Второй шанс на счастливую жизнь

POV Учиха Наруко Спустя пару дней после выписки Саске повел Гаару на эша… кхем, прошу прощения, на «Собрание Почетных Старейшин Хэйва», во какое длинное название. Ну, пафоса много, а на самом деле? Поспорят между собой некоторые время и быстро сдуются под взглядом моего мужа, который в то время чаще всего находился на острове. Следовательно, все своё раздражение, которое он обычно выпускал, набивая морду какому-нибудь преступнику, было безжалостно вылито на головы старикашек. Будем откровенны — Саске политика не нравилась вообще. Была б его воля, он бы плюнул на все и забрал нас на какой-нибудь отдаленный остров. Мой дорогой супруг ненавидел интриги и заговоры, но все это ему пришлось освоить под руководством крестного наших детей. Сам же учёный наотрез отказался стать хотя бы временным главой, ссылаясь на свои дряхлые кости и возраст. Прикиньте! Безумный учёный, который почти стал бессмертным и выглядит максимум на тридцать пять-сорок, заявил, что слишком стар для должности главы! Куда катится мир? Пока Гаара и Саске засели в кабинет, обсуждая обустройство острова, а также, восстановление почти уничтоженных свитков фуина, в доме шуншином появился Шуу. Этот долбаный енот начал появляться прямо сзади меня. Почувствовав чакру за спиной, я, чисто на рефлексах, запустила в биджу, рядом лежащую сковородку. Шукаку, не ожидавший такого поворота, был погружен в какие-то свои размышления и принял мой подарочек пропитанный двойной чакрой (Имеется ввиду, объединенная чакры Курамы и Нару). — Ай, Наруко! За что? — обиженно сказал Шукаку, потирая ушибленный лоб. — А, вот, нефиг появляться шуншином за спиной куноичи, у которой сковородка под рукой, — сообщаю с милой кровожадной улыбочкой. Вижу по немного испуганным глазам енота — улыбку тире оскал он оценил. — Учту, — обречённо вздохнул Шуу и уселся на рядом стоящий диван, опять уходя в свои мысли. Э? В смысле? А где споры и возмущения? Обычно, после такого тануки начинал доказывать, какие женщины нелогичные. Вытерев руки, я подошла к дивану, всматриваясь в задумчивое лицо хвостатого. — Шукаку, что случилось? — Все хорошо, просто я понял, что мне отношения совсем не нужны, — решив что-то для себя, мужчина кивнул и расслабился. После такого ответа мое женское любопытство разгорелось быстрее, чем огонь Ку. — У-у-у, кто разбил сердце нашему неподражаемому Шукаку? — на губах появилась лукавая улыбка, а в глазах черти уже плясали чечётку. Увидев мое лицо, биджу ощутимо передернуло. — Не в этом дело. Просто, похоже, Курама в ревнивца переквалифицировался. Мы с Кумико разговаривали, как вдруг появился он, злой, как отец после пьянки. У них походу семейные разборки там начались, пришлось убегать, пока не пришиб. Ещё старший брат называется. — раздражённо сообщил песчаный демон. После такой важной информации мое лицо застыло, а в голове будто взорвался фейерверк. Юху! Наконец-то Курама и Кумико решили признаться в своих чувствах, партизаны хреновы! Целый год мялись, все не могли решиться, как дети ей богу. Ходят, на друг друга смотрят, пока другой не видит и обречённо вздыхают. Каюсь, грешна, мне было весело наблюдать за их «отношениями», которые они упрямо отказывались развивать. Пока моя голова была занята этими мыслями, я подметила, как странно на меня поглядывает оторопевший биджу. Не понимая его реакции, я повернулась, смотря в рядом стоящее зеркало. Мда, капец, глаза сияют весельем, на губах играет до одури счастливая улыбка. Как меня Шукаку ещё в психушку не сдал? Ах, да, забыла, на острове её просто… Нет. Даттебайо! Неужели, я так счастлива за своего отца, что стала вести себя как маньячка. Да-да и не надо смотреть на слово «отец», так внимательно, это не опечатка. А как вы думали? Курама — мой отец, единственный, кто знает все на свете обо мне, знает, сколько боли мне пришлось пережить, борясь за свою жизнь. Только он, тот кого называли и называют демоном, сможет понять меня. Ведь, по сути, я сама — демон, но немного другой, как бы меня там не называли после победы над Пейном — «Солнцем Конохи», «Героиней» или «Надеждой мира Шиноби». Казалось, все забыли, как обращались со мной до этого, никто даже не подошёл извиниться за свои жестокие поступки. И меня это злило. Бесило до головной боли, их наплевательское отношение, мол, все в прошлом, да? А мои шрамы, которые я получила в возрасте двух лет, а мои слезы, мое горе — куда все это девать? Как бы я не хотела, забыть это не получалось, но, даже несмотря на все это, я не хотела… смерти этого мира. Ведь, он мне нравился… Этот кровавый мир шиноби. Почему я демон? Все просто. Иногда, во время настоящей битвы, когда на кону стоит жизнь, моя кровь бурлит от внезапного адреналина. Неожиданно, даже для самой себя, мое тело начинает двигаться нечеловечески быстро, не используя и крупицы чакры. Мои инстинкты обостряются, и мне даже не нужно напрягаться, чтобы определить следующий удар. Сначала я списывала это на чакру Курамы, но сам лис только разводил лапами. Я пол жизни носила фамилию своей матери, но… На самом деле только Кураму я видела членом своей семьи. Даже Гаара не был мне так близок как Ку. И Курама прекрасно это знал, хотя и винил себя в смерти моих родителей, он всегда оберегал меня, всегда отводил от врат чистого мира. Думаете, я бы выжила без него? Конечно нет. Курама мне очень близок, именно поэтому я так счастлива, зная, что кроме нашей семьи, у него появилась возлюбленная. — Мам, что случилось? Дядя Ку и тётя Ку, решили признаться в своих чувствах? — из потока воспоминаний меня вырвал голос сына. Маленькая копия Саске заинтересованно смотрела на меня со сковородкой в руках и недавно появившегося в доме мужчину-биджу. Сначала я немного оторопела, когда поняла, о чем меня спрашивает мой мальчик. — Ха-ха, ты прав сынок, твои дядя и тетя Ку, наконец решились сделать шаги, — мои глаза переместились на часы, которые стояли на тумбочке возле фотографии нашей семьи. На фото были изображены я и Саске, держащих на руках маленькие свёртки, думаю, это единственная фотография, где мой муженёк изображён не с мордой кирпичом, а с нежной и радостной улыбкой. Часы показывали десять вечера, Мамору, заметив мой взгляд, тоже посмотрел на часы и резко отошёл от меня. Помня взрывоопасный взгляд своей матери, мальчик поспешил в кровать, спать — Спокойной ночи, ка-чан. Я прослежу, чтобы имото легла спать, — юный Учиха ушел на второй этаж, вспоминая, как отец поступал в таких ситуациях. — Спокойной, сынок, — как же хорошо, что мои детки понимают меня с полуслова. Я слишком устала за сегодняшний день. Утром — уборка дома, днём — уроки для соклановцев, вечером — надо помочь с документацией. Хотя клоны мне в помощь. Но сегодня я очень уж отвлеклась на эту санта барбару. Интересно, а свадьбу уже планировать можно или пока ещё рано?