Жизнь и приключения ну уж очень странной пары

— Как это не говорили? А о чём вы вообще разговаривали? — серьёзно спросил Венгрия. Все, да и он сам, считали его легкомысленным и безответственным, но в данной ситуации даже он не понимал такого подхода. — Да так, о многом, — озадаченно пробормотал Россия, подперев голову рукой, — о монстрах, о растениях, о разных странах и их национальных кухнях… — О книгах, о политике, об истории, об экономике этих стран… — поддержал Рейх, пялясь в кружку с пивом. — О сладком, о забавных ситуациях и о нашем прошлом… в принципе обо всём подряд, — пожал плечами Россия и вздохнул. — И ни разу за два месяца совместной жизни не заикнулись о том, как будете поддерживать отношения? — осторожно уточнил Италия. — Какие к чёрту отношения? — рыкнул алхимик, — Каждый раз, стоило мне с кем-то провести много времени, я начинал мечтать избавиться от этого человека за редким исключением. Само словосочетание «совместная жизнь» было пытке подобно. — И поэтому ты ни разу не думал о том, что Россия просто у тебя в гостях? — скептически приподнял бровь Австрия, почти не веря в это, — Ну, а ты? — обратился он уже к авантюристу. — А что я? Я даже не понимаю о чём мне сейчас надо думать, — нахмурился РФ, — У меня никогда не было родины, дома, друзей детства и прочей херни. Я даже не уверен, в каком городе я родился, и мой отец тоже не знает. С самого рождения, если мне где-то надоело, я оттуда просто уходил, — озадаченно развёл он руками, — У меня десятки друзей, сотни знакомых, тысячи любовников, а первый раз мне предложили встречаться сегодня! Что я должен делать? У меня впервые появился кто-то по настоящему близкий всего за три месяца, но при мысли остаться тут… да даже ещё хотя бы на два месяца меня начинает тошнить! — Воу, — дёрнулся от его тирады Болгария. Он в этом городе родился и вырос и не понимал, почему его должно тошнить от Реузарка. — Боже, кажется я понабрался от тебя вспыльчивости, — Федерация опустил голову на стол. — Нет, ты и до этого ангелом не был, — хмуро фыркнул Рейх, — чего только гильдия стоит, — припомнил он. — Хмпф, — в ответ фыркнул Россия, не поднимая головы. Замечание было справедливым. Никому из присутствующих нависшая над столом атмосфера не нравилась, но они не знали, что с ней сделать. — Всё настолько критично? — всё-таки нарушил тишину Италия. Было так странно видеть вечно улыбающегося Россию таким задумчивым. — Да не сказал бы, — вздохнул Россия и поднялся со стола, — просто уже бесит, что я постоянно что-то не учитываю. Я просто привык жить сегодняшним днём, а тут вот… Удивительно, что я задержался тут так надолго… — в его руке материализовалась зелёная бутылка ежевичного вина и он отхлебнул прямо с горла. — Ну, а ты? Не уж-то втюрился по уши и теперь подавлен? — ухмыльнулся Венгрия. Рейх, которого он знает, даже на смертном одре не оставит ни одну колкость без ответки. — Так, — вздохнул Рейх, сунул руку под плащ и достал оттуда маленькую колбу с синеватой жидкостью, — полагаю, что ты соскучился. — Э, э, э! Ну уж нет! — выпучил глаза травник, — Я тебе вообще-то настроение поднять пытался! Рейх паскудно оскалился и прищурился: — Ты очень поднимешь мне настроение, если выпьешь это~ — Да чёрта с два! — побледнел тот. Он уже дважды испытывал на себе его проклятые отвары. — Ну-ну — пофигистично фыркнул Рейх и просто вылил содержимое колбы в чужую кружку с алкоголем и убрал ёмкость обратно во внутренний карман. Венгрия сразу же отодвинул кружку эля от себя. Ну нахер. — Полагаю, эту тему нам стоит закрыть? — вздохнул Австрия. — Типа того, — вздохнул Россия и приободрился, — как-нибудь сами разберёмся. — Как скажешь. Ещё около часа они все стабильно напивались запасами РФ, а ближе к десяти начали расходиться. *** Сегодня луны не было, но звёзд было видно много. Рейховская гора была довольно далеко от города и поэтому вокруг было очень темно, но благодаря этому было отлично видно светлячков и силуэт горы на фоне яркого неба. Вокруг было очень спокойно и тихо, а тёплый ветер разносил по округе запах цветов, трав и стрекот сверчков. — Что ты обо всём этом думаешь? — Россия сцепил руки на затылке. Они шли медленно, ведь в доме заняться всё равно было нечем, кроме фармацевтики. Ну и секса, конечно. Рейх неплохо видел в темноте, поэтому посмотрел на любовника, скосив глаза и наклонив голову. — Тц, я не знаю. Мне надо подумать, — лекарь был немного пьян, — И под подумать, я имею в виду подумать. Я ненавижу недосказанность, поэтому даже не думай молча сбегать. Отравлю. — Да я и не… — Врёшь, — парировал Рейх, даже не задумываясь. — Ладно, вру, уже думал, но навряд ли и вправду