The Only Flaw — You Are Flawless

Кровать была на удивление жесткой и неудобной. Спать на ней было настоящей пыткой. Гарри никогда раньше не замечал, чтобы его спальное место было настолько отвратительным. Он недовольно открыл глаза, потянулся, стараясь не обращать внимания на хруст, прокатившийся по спине, и вдруг замер, так и не доделав начатое до конца. То, что его окружало, не было хаффлпаффской спальней. Воспоминания бросились в лицо Гарри, и он на мгновение перестал дышать. Они устроили настоящую дуэль с Томлинсоном. И он, Гарри, проиграл. Опозорился на весь Слизерин. Да что там на Слизерин — вообще на всю параллель! А тут оказывается, что он еще и в медпункт попал, проторчал здесь целую ночь, если не больше! Слизеринский стол точно взорвется от смеха, а уж Луи в первую очередь. Будет сидеть во главе их змеиного стола и хохотать громче всех... Гарри в отчаянии повернул голову набок, чувствуя себя самым несчастным волшебником из всех ныне живущих, и так и замер с широко распахнутыми глазами. Потому что увидел то, что выбило воздух из его легких второй раз за пару минут. Он был здесь. Еще более помятый, чем во время дуэли, облаченный в застегнутую не на те пуговицы рубашку, в покосившуюся на одно плечо мантию. Луи Томлинсон, который никогда раньше не допускал, чтобы его видели в настолько неухоженном виде. Да он никогда и не выглядел неухоженным до этого момента. Луи Томлинсон, которого в медпункт не затащить даже под страхом долгой и мучительной смерти. Его голова покоилась на собственной груди, волосы были растрепаны явно не единожды запущенными в них пальцами, лицо выглядело уставшим и напряженным даже во сне. Ах да, еще он спал. Однако Гарри находился в таком шоковом состоянии, что просто не мог позволить ему продолжить спать больше ни секунды. Не отрывая неморгающего обезумевшего взгляда от сгорбленной на стуле для посетителей фигуры, Стайлс резко сел на кровати и завопил: - Ты что здесь дела-а-а-о-ох... - крик слишком быстро превратился в болезненный стон. Голова взорвалась от мигрени, затылок обожгло словно огнем. Парень едва снова не потерял сознание. Луи встрепенулся от возгласа и, едва успел отыскать не до конца проснувшимся, затуманенным взглядом Стайлса, как тут же бросился к нему: - Ты куда полез, придурок? Лежи давай, или хочешь, чтобы швы разошлись? - Какие нахрен швы? - от того, что Луи закричал на него, да еще и схватил за плечи, укладывая в кровать, Гарри еще сильнее ополоумел. Глядя на Томлинсона абсолютно диким взглядом, словно он увидел перед собой не слизеринца, а призрака Почти Безголового Ника в свой первый день в Хогвартсе шесть лет назад, он начал отбиваться от него всеми конечностями. - На твою тупую голову! Да успокойся ты! - Луи схватил бьющегося, словно пойманная в сети рыба, парня за запястья и прижал к постели. Гарри тут же замер. Пружины жалостливо заскрипели под их весом, в спину вонзилось что-то жесткое и колючее. Сердце заколотилось где-то в горле, заставляя Гарри громко сглотнуть, когда прямо перед ним возникли эти устрашающие, зачаровывающие своей глубиной, способные потопить в одной своей радужке всех, кто заглянет в них, голубые глаза. Секунда, и в них вновь проскользнула эта неправильная эмоция. Несвойственная Луи Томлинсону. Неотполированная, не очищенная до блеска, не тщательно выверенная. Настоящая. Секунда, и Луи медленно отпустил запястья Стайлса. Так и оставшийся лежать, вжатый в жесткие пружины койки мальчик испуганно наблюдал за слизеринцем, отвернувшимся от постели и раздраженно сомкнувшим пальцы на переносице. На запястьях точно останутся синяки. - Так что... что ты здесь делаешь? - неуверенно переспросил Гарри, приподнимаясь на локтях и глядя в спину Томлинсона совершенно ничего не понимающим взглядом. - Я просто... "Хотел убедиться, что ты жив. Мне жаль, что все так случилось. Я не хотел тебя покалечить. Вообще ты сам придурок, ведь это твое же заклинание тебя чуть не убило!.. Нет, нет, не то. Это из-за меня оно попало в тебя. Ты ведь чуть себе мозги не вышиб, идиот недоделанный! Я испугался... Честно, подумал, что ты прямо там коньки отбросишь. Я не хотел навредить. Вся эта идея с дуэлью дурацкая. Мне стоило посмеяться, или окунуть тебя лицом в салат, или воспринять это как шутку. Я мог бы и дальше издеваться над тобой, повесить клеймо труса или сумасшедшего. Только не соглашаться на эту чертову дуэль. Мне потребовалось выпить полбутылки этого отвратительного пойла и трахнуть Колдер, чтобы не струсить в последний момент... Вообще чего это я оправдываюсь?! Это ты во всем виноват, да пошел ты!" -...