Академия для фей. Магия двойников.

План в действии.

«Свеча ничего не теряет, если от ее пламени зажглась другая свеча».

Пугающий полумрак окутал дворец Южного Королевства. Когда в последний раз Лисса и Кэролайн гостили здесь, жизнь била ключом, не смотря на похороны принцессы Стефани. В настоящее время всё без исключения было иначе: солнце скрылось за хмурыми тучами, трава пожелтела, словно была отравлена, исчез сладковатый аромат с окружающего замок сада, вода не журчала в фонтанах и птицы больше не распевали свои песни. Сопротивленцы, что скрывались в Красном Фонтане, приняли предложение Первой Волшебницы сдаться по собственной воле. Сейчас они по одному входили в тронный зал. На входе стояли две девушки ведьмы и колдовали над каждым вошедшим, меняя расцветки их одежды в ярко–красный окрас. Внутри, на удивление, играла лёгкая музыка, что происходящее можно было принять за бал или церемонию, если не учесть причину, по которой здесь все собрались. Высокий потолок подпирали прочные белые колонны, которые располагались по кругу вдоль стен на точном до миллиметра расстоянии. Между ними, в пяти метрах от пола, зафиксировались балконы с перилами в виде кружевной решётки из тёмного сплава. Высокий куполообразный потолок из прочного стекла украшали витражи. Во время солнечной погоды, здесь было бы невероятно красиво. Саладин и Мавилла, не отлагая, приступили оценивать своё положение в логове врага. К несчастью, как и предполагала директриса Алфеи, балконы были заняты стражей. Минотавры, монстры с телом человека и головой быка, ростом не менее двух метров, занимали стратегически важные посты. Первая Волшебница восседала на троне. Она по прежнему была одета в красный плащ, скрывающий её лицо. Но теперь, благодаря Джунг, сопротивленцы знали о причине данной таинственности. Сама же фея стояла рядом, как верный слуга или же, скорее всего, пленник, после её предательства. Джунг была одета в красный костюм из кожи с бронёй, как и все, кто встал на сторону Первой. Они расположились по обе стороны от трона. Их было наверняка больше сотни. Среди них были ведьмы, феи, маги и даже мисс Гомера, директриса Облачной Башни. Они внимательно рассматривали сопротивленцев, готовые в любой момент защищать свою госпожу. Единственные монстры, которые были в зале, сторожили на балконах. Мавилла тут же оценила каждого из них, предполагая легко ли будет их обезвредить. Вместе с Саладином они вышли вперёд, пока жест колдуньи не остановил их, устанавливая безопасную границу. Мавилла нервно сглотнула. — Вы сделали правильный выбор! — провозгласила Первая Волшебница, продолжая неподвижно сидеть, после чего музыка затихла, пока не пропала и вовсе. — И нам есть, что обсудить. — Определенно! — прозвучал звонкий голос позади директоров. Из толпы храбро вышла мисс Мидия. — Неужели ты та самая Первая Волшебница, которую сотни лет назад выбрал народ своей защитницей и королевой, и победила злой дух принца Брайана? — Вам стоит лучше поучить историю. — со скукой ответила колдунья. — Принц лишь пешка и неотъемлемая часть величайшего плана к победе. Я всегда добиваюсь своего. Лисса услушала их диалог, вспоминая Брайана. Тогда она не поверила ему, что Первая Волшебница зло. Наверное потому, что не хотела быть связанной с тёмной историей. В рассказе мисс Мидии колдунья была героем, и ей нравился этот вариант куда больше. Глупая, наивная девчонка, подумала фея. Вдвоём, в сопровождении Артура, они без труда проникли к балконам, следуя плану. Однако, к огромному огорчению, мисс Мавилла оказалась права — балконы сторожили. Им пришлось выжидать в стороне. Лисса и Артур сидели на полу поблизости, прислушиваясь к голосам, что доносились снизу. — Подозрительно, что вы наконец решили сдаться. Я была уверена, что выбор очевиден. — Первая постучала ногтями о