сбежал бы. Было бы слишком подло с моей стороны. — Хм. Несколько минут они снова шли молча, а потом Россия неожиданно спросил: — Рейх, а ты точно человек? — В смысле? — опешил от неожиданности фармацевт. Это было как-то не по теме. — Да, просто ты мне напоминаешь одного моего друга, — усмехнулся РФ. — Как это? — Как бы объяснить… — откинул голову парень, — Понимаешь… так, ладно, начну издалека, — Россия посмотрел на него, — Ты же знаешь, разделение на эльфов, гномов, людей, зверолюдей и демонов? — Да, не идиот. — Так вот, также не секрет и то, что такое разделение весьма условное. Например, гномы — самая малочисленная группа и там очень мало подгрупп, а зверолюди наоборот, переполненная. Также много рас, которые сложно отнести к какой-то конкретной группе. Например, друиды, внешность у них человеческая и различие в основном только в магии и образе жизни, или драконы, которых относят к зверолюдям, хотя, как по мне, им нужна отдельная группа. — И? — И в общем, есть одна раса и она находится на границе людей и зверолюдов — Северные Церберы. — Никогда не слышал, — честно ответил Рейх. — Это и не удивительно, — улыбнулся Россия и взмахнул рукой. Перед ними предстала струя огня, которая сложилась в очертания континентов, изображая контуры упрощённой карты. Эта огненная карта двигалась вперёд вместе с ними и Россия указал в левый верхний угол главного континента. Рейх знал, что там преобладают горы и лиственные леса. Хоть это и был север, но тёплые воздушные потоки приносили достаточно осадков и тепла для лиственных растений. Ещё он знал, что половина северной и часть восточной части континента принадлежат Королевству Дайо́ра, которое известно тремя вещами: рудниками, особыми видами скота и многонациональностью. Там тупо не было основной расы и проживали буквально все. — Это не общеизвестная информация, но я так заинтересовался ею в своё время, что узнал всё, что только можно было, вот тут Дайо́ра, а на северо-западе горный хребет, который называется Ву́льбиг, — Россия провёл невидимую линию в том месте. — Это где-то там ты с драконом трахался? — Типа того, но сейчас о другом. В общем, Церберы, были не многочисленны, для целого народа пятьсот тысяч или около того очень мало. «Были?» — Они почти ни с кем не контактировали, поселившись глубоко в лесу, около непроходимых гор, но где-то пятьсот лет назад, когда Святая Империя хотела «Нести просветление» по всему континенту, война затронула и их, ведь их отличительными чертами являлись чёрные волосы, красные глаза и как говорят старые писания из разных источников «обладали самым скверным характером из возможных». Чем тебе не цель для уничтожения? Легко было уверить фанатиков в их дьявольском происхождении. — Скверным характером, значит? — усмехнулся Рейх, — И чем это закончилось? — На территории империи очень мало лесов и гор, в основном тундра и степи, поэтому, наверное с четверть солдат империи, посланных в этот поход, — а их было около пятидесяти тысяч по историческим сводкам, — погибла от несчастных случаев и незнания флоры и фауны. Разумеется их легко разбили, учитывая и численное превосходство, и знания местности, и неизмеримое возмущение Северных Церберов нападением на их земли. — Но почему империя так мало людей послала, ведь если верить книгам, то на их стороне было численное превосходство? — спросил Рейх. Он знал историю и везде говорилось, что империя зачастую брала числом, а не тактикой. — В империи во все времена очень мало внимания уделяли образованию, потому что так народ был более внушаем и верил всему, что говорили. Я был там пару лет назад и с тех пор мало что изменилось. Демоническая раса? Бог благословит? Всё херня. Во-первых, Церберов считали дикарями и никто не удосужился узнать, что никто в Дайоре их не трогает и не нарушает их нейтралитет, потому что каждый из них был отличным воином и охотником. Что им сделает кучка вооруженных, но безмозглых фанатиков, которые навряд ли хоть раз в жизни бывали в чаще леса? — усмехнулся РФ, — После такого разгрома, империя посылала ещё несколько отрядов, суммарно около двухсот тысяч солдат. Среди них были уже маги, но всех всё равно разбили. — И что в итоге?  — Так или иначе, родина Церберов сильно пострадала и они рассудили, что оставаться там не безопасно, правда не знали куда идти. Хоть они почти ни с кем не контактировали, но они не были отшельниками и дикарями, поэтому решили отправиться к окрестностям Екладены и Сахаона, где также много лесов. По некоторым источникам, несколько тысяч направились на демонический континент, ещё несколько тысяч в сторону Асхари. Я придерживаюсь мнения, что их было около трёхсот тысяч после войны и всё племя не смогло сойтись на мнении, куда же им идти, поэтому несколько тысяч остались там, несколько тысяч сям, — Россия неопределённо махнул рукой в воздухе и огненная карта исчезла, снова погружая дорогу во тьму. — Ну, я в принципе понимаю, почему ты решил, что кто-нибудь из них мой предок, — снова усмехнулся алхимик, — но это может быть и совпадением. — Я знаю, всё-таки меня там не было. Так или иначе шанс велик, потому что… ты знаешь о смешивании рас? Я имею в виду, как они смешиваются? — Трахаются. — Ну да, но я снова о другом. Есть три возможных исхода: первый — ничего не выйдет и завести ребёнка этой паре просто не возможно из-за различий, например люди и кентавры. Второй — гены одной из рас будут преобладающими в потомстве, как например у драконов и любой другой расы, если исключить первый вариант развития событий, это значит в потомстве всегда будет дракон. А третий вариант — гибрид, когда у родителей равноправные гены. Третий вариант самый редкий, — улыбнулся Россия, — так вот, у церберов гены слабее, чем у драконов, но сильнее чем у многих рас, и поскольку сама раса не многочисленна, кровосмешение было частым явлением и чистокровных Северных Церберов почти не осталось. Я знаю об одной деревне в Сахаоне, о поселении в Екладене и на континенте демонов, а все остальные смешались и их гены периодически всплывают. — Хм, раз речь не о чистой крови, то твои догадки могут быть правдивы, потому что насколько я знаю, чёрные волосы и красные глаза в нашей семье уже минимум четыре поколения, — задумался Рейх, вспоминая портреты предков в родовом поместье. Оба расслабились от того, что удалось найти тему разговора, не затрагивающую их отношения. — Да и случилось это пятьсот лет назад, поэтому гены могли легко распространиться… — Угу. А что ты думаешь о своём происхождении? Когда я сказал, что я по факту маркиз, ты упомянал, что твой отец и дед не ладили и будущий Король трезвенников свалил из дома. И ещё ты сказал, что твой отец никогда не рассказывал о твоих предках, но они вроде тоже аристократы. — Ну, — Федерация возвёл глаза к небу, рассматривая звёзды, — Он и вправду терпеть деда не мог и никогда ничего о нём не говорил, а я никогда не видел и не спрашивал, мне в принципе было всё равно. Я был занят тем, чтобы не склеить ласты в подземелье с дерьмовым отцом,  — он пожал плечами, — но иногда всё-таки упоминал, называя лицемерным ничтожеством. Он говорил, что тот не видел людей в низших сословиях, был ублюдком и так далее. — Хм… — Рейх нахмурил брови, — Вот как… тогда я не удивлён. Раз ты говоришь о том, что он аристократ, а твой отец дал ему подобную характеристику… в этом нет ничего необычного. Я бы так охарактеризовал почти всю столицу. Поэтому я, в принципе, и ушёл. — Мм, ну я не аристократ, — пофигистично вздохнул Россия, — отца наверняка лишили титула, а меня родила шлюха, поэтому я никогда об этом не думал. — Да он тебе и ни к чему, тебе ранг всё заменяет и даже превосходит. — Ага, — усмехнулся РФ, — иногда я думал о том, что дед скорее всего презирал папашу в ответ, поэтому мне была бы интересна его реакция на то, что мы выше его по статусу в любом случае. Хотя хрен знает, возможно он уже и подох где-то… — Может, — пожал плечами Рейх. Они почти пришли и до горы осталось буквально сто метров, пара шла в тишине, каждый раздумывал о своём. *** — Ну… чем займёшься? Или займёмся? — РФ выжидающе посмотрел на алхимика, когда они переступили порог дома. — Я не голоден, поэтому займусь лекарствами, мне нужно пополнять запасы, — Рейх уже давно ловил себя на мысли, что стал меньше времени уделять ремеслу, чем раньше. И это логично, учитывая, что раньше и заняться-то больше было нечем. — Понятно, — теперь Россия задумчиво глядел в потолок. — Если тебе хочется в койку, то я вполне могу трахнуть тебя тенями. Правда без моего участия, потому что сейчас уж точно настроения нет, — Рейх усмехнулся, вспоминая переулок. Хм, а они ведь так и не переспали с того момента, хотя Федерация намерено ушёл оттуда возбуждённым. — Мммм… нет пожалуй. У моего тела настроение есть всегда, так что технически я хочу всегда и везде, но морально я удовлетворён, — улыбнулся Россия. — Ну хорошо. А чем займёшься ты? — окинул его взглядом алхимик. Его не покидало какое-то странное чувство, оно не было плохим или хорошим, и оно видимо являлось запоздалым следствием вставшего между ними вопроса. — Думаю что-нибудь вышить, — пожал плечами Россия. Россия немного слукавил, сказав, что удовлетворён. Он был бы не против простой быстрой разрядки сейчас, потому что на долгие игры настроения не было, но решил