Больше, чем помощница

— Прекрати нянчиться со мной! — Леви пыхтя встал с кровати и направился к рабочему столу, проходя мимо Микасы. — А ты прекрати орать на меня! — она повернулась к нему, ставя руки на пояс. — Да кто на тебя здесь кричит?! — хромая, мужчина дошёл до стола, падая в кресло. — Ты как работать собрался?! — всё также на повышенных тонах говорила черноволосая. — Как-нибудь! Отстань от меня! — Микаса, постояв немного, быстрым шагом вышла из комнаты, при этом громко хлопнув дверью.       Леви, просидев минуту в тишине, гневно швырнул пустую чашку в стену, из-за чего та с громким звуком разбилась. Выдохнув, он откинулся на спинку кресла, успокаиваясь, прикрыл свои голубые глаза.       С той вылазки прошло уже два месяца. Первый месяц Леви лежал в лазарете под присмотром врачей, а затем его выписали, но приказали воздерживаться физической нагрузки. Правая рука до сих пор была в гипсе, и поэтому мужчина не мог работать с бумагами.       Что первый месяц, что второй Микаса его сильно опекала. Не будем говорить о том, что она его первые дни сама кормила, до жути раздражая этим Аккермана. Она и до беременности была заботливой, но сейчас это уже слишком. Её гиперопека сильно потрепала нервы Леви. Неудивительно, что сегодня он сорвался. — Нужно сделать чай…

***

— Идиот, — девушка миновала коридоры один за другим. Сейчас ей захотелось побыть одной, чтобы остудить свой пыл. — Капитан, куда вы так торопитесь? — она столкнулась в коридоре с Эммой и Дастином, которые направлялись на обед. — Никуда, — дерзко огрызнувшись, Микаса продолжила свой. Солдаты смотрели ей вслед. — Эх, от беременной женщины я другого не ожидала, — неожиданно выпалила Эмма, беря под руку парня.       О беременности своего капитана отряд узнал чуть позже. Узнали они уже тогда, когда живот Микасы был заметен через одежду. Сейчас у них был другой командующий. Первый месяц тренировки у отряда проводила Ханджи Зое, но из-за работы, она попросту не успевала всё, и поэтому ей пришлось скинуть тренировки на другого человека. Но сколько бы у них не было капитанов, отряд больше всех любил именно Микасу. Именно поэтому ребята горевали, когда узнали, что полуазиатка больше не будет проводить у них тренировки.       Выйдя на крышу, она глубоко вдохнула прохладный воздух, а затем прошла к ограждению, наблюдая за тем, как солдаты с полигона шли в штаб на обед. Она не плакала, нет. Злости больше не было, теперь вместо неё была некая обида. Микаса знала, что Леви не любит, когда за ним ухаживают, но по-другому она не могла. Он слишком много для неё сделал. Аккерман всегда был рядом, поддерживал её в трудную минуту, выслушивал и успокаивал. Черноволосой казалось, что она его не заслужила. Она чувствовала перед ним долг, который ей хотелось бы отдать.       От мыслей её отвлек еле ощущаемый толчок в области живота. Она удивлённо посмотрела на живот и положила на него ладонь. Не прошло и тридцати секунд, как малыш снова пнул маму изнутри более ощутимым толчком. Микаса задержала дыхание, она впервые почувствовала своего малыша, ощущая, как он слегка пихнул в другом месте. Через некоторое время ребёнок успокоился и больше не пинался. Микасу озарила тёплая улыбка, она уже и позабыла о ссоре и обиде. Поэтому с лёгкой улыбкой она направилась обратно в здание.

