Контрольная по физике.

       - Ну… и что вы мне скажете? - профессор Чиба, только что раздавший студентам бланки с результатами очередной контрольной работы, остановился у кафедры, скрестил руки на груди и недобрым взглядом окинул аудиторию.       Из присутствующих двадцати трех студентов на проходной балл контрольную сдала только его собственная невеста, которой он еще когда-то, во времена ее учебы на первом курсе, наглядно продемонстрировал, во что может превратиться их жизнь, если она не будет прилагать достаточного рвения в учебе. С тех пор, Усако старалась изо всех сил. Не хотела повторения истории с вынужденным воздержанием.        - Профессор, вопросы были слишком сложными, - попытался подать голос студент, от которого Мамору никак не ожидал таких низких результатов.        - В опрос не попало даже ни одного вопроса, который был отдан на самостоятельное изучение, - легко парировал Чиба, - Если моя память мне не изменяет, на двух последних лекциях я предлагал подойти на консультацию, если какая-то из тем вызывает затруднение. Вторник и четверг с пятнадцати до семнадцати в моем кабинете. Смею заверить - я все это время провел в ожидании хотя бы одного студента с вопросами. Видимо, какие-то другие вещи заботили вас куда больше, чем одноэлектронные и многоэлектронные атомы. Теперь, мы видим результаты такого подхода к учебе.        - Можно пересдать? - обреченно раздалось откуда-то с задних рядов. Мамору только тяжело вздохнул. Почему-то, именно от третьекурсников этот вопрос слышался чаще всего. И, судя по разговорам коллег, не только на его предмете.        - Пересдачу назначаю на следующий понедельник. В четырнадцать тридцать жду всех желающих исправить свой балл в этой аудитории. Думаю, примерно, вы уже представляете, какими будут вопросы. Но не ждите, что раздам те же самые варианты. Напоминаю о времени консультаций. Вторник и четверг с пятнадцати до семнадцати. Очень рекомендую воспользоваться предложением. Каждого касается, - он умышленно не стал выделять из общего числа студентов свою невесту, - А сейчас, обратите внимание на экран. Перед нами стоит задача, используя правило интервалов Ланде…       Усаги очень старалась вникнуть в суть задачи, но сделать это было трудно: она буквально затылком ощущала прикованные к ней взгляды. Понимала, что студенты, сидящие за ней, старательно тянут шеи, чтобы разглядеть оценку на ее бланке за контрольную. Чуть сдвинув свою тетрадь, скрыла интересующий всех угол под ней. Бесило, что буквально все в группе считают: ее более-менее хорошие оценки по физике не более, чем результат связи с Мамору. Все будто забывали, что на втором курсе предмет вел совершенно другой преподаватель и ее успеваемость осталась на том же уровне. Да и на семинарах и лабораторных у Мамору она всегда отвечает уверенно, хотя спрашивает с нее строгий преподаватель ровно так же, как со всех остальных студентов. Просто, мотивирует ее иначе, чем остальных своих подопечных. Сильно иначе.        - Ты сдала? - шепнула прямо в ухо сидящая слева от нее Мако. Усаги, не отвлекаясь от своих записей, едва заметно кивнула, приподняла угол тетради, показывая Мако результат. Подруга никогда не сомневалась в том, что она очень старается быть успешной в учебе. Помнит, как Усаги буквально вгрызалась в школьный курс физики и математики, чтобы суметь сдать вступительные и оказаться студенткой желанного факультета. Настолько ярким был тогда энтузиазм Цукино, что и Кино загорелась, заразилась этой тягой к знаниям. Но в последнее время общество симпатичного студента четвертого курса прельщало ее куда больше, чем часы, проведенные за подготовкой.        - Еще бы она не сдала, - раздалось злостное шипение сзади. Третья и последняя девушка в их группе никак не желала принять тот факт, что просто сама плохо подготовилась к контрольному срезу,- Легко получать отличные оценки, когда отсасываешь преподавателю.        - Тебе лучше знать, как ты геометрию на плоскости на отлично сдала! - не выдержав, Усаги огрызнулась, чуть обернувшись.        - На плоскости и сдала, - поддержала Мако лучшую подругу.        - Цукино, Кино, Кадамо! - Мамору отвлекся на миг от объяснения задачи, чтобы сделать замечание разговорившимся студентакам. К его сожалению, каждый раз приходилось первой осаждать свою возлюбленную. Но это все было сто раз обговорено еще в первые недели ее обучения в университете. Усако всегда понимала, как важен для ее жениха преподавательский авторитет. Хоть это и накладывало очень много специфических моментов на их отношения. Но с другой стороны, привносило и нотку пикантности. У кого еще преподаватель вымаливает прощение за излишнюю строгость, покрывая поцелуями все тело?       Усаги с силой мотнула головой, так, что чуть не слетела одна из шпилек, удерживающих привычную и любимую прическу. Сейчас точно было не время и не место вспоминать об их безумствах. Позже, дома, у них будет достаточно времени для всего. А сейчас, следует сосредоточиться на правиле Ланде.       На обеденном перерыве Усаги и Мако сели как можно дальше от своих одногруппников. У Усаги совершенно не было желания выслушивать, как нерадивые студенты костерят почем зря любовь всей ее жизни. Мако справедливо винила в своей неудаче себя саму и совсем немного своего нового парня, оторваться от которого пока было для нее непосильной задачей.        - Да насосала она эти правильные ответы! Насосала! - противная Кадамо, проходя мимо со своим обожателем, умышленно повысила голос. Усаги только усмехнулась, срывая упаковку со своего онигири с острым куриным фаршем.        - Видимо, у нее стадия оральной фиксации так и не прошла, - усмехнулась будущая Чиба. Еще одна школьная подруга - Нару - поступила в педагогический и порой делилась интересными фактами из человеческой психологии, - Что она зациклилась, будто секс только оральным бывает? - Усаги с удовольствием откусила онигири, стараясь выбросить из головы идиотские комментарии.       Получалось так себе. И вовсе не потому, что она обиделась или огорчилась. Еще поступая сюда понимала - далеко не всем будут понятны и приятны их с Мамору отношения. Они с самого начала решили, что не будут выпячивать свою близость на всеобщее обозрение, но и прятаться не станут. Чем больше пытаешься скрыть что-то подобное, тем больнее бывает, стоит оберегаемой тайне раскрыться. Мамору сходил к декану в тот же день, когда Усаги подала документы в приемную комиссию. Честно рассказал, что эта абитуриентка - девушка, с которой он встречается уже несколько лет и планирует со временем вступить в законный брак. Декан - большой поклонник таких человеческих качеств, как честность и прямота, оценил такой подход. В первом семестре первого курса Мамору лишь вел семинары в группе своей невесты, но, оценив его подход к ней, как к любому другому студенту, во втором, ему доверили читать лекции на потоке и принимать зачеты и экзамены.       Усаги просто задумалась сейчас… Она никогда не рассматривала их с Мамору секс, как возможность получить что-то материальное. Всегда ждала от близости только физического и морального удовольствия и удовлетворения для них обоих. А вот так - “насасывать” на что-то никогда не пробовала.       Усаги придвинула ближе к себе бутылочку с водой и, упершись подбородком в ее крышечку, нашла задумчивым взглядом своего возлюбленного. Он сидел за столом с одним из преподавателей старшего поколения и увлеченно обсуждал что-то, напрочь забыв о стоящем перед ним обеде. Усаги ласково улыбнулась, подняла со столешницы свой телефон и набрала короткое сообщение в мессенджере. “Ешь!”