умолчать. Но морально ему сейчас ничего и вправду не хотелось, потому что нужно было многое обдумать. Да и ситуация не располагает. — Как скажешь, — пожал плечами Рейх, поправил фуражку за козырёк и направился к кабинету, на ходу снимая с себя пальто. — Угу, — кивнул Россия и обвёл взглядом гостиную, когда лекарь ушёл, — Так… — он сильно зажмурился, а потом расслабился, приводя мысли в порядок. Ему нужно было расслабиться и его обычный способ для этого не подходит, поэтому самый лучший способ на данный момент — заняться какой-нибудь хернёй, например, выпить чая и повышивать. Авантюрист сменил топ на свободную белую майку, а узкие шорты на более свободные тканевые и коричневые. Он сел на диван и стал заваривать чай обычным для себя способом — с помощью магии. На столе двигались чашка, ложка и чайник. Через семь минут перед ним уже стояла чашка чая с шиповником. После Россия достал два деревянных круга, кусочек белой ткани и деревянную шкатулку с иголками и разноцветными нитками. Россия вышивал откровенно не очень. Он никогда не шил ничего конкретного, поэтому всё время получалась какая-то хрень. Но он это делал только для сосредоточения, поэтому результат не имел значения. Задумчиво заглянув в шкатулку, Россия выбирал нитки и решил начать с тёмно-коричневых. Вдёрнув нитку в иглу, Россия сделал глоток чая и начал обшивать круг натянутой между кольцами ткани по краю. Из кабинета постоянно доносился звон склянок, хруст травы, стук каменной, деревянной и стеклянной посуды, а иногда и бормотание. Россия отметил, что эти ведьминские звуки в данный момент в тысячу раз лучше звенящей тишины. *** — Куда я дел чернокорень… а вот он, — тихо бормотал Рейх, не задумываясь над тем, что говорит. Он был достаточно опытен, чтобы готовить лекарства на автомате, поэтому мыслями он был в другом месте, изредка возвращаясь к настойкам, микстурам и таблеткам. «Жил же себе спокойно и хорошо, а потом ввязался во всё это… ну вот зачем, а? Теперь мне приходится ходить на свидания, терпеть подколки, постоянное его присутствие, слушать дурацкие шутки и истории…» Рейх понимал, что он не против всего этого, потому что Россия соблюдал невидимые границы его личного пространства и зоны комфорта. «Серьёзно, он трахался с драконом!.., а теперь ещё я должен решать, что делать… какого чёрта? Не я это начал! Не было забот, купила баба порося — точно про меня. Говорил Сингапур: «Вот однажды влюбишься и пиздец тебе, я сочувствую этому человеку, но всей душой надеюсь, что он знатно потреплет тебе нервы в отместку за меня, Рейхушка!» — Рейх говорил сам с собой, мысленно сделав голос писклявым, и закатил глаза, продолжая растирать ягоды в ступке, — «Чёрт бы тебя побрал бревно ходячее, и твою надежду тоже… тьфу…» Он стоял возле стола в белой рубашке и брюках. Поправив фуражку и в очередной раз недовольно нахмурившись, он насыпал в большую ступку несколько сушёных бутонов серного остролиста и стал снова перемалывать. Тем временем несколько теней ощипывали стебель тысячелистника в деревянную миску, ещё парочка крошила сушёную печень василиска в порошок, а другая смешивала белок яйца этого же монстра с разными травами, готовя отличную мазь против воспалений, укусов и инфекций. «И благодаря ему я привык использовать тени в постели и не хочу от этого отказываться. Где мне ещё найти кого-то такого же отбитого, как он? Что уж говорить, он чертовски хорош собой и позволяет мне буквально всё, а бревном назвать его язык не поворачивается… да и вообще…» — на какое-то время брюнет отвлёкся на их интимную жизнь. «Ну, я точно не жалею о встрече хотя бы потому, что мне удалось столько всего перепробовать, особенно эти охеренные ягодные печеньки. Да… а пожалуй все эти Асха́ринские сладости самые необычные из тех, которые я пробовал. Кажется Россия говорил, что большинство из них делают на основе рисовой муки, риса или бобов» — Рейх припомнил приятный вкус моти, дайфуку и данго, — «Но то, что половина остальных блюд там из рыбы и морепродуктов просто отвратительно. Как они могут сочетать сладости и такую гадость? Там же наверняка из каждой щели несёт этим мерзким запахом… брр…» — Так, а теперь порошок из Цимицифуги… *** — Ранг С? У тебя-то? Пф, смешно! Лет-то тебе сколько? — О смотри, эта та шлюха, ты посмотри на него, точно добрался до В ранга через постель, не иначе… — Это же кому нужно было дать, чтобы А рангом стать? Хм? Говоришь это тот самый огненный маг? Не верю… — S-ранг?! Как такое возможно?! Как такая шлюха может быть S-ранга?! — Чудовище!!! — Прошу простите, извините… Россия смотрел, как на подушечке большого пальца набухает капля крови. Он так погрузился в свои мысли, что случайно укололся. На белой ткани вырисовывались какие-то непонятные линии из бурых и чёрных ниток, где-то толстые, а где-то тонкие. «Забавно вспоминать, как всё менялось со временем… какие же люди всё-таки мерзкие…» — Россия скривился. Среди авантюристов ранг ценится превыше всего, а дискриминации по тому или иному признаку были обычным явлением: пол, внешность, раса, магия и т.