Тайна северного короля

Очнулся принц уже в лагере. Рядом сидел Вильям, хмурясь сильнее обычного, и встревоженный Эльмарилион. Они ждали его пробуждения, чтобы убедиться, что все в порядке, но беспокоиться было особо не о чем — Ашаад оказался, как всегда, в нужное время в нужном месте. — Ну и чего ты кинулся туда, балбес? К отцу отправиться захотел? — маг ругался, протягивая юноше чашу с напитком. Те небольшие запасы лечебных трав, что он взял, заканчивались стремительно. И все из-за молодежи, которой не терпелось устраивать драмы, да бежать прямо в лапы опасности. Сделав глоток отвара, Дайен протяжно выдохнул и наконец заговорил: — Я слышал чей-то голос, скорее всего, эта была та сила, что забрала их всех. — И? Ты что-то узнал? — подал голос эльф. Беспокойство за друга и сочувствие ему приглушили пока обиды и страх. Со своей бедой они разберутся позже, тем более, что процесс уже начался. А пока важнее было найти способ помочь Андерсу, если существовал хоть малейший шанс… — Оно сказало, что это плата. Их забрали потому, что они добились своего и пришло время платить. Получается… отец строил королевство с помощью магии? — Похоже на то, — согласился Вильям, — но это же заведомо проигрышный контракт. Твой отец не мог быть так глуп, чтобы попасться на такое… — Тем не менее, он здесь, — Йен убрал полупустую чашку в сторону и сел ровнее, — и его можно вернуть. Но придется отдать кое-что взамен. — Что можно отдать за Короля? — удивился Эль. — Это явно должно быть что-то ценное: жизнь за жизнь. — Да, ты прав, — брюнет кивнул, — Голос сказал, что примет вместо отца что-то достаточно сильное и драгоценное, — а после взглянул на мага, — он говорил о твоем теле, Вильям. Наследник смотрел на старого друга отца внимательно, с ожиданием и сожалением. Плата была ужасающей — потерять одного дорогого человека взамен на другого, это при любом раскладе огорчает, но выхода у них не было, а решение оставалось за магом. — Мне нужно подумать, — Вил поднялся на ноги и отошел в сторону от лагеря, наблюдая перед собой лишь глыбы льда и камня, что когда-то давно были замком, и крепко задумался. Сотни лет прошли с тех пор, как мужчина познал магию и заклинания, позволяющие ему быть бессмертным. Собственное тело было погружено в сон до тех пор, пока душа продолжала путешествовать и познавать миры. Вил не был уверен, что смерть телесной оболочки принесет и смерть душе, но отчаянно хранил его пока не передал Арну. Что нужно было сущности? Питаться от тела, от магии этого тела, но каково будет самому Вильяму? Он возвратиться в тело или продолжит сосуществовать? Слишком много вопросов и только одна причина — спасение друга. К моменту возвращения в лагерь мужчина уже знал, какое решение примет. Без сомнения он отдаст своё тело и, если всё будет только хуже, и душу, чтобы спасти одного человека, рядом с которым был десятки лет. — По-хорошему, я должен был отказать, но каким-то образом твой старик стал мне слишком дорог. Я телепортируюсь в замок. Надеюсь местные силы не исказят мою магию, что вполне возможно. Ты вернешься со мной? Дайен отрицательно завертел головой. — Я так и думал. Что ж. Если телепортация удастся, я быстро вернусь. Если нет, мне придётся идти со своим телом снова через лес. Это займет много времени, вам хватит припасов? Ашаад, к которому было обращено последнее предложение, слабо, но уверенно кивнул. — Необходимый минимум я обеспечу. Но маг, тебе не пройти одному. Лучше отправляйся по воде. С другой стороны берега Древних омывает океан. Идти не меньше, но безопаснее, если знаешь куда идти. Вильям кивнул и начал сборы. Наследному принцу вручили браслет и приказали всегда держать с собой, чтобы маг мог