Destination Studio

Идеальный экземпляр… Что за идеальный экземпляр? Об этом Генри не мог догадаться вообще никак. Да и у Линды с Норманом не было никаких догадок… О чём была речь? – Ты точно уверен, что не знаешь, о ком «Алиса» говорила? – в который раз спросил у Полка Генри, на что получил протяжный уставший стон. – Я в сотый раз повторяю, что абсолютно, совершенно, решительно, совсем и ни капли не знаю, о ком она. В душе не чаю. Без понятия. Ума не приложу. Тебе достаточно выражений, чтобы дошло уже? Генри ошеломлённо посмотрел на киномеханика, встав на месте, как вкопанный, и растерянно улыбнулся. – Ничего себе ты выдал. – вставила Линда, на что Полк просто усмехнулся. – Я, конечно, матерюсь, но я книг достаточно перечитал, чтобы знать такие выражения. А ты думала, я фуфло из пивнушки? Здесь бывший аниматор не выдержал и захохотал в голос, начав стучать кулаком по стене. Норман же самодовольно ухмыльнулся и посмотрел в его сторону. – Прекрасно. – немного успокоившись, проговорил Штейн. – Я просто похлопаю. – Спасибо, могу на бис. – Не надо. – Линда дёрнула парня за рукав и кивнула в сторону. – Пошли уже, нас ждут. Как бы. Генри кивнул и открыл дверь, ведущую в светло-освещённый коридор. Это было немного странно, учитывая, что первый раз свет был не настолько яркий. Заметили это все, так как Линда удивлённо начала озираться по сторонам с удивлением на лице, а Норман убрал улыбку с лица и теперь, сжимая кулаки, шёл немного медленнее. Вообще, в его глазах можно было разглядеть ещё и нервозность, но вот комментировать это не было смысла. Полк либо шикнет, либо огрызнётся, либо ответит на «отвяжись». Норман не меняется. Это был всё ещё тот киномеханик, которого Генри запомнил. Линда, почувствовав, что Полк отвлёкся как физически, так и ментально, решила подшутить над ним. Он уже давным-давно шёл впереди неё, и вообще этого не замечал, как ранее не заметил, что женщина затормозила. А потому она бесшумно шагнула прямо ему за спину и уже согнула руки, однако Норман внезапно встал как вкопанный и, наклонив голову, угрожающим тоном сказал что-то не на английском: – Хор цу, ду мисткерл, вен ду даз таст, тут их дих!* Линда, не поняв ни слова, решила, что это не ей адресовано, и всё-таки перекрыла рот Норману, напрыгнув со спины. Тот коротко простонал от неожиданности и попытался локтём пихнуть обнаглевшую женщину, чтобы отстала, но та уже и сама отпрыгнула на полметра назад. В итоге киномеханик просто рухнул на пол, удар пришёлся в область лопаток. – Вы что творите, чёрт возьми? – обернувшись, возмутился Генри. – Что тут была за возня? Линда, которая была в шоке от произошедшего, просто развела руками. Норман же не двигался. Он всё ещё лежал на полу, едва заметно дрожа и тихо постанывая. Бывший аниматор, забеспокоившись, подошёл к парню и чуть присел. – Норман, у тебя всё нормально? – спросил он. Киномеханик недовольно шикнул, открыв глаза, и прерывисто ответил: – Да что вы за семейка-то такая, чёрт возьми?! Это у вас фишка такая заставлять людей собирать спиной синяки?! У меня же так скоро на спине живого места не останется! – В смысле «фишка»? – в непонимании спросила Линда и покосилась на мужа. – Ты его побил, что ли? – Нет, конечно. – мужчина отрицательно покачал головой. – Я его один раз, да, ударил, за дело, но спиной он уже сам ударился об стену. – Генри протянул Полку руку. – Давай, я помогу встать. Норман, которого всё ещё трясло, едва приподнялся на локтях, по его лицу было понятно, что ему больно двигать руками. Но всё-таки он смог опереться на руку бывшего аниматора и встать, однако сразу после этого он сгорбился. – Насколько всё плохо? – спросил Генри, заметив всё это. – Ну не перелом точно, иначе бы я вообще сдох. – выдохнув, ответил парень и опёрся на перила лестницы. – Линда, я тебя убью. – А я-то что? Сам грохнулся. – женщина убрала свою рыжую прядь за ухо. – Не надо на меня сваливать всё. – А кто, чёрт возьми, мне рот закрыл и назад меня потянул?! Призрак?! – Нет. Крокозябра. – попыталась уйти от разговора Линда. – Я тебе сейчас такую крокозябру