хотел убедиться, что ты не скажешь о дуэли преподавателям. Губы обоих парней сжались в тонкую полоску. Вспомнилась прежняя непримиримость и упрямство, заставляющее не переносить друг друга на дух. - Я ничего не скажу. - тон голоса Гарри был таким ледяным, что Луи обжегся. - Лучше смотри за тем, чтобы среди твоих святых последователей не затесался Иуда. - Что за херню ты несешь вообще? Удар по голове был слишком сильным? - с губ сорвался нервный смешок, пойманный и прибитый к стенке острым взглядом глаз цвета крыжовника, словно точно попавшим прямо по цели дротиком. - Это все, что ты хотел спросить? - каждое слово ударяло Луи по лицу, заставляя парня хотеть раздраженно отвернуться, лишь бы этот чертов град из звуков не мозолил глаза. - Тогда уходи. У меня от одного твоего вида начинается жуткая мигрень. Луи покинул медпункт меньше, чем через минуту. Он не мог больше оставаться наедине с этим осуждением, почти детской обидой в глубине зеленых глаз, словно победа в дуэли была самой сладкой конфетой, которую Луи так безжалостно вырвал из его рук. И как ни странно, он чувствовал свою вину. Луи Томлинсон, который по определению не может быть виноватым ни в чем. Когда он вышел в общий коридор, его слегка потрясывало. Надоедливый червячок вины ощутимо грыз мозг парня, заставляя усомниться в собственной адекватности. Луи мысленно разрубил червя на мелкие части, насильно убедив себя в том, что все сомнения окончательно и бесповоротно искоренены. Черт возьми, от этого безмозглого хаффлпаффца одни проблемы!

* * *

- Томмо, пойдешь с нами в "Три метлы"? Расслабимся вместе, отвлечемся. Как давно мы этого не делали? - Лиам плюхнулся на диван рядом с потерявшимся где-то в лабиринтах собственных мыслей Луи. От неожиданности тот подпрыгнул и недоуменно поглядел на друга. Лиам примирительно поднял руки, показывая этим, что последнее, чего он хотел — это навредить. - Воу, ты чего такой дерганный? - Все в порядке. - Луи провел рукой по волосам, едва сдерживая усталый вздох и прикрывая на мгновение глаза. - Идите без меня. Когда парень снова их открыл, то тут же натолкнулся на темные глаза Зейна, заитересованно наблюдающего за ним снизу вверх. Иногда Зейн правда пугал. Смотрел вот так, будто знал все и обо всех, был на шаг впереди, заглядывал в самую душу. Казалось, от него невозможно было скрыть никакие тайны. - Зейни, если ты практикуешься в умении прожигать дырки вглядом, то я не лучший объект для этого, - пожалуйста, пусть они поверят в эту легкомысленную усмешку, пусть отстанут со своими расспросами. - Это из-за Стайлса, верно? - прошелестел Зейн. Голос у него был похож на шорох сухой листвы. Ему хотелось открыться. С ним хотелось поговорить по душам, искренне. С ним хотелось быть настоящим. Луи только с Зейном мог говорить начистоту. Лиам тоже был замечательным другом, Луи никогда их даже не сравнивал. Они были слишком разными, и эта непохожесть особенно раскрывалась в те моменты, когда Луи больше всего нужна была поддержка. Лиам всегда покупал кучу чипсов и садился с Луи смотреть очередной матч по квиддичу. Квиддич нравился им всем, однако Луи, пусть и играл в него, никогда не был настоящим фанатом этой игры. Для Лиама же это было единственной отдушиной. И Луи, и Зейн смотрели все матчи вместе с ним из одного только уважения к интересам друга. Конечно же, только первые десять минут. Позже уже все они начинали получать от просмотра истинное удовольствие, делая между собой ставки на лишнюю пинту пива или горсть чипсов. Лиам был другом, который был способен отвлечь от любой случившейся в жизни неприятности; другом, разделяющим любимые интересы товарищей; другом, способным дать уверенность в себе, подбодрить, выслушать при необходимости. Зейну не нужно было слушать, чтобы знать. Со всей проницательностью, на которую