найти их вновь. Телепортация отняла у мужчины большую часть сил, чем должна была, но он не удивился. Зато Лейв, что совсем не ожидал прибытия Вильяма перепугался не на шутку. Пришлось потратить время чтобы успокоить эльфенка и объяснить, что с принцами всё в порядке и он «не единственный выживший». Об одном только маг не рассказал Йену. Он совершенно не знал, где сейчас его тело, и Лейву с Ниа требовалось срочно собирать войска, и не меньше, на поиски. Лейв пережил странное чувство дежавю, ведь однажды, казалось, в совсем другой жизни, Вильям уже приходил за своим телом. Но тогда они с Андерсом сделали все лишь бы оно не было обнаружено, а теперь же от этой тайны зависела жизнь Короля. Эльф бросил все возможные силы на поиски, благо, мотивации и людей хватало с головой. Единственное, что у них было в ограниченном количестве, это время. Дни сменяли друг друга; по одну сторону океана в суете, недосыпах и отчаянных поисках, с другой — в томительном, слегка тревожном ожидании. Чтобы как-то отвлечься Дайен находил утешение в разговорах. С Элем они уже все разрешили, эльф лишь попросил пока не давить на него и дать время заново привыкнуть к другу. Бьерн был согласен, да и сам, честно говоря, охотно переключил внимание на серокожего великана. Ашаад оставался с ними всю неделю, что отсутствовал Вильям. Помогал с кострами, ночлегом и охотой. Многие из солдат воспринимали его почти как своего, хотя свободно болтать о какой-то ерунде не решался пока никто. Ну, кроме, северного принца, конечно. Вот уж он утолял свое любопытство каждый день и очень активно. Похоже, что неоднозначную ситуацию между ними, когда Утсендари спасал эльфа от насилия, парень пережил как-то по-своему. И теперь мужчине приходилось выслушивать десятки похожих вопросов бессчетное количество раз за сутки. «А ты правда сделал бы Это? Со мной?» «Или только пугал? Ха-ха, так просто я бы тебе не дался! Я просто тогда не в себе был…» «А у вас в племени бывают такие отношения? Вот у эльфов и свадьбы есть. У людей с этим больше трудностей, конечно, но отцов моих никто не трогал. Ты сам к этому как?» «И как вы, такие здоровые, решаете, кто в паре главнее?.. Силой, небось?» Это продолжалось порой даже тогда, когда парень навязывался с Утсендари на охоту. Несомненно, в какие-то моменты Дайен сосредоточенно молчал, следуя урокам тэл’атина, и ловя добычу на ужин. Но пока они выслеживали редких для этих мест зверьков или ставили ловушки, он увлеченно болтал. — У тебя в деревне есть семья? А то нехорошо так выходит — мы тебя забрали на столько недель, а вдруг там ждут… Вы хоть своих не наказываете, если и правда двое мужчин сходятся? И все-таки эта тема наследника волновала больше всего. Ашаад казался ему таким интересным и необычным, словно диким мустангом, покорить которого посчиталось бы большой удачей и гордостью. Но, в отличии от прошлой ошибки, Бьерн не хотел делать это силой. А вот измором и демонстрацией, что вполне осилит такую махину из мышц — вполне. С малых лет он считал, что ему нравятся нежные и кроткие, совсем как Андерсу Лейв, но, честно говоря, Эльми уже был иного склада, нежели его второй отец. А уж Ашаад и вовсе был сильнее их всех, и речь не только о физической силе, но и моральной. Он был настоящим воином, стойким и мужественным, что очень восхищало Йена. И заодно неимоверно привлекало. — Знаешь, не верю я все-таки, что ты тогда бы смог это сделать, — брюнет хитро сверкнул глазами, самодовольно приосанившись, — а вот я — смог бы. У меня нет предубеждений и страха, веришь? В любой миг тебе докажу! Ашаад не понимал, чем накликал на себя гнев Богов, в лице человеческого принца. Тот не оставлял мужчину в покое ни на