дам! – Стоп! – Генри внезапно заткнул их обоих и жестом велел посмотреть наверх. За углом маячила чья-то тень. Нельзя было разобрать, что этот чудак там делал, но шаги были очень тяжёлыми и с каждым разом были всё ближе. – Пригнитесь. – прошептал Генри, и все разом сели на корточки. Все, кроме Нормана. Он пытался сесть, но каждое движение отдавалось острой болью в спине. Парень не выдержал и просто посмотрел на бывшего аниматора. – Окей, знаете что? – выдохнув, решительно сказал Полк. – Посмотрим, можно ли доверять вам обоим. – Чего? – непонимающе спросила Линда. Но Норман уже ничего не ответил. Он просто оттолкнулся от перил и начал падать. Генри, в первый момент не поняв, что происходит, быстро спохватился и поймал Нормана, чтобы он снова не ударился всё ещё больным местом. – Ты дурной, что ли? – в шоке произнёс Штейн и усадил киномеханика рядом с собой. – Ты что делаешь? – Тебе можно. – улыбнувшись краем рта, ответил тот и затих. После него затихли и супруги. Шаги уже были чуть ли не над ними. Странно, что этот тип, что тут шастал, не услышал их возни. Но вот то, что оно упорно продолжало идти прямо к ним, напрягало. А судя по тени, у этого типа в руках был какой-то острый инструмент. И мало ли что он может им сделать. – Не, ну это просто невозможно. – пробубнила Линда, когда тип спустился, и даже постепенно становилось видно конец тени. – Он так нас сейчас прибьёт. И после этого она резко встала и, достав нож и выдвинув его вперёд, быстрым шагом пошла навстречу тому чудаку. Генри, испугавшись за жену, тоже подскочил моментально и побежал за ней. – Идиотка… – пробубнил Норман, но остался на месте. Однако вскоре он заметил, что замерли все трое. И Генри с Линдой, и тот чудак. Но если первые были в шоке и стояли как статуи, глядя на противника, то тот самый противник сначала вскрикнул своим похожим по звучанию на трубу голосом, а потом зажался, судя по тени, и начал часто дышать. – Что за нахрен там происходит? – не выдержал Норман и, медленно и через силу встав, пошёл к Штейнам. Напротив них, закрыв лицо руками, стоял черноволосый парень среднего роста в жёлтом комбинезоне, чёрной рубашке и жёлтых перчатках, и дрожал от страха. Киномеханик удивлённо приподнял одну бровь и скрестил руки. Генри, наконец, обрёл дар речи, но вымолвил всего одно слово: – Борис?

***

Да. Это на самом деле был Борис. Вообще никак не изменившийся, в отличие от своего друга, просто теперь существующий в реальном мире Борис. Но он всё ещё был тем ещё трусишкой. Услышав своё имя, он немного раздвинул пальцы возле глаза, чтобы видеть хоть что-то, но руки от лица так и не убрал. – Борис, спокойно. – проговорил Генри и, отложив топор в сторону, поднял вверх руки. – Мы тебя не тронем. Линда, что странно, тоже молча убрала нож обратно за пояс. Норман, заметив это, удивлённо посмотрел на женщину и наклонил голову. Только после этих действий, когда Штейны убрали свои оружия, Борис, несмело, но выпрямился и стал смотреть на них, иногда переводя взгляд на киномеханика, который вообще ничего не делал и просто наблюдал. – Ладненько. Ты готов с нами говорить? – спросила Линда, на что получила очень странный ответ. Юноша кивнул и тут же отрицательно помотал головой. – И да, и нет… Это как понять? – Я не знаю, но… Есть мысль. – сказал на это Генри и спросил у Бориса. – Ты разговариваешь вообще? Борис немного замялся, но потом указал рукой на плакат «овечьей песенки». Генри уже знал, что означает такой ответ и, слегка усмехнувшись, повернулся к жене. – Я думаю, это не требует перевода. Вспоминай мультфильмы. – Ну, он не говорил. – задумавшись, сказала она и тут же догадалась. – Тоже немой? Генри кивнул и хотел уже что-то сказать, но женщина внезапно повела себя странно. Она быстро подошла к Борису, слегка напугав его, и потрепала его по голове. – Бедный мальчик, мы тебя напугали, да? Норман развёл руками, ошарашенно посмотрев на неё, и потом покосился уже на Генри. Тот тоже не понимал, что происходит, но был менее эмоционален. – Линда, он подросток. – выдал мужчина и отвёл жену за руку от