поручень, создавая эхо, будто тикали часы. Это действовало окружающим на нервы. — Поэтому, если ваши намерения чисты, то вы согласитесь на ещё одно маленькое условие ради безопасности, опять же, ваших людей. Вы двое, — она указала пальцем на Саладина и Мавиллу, — приговариваетесь к заключению в артефакт! Лисса широко улыбнулась, предвкушая начало своего выхода. Ей стало гораздо легче, когда она смогла поделиться о своих истинных намерениях Джейсу. Его слова крутились в воспоминаниях ещё свежие и ясные, как день. Помимо бодрого настроя Артур всё же заметил дрожь в её руках. Их глаза встретились на короткий миг, когда он взял её руку в попытке успокоить, и Лисса благодарно кивнула. — Мы должны быть уверены, что никто из них не пострадает. — окинув взглядом каждого ученика, сказал Саладин. — Если не дадут мне повода, их головы останутся на плечах. — твердо ответила Первая Волшебница. Она подозвала Джунг и дала ей свой указ, который слышали лишь они двое. Фея скрылась буквально на минуту, а вернулась с артефактом в хрупких руках. Худенькая девочка дрожала от страха, как осенний лист. Колдунья приняла артефакт, даже не взглянув на фею, встала со своего трона и медленно начала спускаться вниз по ступеням. Пульс и дыхание участились, и Лисса всем телом почувствовала нарастающее до максимума напряжение. У них с Артуром будет фора всего в пару секунд, чтобы обезвредить мутанта и оказаться внизу. Они подобрались прямо к балкону и присели по обе стороны от арки, чтобы увидеть происходящее в зале. Минотавр громко и часто дышал, не замечая за собой слежку. Колдунья спустилась и вытянула вперёд артефакт. — Да будет моё правление вечным! — провозгласила она, активируя своё оружие. Лисса только этого и ждала, чтобы убедиться в подлинности артефакта, и теперь сомнений не оставалось. Дымка закружилась вокруг директоров, когда раздался гул сигнального рога, и с балкона повалился один из мутантов. Толпа увидела Лиссу в трансформации феи, которая уже спешила к своим верным союзникам. — Ты? — выкрикнула Первая Волшебница, ощущая нарастающую панику. — Не может быть! Сейчас, сказала себе Гвендолин, пора! Она подняла руки в направлении артефакта, но как бы она не старалась, ничего не происходило. Мавилла и Саладин просто исчезли у неё на глазах, и тут фея почувствовала теплую руку на своём плече, это была Николь. Она стояла рядом и просила не останавливаться, пробовать ещё и ещё раз. Трансформация в фею в разы увеличила бы её силы, однако этого она и боялась. Но другого выхода просто не существовало, и Гвен это хорошо понимала. Она осмотрелась вокруг: Джейс и Николь, Кэролайн, Чарли и Ракель, все они верили в неё. Многие из них и правда стали для неё дорогими людьми за это короткое время. Ни в коем случае нельзя было их подводить. — Гвендолин – фея гравитации! Красный наряд сменился на боевой, а за спиной запархали хрупкие крылья. Теперь сила была готова вырваться наружу, подобно вулкану. Она вновь взмахнула руками, и артефакт вырвался из рук Первой Волшебницы. Колдунья, словно этого и ждала, быстро среагировала, пуская в ход свою магию. Артефакт остановился между ними, будто размышляя в чью сторону податься. Неужели сил было слишком мало, чтобы противостоять Первой. Откуда не возьмись появилась Валери. Она присоединилась к Гвендолин, и фея почувствовала, как силы стали расти. Но вдруг Джунг толкнула ту, кому приходилось служить. Этого оказалось достаточно, чтобы колдунья отвлеклась и Гвен смогла притянуть артефакт к себе. Лисса тут же оказалась рядом и получила артефакт, как и планировала. Но в ту же секунду раздался жалобный крик, и не нужно было гадать кому он принадлежал. Волшебница схватила Джунг и прижала спиной к себе. Лицо девушки утопало в слезах. В стенах отворились потайные двери, откуда выходили опасные монстры из армии Первой