минуту. Даже во время охоты парнишка умудрялся болтать, чем ужасно злил серокожего. Но, к счастью для Йена, у тэл’атинов сдержанность была в крови. И Утсендари, если и отвечал, то лишь на половину вопросов. Как оказалось, семьи у него не было. Совсем никого. И однополых браков в племени тоже не встречалось. «Мы чтим женщин и их способность рожать. Так говорит природа. У мужчин есть лишь инструмент, и нужно им уметь пользоваться. Но…любовь бывает разных видов. Тэл’атины не против…экспериментов в юном возрасте, но в отличии от эльфов, не видят в этом ничего хорошего.» — единственное, что ответил мужчина на расспросы парня, а после вновь с ним не разговаривал долгое время. Вот только когда мальчишка совсем обнаглел и захорохорился, Ашаад не выдержал. — Ну докажи, — Они сидели на «привале» и могли позволить себе отдохнуть. Мужчина внимательно смотрел на юношу и даже сидя казался больше, словно небольшой валун гранита. — Что хочешь на этот раз, дитя? Сугробов здесь нет, падать лицом вниз придется на корку льда… Уверен, что хочешь этого? Давай, вставай и покажи мне, на что ты способен. Я не спал с мужчинами, но ты похож на девчонку. Думаю, что с тобой делать я разберусь. Если Дайен думал, что он один умеет провоцировать, то крупно ошибался. Ашаад издевался над парнем. Они оба прекрасно понимали, что силы не равны и принцу надо быть, как минимум, магом, чтобы осуществить задуманное. И все-таки, то ли от глупости (в силу возраста), то ли от самоуверенности, впрочем, так же присущей юнцам, Дайен поднялся, глядя тэл’атину в глаза. Хорошо разыгранная провокация сработала на ура, отчего принц готов был хоть сию минуту начать бороться и доказывать, что не так он и слаб для человека, и что на девчонку он тоже совсем не похож. Вот ни капельки! — Ты пожалеешь о своих словах, — на губах играла широкая улыбка, а «угрожающая» речь звучала, скорее, весело. Как перед интригующей забавой, и даже перспектива разбить нос о крепкий лед его не пугала. Йен подошел ближе к великану, то сжимая, то разжимая кулаки. Конечно, он готов был к действиям, но с чего начать до конца не был уверен… И просто сидящий Ашаад вызывал трепет и легкий страх, — мощная фигура, словно высеченная из камня, восхищала, — даже в таком положении он мог смотреть прямо в лицо парнишке. Резко выдохнув, наследник решился-таки на первый шаг, пробуя покорить пока что с малого — с поцелуя. Ох и долго же он вспоминал ту злополучную ночь, когда Утсендари держал его в захвате, пытаясь угомонить, и вдруг поцеловал… Это будоражило ему кровь даже сейчас, когда он ухватился за сильные плечи серокожего, прижимаясь своими губами к его. Поцелуй выходил немного смазанным, односторонним, но Бьерна это не отпугивало. Он подался вперед, еще ближе, усердно демонстрируя, что тоже так может. Что умеет страстно и немного жестко целовать, сжимать в объятиях, быть главным и ведущим в паре… Ашаад сидел неподвижно, ощущая как парень старается сжать его плечи своими тонкими пальцами. Хрупкий, словно молодое деревце. Впрочем, в его возрасте люди все такие. И пока принц пытался показать свою силу, мужчина лишь наблюдал. Поцелуй был неумелым, хоть и грубым. Но походил больше на неотесанный алмаз, который пытаются выдать за тонкую огранку. — Выдохся? — снова провокационный вопрос, стоило Йену оторваться от губ, чтобы перевести дыхание. Тут уже в игру вступил тэл’атин, крепко обхватив парнишку за талию и прижав к себе, пока губы вновь вовлекли Йена во властный поцелуй. Почти такой же, как и первый, но всё-таки, немного мягче, без желания сделать больно, чтобы отрезвить от ярости. Более мягкий и долгий. Всё это время юношу крепко сжимали в объятьях, что к концу поцелуя ему едва