран дрожащими руками открыл двери лаборатории и, забежав внутрь, нажал на кнопку сигнализации. Сирена завыла уже через секунду, громко оповещая всех об опасности, а буквально еще через несколько минут до Хайда донеслись звуки выстрелов. Похоже, теперь все оставшиеся люди в курсе, что на корабль пробрались инопланетные паразиты, и Соран очень надеялся, что сейчас все займутся их истреблением. И сделают это быстро, ведь потом еще придется разбираться с уже зараженными людьми, если, конечно, их не убьют из самообороны. Однако пусть теперь все знали об угрозе, расслабляться было еще рано. Соран не собирался отсиживаться в лаборатории и решил вернуться обратно, присоединившись к остальным, но, к сожалению, у судьбы на него были другие планы: черная тень быстро шмыгнула через открытую дверь лаборатории и быстро исчезла среди расставленных столов и оборудования. Не увидеть инородный объект на фоне белой комнаты было невозможно, поэтому Соран сразу же потверже взял пистолет и стал опасливо оглядываться, ожидая нападения. Паразит периодически перемещался из одного места в другое, но Хайд не осмелился попытаться выстрелить в него. В лаборатории играться с оружием было опасно: один неверный выстрел, и он бы мог что-то воспламенить или, например, сбить колбу с какой-нибудь кислотой. Произойди такое, и на одну проблему у всего экипажа станет больше. Нет, ему нужен был один точный выстрел, и он выжидал, когда тварь решит напасть в лоб. В итоге, его терпение окупилось сторицей. Довольно неожиданно существо выпрыгнуло из-за ближайшего стола и попыталось разодрать ему лицо клешнями, но Соран уже ждал его и, возведя пистолет, выстрелил, попав точно в цель. Но даже не успел толком ничего понять, как на спину ему прыгнул другой. Откуда он взялся, Хайд так и не понял, но подумал, что паразиты, очевидно, умны, ведь все это явно походило на отвлекающий маневр: один червь принес себя в жертву ради другого. Паника, которую Соран пытался гасить в себе все это время, взяла свое, когда он почувствовал на себе это существо. Пребывая в страхе, он постарался отодрать от себя паразита, но невероятно сильная боль выбила все мысли у него из головы. Догадаться о том, что делает инопланетянин, не составило труда, и Соран понял, что проиграл. Кажется, ему не избежать участи стать таким же зараженным человеком, как и другие. Чем дальше паразит пробирался в его тело, тем тяжелее Сорану было контролировать свои действия и сознание. Пронзенные страшной болью ноги подкосились, и Хайд упал на колени, наблюдая, как быстро размываются перед глазами предметы. Когда же он уже почти утратил разум, отдавая его твари, та внезапно громко завизжала, словно ее обожгли кипятком, и живо отпрыгнула назад. Упав на пол, она стала корчиться в болезненных судорогах среди своей собственной слизи и крови Сорана. Ее серая кожа покрывалась красными пятнами, а те, в свою очередь, перешли в гнойные пузыри. Очевидно, какая-то внезапно возникшая болезнь пожирала паразита, и для Сорана это стало спасительной соломинкой. Как слепой крот, на ощупь, он пополз к тому месту, где предполагаемо лежал пистолет, и, схватив его, убил монстра, прервав его страдания. Когда опасность миновала, Хайд с громким стоном снова упал на пол. Боль так и не притупилась, а стала только сильнее. Оставшаяся рана была открыта и сильно кровоточила. Соран понял это, почувствовав, как кровь течет по его бокам прямо на пол. Но у него уже не было сил подняться и найти в лаборатории заживляющие средства. От резкого рассоединения почти установившейся между ним и существом связи страшно болела голова, а перед глазами так рьяно плясали мушки, что через минуту его громко вырвало. Потерять сознание сейчас казалось лучшим