Волшебницы. Она была заранее готова к подобному и сейчас могла напасть в любой момент. Глупо было полагать в обратное. — Артефакт или она умрёт, двойник! — кричала колдунья. Толпа расступилась, чтобы они могли видеть друг друга. — Моё имя Лисса ДиМарко. И никому его не отнять! — Как много самоуверенности. — язвила Волшебница. — Готова ли ты пролить очередную кровь? — Она сильнее сжала девушку за шею. Лисса взглянула на друзей в поисках ответа, но они молчали. Решение оставалось только за ней, ведь артефакт находился в её руках. Как и судьба Джунг. Ещё вчера они вместе приняли решение, что она не станет выбирать между кем-то из них и общим благом, ибо спасение одной жизни не спасёт остальных. Было невыносимо смотреть на Джунг, как резко дёргаются её плечи, как она сжимает в руках ткань своего костюма, отчаянно пытаясь совладать с собой. Лисса чувствовала жалость и несправедливость. Яркая вспышка ослепила её на мгновение. Кто-то попытался спасти фею росы. Силуэты замешкались, стали ясными, и Лисса увидела лежащую бледную девушку на полу. Джунг больше не плакала. Фея с большим трудом перевела взгляд на Первую Волшебницу и ужаснулась. Капюшон больше не скрывал её лицо. На месте глаз две чёрные лунки, вместо носа симметричные узкие щели, и лишь части рта оставались человекоподобными. — Мерзко? — спросила она. — Лишь твоя жизнь разделяет меня от красоты! Послышались крики, звон металла, вспышки. Начиналась бойня. Тогда Лисса крепче вцепилась в артефакт и раскрыла его пустые страницы. — От имени Первой Волшебницы повелеваю тебе: прими меня на страницы своей темницы! Туман закружился вокруг девушки, пока тьма не поглотила её полностью. Кто-то крепко обнял её со спины и она почувствовала знакомый запах. Не успела она обернуться, как вместе они растворились в воздухе. Падающий артефакт подхватила Валери и передала его Гвендолин. Они быстро вылетели из помещения, защищая его от рук Первой Волшебницы. *** Чарли схватилась за больной бок, прислоняясь к стене. Она сидела на полу и часто дышала, пытаясь перебороть боль как можно скорее. Минуту назад кто-то сильно ударил её со спины, и сейчас фея карала себя за невнимательность. Однако на самом деле был виноват туман, который густел с каждой минутой. Начинала кружиться голова, и это напоминало ей чары своих недавних врагов. Ракель, заметив Чарли из гущи битвы, поспешила к ней на помощь. Она быстро преодолела расстояние, благодаря своим крыльям, и присела напротив раненой подруги. — Болит? Что случилось? — спросила фея насекомых. Ответ не заставил её ждать, тогда фея освободила от ткани больное место и приложила к нему свои ладони. Сперва Чарли почувствовала тепло, исходящее от рук Ракель, а затем началось неприятное покалывание и похолодание. Она молчала, полностью ей доверившись. Вскоре боль утихла. — Когда ты этому научилась? Спасибо тебе. — благодарно кивнула Чарли. — На факультете Палладиума. — ответила Ракель, гордо улыбаясь. — Часть насекомых способы вырабатывать нейротоксин. В небольших дозировках он не опасен, поэтому я использовала его для эффекта онемения. Чарли потрогала место удара, убедившись, что правда ничего не чувствует. — Давно не виделись, феи. — раздался знакомый голос за спиной Ракель. Она была готова поклясться, что знает его обладателя. В красном костюме стояла девушка с пепельными волосами, как дым. Глаза полные ярости не сводили с них взгляда. Это была одна из сестёр близнецов, которых Лисса заключила в артефакт, после чего Магсуд перевёл их в тюремные камеры. Стало быть их освободила Первая Волшебница. — Не может быть. Тарани? — прошептала Чарли. — Во плоти! — гордо ответила она. Из стен вырвались щупальца и схватили Чарли за руки. Ракель повезло куда меньше, они обвились вокруг её талии и подняли вверх. Голова закружилась, а к горлу подступила