хватало воздуха, а голова уже шла кругом. — Не забывайся, мальчишка. Тебе не быть сверху в этой паре, но готов ли ты принять в себя тэл’атина? — мужчина не ходил вокруг да около, называя вещи своими именами. Они были взрослыми людьми и понимали, что следует за поцелуями, — я не эльф. И наши размеры там, даже самые скромные, для тебя будут внушительными. Спрашиваешь, сделал бы я это с тобой тогда? Нет. Иначе бы остаток пути пришлось бы нести тебя с разорванной задницей, а твоему отцу объяснять, почему ты среш кровью и через слезы. Мужчина отпустил парня так же резко, как и обхватил, а после пошел к ловушкам. Разговор был окончен. Понадобилось несколько долгих минут, чтобы осмыслить все произошедшее: и поцелуй, от которого по телу расходилась сладкая дрожь, и руки на талии, держащие крепко, но не больно, и слова… Вот именно сказанное серокожим заставило Йена хоть немного смутиться и наконец, задуматься, на что он провоцировал мужчину. Силы были не равны, опять-таки, но он упорно пытался сподвигнуть Ашаада поддаться… или же принять новую возможную роль? В этой паре ему действительно не светило одержать верх. Но на то он и Бьернов сын, чтобы не сдаваться, а желать доказать, что все выдержит. Даже напор тэл’атина. — Эй, подожди! — но пока нужно было заняться делом. Парень поспешил следом за товарищем проверять ловушки, складывая в мешок добычу. До заката было еще несколько часов, а, значит, охота могла продолжаться. В нынешних условиях им приходилось использовать по максимуму каждую минуту и каждую возможность добыть еду для отряда. К концу подходила уже целая неделя без мага. Люди начинали волноваться, хотя и старались не подавать виду, перешептываясь между собой о своих подозрениях и страхах остаться среди льдов навечно. Эль же наоборот старался не падать духом, подавая пример воинам. Он по-прежнему помогал с поддержанием порядка в лагере, следя, чтобы все хорошо спали и ели (насколько это, конечно, было реально в их положении), и развлекал друзей песнями и рассказами о своей теплой родине у костра. Это помогало держаться и не раскисать, пока Вильям не телепортировался вновь к ним. Каким-то чудом все-таки отыскав собственное тело. Настоящее тело мага оказалось телом молодого парня. Возможно, даже ровесником Дайена или старше на пару лет. Вильям и сам уже не помнил, во сколько лет покинул его. Осторожно держа на руках теплую оболочку, он направился прямиком в замок, но на половине пути выдохся и тело перенял Ашаад. Магу же едва удалось дойти до главного зала, вымотанный перемещением и тем, сколько магических сил сжирало это место. Дайен спешил следом за серокожим, мысленно молясь, чтобы отец ещё был жив и всё не было напрасно. Тело мага положили на пол возле разрушенного трона и тотчас оно стало медленно покрываться коркой льда. И по мере того, как тело превращалось в глыбу льда, фигуры вокруг «оттаивали» и падали на пол. Воины стали подходить к каждому из легендарных рыцарей, придерживая их, и аккуратно усаживая на пол. С разных концов зала слышались хрипы, стоны боли, слабый шепот. — Сэр Вариан мёртв, — послышалось из одного угла. — Сэр Ринсмоун тоже… —И здесь… Сэр Мирнас. Дайен обеспокоенно осмотрелся, медленно, не решительно подходя к отцу. Неужели ничего не вышло? Но остальные были живы. Более молодые, чем их мертвые товарищи. Но вот послышался хрип со стороны Арна. А стоило льду исчезнуть, как наследный принц тут же подхватил отца, пока собственные ноги его не держали. — Что?.. - мужчина едва мог сфокусировать взгляд на знакомом лице, но пока с трудом вспоминал собственное имя. Эльми помог Дайену вынести Короля, а Ашаад вынес Вильяма, что потерял сознание, но был пока жив. Другие