Глава 5
22 ноября 2021 г., 21:30
«Apple pie»
Yeah, I think it's cute when you tell me lies (Ooh) Always let you win when I know I'm right (Ooh) Backseat in the coupe with the suicide (Ooh) Then we get a little high, get a little high Seven nights in the car (Car) And the lights are getting dark (Dark) We could take it too far (Far) I'll be with you, forever
— Моран Себастьян? — прозвучал вопрос в тишине комнаты. Лицо женщины не дрогнуло, лишь вопросительно поднялась бровь и более осмысленный взгляд устремился на собеседника. — На кукле, — стал объяснять детектив, — были инициалы. — Шерлок, ты смотришь, но не видишь, — нравоучительно протянула она. Эвр внимательно посмотрела в глаза брату, после чего добавила: — Сыграешь? Шерлок чувствовал себя ребенком, которого взрослые обводят вокруг пальца, врут, боясь рассказать скользкую правду, от которой несформированное сознание может пошатнуть внутренний утопический мир. Он послушно достал из чехла скрипку и, прижав подбородник, коснулся смычком струн. Детектив прикрыл глаза и повторил мелодию, которую вчера утром играл Джону. Злость из-за проигрыша, еле различимая надежда и глупость сомнений наполнили комнату, отражаясь от многослойного стекла, защищающего людей от монстра в белоснежной одежде, с отсутствующим взглядом и непоколебимым желанием отомстить. — О, тебя вырубили, — произнесла Эвр. Она слышала Шерлока и слушала его. — Ты забыл достать дротик? — она по-доброму усмехнулась. Шерлоку удалось хоть на время вернуть ее в настоящее после произошедшего в Шерринфорде казуса. Сестра замолчала, вслушиваясь в игру скрипки, улавливая каждое дрожание струн, их трепет и холодность, забирая себе пережитый адреналин и шок. Мужчина поймал себя на мысли, что девушка стала бы гениальным композитором, не будь она величайшей угрозой для мира. Снова воцарилась тишина, позволяющая каждому обдумать услышанное. — Теперь я поняла, при чем тут Моран, — наконец сказала Эвр и встала с пола. — Но нет, братик, ты не прав на этот раз. Шерлок вопросительно поднял бровь, опуская скрипку с плеча. — Ты всегда все усложняешь, — она вздохнула. — Смотри глубже. Тебя так легко обмануть, подтолкнуть на неверную дорожку. А знаешь почему? Потому что хлебные крошки съели, — она посмотрела прямо на него, стоя у самого стекла. Шерлок встревоженно перевел взгляд на Эвр. Напоминание о сказках братьев Гримм послужило сигнализацией, сопровождаемой звуковым предупреждением. Опасность. — На что ты намекаешь? — резко спросил детектив. — Ты скажи мне, — она вздохнула и огорченно добавила: — Он был прав, ты так любишь все усложнять. Эвр отошла от стекла и, сев на постель, откинулась и уставилась в стену. Разговор был окончен, поэтому задумчивый Шерлок сложил скрипку и, попрощавшись, вышел. Неприятный осадок от проигрыша Морану смешался с опьяняюще терпким негодованием от непонимания собственной ошибки. Если это не инициалы снайпера, то чьи? И инициалы ли это вообще? Как понять, подталкивает его Эвр на правильный ответ или, наоборот, лишь путает, оттягивая от истины за волосы. С этими мыслями Шерлок покинул Шерринфорд, хмурясь. Как только появилась сеть, мужчина отправил сообщение: «Сегодня внеплановый семейный ужин. SH» «Ты смеешься надо мной? МН», — ответ пришел незамедлительно. «Будь дома в три. SH» «И попади туда без свидетелей. С охраной. Остальным советую сделать то же самое. SH» «Обязательно писать «пожалуйста»? SH» «Я тоже не горю желанием видеть тебя. SH» Не успел Шерлок сойти на вертолетную площадку, как перед ним возникла Антея. Детектив закатил глаза, но отправился за ней в машину, а затем — в офис брата. — Я слушаю, — холодно произнес Майкрофт. Если бы Холмс-младший не знал своего собеседника всю жизнь, он предположил, что тот раздражен или безразличен. Но Шерлок понимал, что за этой сухостью скрывается тревога: политика выдала складочка на лбу. — Сегодня суббота, — бросил Шерлок, небрежно прогуливаясь по кабинету. — Насколько я понял, вечером должно было произойти покушение на… политического деятеля. Утром была актуальна информация, что жертвой должен был стать ты, — он бросил взгляд на брата, — но сейчас я не уверен. Шерлока сбила с мысли Эвр, она не отрицала правильность теории детектива, но определенно смогла запутать его. — И ты только сейчас решил сообщить? — Тебе присылали яблочный пирог? — нахмурившись, спросил Шерлок. — Предлагали к доставке, или компания подкидывала рекламные листы? Холмс-старший недоуменно поднял бровь, прикидывая, мог ли брат заразиться безумием воздушно-капельным путем. — Нет, ничего подобного не было. — Узнай, были ли такие сюрпризы сегодня. Моран, конечно, выведен из стабильности, но я думаю, у него есть команда, — мысленно детектив добавил: «Если не скрытые остатки от сети Джима. Как минимум одного помощника снайпер выдал. Даже