д. Разумеется, когда ты внешне хилый парень восемнадцати лет являешься А рангом, да ещё и эротоманом, плюс и путешествуешь в одиночку, никто особенно тебе не верит. Что уж говорить и о более раннем периоде. Россия встречал десятки хороших людей, которые смотрели на него самого, а не на его ранг, и Рейх был одним из них. Брюнет удивительно хорошо сочетал в себе ум, гордость, элегантность, простоту и честность с грубостью, цинизмом, токсичностью, злопамятностью и мстительностью. Для него собственный комфорт важнее всего, но когда дело касалось чего-то нейтрального, то дворянское воспитание давало о себе знать: ровная осанка, отрывистый и резкий, но аккуратный почерк, грамотность в письме, манеры и так далее. Если же брюнету было удобнее есть блюдо просто ложкой, он ел ложкой, но если ему было не принципиально, то он орудовал ножом и вилкой с такой же лёгкостью. Россия не сомневался, что если бы перед лекарем лежал полный сервиз из нескольких ножей, ложек, тарелок, фужеров и вилок, он бы ориентировался в нём также легко. Но ему это было просто не нужно. Хорошие люди со скверным характером не такая уж и редкость и Россия знаком с несколькими такими, но даже на их фоне Рейх выделялся. «Может осесть тут? Иногда заглядывать в подземелье, больше не рисковать жизнью, заняться каким-нибудь хобби…» — Россия поджал губы и нахмурился, — «Нет, у меня от одной мысли только депрессия начинается. Я хочу получать адреналин, помогать людям, убивать ублюдков, знакомиться с людьми, пробовать новую еду… я всё хочу!.. Только вот…» — Россия прикрыл глаза. Разумеется свободный образ жизни это круто, но изо дня в день, из года в год те же монстры, однообразные таверны, однообразные ублюдки, похожие блюда, типичные люди… это всё так обычно и скучно… Для кого это всё? Ему не с кем поделиться новостями, ведь незнакомцам нет до него дела, а пока доберёшься до ближайших знакомых, которые смогут тебя понять, событие уже потеряет актуальность. Свобода это хорошо, но вот он всю жизнь путешествует, и что? Друзья далеко и по всему миру, силы хватает, чтобы спокойно жить и не волноваться о безопасности, ну, а дальше? До него ведь никому дела нет. Что он умрёт, что будет жить — разницы нет. Да навряд ли и Рейху дело есть, тот не особо эмоциональный, но он честный и раз сказал, что с ним ему комфортно и он испытывает к нему глубокую симпатию, то значит так и есть. Чтобы между ними ни было, но фармацевт, это первый человек, которого Россия может обнять не по-дружески. Не переводя это всё в шутку. Не отстраняясь через несколько секунд, чтобы не выглядеть странно, потому что «мы же просто любовники». «Так, нет, хватит» — Россия помотал головой, продолжая вышивать, — «Всё не настолько плохо, это уже слишком пессимистичные мысли. У меня много друзей, которым не плевать на меня, просто они всегда далеко и понятия не имеют, как у меня дела. Зачастую я ввязываюсь в какую-то хуйню и это весело…» *** Время шло. Россия так и не притронулся к чаю, вышивая непонятную сеть из красных ниток. Авантюрист пустился в глубокий анализ своей жизни. И разумеется он вспомнил самые тёмные моменты, будто никогда не забывал…

***

— Гляди-ка! Да у него стоит! Эта сука явно любит пожёстче! — Да, ты прав. У него ещё и раны быстро заживают, а значит с ним повеселиться можно от души! «За что… нужно вытерпеть, иначе в главный центр не пробраться… нужно наконец закончить всё это…»

***

— Эй, епископы прознали, что у нас появился «Особый экземпляр» и они хотят сами «испытать его». — На кой чёрт он им сдался… — Сам же знаешь, что они всегда отбирают себе лучшее. — Да знаю я… тц. Мужчина окинул завидующим взглядом голого парня в углу тёмного помещения, в окружении цепей и прочих игрушек. Его кожа была такой же гладкой и идеальной, словно в первый день, хотя прошёл уже месяц… И такая хорошая игрушка достанется вышестоящим? — Повеселимся напоследок от души~ Второй мужчина схватил сидящего на земле парня за подбородок и потянул вверх, заглядывая в потухшие голубые глаза, которые смотрели в никуда. — Тебе понравится, ты же каждый раз кончаешь~ По подземной камере раздался мерзкий хохот. «Епископы? А это кто? А, точно, это же главари Амари… три епископа… что я там должен был сделать с ними?»