воины выносили тела живых и мертвых легенд Севера. Каждому пришедшему в себя давали горячего напитка с травами. Эльмарилион снова проявил себя как истинный король, руководя всем лагерем и заботясь обо всех. Йен же не отходил от отца, с трепетом и надеждой всматриваясь в его лицо. — Как ты? Что-то болит? Часа через два Андерс начал приходить в себя. Болело всё. Каждую частицу тела словно раздробили тяжелыми молотами, но разум уже прояснился, и мужчина смог крепко обнять сына, с которым мысленно попрощался в последние минуты жизни. — Что с Вильямом? Где твой отец? С ним всё нормально? — объяснять Андерсу приходилось многое. Для него прошли мгновенья, но для ожидающего Лейва почти год. — Скоро мой День Рождения, — Йен вздохнул, — Через пару месяцев мне исполнится восемнадцать. Бьёрн старший все понял. В то утро его мальчику только должно было исполниться семнадцать лет, но вот они в ледяных землях Древних и он уже старше на год. Если бы с ними был ещё один маг, то была бы возможность связаться с домом, но Вил продолжал «спать» даже спустя два часа. И ночью, и на следующий день. Андерс долго не мог принять тот факт, что именно спасло его. Долго не верил, что маг пошел на такое безрассудство. Отдельный разговор был с теми, кого считали давно умершими. Они с трудом узнали Арна, осознавая, как долго отсутствовали в мире. — Когда я тебя видел в последний раз, у тебя не было не единого седого волоска, — хрипел один из рыцарей. К каждому Эльмарилион приставил по воину, как личную сиделку. И строго настрого запретил отлучаться от них. — Не думал, что когда-нибудь увижу вас снова, — усмехнулся Андерс, обнимая всех своих друзей. Вскоре очередь дошла и до Эльми. Бьёрн старший прижал к себе эльфа так крепко, как был способен в своём состоянии. — Спасибо, что не оставил моего сына одного. Ты всегда был ему верной опорой. — Он хороший парень и сумел повзрослеть за это время, — беловолосый улыбался, осторожно обнимая Короля, — хотя и набил много шишек… Но ты можешь им гордиться. Их разговор был негромким, личным. Эль давно отпустил романтические чувства к Андерсу, превратив их в не менее крепкую, братскую связь. И они действительно были семьей, пусть не по крови, но по духу точно. Потому-то эльф не покинул бы ни сына, ни отца в тяжелый час испытаний. О недавнем «инциденте» он решил умолчать, полагая, что это касается только его и второго принца. Да и мужчине, равно как и другим выжившим рыцарям, хватало иной информации для осмысления. Для каждого прошли годы, а то и десятилетия здесь, так что, новый порядок мира и множество событий, произошедших уже без них, стоило «переваривать» по порядку. Хорошо хоть еще удалось убедить старшего Бьерна, что Лейв в полной безопасности и довольно успешно удерживает трон с верными ему Ниа и Линксом. — Поверить не могу, — присвистнул Дайен, осознавая (после первого шока от воссоединения с родителем), что перед ним находились практически все герои Севера, храбрые и верные товарищи, что некогда возвели королевство, ставшее ему домом. Полулегендарные персонажи, о которых в детстве Андерс частенько ему рассказывал. Познакомиться с любым из них уже было огромной честью, Йен почти не верил своей удаче. Как, собственно, и все они были удивлены и счастливы вновь повидать не только друга, но и его наследника. Многие из этих мужей помнили и самого Арна таким же юнцом, а тут вдруг практически полная его копия. И каков смельчак! Раз отправился за отцом на самый край света. — Так, говоришь, самого Хозяина Леса видели? А что еще? — Призрака в старых руинах! Если бы не маг, всех бы там и сожрал! — молодой принц увлекся рассказом, повествуя о нелегком и долгом пути. Конечно, их ждала