двоих». — Удвойте охрану и уходите раньше с рабочих мест. — Это все, что тебе удалось выяснить? — Майкрофт удивился. — Планируется что-то в этот вечер, связанное с твоей… областью, — он отмахнулся. — Сестренка всем своим видом показывает если не причастность, то знание о происходящем. И ничего, кроме очередной параноидальной песни про сгоревший яблочный пирог собственного сочинения, не говорит, — Шерлоку резко захотелось затянуться, он нервно ходил по кабинету. Повисла тишина, тонкая, как нить паутины, и неподвижная в безветренную погоду. — Хоть что-то, — выдохнул политик. — И почему именно яблочный пирог? –вопрос был скорее риторическим. Он потер переносицу и вызвал к себе Антею. — Через десять минут срочное совещание, мне нужны все отделы, — отдал распоряжение Майкрофт и, отпустив сотрудницу, бросил взгляд на Шерлока. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Детектив небрежно кивнул, погрузившись в свои мысли. Он развернулся и вышел из офиса, отправляясь на Бейкер-стрит. Чувство, будто что-то, словно песок, просачивается сквозь его пальцы и теряется в миллиардах мыслей, не покидало. Шерлок вернулся домой и, не обнаружив Джона, принялся выгонять из дома миссис Хадсон, пересказывая выдуманную на ходу историю о встрече с сантехниками, которые собираются отключить воду у ближайших двух домов и просят не распространяться об этом, чтоб не навести панику на улице. Старушка причитала минут десять, но потом резко вспомнила о том, что давно хотела навестить подругу. Одна проблема решилась. Детектив поднялся в свою квартиру и, бросив взгляд на стол, заметил куклу. Через мгновение она уже была в тонких пальцах мужчины. — Смотри глубже. Холмс нахмурился, он изучил каждую деталь игрушки, но не обнаружил ни одного тайника. Кулон на шее снимался и состоял из черного шнурка и самой подвески, на который были аккуратно отпечатаны буквы. Шерлок снял изделие и поднес к свету, стараясь разглядеть возможную склейку. Его серые глаза заблестели. Сбросив пальто, детектив поспешил на кухню за перекисью, которая с появлением Рози стала все чаще обновляться в аптечке Ватсона. Смочив ватный диск жидкостью, Детектив приложил его к месту склейки, ожидая, пока клей растворится. От нетерпения он поддевал внешнюю часть кулона с гравировкой, расшатывая в разные стороны. Совсем скоро деталь поддалась и отпала. За ней оказалась выцарапанная ножом надпись: МИ-6. Шерлок замер и, не моргая, смотрел на послание. Он почувствовал, как сердце сжалось, когда он увидел след внутри кулона, а сейчас оно ускорилось, отбивая ритм неприлично громко, настолько, что казалось, будто этот звук слышен во всем доме. Детектив сглотнул. Он потянулся за телефоном и быстро, не обращая внимание на легкое покалывание в пальцах, написал: «МИ-6. SH» Сообщение было тут же прочитано. Шерлок перевел взгляд с экрана на лежавшую в левой руке подвеску. Он пожалел, что не сохранил яблока или его фотографии с тех давних пор. Его сжигало необъяснимое с логической точки зрения желание провести каллиграфический анализ. Шумный в глухой тишине квартиры вздох и заблестевшие от возбуждения глаза моментально выдали мысли детектива. Он сорвался и в одно мгновение оказался у себя в комнате, переворачивая огромную коробку с оставленными там уликами, которые внутренний голос не разрешал держать на видном месте, не показывать даже Джону. «Три проникновения за день», — молча прочитал Холмс, чувствуя привкус игры на кончике языка. Он прикрыл глаза лишь на мгновение, лишь на долю секунды мощнейший механизм дал сбой, дав волю другому, весьма значимому фактору; тому, который Шерлок презрительно бранил «химией», но глубоко в подвале своего подсознания не отрицал, а лишь взывал, источая из себя завораживающие и останавливающие кровь крики о помощи. Как и каждый из трех Холмсов, он был монстром, которого не накормили теплотой человеческой души, потому он решил пожирать чужие. Шерлок открыл глаза и бросил взгляд на фотографию. Он поднес к ней кулон в слепой надежде (а может и не в ней, детектив не успел дать себе отчет о точной эмоции, которую испытывал, разглядывая две надписи?), но отталкиваться было почти не от чего. Ни одной схожей буквы для сопоставления, к этому факту добавился и тот, что в Тауэре преступник писал зеркально, потому буквы вышли по-детски корявыми. Холмс чертыхнулся, плечи опустились на продолжительном выдохе, что заставило детектива задуматься: когда же он задержал дыхание и напрягся? Он мотнул головой и небрежно собрал вытащенные в спешке вещи обратно в коробку, пряча в нее и найденную газету. Это была одна из тех единичных вещей в квартире, за которыми Холмс следил и хранил в порядке. Про содержимое ящика никому лучше не знать. Тишину и мысли детектива прервало сообщение от брата: «Тут яблочный пирог. МН».***