тошнота. *** Гвендолин крепко прижимала артефакт к груди, что костяшки её пальцев побелели. Кэролайн и Артур нашли ей укрытие в комнате принца. Как можно быстрее он ввёл защитный код на панели, чтобы попасть в секретную секцию, которую разработали специально для таких случаев. Скрытая дверь раскрылась перед ними, пропуская внутрь. — Лишь однажды приходилось здесь побывать. — задумчиво произнёс Артур. — Когда погибли родители Рафаэля? — осторожно спросила Кэролайн. — Многих тогда не стало. Нам со Стефани было всего пять, а Рафу семь лет. — Так жаль. — ответила принцесса, как вдруг пронзительно закричала, хватаясь за своё правое плечо. Она не успела прийти в себя, как зажгло и левое плечо. Руки обессилели, а адская боль продолжала нарастать. Две острейшие стрелы вонзились ей прямо под ключицы, и белое платье феи покрылось каплями алой крови. Артур увидел ту, по чьей вине погибла его сестра. Ярость захватила его. Киара ухмылялась, словно победа была уже в её рукаве, стоя в другом конце комнаты. Он вынул рукоять меча, и тут же появился клинок сияющий голубым светом. — Забирайте Кэрол и закрывайтесь внутри! — приказал он Гвендолин и Валери, и вышел вперёд к ведьме. — Живо! Гвендолин осмотрела принцессу, из её ран продолжалось кровотечение. Кэролайн сидела на коленях и не могла поднять свои руки. Она сдерживала боль и слезы, хотя глаза уже начали краснеть и набухать. — Гвен, иди! Мы справимся. — прошептала Валери, а Кэролайн молча кивнула в знак согласия. — Ты даже пошевелиться не можешь! — с ужасом воскликнула Гвен, обращаясь к принцессе. — Артефакт важнее. Защити его. — ответила Кэролайн и зашипела от боли. Говорить было тяжело. Артур ринулся в бой, замахивая меч над собой. Волна накрыла Киару, и она ударилась о стену. Будто наслаждаясь моментом, ведьма засмеялась. Артур был быстрым, и она подпустила его слишком близко. На руке остался алый след от клинка. На второй удар ведьма отреагировала шустрее, отразила его магией и швырнула меч в сторону. — И кто ты без своей игрушки? — ядовито спросила ведьма, проводя рукой по своим чёрным, как уголь, волосам. Артур перешёл в рукопашный бой, умело уворачиваясь от магии Киары. Ей понадобилось немало времени, чтобы она смогла взять под контроль его дыхание, и тогда появился приступ одышки. Он посмотрел на свой меч, лежащий на полу, но тот был слишком далеко. Тут вмешалась Валери, выпуская с рук горящие угли. Киаре пришлось отбиваться, теряя контроль над принцем. — Было весело. — продолжила Киара и сжала кулак сильнее. — Оно только начинается! — прохрипел Артур. Вынув бумеранг из куртки, он метко бросил его в сторону ведьмы. Она успела увернуться, но получила серьёзную рану на шее. Принц почувствовал облегчение, когда магия начала отпускать его. Киара взревела, отталкивая Артура и Валери силой крика. Он ударился головой и в глазах потемнело на какое-то время. Когда он снова мог видеть, то сильно занервничал. Гвендолин нигде не было, должно быть она скрылась в убежище, а вот Кэролайн оставалась здесь, беззащитная и слабая. Валери неподвижно лежала рядом. — Как же долго я ждала встречи с вашей шайкой! — обратилась Киара к фее. — Нет ничего лучше, чем видеть, как умирают твои враги. Но сперва, ты увидишь как он умрёт на твоих глазах! Она повернулась к Артуру и вновь сжала кулак. — Зачем он тебе, Киара? Ты пришла за мной, верно? — попыталась её остановить Кэролайн. Лицо принца посинело от нехватки кислорода. Их взгляды с Кэролайн встретились, и она прочитала по его губам то, что знала и чувствовала сама. Я тоже тебя люблю, прошептала фея. Кэролайн схватила левой рукой стрелу и резко вынула её из плоти, закричав от сильной боли, а затем приступила ко второй. Боль вернулась с новой силой, но сейчас принцесса не могла позволить себе сдаться. Только не сейчас, когда на кону стояла жизнь