еще обратная дорога домой, да и судьба Вильяма серьезно беспокоила, и все-таки хоть ненадолго, но в лагере ощущалась атмосфера легкости и надежды. Солдаты воспряли духом, а тяжкие потери, пережитые за неполный год, восприняли как необходимую жертву, которую и вовек не забыть, как и тех, кто не дошел так далеко… Что простых воинов Севера и Юга, что друзей Бьерна. Всех их обещали чтить и сделать все, чтобы их смерти не были напрасными. Дайен уже хорошо понял, что разумный правитель полагается не только на безоглядную храбрость и силу тела или количество своего войска, но и на острый ум, стратегию, что не позволит пролиться лишней крови. Он понимал, что еще многому должен научиться. И впервые за много лет своей едва начавшейся юности, воспринимал это спокойно и даже с энтузиазмом. — Ашаад, — оставив «стариков» общаться о своем, принц направился к тэл’атину, сидящему особняком от остальных. — Отец нашелся, еще и живым, это большая удача. И без твоей помощи это не было бы возможно, я всегда буду тебе благодарен и останусь в долгу. Йен прижал ладонь к левой стороне груди, поближе к сердцу, и почтительно склонил голову, выражая без слов свое уважение к этому воину. Правда, очень скоро его взгляд снова стал лукавым, сияя ярким золотом. — Мы, кажется, так и не разрешили наш спор, верно? — юноша уселся рядом с серокожим, легонько пихнув его в бок. — На обратном пути у нас еще будет достаточно времени, а? Что думаешь? Обратный путь грозился быть ничуть не легче, если даже не сложнее. С ними теперь были новые люди, здоровье которых не позволяло пока преодолевать большие расстояния. Да и потревоженные духи Леса не пропустят их теперь так просто. К тому же, кому-то нужно было нести мага, а это верная цель. — Думаю, что ты заигрался уже, — сурово выпалил мужчина и встал, — Может, лучше подумаешь, как будешь переправлять обессиленных людей домой? Или собственное семя в голову бьет, заставляя думать только о сексе? Так не терпится постелиться под кого-то? Сначала эльфа доставал, теперь переключился на меня. Не думал заняться собственной жизнью и заставить мозги работать? Или весь смысл твоей жизни к кому-то липнуть? Да, серокожий был явно не в духе. Его достал мальчишка, что ещё месяц назад не отлипал от принца эльфов. Дайен создавал впечатление ветренной девицы, а Ашаад таких не понимал. И не принимал. У них в племени до свадьбы люди, конечно, жили вольной жизнью, в том числе и сексуальной. Ханжой мужчину нельзя было назвать, но даже тогда к вопросу партнера, пусть и на одну ночь, он подходил более основательно. Ашаад направился проверять ловушки. Теперь их стало больше и прокормить всех было труднее. Живность здесь хоть и водилась, но в куда меньших количествах. Вечером, после ужина, когда большая часть воинов отошла от пережитого шока, Ашаад заговорил. — Большая часть из вас обратной дороги не выдержит. Маг в плохом состоянии и помочь не может. Есть несколько вариантов. Мы возвращаемся обратно на границу леса, где еды больше, и я отправлюсь ко второму магу. Он вас и заберет. Либо пойдем все вместе, но, как я уже сказал, половина из вас не выдержит, я уверен. Все посмотрели на Андерса, но тот лишь повел плечом, переводя взгляд на сына. — Этот поход не наш, друзья. Решать только Йену. Эльмарилион и Дайен. Вы видели опасность. Вам и принимать решение. — Мм? — Йен немного рассеянно кивнул отцу, соглашаясь с его словами. Из-за не лучшего окончания разговора с Ашаадом, он почти все время был погружен в себя, однако, пришло время снова включаться. Прочистив горло, юноша взглянул на Эльми, но тот только кивнул, без слов догадываясь какой вариант выберет принц. И был прав. — Будет лучше, если нас подстрахует