выходом, поэтому Хайд почти добровольно отдался тьме. Он не знал, сколько провалялся в отключке на полу лаборатории, пока не услышал приближающиеся к его телу шаги. Если учитывать, что звучали они довольно громко, к нему шел кто-то обутый в тяжелые сапоги. Значит, военный. Только они носили такие. Какое-то время незнакомец не трогал его, видимо, просто осматривая, но позже начал с чем-то возиться. С чем-то склизким и мокрым, судя по звукам. Разобравшись с этим «чем-то», человек вернулся обратно к нему, и сквозь дурман Соран ощутил, как на его спину наносят что-то влажное, отчего боль сразу же начала исчезать, а кожа, к удивлению, — срастаться. Когда военный закончил, то перевернул Сорана на спину и взял его тело на руки, видимо, собираясь куда-то унести, и именно этот момент он выбрал, чтобы открыть глаза. Увидеть над собой лицо Итана Прайма он не ожидал, но сильно обрадовался. — Итан... Ты спасся? — тихо прохрипел Соран, улыбаясь, но лишь до тех пор, пока не рассмотрел глаза Прайма: холодные, нечеловеческие глаза. — Ах ты... Отпусти, гребаная инопланетная тварь! Осознав, что перед ним уже не Итан, Соран, собрав остатки сил, начал вырываться. Не ожидавший сопротивления лже-Итан не смог удержать его на руках, и вскоре тот шмякнулся обратно на пол, больно ударившись спиной. Но он не обратил на это внимание, так как эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что он чувствовал недавно от проникновения паразита. Перевернувшись на живот, он быстро пополз к брошенному пистолету, но не успел всего на секунду, как на него навалился Итан и прижал к полу, предотвращая побег. Завязалась потасовка, в ходе которой Соран пытался выбраться из-под Итана, а тот старался пригвоздить его обратно к месту. Но оба тут же замерли, стоило им только услышать звук приближающихся сюда шагов еще нескольких людей. Соран не сомневался, что это идет подкрепление фальшивого Прайма, и возобновил попытки вырваться. Однако Итан стремительным движением вздернул его на слабые ноги, зажал ему рот рукой и оттащил в одну из комнат лаборатории, где они, ученые, обычно держали лабораторных мышей и крыс. Закрыв дверь, Прайм усадил их обоих на пол, прижав Сорана спиной к своей груди, и замер, чутко прислушиваясь к шагам. А Хайд в это время пребывал в глубоком ступоре. «Что он делает? Это же его «родственнички». Разве он не должен завернуть меня в праздничную упаковку и выдать им, чтобы в дальнейшем в меня поместили одного из них, раз уж у тех двоих паразитов не вышло? Почему же тогда вместо этого он прячет меня?» Вопросы крутились в голове, но вразумительного ответа на них не было. В одном только Хайд был уверен: этот паразит ведет себя странно. Шаги все приближались, пока не стало понятно, что те, кто их издавал, уже зашли в лабораторию. Теперь Соран слышал их очень отчетливо, словно они уже стояли под дверью. Люди-паразиты то приближались, то отдалялись, открывали и закрывали двери, отодвигали столы. Было ясно: твари исследуют помещение на наличие незараженных людей. Еще немного, и они заглянут и сюда. При мысли об этом сердце Сорана застучало быстрее, а липкий страх уже распустил свои щупальца и медленно обволакивал душу. Его начало трясти. Но подбирающийся срыв неожиданно предотвратил паразит в теле Итана, моментально обвив вокруг его талии свои мощные руки. Он крепко прижимал его к себе, словно стараясь вселить в него уверенность, что он не один и что все будет хорошо. А потом вдруг наклонил голову так, чтобы его губы оказались напротив ушной раковины Сорана, и тихо прошептал: — Защищу тебя... Время для Сорана замерло. И даже шаги уже не пугали. Медленно он развернулся к Прайму лицом и снова заглянул в его глаза... Глаза, полные отчаянной решимости.