Бориса. – Что за чёрт? Генри был удивлён не столько поведению жены, сколько тому, где это проявилось. Линда на самом деле такой и была – заботливой и доброй матерью, которая могла начать, так сказать, сюсюкаться даже со взрослой дочерью, но в студии-то она относилась ко всем и всему скептически и с подозрением. А тут взяла и начала относиться к Борису по-доброму. И вот просто непонятно, что это было. – Ну… – Линда немного замялась и потёрла плечо. – Посмотри на него, он же миленький. – Что, правда? – Генри сделал вид, что он не заметил этого раньше, а затем прокашлялся и добавил. – Я его создал, милая, мне ли не знать. – Ребята, я просто в шоке с вас! – внезапно вмешался Норман, снова сгорбившись. – Хватит распинаться! Пойдём уже, выясните всё позже. – Борис, скажи, это ты тут лампочки подправил? – спросила Линда, заметив у юноши в кармане комбинезона что-то похожее на отвёртку. И тут до неё дошло. – А, вот что это было. Борис покивал и сунул руки в карманы, сдув попутно прядку, что упала на глаза. Генри сказал ему, что им уже пора идти, и кивком сказал Линде и Норману следовать за ним. Женщина послушно пошла за мужем, а вот с Норманом возникли проблемы. Он еле передвигался, сильно нагнувшись вперёд и вообще чуть ли не падал, его лицо было заметно искажено от боли. В итоге, он просто упал на колени и раздражённо выдохнул. – Здорово. – саркастично выдавила Линда и скрестила руки. – Чёртов калека… Внезапно в это всё вмешался Борис. Он спокойно подошёл к Норману и аккуратно поставил его на ноги. Да и не только поставил, он позволил ему опереться на него. Полк, что странно, совершенно никак на это не отреагировал и даже не огрызнулся. – В принципе, знаешь, можешь пойти с нами. – подумав, сказал Генри и посмотрел на жену, ожидая её реакции. Та улыбнулась и одобрительно кивнула. – Ага, понятно. Норман? – Я вам не советчик, делайте, что хотите. – вот теперь киномеханик огрызнулся. Блондин пожал плечами и, развернувшись, продолжил идти к укрытию. Больше никаких проблем, к счастью, на пути не возникло. Вылезла, конечно, пара Искателей, но и те оказались какими-то слепыми и не заметили эту компанию. Правда, для самой компании это было стоп-моментом, поскольку Борис испугался и опять зажался. Линда попыталась его успокоить быстро, но быстро не получилось. Пришлось ждать, пока юноша не успокоился сам. И вот только тогда они продолжили путь. И вот, наконец, они оказались у знакомых ворот. Генри нажал кнопку, и те стали медленно открываться. Как только они открылись, Норман тихонько оттолкнул Бориса и, подойдя к ближайшему гамаку, упал на него и устало выдохнул. После него в убежище зашли Генри и Линда, Борис держался за ними. Женщина обвела взглядом комнату, выискивая Бенди. Тот сидел за столом, никак не отреагировав на Нормана, и пил суп из банки, постукивая пальцами по столу в такт музыке. Линда усмехнулась и закатила глаза. Бенди повернул голову в её сторону и натянул фальшивую улыбку, на одну секунду. Генри помахал парню рукой и отошёл в сторону. Борис же остался стоять на месте, так как растерялся и не знал, что делать. И вот с этого момента понеслась какая-то ерунда. Бенди, ахнув, выронил банку из рук, остатки её содержимого растеклись по полу. Генри с Линдой повернулись на шум, не поняв, что произошло, и стали наблюдать за парнем. Тот резко встал, вытянувшись во весь рост и какое-то время смотрел куда-то в сторону Бориса. Юноша прижал ладони ко рту и сделал два шага назад. Бенди, рыкнув чуть ли не на всё убежище, встряхнул руками и быстрым шагом направился к Борису. Тот, будучи загнанным в тупик, вжался в закрытые ворота и испуганно застонал. Когда его «друг по мультфильмам» оказался уже в двух шагах от него, юноша съехал спиной по воротам вниз и закрыл лицо рукой. Однако это было бесполезно. Бенди одним движением руки схватил Бориса за лямки и, прорычав сквозь зубы, швырнул его в другой конец комнаты. Борис врезался в стенку и, упав на край стола, перевернул его. Штейны, которые до этого не особо понимали, что происходит, теперь ожили. Линда вскрикнула и кинулась