маг, — наконец, заявил брюнет. Терзания духа можно было отложить на потом, даже обиду от резких слов серокожего он был способен пережить, пока было дело, которым он мог увлечься. И, что ж, переправка домой вполне подходила. Он посерьезнел, обсуждая с обновленным отрядом план действий и передвижений, уходя в это с головой и стараясь лишний раз даже не смотреть на Утсендари. И, тем более, не вспоминать о его крепких руках и теплых губах… Следующие несколько дней ушли на подготовку. Распределялись силы, копились запасы… Разговоры шли преимущественно о том, какой тропой лучше идти. Благо, воспоминания об этих землях были свежи, так что, им оставалось только возвращаться к безопасным точкам на привалы и тщательно обходить ранее обнаруженные опасности. Двигались они теперь гораздо медленнее, но цель вернуться в родные места придавала сил, не позволяя сдаваться. Дайен большую часть времени держался возле эльфа и отца. Внешне он оставался почти таким же: не пробивным, отчаянным, даже шутил уместно и весело, как прежде… Но все чаще уходил на охоту или на ночлег один, а мог на несколько часов и вовсе замолчать, о чем-то раздумывая. К Ашааду он больше не приближался сверх меры. Понятное дело, что в одном отряде, да еще и товарища, игнорировать им друг друга было трудно, но принц честно делал над собой усилие, общаясь с тэл’атином только по делу. И только иногда позволял себе бросать тоскливые взгляды в его сторону, жалея о своих ошибках и невозможности исправить положение. — Честное слово, мне начинает казаться, что я совершенно не умею общаться с людьми, — выпалил он однажды, когда они с Элем вырвались чуть вперед от остальных, шагая почти нога в ногу. — И с чего ты это взял? — вопрос от эльфа прозвучал немного саркастически. Наследник Бьерна еще не один и не два раза извинялся перед ним, и все же он позволял себе иногда подтрунивать над ним. Правда, сейчас Дайен выглядел действительно растерянным. — Ну что случилось? Это из-за Утсендари? Вы с ним так холодны последнее время… — Именно, что из-за него, — буркнул парень, поправляя ремень дорожной сумки. — Я наговорил ему глупостей, а он… ну, он закономерно меня отчитал, но почему я ощущаю это так, словно это было несправедливо? — О, друг мой, похоже, ты решил влюбиться? — Вот еще! — Эльми готов был поклясться, что щеки принца покраснели не только от мороза, но он разумно промолчал. — Тут дело совсем в другом, а именно в том, чтобы доказать, кто сильнее и… и кто сможет быть… сверху. Последнее слово он выдохнул едва слышно, но эльф рядом отлично все уловил и залился веселым смехом, что окончательно запутало человека. — Прям как дети малые, — успокоившись, беловолосый глянул на друга нежно и как-то сочувствующе. Возможно, он видел в нем самого себя и как когда-то давно точно так же метался, в попытке осознать свои чувства. Любовь к Андерсу стала своего рода испытанием для него, но разобравшись с этим, эльф осознал, что стал лучше понимать себя и кое-что о мире вокруг. Похоже, тоже самое предстояло и младшему Бьерну. — Думается мне, наш общий знакомый ценит верность, порядочность и серьезность. Сам посуди: сначала ты гонялся за мной, как обезумевший, а потом легко переключился на него. И, нет, даже не вздумай отрицать, — Эль предупредительно поднял ладонь, — я все прекрасно вижу. Так вот. Попробуй показать ему, что это для тебя, — чем бы оно ни было, — не просто забава, и ты настроен серьезно. Если, конечно, тебе это нужно… Ответить Йен уже не успел. Сначала потому, что задумался, решая: сразу следовать советам друга или сначала поразиться его проницательности. А уж после из-за того, что их окликнули. Скоро наступали сумерки, так что, нужно было