***

— ХА-ХА-ХА-ХА!!!.. Я вспомнил, что я должен был сделать~ Этот каменный подземный зал был похож на ад. Кругом валялись десятки трупов в горелых балахонах, было удушающе душно и жарко для всех, кроме беловолосого парня, стоящего голышом на возвышении и прижимающего ногой к земле еле трепыхающегося мужчину к полу. Он безумно смеялся, а отросшие до пояса волосы оставались лишь слегка грязными, чем выделялись на этом поле из сажи, огня и крови непростительно белым пятном. — Чт-о…ты…та-кое — прохрипел мужчина в красном балахоне. Один в такой же одежде лежал в десяти метрах внизу, с двумя сотнями переломанных костей, размажжёнными черепом и гениталиями. А второй лежал обгорелым, тощим трупом у стены, но страдал не меньше. — Я? Россия перестал смеяться, безумно и жутко посмотрев на него снизу вверх. —  Я ваша прелестная и мучительная смерть. Ах да! Ещё я ваша шлюха и кошмар наяву~  — он доброжелательно прищурился. А дальше были сотни криков, реки крови и море огня. Больше двух тысяч представителей культа были соженны заживо, все сведенья добыты, а заложники спасены из всех оставшихся штабов. *** — Слышь, ты чё мой дом поджигаешь? Резкий и охуевший голос рядом с собой вырвал Россию из водоворота неприятных воспоминаний. — Что? — ошалевше спросил он, повернув голову к стоящему в метре от него брюнету в фуражке. — Я говорю, — Рейх вдохнул, — ХВАТИТ ЖЕЧЬ МОЙ ДИВАН! — ЧТО?! — дёрнулся авантюрист от резкого окрика и сел ровно, он рвано огляделся и в итоге увидел на сиденье подплавившийся след сажи в форме собственной ладони. — Ой… — «Ой», значит, да? — Ой. — повторил Россия под взглядом горящих адовым пламенем глаз. — … — Рейх сверлил Россию опасным взглядом, явно желая въехать ему по роже за то, что тот портит его мебель. —… — Россия же притих и сжался, чувствуя себя виноватым и одновременно волнуясь, потому что Рейх был очень привязан к своим вещам. Даже если он откопал эту вещь на свалке в жопе мира, но она ему нравится, то он за неё убьёт. Апогеем такой привязанности были его фуражка и плащ. Рейх как-то рассказывал, что эти вещи достались ему в подарок на выпускной в академии от некого Сингапура-гори-он-в-аду-бревно-ходячее-чтоб-его. От друга в общем, которого Рейх предпочёл бы никогда не видеть и не вспоминать, но сами вещи ему очень понравились. — Уф… — глубоко вздохнул Рейх, — Ладно, за выпечку прощаю. — Извини и спасибо, — неловко улыбнулся Россия, немного расслабившись. «О чём он таком думал? Вид у него был жуткий, да ещё и магию не контролировал…» — Я задумался и даже не заметил, как ты подошёл. Ты закончил с лекарствами? — поинтересовался Федерация. — Да, закончил, а теперь я хотел бы позавтракать, — снова вздохнул брюнет, скрестив руки на груди. — Позавтракать? — Да, потому что уже пять утра, умник, — хмыкнул Рейх, указав большим пальцем в сторону балкона, где небо было уже ярким. — Чего?! — встрепенулся Россия. *** — Время конечно пролетело… — вздохнул Россия, отпивая ромашковый чай. — Да, но я много чего успел сделать, — кивнул Рейх, отправляя в рот имбирные печеньки, те самые, что и в первый раз. — Здорово… Молчание длилось несколько секунд, а потом вопрос сам собой возник в воздухе, но никто не решался его задать. В итоге Рейх вздохнул и сказал: — Дай мне три… нет, два дня, — он показал два пальца, — на ответ. — Конечно, я тебя не тороплю, — кивнул Россия и улыбнулся. Такой конкретный ответ селил в душе небольшую надежду на хороший исход. Только вот что для них будет хорошим исходом? — Ты только не смей никуда деваться, — спокойно, но серьёзно сказал Рейх, посмотрев на него. — Разумеется. — Отлично, а теперь пошли спать. — А есть смысл? — удивился Россия, уже было почти шесть утра. — А ты хочешь видеть меня днём, не спавшим всю ночь? — выгнул бровь Рейх, вставая из-за стола. — Да, ты прав, пошли, — Россия уверенно кивнул и залпом допил чай. Характер у фармацевта и так не сахар, а тут ещё и катализатор в виде недосыпа. *** Видом Россия этого не показал, но после всех его размышлений спать в одной кровати было даже немного неловко, но секс у них не предвещался. Хотя вот секс как раз-таки не смутил бы никого из них двоих. РФ обычно не спал на спине, но сейчас он не знал, какой стороной повернуться к Рейху. Поскольку окон не было, то тут было так темно, хоть глаз выколи. Если Рейху хотелось хоть немного света, то он оставлял светильники на минимуме, но не