человек может быть способен, он смотрел прямо в глаза и уже знал, что волнует любого человека в Хогвартсе. Луи мог бы поклясться в том, что, если бы Зейн ходил на курсы прорицания, то был бы там лучшим учеником. Он был другом, который разделит последнюю сигарету и поговорит по душам, сидя на свежем воздухе одной из открытых башен замка. Он знал нужные слова в любой ситуации, какой бы тяжелой она ни казалась поначалу. Он всегда мог дать действенный совет, который не раз спасал Луи жизнь. И вот сейчас они вновь были рядом, чтобы помочь Луи. Если бы он только мог выложить им все, что творится у него на сердце... Но Луи лишь помотал головой. - Не-ет, - протянул он, сдавленно хихикнув и вдруг осознав, что вот теперь он точно прокололся. Зарылся лицом в ладони. - Луи. - черт, заткните кто-нибудь Зейна, а то Томлинсон сейчас на полном серьезе выложит все, что он так долго хранил в самых потайных чертогах собственного разума. - Мы все здесь волнуемся, что этот придурок выложит учителям правду о произошедшем. Но он ведь тоже замешан. И его друзья. Он не станет говорить, чтобы не подставить их. Луи поднял голову и встретился взглядом с Зейном. Это не то, что он ожидал услышать, но все же неясное чувство благодарности к другу согрело его сердце. - Ладно, парни, так и быть, выпьем по пинте сливочного пива, как в старые добрые, - он поднялся на ноги, хлопнув себя по коленям и довольно подмечая то, как мигом развеселились Лиам и Зейн. - Только чур без девчонок. Знали бы вы, как я устал... - Ну конечно, постоянно целоваться, обниматься и ебаться с самой шикарной девушкой во всем Хогвартсе, наверное, очень утомительно. - притворно застонал Лиам, за что тут же получил от друга локтем в бок. - Смотри, чтобы Даниэль не услышала о "самой шикарной девушке во всем Хогвартсе". - смеясь, передразнил его Зейн, и вся их компания дружно двинулась по направлению к Хогсмиду. Но не успели они пройти и пару пролетов, как в Луи врезался страшный ураган по имени Найл Хоран. - Ты! - светловолосый парень с размаху впечатал Томлинсона в стену, и тот сморщился от боли, коснувшейся его затылка. - Какого черта это было?! Лиам и Зейн попытались оттащить обезумевшего Найла от Луи. Но тот лишь сильнее сжал лацканы мантии последнего. - Эта дуэль... Господи, ты настоящий говнюк, Томлинсон! - удар об стену. - Ты хоть понимаешь, что Гарри мог серьезно пострадать? Ты ему голову разбил, молись, чтобы это было просто сотрясение! - удар об стену. - И ты еще смеешь трогать его?! - удар об стену. - Да успокойся ты, долбанутый! - чаша терпения переполнилась, и Луи оттолкнул Найла в руки Лиама и Зейна, которые тут же скрутили его. - Если бы я не "притронулся к нему", - попытка передразнить отдалась на языке шатена горечью, что парень раздраженно поморщился, - вам на самом деле пришлось бы вытаскивать его ногами вперед. Я не виноват, что он так херово обращается со своей палочкой и не думает о последствиях своих заклинаний! Катись отсюда к чертовой матери, и Стайлса с собой прихвати! Лиам и Зейн как по команде отпустили вырывающегося Хорана, и тот по инерции пролетел несколько шагов вперед по коридору. - Это ты прекрати ходить к нему в палату! - голос блондина сорвался на хрипящий крик, когда он рывком обернулся, но возвращаться обратно к слизеринцам не стал. - Если я только узнаю, что ты сделал ему что-то, я тебя живьем закопаю, ты меня понял, Томлинсон? Оставь его в покое! - Найл наконец-то похромал прочь, продолжая неразборчиво ругаться себе под нос. - Уже оставил, - едва слышно пробормотал Луи. То, что он ходил к Стайлсу, не касается гриффиндорца. Это не его чертово дело! - Луи, - голос Лиама из-за спины звучал настороженно и как никогда неуверенно. - Потрудись объяснить, что ты делал у Стайлса в медпункте? Мысленно выругавшись, Луи медленно развернулся к друзьям, скрестившим руки на груди и выглядящим до жути растерянными. Их явно ждет долгий и далеко не приятный разговор в "Трех метлах". Томлинсону оставалось только надеяться на то, что извечное ясновидение подведет Зейна на этот раз и друзья поверят в легенду о том, что Луи всего лишь хотел убедиться в том, что придурок-Стайлс не разболтает учителям о подробностях дуэли.