самого дорогого и любимого человека. — У тебя был шанс на существование, проклятая ты ведьма, но я не дам тебе эту возможность впредь! — сказала Кэролайн и взмахнула руками. В комнате стало чрезвычайно холодно, а тело Киары покрылось тонкой коркой льда. С каждой секундой его толщина росла, пока ведьма не превратилась в ледяную статую. Кэролайн уверенно ударила в ладони, после чего фигура рассыпалась на тысячи льдинок. Киары больше не существовало в этом мире. Теперь ей не откуда было вернуться. Принцесса бросилась к любимому. Артур лежал на боку, холодный, бледный, с синими губами. В ужасе она приложила палец к сонной артерии на шее, нащупывая пульс. Но его сердце больше не билось. Принц был уже мёртв. *** Хватка ослабла почти сразу, и Чарли, не теряя времени, быстро освободилась. Вовремя оказавшийся рядом Джейс, помог Ракель. Они взглянули на Тарани, но та лежала уже по полу полностью обездвиженная и без сознания. Рядом стоял кучерявый блондин в броне, держа в руках оружие, которое без сомнений остановило ведьму. — Сэм! Что ты здесь делаешь? — удивилась Чарли. Она обеспокоенно осмотрела его сверху вниз, в поисках возможных травм. — Ты же ещё не оправился! Она бросилась ему навстречу и крепко обняла. — Не могли же мы оставить тебя здесь. — Мы? Только сейчас она заметила своего отца, который стоял позади Сэма. — А ты? Не нужно мне ничего доказывать таким образом. Тут опасно! — Поэтому мы здесь, Чарли. И привели подмогу. Никогда не думал, что буду бороться бок-о-бок со своей дочерью. Окажешь мне эту честь? Чарли кивнула, тепло улыбаясь. При такой поддержке она была уже готова совершать подвиги. — Когда Чарли рассказывала о своём отце, я представляла его совсем иначе. Думаю, он благородный человек. Ей повезло иметь такую семью. — прошептала Ракель своему брату. — Алкоголь меняет людей. — грубо ответил он. — Они сами выбрали этот путь. Поблизости зарычал монстр и набросился на ребят. Ракель тут же наколдовала небольшой щит и приняла удар на себя. Джейс в ту же секунду пригнулся и атаковал противника снизу мерцающим мечом. Запахло желчью и кровью, и монстр, рыча и хватаюсь за рану лапами, упал на спину. — Ты не видел их после развода. Мама справится, я верю в это. — ответила Ракель, смотря на брата сверху вниз. — Пойду поищу Николь. Будь осторожна! — ответил он и исчез в толпе. *** Николь пыталась отыскать хоть кого-то знакомого в этом хаосе. Её окружали десятки лиц, которые могли быть как друзьями, так и врагами. Поэтому фея лишь оборонялась, не вступая в атаку. Хотя это была не единственная причина. Николь не могла даже допустить мысли, что способна на убийство. Она старалась отойти как можно ближе к выходу, не привлекая лишнее внимание. Начал сгущаться туман, что вконец дезориентировало Николь. Она потеряла свою последнюю возможность выбраться отсюда. Фея подалась прямо, не зная, что ждёт её впереди, как вдруг увидела над собой пролетающую Теодору. Она окликнула девушку, но из-за звона металла, ударов щитов, криков и стонов фея её не услышала. Николь могла поддержать в любой ситуации, вдохновить, но когда дело касалось её самой, она оказывалась бессильной. Ей не хватало своего отца, который непременно бы стал тем, кем она была для других. Девушка заметила Джейса, который спешил ей навстречу. Она очень обрадовалась, что это был именно он, но совсем не слышала его голос. Что-то заставило её обернуться, что-то предупреждало об опасности. Когда Николь это сделала, перед ней стояла сама Первая Волшебница. — Кажется, мы не договорили в прошлый раз, блондиночка. — произнесла колдунья. Перед глазами у Николь пролетел ужасающий вечер, когда она потеряла своего друга. Его убийца стояла в паре метров от неё. Ярость заглушила страх. Да как она смеет вести себя так, словно её руки не были в крови. Как может смотреть ей в