так часто. Россия не знал, специально тот не включил их сейчас или же просто забыл, а потом было лень вставать. — О чём ты думал? — с максимальной и удивительной для него учтивостью спросил Рейх. — О плохом и страшном, — честно вздохнул РФ с улыбкой, но Рейх её видеть не мог. — Я и мой диван это поняли, — пробурчал Рейх, фыркнув, — это связано с твоими кошмарами? — …так ты знаешь… — тихо вздохнул Федерация. Он догадывался. — Мы спим в одной кровати, разумеется я чувствую, как ты подскакиваешь, иногда бормочешь, а иногда греешь меня, как ёбанная печь. Последнее было дважды, — Лекарь еле сдержал очередное саркастичное высказывание. — Это те разы, когда ты меня пинал? — Да. И не уходи от темы. — Связанно, — Россия наконец повернулся к нему лицом, положив руку под голову, хотя он ничего не видел, — Культ Амари, помнишь, рассказывал? — Помню… — у Рейха непроизвольно пробежали мурашки. — Они были бедствием Сахаона почти тридцать лет и никак не получалось найти главную базу и ликвидировать корень проблемы — трёх руководителей. Я провёл месяца в поисках и в итоге удалось собрать некоторые сведения, — Россия рассказывал, а тональность его голоса слабо скакала туда сюда, но Рейху было этого достаточно, чтобы понять, что тема для парня более чем неприятна, — Расположение базы я так и не узнал, но узнал, как туда попасть. Было только два способа: либо ты один из приближённых культа, либо ты желанный экземпляр. Рейх помнил, что Культ превозносил человеческую расу над остальными, а остальных считали за игрушки и корм, поэтому и поселились в Сахаоне, где есть и люди, и прочие. Но людям доставалось не меньше, потому что их тоже похищали, но зачастую не для убийства… — Т-то есть, погоди…  — у Рейха дыхание спёрло, потому что Россия говорил что ему удалось туда попасть. — … — Федерация молчал, но потом продолжил, — Прошло около месяца, пока меня наконец не привезли на территорию главного центра. Помнишь я говорил, что регенерация иногда играла со мной плохую шутку? Разумеется всем было интересно играть с игрушкой, которая не сломается. — Прости… я… я бы не поднимал эту тему, если бы… — Рейх чувствовал себя ужасно и сон, как рукой сняло. Как ему теперь спать, представляя эти картины? — Ничего, это даже к лучшему. Должен же ты знать обо мне больше перед тем, как что-то решать… например то, что чаще всего кошмары сняться мне не совсем об этом, — авантюрист нервно сжал одеяло. — А о чём? — рефлекторно выдал Рейх, но внутри похолодел.  — О том, что я не был уверен в том, что хочу оттуда уйти. Рейх даже не осознал, что он услышал и только через пару секунд до него начал доходить смысл, а вот России эти секунды казались часами, потому что он боялся реакции на свои слова. Тем не менее, он всё-таки продолжил, не давая лекарю обдумать свои слова. — За тот месяц мне приходилось на добровольной основе сдерживать свою магию до последней капли, чтобы они не узнали, что я ей владею и не надели на меня антимагические кандалы, потому что это был бы конец. Поэтому всё насилие и боль я терпел почти добровольно, но отступать было нельзя и постепенно меня захватывала апатия, а моё тело… р-реагировало положительно, — его голос задрожал и перешёл на шепот, — Я почти забыл цель всего этого ужаса и даже думал просто ничего с этим не делать… у меня не было желаний и мне было всё равно, что со мной делали… боже, да я просто человеком не был. А потом, когда меня туда привезли и я увидел этих епископов… э-этот чёртов мусор, — Россия сжал зубы, — в моей голове просто что-то щёлкнуло и я резко вспомнил, для чего я там был. Моей целью было истребить, разрушить и отомстить. Помнишь, я говорил, как получил прозвище «Преисподняя»? — Из-за заклинания… — сипло прошептал Рейх. — А знаешь, как я научился заклинанию, которое даже кости превращает в пепел? — Россия нервно хохотнул, — Я просто убивал. Там были сотни адептов культа, я их резал, сжигал заживо, жёг тела и так до бесконечности, с каждым разом мне становилось только хуже, потому что мне было мало. Я хотел мести за всю боль, за всё унижение и мне каждый раз казалось, что я слишком добр и слишком легко и быстро они умирали. Это вызывало настоящую ярость и я становился только злее и отчаяннее, и вот, дошло до того, что вокруг меня бушевало такое пламя, что плавились каменные стены, укреплённые против магии! Как думаешь, на что было похоже то место, когда туда