***

— Что-то случилось? — спросила Ханджи, смотря на вошедшую азиатку. — Опять поссорились, — Микаса уселась на диван. — Снова из-за этого? — Да, — Аккерман часто заходила к Ханджи на чай и подолгу с ней болтала. Темы были разные — от вылазок до повседневных дел. — Я его когда-нибудь прибью, — грозно сказала Ханджи, поставив чайник. — Не надо, — Микаса почему-то снова легко улыбнулась. — Можно узнать причину твоей улыбки? — Зое облокотилась о стол и с интересом посмотрела на девушку. — Я сегодня, — Микаса сделала паузу, — впервые почувствовала малыша. — Микаса, это же круто, дай потрогать живот! — Ханджи как ураган подбежала к девушке и положила две ладони на живот поверх длинного платья.       Но ребенок не подавал никаких признаков, женщина уже хотела убрать руки, но она все же почувствовала его пинок, хоть и слабый. С громкими звуками восхищения, Ханджи оторвалась от живота Микасы. — Когда этот малыш родится, я от него не отлипну, — щёки майора покрылись неким румянцем. — Что там с чаем? — Микаса пригладила складки платья на животе и поудобнее уселась. — Ой! Я уже совсем забыла…

***

      Микаса вышла из кабинета Ханджи уже после двенадцати ночи, настроение девушки заметно повысилось и медленными шагами она направилась в кабинет Леви.       В корпусе было тихо, так как комендантский час начался два часа назад. Черноволосая обожала эту тишину, ведь что может быть лучше, чем вдыхать прохладный ночной воздух, слушая пение сверчков. Огонь на факеле дрогнул из-за сквозняка, Микаса замерла и посмотрела в открытое окно, которое, наверное, кто-то забыл закрыть. Немного посмотрев на листья, которые шевелил ночной ветер и послушав их шум, полуазиатка закрыла окно. Зевнув, она продолжила свой путь.       Микаса тихо открыла дверь, в кабинете была темень. Подумав, что мужчина спит, она закрыла дверь кабинета. — Ты где была? — спросил Леви спокойным голосом, слегка прижимая девушку к двери. — Так и родить можно! — поняв, что это Леви, она расслабила мышцы тела и повернулась к мужчине лицом. — Я у Ханджи была, — девушка хотела выскользнуть из его объятий, но Леви не позволил. — Почему так поздно? Я волновался, — всё так же спокойно сказал он. — Ты же сам сказал отстать от тебя, вот я и решила посидеть у неё подольше, дабы не мозолить тебе глаза, — он как-то раздраженно фыркнул, а затем накрыл своими губами её губы.       Она слегка оттолкнула его, но тот, не слушая, снова поцеловал её более углубленным поцелуем. Он слегка придерживал её, дабы она не упала на пол от переизбытка чувств. Умело орудуя языком, мужчина ласкал её нёбо, от чего Микаса невольно простонала в губы. Услышав её стон, он разорвал поцелуй, понимая, что дальше заходить нельзя. — Прости меня, дурака, — он положил свою голову на её, по его мнению, хрупкое плечо, а руки — на округлившийся живот. — Прощаю, — она нежно обняла его за плечи.       Неожиданный толчок малыша, Леви поставил в ступор. Он, замерев, так и держал руки. Потом неожиданно он схватил за руку Микасу и посадил её на диван. — Ты это почувствовала? — он сел перед ней на полу. — Конечно, он же внутри меня, — с лёгким смехом ответила девушка. Ещё больше смешила Микасу его реакция, такого удивленного и одновременно радостного Леви не каждый день увидишь.       Он снова положил свои ладони на живот, пока Микаса аккуратно поправляла его челку. Малыш долго не заставил себя ждать и довольно-таки сильно пнул Микасу изнутри, отчего девушка ахнула. — Больно? — он с волнением посмотрел на неё. — Нет, щекотно немного, — Леви неожиданно прижался щекой к животу девушки и, обняв её за талию, прикрыл свои голубые глаза.       Микаса аккуратно положила свою руку на его макушку, слегка поглаживая мягкие волосы. — Я сейчас усну прямо на полу, пошли в постель, — шёпотом сказал он, также прижимаясь к животу. — Пойдем…