помогать Борису, а Генри быстрым шагом подошёл к Бенди и схватил его за руки, пытаясь удержать на месте, поскольку, если бы он снова оказался рядом с юношой, то нанёс бы второй удар. Однако самому Бенди такое однозначно не нравилось, и он всячески пытался вырваться и подобраться к парнишке, который и без того был напуган и дрожал как осиновый лист. – Ты больной?! – начала орать на Бенди Линда, помогая Борису встать. – Какого чёрта ты его избиваешь?! Что он тебе сделал, псих??? Бенди на неё только рыкнул и, наконец, вырвавшись из хватки Генри, сделал ещё одну попытку атаковать Бориса, но Линда резко отпихнула его ногой в сторону. Парень ударился ключицей об угол стены и, застонав от боли, упал на колени и затих. Хоть он всё ещё озлобленно рычал то ли на Линду, то ли на Бориса, он больше не пытался атаковать. Генри подошёл к нему и осуждающим взглядом посмотрел на парня. Когда Бенди подавленно вздохнул и опустил голову, мужчина заметил на стене небольшое чернильное пятно. – Психопат какой-то… – пробубнила Линда и вместе с Борисом отошла в другой конец убежища. Генри протянул Бенди руку и заметил, что, несмотря на то, что парню ближе было бы поднять левую руку, он слегка повернулся другим боком и поднял правую. А когда он встал, стало заметно, что левой рукой он почти не шевелит. Генри испуганно посмотрел на парня, на что тот лишь улыбнулся и вывел рукой надпись. –«Ничего страшного, Штейн, не настолько всё плохо, как ты думаешь. Это как выстрел в плечо, просто острее. Первое время больно, а потом…» Парень улыбнулся и поднял левую руку, согнув её в локте, как бы показывая, что всё в порядке. Генри вздохнул, закатив глаза, и хлопнул себя по лбу.

***

После этого случая Генри заметил, что Бенди стал немного грустнее и злее, чем до этого, Линду же это ничуть не волновало. Она продолжала коситься на парня как на психа и держала Бориса подальше от него. Бывший же аниматор чувствовал, что у Бенди действительно какая-то неприязнь именно к юноше, поскольку даже с Норманом он до этого обошёлся ощутимо мягче. Что касается самого киномеханика, лучше ему не становилось. Хуже, конечно, тоже не стало, но это не обнадёживало. Он почти не двигался и только изредка постанывал от боли. Конечно, это могло быть логично, ведь прошло только полчаса, но всё равно Генри казалось, что это уже слишком много. В очередной раз пробубнив что-то невнятное, Норман схватил ткань гамака в руку и сжал кулак так, что чуть «кровь» не пошла. В этот момент мимо проходил Борис, который что-то хотел доложить Генри. Но, заметив поведение Полка, он решил отложить «разговор» и подошёл к парню. После чего пальцем слегка постучал ему по плечу и стал ждать реакции. Норман чуть повернул голову и посмотрел юноше в глаза. – Что? – тихо спросил он. Борис что-то сказал на языке жестов, из чего Норману было понятно только «я» и «карман». – Переводчик с языка жестов на связи? – язвительно спросил Норман, как бы намекая на Генри. Тот услышал его и вздохнул. – На связи, на связи. – усталым тоном ответил мужчина и сказал, видимо, уже перевод. – «Я тут заметил, у тебя на рубашке чёрное пятно. У меня есть одна лечебная штука, сделал сам, но помогает.». – блондин завис на какое-то время, а потом внезапно сказал испуганно и на повышенных тонах. – Стоп, что?!! – Какая лечебная штука? – проигнорировав Генри, спросил Полк, пока сам Штейн в это же время тихо бубнил что-то наподобие «Чёрт, правда ведь…». – Слушай, во-первых, очки бы не помешали, во-вторых, не уплывай в мыслях, ты единственный, кто язык жестов понимает. Борис, дождавшись, пока он закончит, снова что-то сказал на языке жестов, после чего это озвучил Генри: «Ну, она сделана из чернил и некоторых медикаментов, но вместе эта штука заживляет любые раны и травмы, причём моментально. Я проверял.» Норман некоторое время недоверчиво смотел на Бориса, но в итоге сел на гамаке, шикнув от боли, спиной к юноше. На момент он повернул голову вправо и спросил у юноши: – А мне надо..? Не дослушав вопрос, так как и без того было понятно, о чём он, Борис кивнул пару раз и достал из