устраиваться на ночлег и готовить ужин, отстраняясь пока от дел сердечных. Утсендари выполнял свои обязанности, охотился и шел так, чтобы Дайен был в его пределах видимости. По началу ему и самому показалось, что с грубость он перегнул, но после пришел к выводу, что так даже лучше. Мальчишка слишком расслабился здесь, а такой подход всегда был равносилен смерти. Спустя недели они добрали до леса. Проинструктировав окружающих, мужчина не медлил и отправился за магом сразу. Взяв с собой пару человеческих воинов, на случай если сам не дойдет. Он никогда не считал себя бессмертным или самым сильным, и не исключал возможности своей смерти от чего бы-то ни было на Землях Древних. Остальным же пришлось вновь провести дни в ожидании. Благо, лес был не так огромен, как земли льда, да и маленькой командой во главе Утсендари, они справились быстрее. За это время, в ожидании, но в более теплой обстановке, было проведено много часов. Было обговорено всё, что только можно. Дайен с интересом слушал каждого легендарного воина, помогал всем, и первый уходил на охоту. Еды здесь и впрямь было больше, а навыки, полученные благодаря Ашааду, значительно упрощали жизнь. Арн начинал по-настоящему гордиться своим сыном. А тот скучал по серокожему гиганту и постоянно обдумывал слова друга. Не успела начаться вторая неделя, как в лагере появился маг. Внезапно, без предупреждения или каких-то волшебных искр. Появился бесшумно, как десятки лет в комнате Андерса, сильно перепугав Лейва. К концу того дня все уже были гостями в доме Элиаса. Мужчина излечил все раны, которые мог, каждого «привел в порядок», подлатал. Но вот с Вильямом пришлось повозиться по-настоящему долго. Тело мага отнесли в отдельную комнату, где Элиас пропадал часами. А когда выходил, выглядел так, словно встречался с самой смертью. Эльфов Андерс отправил домой сразу, как только Элиас всех вылечил. — Твой отец не видел тебя почти год. Наверняка у старика Идугила уже седина от ужаса. Езжай домой, — Эльмарилиона не выслушивали больше, а снарядили домой. — Приедете на День Рождения моего сына, — добавил Арн, улыбаясь. Как только эльфы покинули угодья Элиаса, Бьерн подозвал Ашаада. — Что же касается тебя, тэл’атин, — мужчина вновь стал тем королем, ради которого столько воинов жертвовали жизнью и отправлялись в столь длинные путешествия, — Мой сын мне поведал о твоих навыках. Я обязан тебя вознаградить. За спасение жизни Королевскому Наследнику, единственному моему сыну, я награждаю тебя титулом «Защитника королевской семьи» и даю твоему племени земли в личное пользование севернее столицы. Дайен все уши прожужжал отцу, что такого воина лучше держать при себе. Конечно, рассказывать об их взаимоотношениях он не стал, но король и сам уже начинал догадываться, что его сын как-то совсем по-особенному относиться к этому гиганту. — Конечно, земли там дикие, но почва плодородная. Лето теплое и красивое. Я слышал, как твоё племя притесняют, поэтому могу тебя заверить, вам там ничего не угрожает. Твоё племя будет под моей личной защитой. —И моей, — тут же подал голос Йен, хотя знал, что вмешиваться не имел сейчас права. Ашаад серьезно смотрел на королевское семейство и размышлял. — Я передам слова нашему главному. Он примет решение. — Я пойду с тобой, — вновь влез Йен. Пока Ашаада не было, он успел многое обсудить с Эльми и сон в руинах замка в том числе. Эльф очень детально описал что видел и чувствовал, поэтому теперь Бьерн младший был уверен, что Ашаада он больше никогда не увидит, если так просто отпустит. Серокожий хотел было возразить, но серьезный взгляд принца его остановил. Он впервые был таким собранным и…целеустремлённым? — Хорошо. Я ухожу через час.