Under the mask

— А ты хороша во владении мечом, — хвалит ее король, расхаживая туда сюда и разглядывая оружие, с помощью которого парень смог добраться до Его Величества. — Кто тебя обучил? — Матушка обучала меня, господин, — парень сидел на коленях перед кроватью короля Чона. — Насколько мне известно, она кисэн. Как обычная кисэн может уметь управляться с мечом, да и еще обучить этому неразумного ребенка? — он говорил с насмешкой, пытаясь унизить собеседника, и ни разу не глянул в сторону Пака. — Моя матушка была необычной женщиной. Она пережила много нападений и покушений. Как никак, она была лучшей в стране… — с некой гордостью заявляет парень. — Лучшей?! — король бросил резкий взгляд на кисэн. — Не может быть! Я бы сразу же узнал об этом… — с разочарованием в голосе сообщает Чон и садится на кровать. — Как скажете, господин.  Раны на лице ужасно щипали от мази, которую предоставил король, и парень немного беспокоился, не останется ли у него уродливых шрамов на чистой коже. Маска осталась в комнате в доме наложниц. — Покажи лицо, — король наклоняется к парню и касается его подбородка, задирая лицо вверх. Он держит его голову в сильных и крупных руках и вертит им, как хочет. — Красавица… — Чон проводит большим пальцем по губам, но Пак вырывается и начинает шипеть. — Так зачем Вы позвали меня? Не проще ли казнить? — Как ты уже говорила, ты не виновата, — король оставляет меч лежать на кровати, а сам уходит за спину кисэн.  — С чего Вы взяли. Может, я наврал? — он подождал нужного мгновения и, не дав ответить королю, продолжил. — Точно, Вы же были в тот день рядом и все видели собственными глазами. Но вместо Вас наказали меня. Ой, — он неожиданно останавливает себя и оборачивается к Его Высочеству, — что это со мной? Короля нельзя наказать за убийство его же наложниц.  — Так ты заметила…  — Подслушивать чужие разговоры нехорошо, господин Чон, — Пак встает напротив короля. — Точно-точно, это не по этикету, прости меня, старика. Но как ты заметила меня? — Сложно не заметить ярко-красную ткань меж листвы, да и золотые нити переливались в свете фонаря. Только Вы можете носить красные одеяния, вышитые золотом. — Меня раскрыли, — неловко смеется король. — В тот день мне не спалось, и я сбежал от слуг, чтобы прогуляться на улице в одиночестве. Но я заблудился и случайно подслушал ваш разговор. — Это Вы их казнили? — Да. Как ты и говорила, женщина не имеет права покинуть дворец живой или без разрешения короля. Они были живы, да и разрешения моего никто не спрашивал. — Мои руки чисты. Снимите с меня все обвинения. — С чего бы я должен? — Я, лучшая кисэн в стране, готова обучить всех наложниц по всем правилам, — король чуть задумывается. — Хорошо. — До свидания, Ваше Величество, — Пак слегка кланяется и просто идет на выход из покоев короля. — А ей хватает духу стоять у меня на пути… *** — Попробуй объяснить мне, что твой меч делал в руках у этой дрянной девки, — приказывает король своему сыну. — Что?! Она пришла к тебе?! — Его Величество кидает меч перед наследником. — Она напала на меня! Скрутила и отобрала меч!  — Женщина вырубила тебя и забрала меч? Тебя?! Слабая кисэн?! — Да… Она ужасно сильна! Отец, ей нет равных во дворце! Я уверен. — Похоже, когда она тебя уронила, ты ударился головой. Даже физически готовая к бою женщина не может быть сильнее мужчины с такими же навыками, что и у нее. Уходи! Ты меня разочаровал, встав на сторону этой шавки!  — Простите, отец, — кивает парень и уходит в свои покои.