левого кармана пузырёк, видимо, с этой штукой. – Как скажешь. – монотонно произнёс Норман и начал расстёгивать пуговицы на рубашке. После этого он приспустил её до локтей, оголив верхнюю часть спины, и просто уставился в стену. Генри заметил, что на том месте, которым он ударился об стену на этаже L, у Нормана был едва заметный синяк, а вот выше было уже два синяка, и сильно заметных, на месте лопаток. Между ними была несильно затянувшаяся рана, из которой всё ещё тонкими струйками текли чернила. Правда, откуда рана, мужчина не особо понял. Но важно ли было это? Борис ненадолго задумался, приподняв одну бровь, а после опустил палец в пузырёк и провёл им по пострадавшим местам спины Нормана. Тот поёжился, то ли от того, что жидкость была холодная, то ли от того, что прикоснулись к тем местам, которые всё ещё болели, и упёрся лбом в стену. Через секунду не стало уже ни раны, ни синяков. Притуплённая ноющая боль всё ещё оставалась, но это было терпимо. Норман снова надел рубашку, застегнув все пуговицы на ней, и одним движением развернулся к Борису. – Ну ты как? – спросил Генри, заметив едва заметную улыбку на лице Полка. – Да всё в порядке. – фыркнул он и обратился к юноше. – Спасибо, Борис. Парнишка несмело улыбнулся, поправив чёлку, и отвёл взгляд. Бенди же, который всё это время находился в комнате и читал что-то, недовольно выдохнул и запрокинул голову. И тут почему-то свет в укрытии погас. Внезапно, без каких-либо предупреждений. Из другой комнаты резко послышались ругательства Линды и несколько глухих ударов. Через несколько секунд женщина появилась в основной комнате, размахивая руками, чтобы никуда не врезаться. – Это что ещё такое?! – рассерженным тоном спросила она. – Я ни черта не вижу… Хотя нет, Нормана вижу. – Очень смешно. – съязвил киномеханик и фальшиво посмеялся. – Свет выключился, огонёк. Ты заметила? – Заметила. Как вернуть? Норман посмотрел в потолок, задумавшись, и ответил. – На этаже K есть отделение, которое за свет отвечает. Всё там можно проверить. После этого последовала куча вопросов о том, как добраться до этажа K, и, пока женщина доставала ими Нормана, а Борис зажался в уголочке и трясся, Генри заметил, что Бенди ходит по убежищу так, будто ничего не случилось. В то время, как ему потребовалось время, чтобы глаза привыкли к темноте, и можно было бы хоть что-то разглядеть в кромешной тьме, этот парень совершенно спокойно перемещался по комнате, даже не вытянув руки вперёд. Будто он всё прекрасно видел, хотя видеть всё было вообще невозможно. Спустя какое-то время Бенди подошёл к воротам и нажал на кнопку. Через секунду в укрытие постепенно стал просачиваться свет, и теперь уже нужно было снова привыкать к нему. На немой вопрос Генри, пойдёт ли он с ними, парень помотал головой и жестом ответил, что пошёл спать. А потом повернул голову в сторону Бориса и шикнул на него. Юноша тут же подскочил и подбежал к Линде, которая подарила Бенди взгляд, полный презрения. Тот это проигнорировал и лёг на ближайший гамак. – Ладно, пошли. Отведу вас к лифту. – вздохнул Норман и пошёл вперёд. – Мистер «талантливый инженер» тоже идёт. Я в той ерунде не разберусь. Борис улыбнулся и быстро закивал. Ему доверяют. Это хорошо. Да и в электричестве он действительно разбирается лучше Нормана. До лифта четвёрка дошла без каких-либо приключений и спокойно поднялась до уровня K. Генри сразу проверил дверь у лифта — там была лестница вниз. – Нам наверх, Штейн. – сказал Норман и указал на лестницу. Пройдя будто через пробитый в стене проход, компания увидела развилку. Но Полк быстро прояснил им, что идти нужно направо, потом сделать ещё один поворот направо, и идти прямо до закрытого прохода. Так они и сделали. Дошли до закрытого железной створкой ворота. Дальше ситуацию разрешил Норман, найдя неподалёку переключатель. Когда дверь открылась, впереди стало видно маленькую комнату. И все четверо прошли туда. Комната представляла из себя панель с несколькими щитками, справа и слева от прохода стояли полочки с ящиками для инструментов. Борис открыл щиток с пометкой