глаза. Саймон был самым светлым и добродушным человеком, которого она знала, и не заслуживал преждевременно покинуть этот мир. Фея взлетела над битвой. Колдунье не нужны были крылья, чтобы летать, и она, не спеша, поравнялась с Николь. Они парили по кругу, поднимаясь всё выше и выше, выдерживая безопасное расстояние друг от друга. Сражение осталось где-то внизу, поглощенное туманом, оставляя их наедине. — Бросаешь мне вызов? — рассмеялась Первая Волшебница. — Где же была твоя смелось, когда он умирал? — Ни слова больше о Саймоне! — вырвалось с криком у Николь. Для предосторожности она создала вокруг себя мерцающий купол. Как раз вовремя. Колдунья начала жестикулировать руками, призывая свою магию. Сперва защита Николь сработала, но следующий удар откинул её к стене. Купол оставил в ней пару трещин. — Я позволю тебе жить, если скажешь, где артефакт. — предложила Первая Волшебница. — Я надеюсь, моему двойнику хватит ума, не уничтожать его. Ведь ей обратной дороги не будет. — Лисса знает, что делает. А ты уже проиграла! — громко ответила фея, вытягивая руки вперёд. — Песчаная буря! Песок закружился вокруг колдуньи, но та, без особого труда, смогла подавить магию феи. — Ты думаешь, победишь меня в одиночку? — зарычала Первая Волшебница, готовая вновь нанести удар. — Ты думаешь, я одна? Николь заняла один из балконов, на которых ранее сторожили минотавры. Из тени вышли и другие феи, вместе с Палладиумом, захватив каждый балкон. — Конвергенция! Они мгновенно атаковали, и вокруг колдуньи образовалась волшебная сеть. Первая Волшебница оказалась запертой в надёжной клетке. *** Накануне в академии Красный Фонтан. — Просто невероятно. — произнес директор Саладин. — И каков план? — Мы уже знаем, что артефакт является источником не только магии, но и жизненных сил для Первой Волшебницы. Я попаду внутрь и разрушу его. — уверенно ответила Лисса. — Напомни мне, почему я скрыла тебя на Земле? — забеспокоилась Мавилла. — В Гвендолин сохранилась лишь малая часть её магии, а это значит я была ей нужна не для этого. Смею предположить, что дело во внешности. Она наверняка желает вернуть своё лицо. — А что потом? Как ты вернёшься обратно? — спросила Гвендолин. — Тем же путем. — уверенно солгала девушка. — После того, как смогу запустить его саморазрушение. — Ваши жизни связаны. Уничтожив артефакт, ты подписываешь себе приговор! Твоя сестра ведь этого не знает, верно? — Лисса услышала тревожный голос директрисы у себя в голове. В ответ фея лишь кивнула. — А что делать мне? — спросила Гвендолин у сестры. — Для начала необходимо дождаться, когда Первая Волшебница использует артефакт. Придётся рисковать, дабы убедиться в его подлинности. И вот тут будешь нужна ты, Гвен. Твоих сил гравитации должно быть достаточно для того, чтобы выхватить его и передать мне. Лисса старалась учесть каждую мелкую деталь своего плана. Саладин и Мавилла помогали его корректировать, однако не были в нём уверены до конца. Слишком много если он нёс в себе, но другого плана просто напросто не нашлось. — Как долго нам её удерживать? Силы фей не безграничны. — спросила мисс Мавилла. — Я не знаю. — честно призналась Лисса. — Сперва нужно освободить всех заключённых, а на это потребуется некоторое время. — Внутри будет Хамфри. — произнесла мисс Мавилла, прикусывая губу. — Профессор Хамфри. Он поможет тебе, дорогая. О том, на что Лисса шла ради всеобщего блага, знали лишь Мавилла и с недавнего времени Джейс. Ей стало больно от того, что не было возможности с каждым по достоинству попрощаться. Но это был её собственный выбор, который дался ей нелегко. Оставалось только надеяться, что друзья поймут и искренне примут этот поступок за данность. «Я была рождена для этого. И смерть мамы и Саймона не будет напрасна. Обещаю, от Первой Волшебницы останется лишь горстка пыли!»