наконец пришли рыцари и авантюристы Сахаона? Ад на земле. — Преисподняя… — В своих кошмарах я вспоминаю, какое удовлетворение я испытывал, глядя на свою работу. Я был счастлив, а потом меня снова настигло осознание и я был в отчаянии, я помнил всё что со мной творили и испытывал настоящее омерзение от понимания, каким я был и стал за этот месяц, мне было мерзко даже смотреть на себя, помня всю ту грязь и понимая, что я получал удовольствие. И знаешь, как бы я не старался, я не смог почувствовать сожаление за те убийства, даже до сих пор, спустя семь лет, я чувствую удовлетворение. Рейх, я чувствую удовлетворение от того, что перерезал и сжег заживо столько народа! — Федерация не кричал, но голос источал вину и страх. Мне снятся кошмары о том, как я убиваю самых обычных людей или о том, как я заперт в той камере, как надо мной издеваются, но мне нравится. Я боюсь того, что иногда получаю удовлетворение от убийств, потому что боюсь однажды вообще перестать ценить жизни и стать тем, кого ненавижу. Рейх, я боюсь того, что однажды сломаюсь и добровольно сдамся каким-нибудь мерзким ублюдкам и не захочу оттуда уходить, чтобы они творили со мной те же самые вещи! Я больше двух месяцев не появлялся в людных местах и воздерживался от любого контакта с ними, а к себе испытывал отвращение. Ты же знаешь, что значит два месяца для эротомана? Но я был готов хоть помереть, потому что жить с осознанием того, что ты готов продать своё тело, свободу или даже душу лишь за то, чтобы над твоим телом потешались, жить с осознанием, что твои достижения ни гроша не стоят и ты готов сделать всё, лишь бы тебе кто-нибудь вставил было просто невозможно. Пожалуй, если бы я не встретил нескольких потрясающих людей, то мы бы здесь с тобой не сидели. Либо я бы стал ужасным убийцей, либо шлюхой в самом отвратительном месте, которое только возможно представить, либо же я бы просто перерезал себе вены или сбросился. Я всеми силами стараюсь всегда помнить о том, что убийства это плохо и что самые грязные желания тоже плохо. Повторяю это, как мантру. Первое, когда встречаю ублюдков, а второе, когда трахаюсь с кем-то, — Россия замолчал, а Рейх был потерян, как никогда. Что он, блять, должен сказать? Он плох в успокоении настолько же, насколько хорош в лекарствах! Семь лет… значит, когда он заканчивал академию, жаловался на свою жизнь и прочее, Россия жил вот так?. Рейх знал, что аристократическое воспитание его немного избаловало, а он сам никогда не лез на рожон и не ввязывался во всякие рискованные дела, но тепличным растением он себя не считал, поскольку все его навыки и достижения он заработал сам и честным трудом… но похоже, он более избалован хорошей жизнью, чем думал ранее. А Россия… как он говорил? В подземельях с пяти лет? Только с долбанутым отцом? Авантюрист с багажом из эротомании, молодости и миловидной внешности, что не приветствуется в тех кругах? Прошёл через ад? И это всё было в одиночку? Молчание длилось довольно долго и за это время Россию наполнила какая-то…меланхолия? Он надеялся на обратное, но понимал, что скорее всего всё между ними кончено. Но хотя бы выговорился. Он улыбнулся в темноте, а две горячие слезинки обожгли висок и переносицу — всё абсолютно бесшумно. — Иди к чёрту… я полный идиот в таких ситуациях… прости… — М? — Россия только болезненнее улыбнулся, понимая, что на его памяти лекарь ни разу не называл себя идиотом, да и вообще не отзывался о себе в плохом ключе. Это вообще не в его стиле, — Хорошо, ч-то ты меня не видишь… — прошептал он скорее в пустоту. — Да, хорошо. Матрас промялся сильнее, но Федерации было почти всё равно. Если Рейх уйдёт, то он сможет наконец перестать сдерживать слёз-… — Я редко извиняюсь, а перед тобой слишком уж часто, а вообще, бесишь ты меня. Отравлю за то, что ты поставил меня в такое положение, чтоб тебя… Слова Рейха не сочетались с его действиями, потому что он крепко прижал его к себе, одной рукой за спину, а вторую положив ему на затылок и не давая отстраниться. — Помнишь про два дня? — У-г-у, — надрывно ответил Россия, стараясь не дышать, потому что с каждым выдохом глаза становились всё влажнее. Объятия ему были противопоказаны, потому что его сейчас просто прорвёт. — Терпи эти два дня, — в приказном тоне выдохнул брюнет, — ты сильно прибавил мне мыслительной работы… — Чёрт… — прошептал Россия, чувствуя, что у него начинает истерика.