Когда Шерлок прибыл на место события — а точнее, в здание МИ-6, — саперы уже ушли, оставив улику лишь по настоянию Майкрофта Холмса, как и еще теплый труп в нескольких метрах от крыльца. Детектив бросил взгляд на курящего на улице брата и, получив молчаливый знак приступать к действиям как можно скорее, занялся делом. Он осмотрел труп и, к собственному сожалению, пришел к очевидным и ничем не помогающим выводам: парень лет двадцати, студент, не местный, прибыл из Кардиффа, работал курьером. Видимо, парня соблазнили внушительной суммой, но не объяснили толком, что именно он будет делать и что будет нести. Точный выстрел посреди лба — аккуратная работа опытного снайпера. Но это не мог быть Моран, ведь того тяжело ранили, тогда был бы промах или немного скользящее движение пули при вылете, — нет, тут все безупречно. Обыскав еще раз жертву, Холмс наткнулся на кулон под фирменной футболкой. Он достал вещицу из-под одежды и рассмотрел на свету. На ней были инициалы: МС. Тонкие бледные пальцы дрогнули и сильнее сжали медальон. Шерлок рано пожалел о том, что не взял с собой перекись, поэтому пришлось повозиться с застежкой и аккуратно снять кулон с шеи трупа. Задумчиво разглядывая улику, детектив невесело отметил про себя, что на документах убитого указаны были его фамилия и имя: Марк Стоун. Совпадение? Или злая усмешка со стороны, наслаждающаяся кровопролитием, ощутимым за километр чувством непонимания и страха от встречи с призраками из адски-темного чулана, в котором тела сгнили и вернулись в мир живых, голодные и соскучившиеся по теплой, трепещущей в жилах крови. Шерлок повел плечами и, не найдя для себя больше ничего интересного, спрятал кулон в карман пальто и покинул тело молодого человека. Брат встретился взглядом с ним в красноречивом молчании и, сопровождая до десерта этого приема, не задал ни единого вопроса. В центре круглого стола центрального зала для заседаний стоял вывороченный, словно труп после последнего сольного представления в анатомическом театре, пирог, высота которого достигала пятнадцати сантиметров, что, конечно, напрягло взбудораженных предупреждениями мистера Холмса представителей белых воротничков и золотых запонок. Посреди когда-то прекрасного изделия размещалась бомба с таймером, обезвреженная саперами за десять секунд до взрыва, который, Шерлок был уверен, смог бы уничтожить здание и присвоить руинам приличное количество человеческих жертв, чьи черепа были бы размозжены столбами, а кровь стекала бы по белоснежным обломкам. — Песенка про яблочный пирог? — первым заговорил Майкрофт, нарушая тяжелую тишину в помещении. Страх пропитал стены и воздух, отчего дышалось здесь с трудом. — Она что-то знает, — голос Шерлока был тихим, но лишенным любых эмоций. — И явно не настроена нас об этом предупреждать, но в то же время она дает подсказки, — детектив нахмурился сильнее. — Напоминает что-то? — усмехнулся невесело старший брат и повернулся к собеседнику, чтобы отследить малейшее изменение во внешнем виде. — Она играет с тобой. Кидает тебе задачку, разгадав которую, ты сможешь спасти не одну жизнь. Ничего это тебе не напоминает? — издевательски он поднял бровь. Шерлок ответил лишь яростным взглядом. — Напомни, зачем я тебя спас? — фыркнул Холмс-младший, убирая руки за спину. — Ты исполнял свой гражданский долг, а также оберегал мамочку от переживаний, у нее стало часто подниматься давление. — Так позаботься об этом сегодня на ужине, который я, к сожалению, точно пропущу, но тебя родители ждут, — детектив натянуто улыбнулся и развернулся, — я здесь увидел все. — Будь осторожен, Шерлок, — бросил в спину Майкрофт, скрывая легко одолеваемое раздражение и хмурясь, тем самым демонстрируя более сильное чувство: свое — как он сам утверждал, несуществующее, — беспокойство за брата. — Восточный ветер уничтожает все на своем пути. — Я это же слышал, — раздался ответ, хотя говоривший уже давно скрылся в белоснежном и бесконечно длинном коридоре, каждый сантиметр которого был покрыт словами «секретно» и «государственно важно». Шерлока занимал лишь кулон, булыжником разместившийся в кармане пальто и притягивающий к земле. Но подсознание зловеще шептало на ухо, что отнюдь не безделушка кружится, словно в смертельном танце с Изабель, в мыслительном потоке детектива. Мужчина остановился посреди улицы, оцепенев от вытянутой с болотистого дна сознания утерянной, казалось им, мысли. Он вспомнил, что видел костюм, мелькавший среди зрителей перед сценой с шестом пару дней назад, в последней коллекции Westwood. Он помнил его крой визуально и может поручиться, что, разглядывая силуэты костюмов, попадавших за ночь в клуб, он узнал бы нужный. Он знал одного левшу, способного без промедлений выстрелить даже в любимом костюме, темно-синем, подчеркивающим тело ровно как и темные горящие глаза.