* * *

Гарри отпустили из медпункта только через сутки, хотя сразу после неожиданного посетителя в лице Луи Томлинсона ему стало куда лучше. Безумно захотелось вылезти из больничной койки, догнать и ударить прямо в его самодовольное лицо. Аж руки чесались. Только голова разрывалась так, словно внутри черепа Гарри кто-то взорвал бомбу. Возможно, атомную. Иначе как еще объяснить то, что парень все это время не переставал думать о Томлинсоне и причине его визита. Ну не мог ведь мистер Идеальность провести в медпункте несколько часов, только чтобы убедиться в том, что Гарри не проговорится о дуэли. Разбудить его фейерверком или вломиться в палату с кучей своих слизеринских подпевал, чтобы в очередной раз посмеяться над провалом Стайлса — вот это было в его стиле. Конечно, Гарри думал не только о Луи. Иногда мысли о нем перебивались совсем другими. Например, почему никто из близких друзей так и не навестил его за все это время? Не они ли так сильно пеклись о его здоровье? Почему даже гребанный Томлинсон, который не замечает никого, кроме самого́ себя, пришел к Гарри, а вот Найл, Тейлор, Джош... Нет, хватит мучить себя этими размышлениями. Его уже почти выписали, а значит, он сам придет и выскажет им все в лицо. - Если голова будет беспокоить, обязательно иди ко мне, - грозно предупредила мадам Помфри. - А вообще, ты настоящий счастливчик!Такие раны обычно смертельны. Кто-то очень талантливый потратил много сил, чтобы залечить тебе их. Пожилая женщина подмигнула Гарри, но у самого́ парня настроение было отнюдь не радостным. Да, его наконец-то выписали, это не могло не радовать. Но вот ее последние слова... Кто-то залечил ему раны? Он не помнил, чтобы хоть кто-то из его друзей увлекался медициной. Тейлор отлично разбиралась в магии растений и зельеварении, а Найл и Джош больше специализировались в изучении магических существ, квиддиче и устраивании беспорядков во время уроков. Никто из них определенно не мог знать ничего о заживляющих глубокие раны заклинаниях. Даже сам Гарри их не помнил. Кто же этот добродетель, который спас его от верной смерти? Гарри и не заметил, как в задумчивости дошел до столовой. Судя по времени, сейчас как раз заканчивался обед. Большинство учеников уже высыпали в коридор, однако непривычная оглушающая тишина окружала их толпы плотным неосязаемым пузырем. Гарри так надеялся услышать что-то вроде: "Ох, Гарри, слышала о твоей дуэли, рада видеть тебя живым" или "Стайлс, ты настоящий псих, раз решил дать отпор самому Томлинсону, я восхищаюсь твоей смелостью!" Но нет, никто, кажется, и вовсе не замечал пропавшего после дуэли на целые сутки парня. Гарри прошмыгнул в столовую и тут же увидел за столом Хаффлпаффа сидящих плечом к плечу Найла, Тей и Джоша. Обычно все они восседали за столами своих факультетов. Видеть их за одним столом — верный признак того, что произошло нечто, нуждающееся в срочном обсуждении. Гарри подкрался к ним со спины и красноречиво откашлялся: - Привет, я Гарри. Гарри Стайлс. Тот самый, который пострадал от дуэли с Томлинсоном-гребаной-машиной-для-убийств, помните? Вероятно нет, потому что никто из вас так и не удосужился проведать меня ни разу за все это время! - Гарри! - Тейлор резво выбралась из-за стола и набросилась парню на шею. Однако в ее действиях не чувствовалось радости от долгожданного возвращения пострадавшего друга. В каждом ее жесте было что-то неправильное, нервное, беспокойное. Это "что-то" ощущалось повсюду: в коридорах, столовой, в выражениях лиц Найла и Джоша. "Что-то" было не так. - Мы хотели тебя навестить. Но в Хогвартсе ввели обязательный режим, не допускающий даже на шаг отходить от глав факультета... - Режим? - Гарри обвел лица друзей, отмечая про себя то, как быстро Джош отвел взгляд, как на Найла стало жалко смотреть, как глаза Тейлор наполнились слезами. - Что-то произошло, пока меня не было? - Произошло. - Найл сжал челюсти, явно сам изо всех сил сдерживаясь, чтобы не поддаться расстройству или панике. - На Оливию наложили неизвестное заклинание. Она словно спит, только, кажется, не проснется никогда. Никто не понимает, что это за заклинание и как его снять. Даже Дамблдор... Гарри с холодеющим сердцем окинул взглядом стол Хаффлпаффа. Оливия подавала большие надежды в изучении заклинаний по Защите от злых чар, многие учителя называли ее золотой ученицей. А еще она была общительной, начитанной и всегда готовой прийти на помощь. Гарри знал обо всем этом, потому что и сам некогда тесно общался с Оливией. Известие о том, что с ней произошло, поразило его в самое сердце. Она была одной из немногих на их курсе в Хаффлпаффе, включая самого́ Гарри, родившихся и выросших в семье магглов.