M — один провод порвался и теперь искрил. – Видимо, в этом проблема. – хмыкнула Линда. Борис же взял из одного ящика с инструментами защитные перчатки, надел их, и стал аккуратно заменять провода. Когда он закончил, он ещё пару раз проверил провод на хрупкость. Новый не поддался, выглядел он действительно крепким. Юноша улыбнулся и жестом передал — готово. – Отлично, идём отсюда. – сказала Линда и первой вышла из помещения. В этот раз они решили пойти по лестнице, поскольку лифт опять взбунтовался и никак не хотел работать. Генри минуты две успокаивал Нормана, который бесился из-за этого, пока Борис пытался устранить неполадки. Но и у него не получилось. На первом пролёте после спуска с этажа K Генри заметил дверь в углу, но не заострил внимания. Не их этаж, да и много здесь дверей закрытых. В общем, неважно. – А лифт заработает ещё? – спросила у Бориса Линда. Юноша кивнул и произвёл несколько жестов руками. – Говорит, что сам решит, когда заработать. – пояснил Генри. – С норовом же механизм. – Это да. – недовольно усмехнулась его жена и скрестила руки. Послышался скрип картона. Бывший аниматор и остальные два парня остановились и посмотрели на Линду, а женщина поняла, что на что-то наступила и, отойдя немного назад, опустила взгляд. На полу лежала картонная маска в виде лица Бенди…

***

– О господи. – протянула женщина, вспомнив эту маску и, оторвав взгляд он неё, посмотрела вперёд. – О ГОСПОДИ!.. – А сейчас-то что? – не понял её Генри и развёл руками. – А ты глаза-то протри. – ошарашенным тоном произнёс Норман и подёргал бывшего аниматора за рукав. Мужчина опустил взгляд и, испуганно выдохнув, отшатнулся назад. Борис, не понимая, что происходит, положил руку ему на плечо и только после этого выглянул из-за спины Штейна сам. По лестнице вниз где-то с середины тянулся чернильный след, а там, где он заканчивался, лежал чернильный человек в знакомом жёлтом комбинезоне и не двигался. – Какого хера?! – внезапно выпалил Генри, чем вызвал небывалый шок как у Линды, так и у Нормана, и чуть ли не пулей побежал вниз по лестнице. – Сэмми!!! – Ты сейчас кувырком полетишь, не бегай! Слышишь?! – позвал его Норман. – Затормози! Однако Генри проигнорировал его, поскольку был уже почти на последней ступени. Её он перепрыгнул и быстро подскочил к бывшему композитору. Остальные трое только начали спускаться по лестнице. Осмотрев Лоуренса, блондин пришёл к выводу, что он всё ещё жив, но явно без сознания. Он осторожно положил Сэмми на кровать, которая вообще непонятно зачем здесь стояла и поднял перевёл взгляд на остальных. Краем глаза он заметил, что нижние держатели также чёрт знает зачем здесь стоящей вешалки тоже были запачканы чернилами. Норман, Борис и Линда, наконец, спустились, и женщина скептически посмотрела на Сэмми. – Что он тут делал на нижних этажах? – фыркнул киномеханик, и будто что-то вспомнил. – А, да, точно, инструменты. – Какая к чёрту разница?! – впервые за долгое время начал кричать Генри. – Вас не волнует, что кто-то его спустил с лестницы, и он без сознания?! – Вот знаешь, вообще ни капельки не волнует. – фыркнула Линда и провела рукой по щеке, на которой остался уже затянувшийся порез. – Ты забыл о том, что он творил? Он же скотина. – А мы нет. – ответил ей Генри, взяв её за руку, и уже спокойно попросил. – Пожалуйста, сделай что-то. – Вот надо было мне на писателя идти, а теперь осматривай всяких чернильных бесов… – пробубнила его жена, но всё же подошла к Сэмми и перевернула его на спину. Тот внезапно застонал, будто пришёл в себя, и резко дёрнулся. – Лежать. – приказным тоном сказала женщина и прижала его к кровати. – Вот только попробуй потом нас опять атаковать… – Чего?.. – слабо спросил он, будто не отражая, что происходит. А вот Линда внезапно с чего-то очень сильно ошалела, и перевела взгляд на мужа. – Э, Генри? А ты это видел?.. Тот подошёл и, когда женщина показала ему пальцем, куда смотреть, чуть не упал, и потому опёрся на полку, стоящую за кроватью… По крайней мере, теперь было понятно, почему на нижнем держателе вешалки были чернила…