. Через секунду, Мамору с легким поклоном извинился перед собеседником, вытащил телефон из кармана пиджака и прочел послание. Весело усмехнувшись, обвел глазами большое помещение столовой. Встретившись взглядом со своей ненаглядной, кивнул и вернулся к прерванному разговору, на этот раз не забывая о необходимости еще и поесть в отведенное для этого время.       Усаги же продолжала думать. Даже если бы она захотела попробовать получить от секса какую-то такую выгоду… что можно было бы попросить? Новый телефон? Так вот же - подарил всего пару месяцев назад на день рождения. Сумочку? Можно и так попросить в любой день практически. Разумеется, если не умудрилась перед этим завалить какой-нибудь опрос, контрольную или лабораторную… Ей даже на ум ничего не приходило, но было безумно интересно узнать, насколько высоко Мамору оценивает ее… навыки. Разумеется, по его реакциям на ее ласки, Усаги понимала, что оценка эта очень велика, но хотелось бы конкретики.       Внутри все сладко сжалось от мысли о том, как он отреагирует, если невеста предложит что-то такое пикантное. В том, что реакция его будет мгновенной и исключительно положительной, Усаги не сомневалась даже. Размышляла порой: они просто так идеально подошли друг другу по темпераменту или она стала такой, потому что подстроилась под аппетиты своего первого и единственного сексуального партнера? Но понимала, что очень хотела его всегда, с самого начала их отношений, еще до того, как они стали близки физически. Как бы там ни было, Усаги чувствовала, что они совершенно одинаковы. На людях могут казаться сколько угодно приличными людьми, но стоит оказаться наедине, когда никто и ничего не мешает наслаждаться друг другом… От одних мыслей становится горячо и влажно.       Усаги провела остаток большой перемены все так же, думая о своём. На обращения к ней со стороны Мако отвечала не сразу и невпопад. Но очень надеялась, что подруга никогда на самом деле не узнает, что за мысли ходят у неё в голове. Не то, чтобы Усаги так уж стеснялась признаться, как будоражат её сознание мысли и фантазии о собственном женихе. Просто совершенно искренне считала, что это касается только ее и Мамору.       Отмену следующей пары у своей группы Усаги восприняла буквально как знак судьбы. Тем более, она прекрасно знала, что и у Мамору сейчас “окно” в расписании. А в такие моменты ее потрясающий мужчина предпочитает проводить время в своем кабинете, посвящая свободные минуты подготовке к будущим занятиям.        - Ты идешь домой? - спросила у Усаги Мако. Отмененная пара была у них последней на сегодня, так что вопрос был задан скорее риторически. Но Усаги отрицательно покачала головой.        - Зайду к Мамору, а потом в библиотеку, - она постаралась как можно безразличнее пожать плечами. Откровенничать о том, что она собирается делать в кабинете жениха, совершенно не хотелось.       Поднявшись на третий этаж их корпуса, она быстро дошла до нужной двери, остановившись перед ней, быстро одернула юбку короткого джинсового сарафана. Пожалела, что из-за майской жары не надела утром джинсы. Голые колени на жестком полу могут доставить массу неприятных ощущений. Но такая мелочь точно не могла бы ее остановить. Подняв руку, постучала в дверь ровно так же, как стучала в дверь его квартиры, когда еще не жила там, а наведывалась в качестве желанной гостьи.        - Заходи, - мгновенно раздалось из-за дверного полотна.        - Ты очень занят? - для начала, она только заглянула в кабинет, чтобы удостовериться, что он точно один. Мамору сидел за столом и быстро печатал что-то на клавиатуре своего рабочего ноутбука.        - Контрольную для твоей группы переделываю, - Мамору отстранился от стола, повернулся к своей невесте в крутящемся кресле, - Как там?       Усаги пожала плечами, зашла, наконец в кабинет.        - Ты никого не ждешь? - уточнила на всякий случай. Мамору отрицательно покачал головой и она смогла сделать то, что собиралась - провернуть вставленный в замочную скважину ключ. Скинула с плеча лямку небольшого рюкзачка и опустила его на пол вместе с сумкой для ноутбука.        - Большинство деликатно отмалчивается, но кое-кто говорит, что я отработала хорошие оценки ртом, - Усаги неспешно приблизилась, ведя кончиками двух пальцев по гладкой столешнице. Ей нравился кабинет жениха. Он хоть и был маленьким, но располагался очень удачно. В самом конце тупикового ответвления коридора, где очень редко бывают случайные зеваки. И пусть раньше они позволяли себе только целоваться здесь, что-то подсказывало: Мамору не будет против немного разнообразить эти поцелуи.        - Только ртом? - Мамору откинулся на спинку кресла, с легкой улыбкой наблюдая за невестой, изучающей его наспех сделанные записи в раскрытом блокноте, - Тебя недооценивают.        - Тоже об этом думаю, - Усаги, наконец, приблизилась достаточно, чтобы положить ладони на его широкие плечи. Погладила и сжала через ткань пиджака и рубашки. Наклонилась для поцелуя. Когда он сидит вот так, она может смотреть на него сверху вниз и наклоняться для поцелуя. Обычно, все происходит наоборот. Сейчас, заводит даже это. А еще - место, ее идея, минимальный, но все же риск быть застигнутыми. Но больше всего - сам Мамору.       Для начала, она целовала очень осторожно, едва касаясь своими мягкими губами его - гораздо более жестких и немного обкусанных. Дурацкая привычка родом из детства. Но должен же в таком совершенном мужчине быть хоть один недостаток. Помимо бывавшего порой слишком саркастичным характера.        - Хочу сделать это, - взволнованно шепнула Усаги, не отстраняясь от его губ, - Хочу отсосать прямо здесь.        - За оценку? - рвано усмехнулся Мамору, - Хорошо, что ты ко мне пришла с такими заявлениями.        - Есть кое-что… - она уже сама чуть прикусила губу возлюбленного, - … чего бы мне хотелось. Но не хочу говорить вот так. Давай поиграем?        - Поиграем? - переспросил Мамору, уже буквально чувствуя, как тело отзывается мощным возбуждением на каждое ее действие или слово.        - Да, - Усаги медленно опустилась на колени, теперь глядя на него снизу-вверх, - Я постараюсь сделать тебе очень хорошо. А ты после этого скажешь, готов ли исполнить любое мое желание. Если да - я скажу, чего мне хочется. Согласен? - спрашивая, она уже вытаскивала кончик ремня из шлевки, потянув вверх, освободила от язычка и начала освобождать от пряжки. Замерла на несколько секунд, чтобы поторопить с ответом, - Согласен?        - Согласен, - неожиданно для нее, Мамору опустил руку, мягко обхватил пальцами ее подбородок и потянул вверх, одновременно подавшись вперед. Нетерпеливо накрыл ее губы своими, почти сразу же проник языком в девичий рот, бесстыдно лаская. Так интенсивно, что девушка изумленно осознала: она течет из-за одного этого поцелуя. Мамору словно почувствовал это, отстранился, пристально глядя на губы своей невесты, с мягким нажимом провел по ним подушечкой большого пальца, - Ты уж постарайся, Усако. Сегодня, я буду очень придирчив в своей оценке.       От его взгляда, от его тона, она буквально почувствовала дрожь во всем теле. Если бы все еще стояла на ногах, они сейчас наверняка подкосились бы, угрожая своей хозяйке лишить ее твердой опорой. Но Мамору уверенно придержал ее, помог снова опуститься на колени, но на этот раз на спешно брошенную на пол мягкую папку. И это было гораздо лучше, чем холодные плитки пола.       Сделав глубокий вдох, Усаги закончила расстегивать его ремень, высвободила из петли металлическую пуговицу, собиралась взяться кончиками пальцев за собачку молнии.        - Сделай это зубками, - его тон словно ласкал, Усаги подняла взгляд на лицо жениха и будто ясно увидела чертей, танцующих на дне его темных глаз. Была уверена, что сейчас он видит то же самое в ее голубых глазах. Склонила голову. Сразу подцепить замок зубами не получилось. Пришлось пустить в ход язык, чтобы приподнять пуллер. Металлическая деталь неприятно уперлась в мягкую плоть языка, но это ощущение продлилось всего секунду. Зацепив, наконец, замочек зубами, медленно потянула вниз, - Умница моя, - ласково раздалось сверху. Мужские пальцы зарылись в мягкие волосы, собирая их и убирая на одну сторону, чтобы не мешали наблюдать.       Расстегнув молнию на его брюках, Усаги взялась за резинку белья, преувеличенно не торопясь оттянула вниз, выпуская на волю уже полностью напряженный член. Облизнула сухие губы, увлажняя. Пробежалась пальчиками по всей длине, просто потому что вдруг вспомнила, как привыкала к его размеру. Мамору первое время даже не входил в нее полностью, останавливался, вставив половину или чуть больше. Она тогда еще и не понимала, чего ему стоит сдерживаться. Осознала это только когда впервые получила все полностью. И на себе ощутила всю силу желания, на которую способен ее мужчина.       Следом за пальцами двинулся язык. Снизу-вверх, до самой головки. Несколько раз обвела языком потемневшую от возбуждения, упругую, налитую кровью плоть, прежде чем захватить губами. С силой, как ему всегда нравилось, втянула в рот, так, что ее обычно округлые щеки стали запавшими на несколько долгих секунд. Чуть ослабив давление, двинулась ниже, сантиметр за сантиметром вбирая в рот ствол члена. Усаги знала, что взять в рот полностью у нее не получится. Но не сомневалась, что сможет довести любимого до исступления и с тем, что сможет принять.       Она снова поднялась до головки, языком прижала ее к своему нёбу, чуть опустила и подняла голову, давая ему ощутить ребристую текстуру. Наградой ей стал первый едва слышный мужской стон. На затылок легла широкая ладонь, пока только поглаживая, не пытаясь направлять и придавливать. Несколько движений языком по контуру головки, скользящее движение к расщелине на вершине. Звук с шумом всасываемого через сжатые зубы Мамору воздуха. Сама Усаги все время забывала, что нужно дышать носом. Воздуха не хватало, но она ни за что не отказалась бы от того удовольствия, которое дарила Мамору и испытывала сама, скользя губами по крупной головке и невероятно твердому стволу члена.       Еще одно-два движения головой вниз и головка члена уперлась в гортань девушки. Губы коснулись сжатой в кулак ладони, которой она придерживала член. Усаги обожала это ощущение контроля и даже власти над своим мужчиной. Обожала стоны, которые Мамору не мог сдержать. Обожала то, как напрягалось его тело, когда было особенно хорошо. И она знала, как этого добиться. Глубоко втянув через нос воздух, девушка сделала глотательное движение. Горло расслабилось, едва впуская в себя головку. Это движение отозвалось легкой болью и - Усаги уже это знала - следующий час или пару она будет говорить чуть более хрипло, чем обычно. Но оно того стоило.        - Усако, - сдавленно произнес Мамору, его пальцы чуть сжали волосы на ее затылке, но тут же пришли в движение, приглаживая, будто извиняясь за причиненные болезненные ощущения. Этого было точно недостаточно. Усаги мечтала довести его до такого состояния, чтобы плевать стало на все вокруг. Включая даже ее комфорт. Правда сделать это было очень трудно. Мамору всегда помнил о ней в первую очередь.       Она полностью выпустила член изо рта, откинулась назад, присев, словно на японской чайной церемонии. Обхватила возбужденную плоть под головкой, потерла ее кончиками пальцев.        - Ты разве не собиралась отсасывать? - Мамору с шумом сглотнул, глядя на нее, все еще полностью одетую, сидящую у него в ногах с его членом, зажатым в руке. Глаза лихорадочно блестят от собственного возбуждения, щеки ярко зарозовели, губы припухли. Было от чего потерять голову.        - Заставь меня, - усмехнулась Усаги. Подалась вперед, но лишь для того, чтобы чувственно провести по головке расслабленным языком. Будто слизывала подтаявшее мороженое. Мамору глухо застонал, протянул руку и, зарывшись пальцами в золотистый шелк волос невесты, потянул ее к своему члену.       Мужчине показалось, что у него темнеет перед глазами, когда чувствительный орган снова оказался погружен в мокрую теплоту рта Усаги. Она быстро вобрала в себя почти половину того, что успела принять раньше, быстро задвигала головой. Ласкать языком головку сейчас было не слишком удобно, поэтому снова постаралась прижать ее к нёбу, играя на разности ощущений. Гладкая мягкость щёк и языка против ребристой твёрдости нёба.       Мамору глухо застонал, вцепившись пальцами свободной руки в шершавый пластик подлокотника. Запрокинул голову, с шумом втягивая и выпуская воздух.        - Черт! Усако… - его пальцы запутались в золотых волосах, потянулись вверх.       Усаги слишком хорошо знала своего мужчину, чтобы думать, что он решил её остановить. Нет, он просто хочет, чтобы она сосредоточилась на ласках головки. Она послушно выпустила изо рта почти все, зажав губами член примерно на сантиметр ниже головки. Заскользила по ней языком, снова и снова обводя контур по основанию. Одновременно, она помогала себе рукой, надрачивая твердый ствол.       Девушка уже чувствовала, как он знакомо напрягается, как ладонь на затылке знакомо давит вниз.        - Проглоти все, - хрипло не то велел, не то попросил Мамору, придавливая ещё немного. Ещё буквально несколько секунд, пара скользящих движений губами, ещё один круг языком по головке и Усаги почувствовала под пальцами, ласкающими член, знакомое движение. Мгновение спустя первая порция вязкого, терпко-солоноватого семени выплеснулась ей на язык. За ней ещё и ещё. Усаги не останавливала движений своей ладони, словно выдаивала его до конца. А после, высосала все, что осталось в канале, до последней крохотный капельки.       Оглядевшись, Усаги дотянулась до своего рюкзака, достала маленькую упаковку влажных салфеток, чтобы привести Мамору в порядок. Он забрал салфетку из пальцев своей невесты, бережно вытер её собственный подбородок от слюны, которую она не могла удержать внутри, лаская его ртом. Наклонившись, потянулся к ней за поцелуем, который Усаги с огромным удовольствием подарила ему. Мамору потянул ее с пола на собственное колено, сам вытер и заправил в белье свой член, выбросил использованную салфетку. После - крепко обнял свою любимую девочку, ласково целуя припухшие губы.        - Чего ты хочешь? - хриплым шепотом спросил мужчина, - Я сделаю всё, что угодно.        - Прямо “всё”? - уточнила девушка, - Ни “в пределах разумного”, ни “если смогу”?        - Всё, что захочешь, - подтвердил Мамору, с удовольствием наблюдая, как на губах Усаги появляется знакомая и до дрожи любимая хитрая улыбка.        - Купи мне шоколадку, - усмехнулась девушка, ласково обвив его шею руками.        - Шоколадку? - переспросил Мамору, будто не был уверен, что не ослышался.        - Ага, - Усаги довольно прищурилась, ощутив, как его ладони ложатся на ее талию, стискивают, прижимая ближе к крепкому мужскому телу.        - Не верю… просто не верю, что ты выкинула такое ради шоколадки, - Мамору несдержанно, счастливо рассмеялся, - Моя Оданго просто сумасшедшая.        - Разве что немного и только из-за тебя, - отозвалась Усаги, нежно ероша короткие волосы у него на затылке, - Мне просто было интересно, смогу ли я сделать что-то такое, добиться от тебя всего, чего захочу. Ну я же не виновата, что у меня уже есть все, что нужно, чтобы быть счастливой. Благодаря тебе, - сместив руки, она обхватила ладонями его щеки, ласково погладила кончиками пальцев и потянулась за ещё одним мягким поцелуем.        - Всё? - Мамору удивленно приподнял одну бровь, скользнул ладонью вверх-вниз по тонкой талии девушки, сместился на ее бедро, потянул вверх плотную джинсовую ткань, пока не получилось пробраться рукой под юбку сарафана. Пальцы проникли за резинку трусиков, ласково погладили сочащиеся влагой складочки. Усаги заерзала на его колене, обхватила ладонью мужскую руку, мешая продолжить.        - У тебя есть здесь презервативы? - ему ясно послышались ревнивые ноты в голосе любимой.        - Откуда? - мягко усмехнулся, уже лаская губами тонкую, нежную кожу на ее шее.        - Тогда, подожду до вечера. Мне сейчас мало будет только твоих пальцев, - с сожалением, она вытащила его ладонь из своего белья, - Сегодня, я буду сверху. Но работать будешь ты. Хочу чувствовать, как ты вколачиваешься в меня, - она потянула его к себе за галстук, чтобы получить ещё один бешенный поцелуй, но Мамору отклонился назад, посмотрел на свою любимую с кривой усмешкой.        - Ты сейчас его поднимешь одними разговорами, а у меня ещё две лекции сегодня.        - Хочешь, я спрячусь под кафедрой? - Усаги ответила ему со смехом, все же притянула к себе, но едва ощутимо чмокнула в губы, успокаивая себя и его. Но Мамору прижал теснее, поцеловал по-своему. Горячо, требовательно.        - Если сейчас же не прекратишь дразнить, окажешься на мне прямо сейчас, а не вечером, - пригрозил, отстраняясь.        - Сможешь сегодня не задерживаться? - попросила Усаги, поднимаясь с его колена.        - Отведу лекции и сразу домой, - пообещал Чиба. Он поднялся на ноги следом, быстрым движением застегнул ширинку, взялся за пуговицу.        - Тогда, я подожду тебя в библиотеке. Если ты не против поесть сегодня гёдза из заморозки, - его всегда поражало, насколько быстро Усаги переключается между двумя своими образами: распутницы, готовой практически на все, чтобы разделить с ним удовольствие и примерной студентки, заботящейся ещё и о комфорте их совместного быта.        - Я только за, - заверил Мамору свою будущую жену. Он закончил приводить в порядок свою одежду и теперь отчаянно старался побороть собственную непослушную шевелюру, которую Усаги привела в полнейший беспорядок, хотя, казалось бы, ерошила волосы совсем недолго.        - Давай я сама, - Усаги снова залезла в свой рюкзак, на этот раз за расчёской. Принялась аккуратно зачесывать волосы любимого мужчины. Контраст ярко-розового с блестками-звездами пластика и его чёрных волос получился таким разительным, что Усаги, не выдержав, рассмеялась, потянула к себе за галстук, чтобы оставить звонкий поцелуй на его подбородке, - Не представляешь, как сильно я тебя люблю, - призналась девушка, ненадолго снова прижавшись в ласковом объятии.        - Очень хорошо представляю, - возразил Мамору, стискивая в объятиях сильнее, - Так же сильно, как я тебя.       Отпустив девушку, он сам одернул её сарафан, с сожалением посмотрел на уничтоженные его стараниями аккуратные шарики оданго.       Для Усаги восстановление любимой причёски не было проблемой. Она отошла к закрепленному на стене небольшому зеркалу, чтобы удобнее было приводить волосы в порядок.        - Твои колени, - произнес вдруг Мамору. Усаги нахмурилась, чуть отставила ногу в сторону и посмотрела вниз. Кожа на коленке и правда была существенно покрасневшей. Цукино только хмыкнула, пожав плечами.        - Думаю, многие думают, что именно так я заслуживаю хорошие оценки, - она усмехнулась, - Им ведь не объяснишь, что все как раз наоборот. Я стараюсь получать хорошие оценки, чтобы иметь возможность быть с тобой когда и как хочу. Так что, пусть смотрят и завидуют.        - Завидуют твоим красным коленках? - усмехнулся Мамору.        - Тому, из-за чего они такими стали, - воткнув в прическу последнюю шпильку, Усаги подхватила свой рюкзак, сунула туда расческу и подняла с пола сумку с ноутбуком, - Жду в библиотеке, - напомнила девушка, будто Мамору мог об этом забыть .