Забавы ради

      Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая Лихолесье в желто-красные оттенки. Случайные порывы ветра заставляли листву колыхаться и шуметь, где-то в кроне деревьев стрекотала неизвестная мне птица. Я медленно кралась среди высокой травы, изредка приостанавливаясь и осматриваясь.       Впереди послышались негромкие голоса, звонкий смех.       Заинтересованная, я подбираюсь ближе и выглядывая из-за большого валуна. На поляне стояли люди, нет, на поляне — эльфы. Сразу несколько высоких перворожденных окружили стол, что-то обсуждая.       Смутно знакомые фигуры, я вытянула шею в попытках разглядеть происходящее. — Лисица! — Резко воскликнули рядом со мной. Подпрыгнув от неожиданности, я зашипела и воинственно развернулась к источнику звука, готовая напасть в любой момент.       Маленький светловолосый мальчик — примерно лет пять на вид — стоял совсем близко и с восторгом смотрел на меня. Я вздыбила шерсть на загривке, угрожающе распушив хвост. Но на моего противника угроза никак не подействовала. Эльфенок присел на корточки и протянул ко мне маленькую ладошку, на которой что-то лежало.       Я принюхалась — это определенно был кусочек жаренной крольчатины.       Настороженно поглядывая то на ребенка, то на эльфов у стола, я подошла ближе и повела носом. Улыбнувшись, кроха положил свое подношение на землю. — Не бойся, я тебя не обижу. Ты можешь это скушать, — желаемое угощение лежало почти что у ног мальчика. Рассудив, что юный эльф не должен представлять опасности, я приблизилась к нему на полусогнутых лапах и еще раз принюхалась. Да, это определенно был кролик.       Я растянулась не земле, зажав лапами мясо и с наслаждением вгрызаясь. И даже не обратила внимания, когда эльфенок погладил меня между ушей. Лишь в раздражении отмахнулась хвостом — не мешай, ем же.       Он что-то лепетал, скормив мне ещё пару кусков (и где только прятал?). Я разомлела от поглаживания по спине и приятной тяжести в желудке. — Ты такая красивая. Я никогда раньше не видел таких, — да-да, ещё и комплименты делает. Такой маленький, а уже умеет покорять женские сердца. От ребёнка веяло сладостью и спокойствием, уходить совершенно не хотелось.       Уходить не хотелось, даже когда он сгрёб меня в охапку и прижал к себе, продолжая гладить. — Леголас? Что здесь у тебя? — Знакомый бархатистый голос.       Леголас? Сопоставив ребенка и взрослого эльфа, я мысленно сама с собой согласилась. Это определенно был Леголас.       Приоткрыв один глаз, я покосилась на подошедшего эльфа. Высокий, с цветущей короной в волосах и в светлом кафтане, он выглядел как сказочный принц. Во сне — мне определенно снилось все происходящее сейчас — он выглядел совершенно по-другому. Как будто виденная мною раннее зима ушла, уступая место цветущей весне.       Что-то странное мелькнуло на лице Лесного Короля.       На меня накатила апатия. Странная отстранённость, я обвисла в руках маленького принца и не хотела ни на что реагировать. Даже на склонившегося к нам Трандуила. — Это лиса, ada. Смотри, какая она! У неё шерстка совсем чёрная! — Меня бесцеремонно подняли и продемонстрировали мужчине. Эльф приподнял брови. Я зевнула, широко распахнув пасть. — Давай оставим ее, ada, — умоляющий взгляд больших голубых глаз, способный растопить даже самое ледяное сердце, — Ты постоянно занят, а с ней мне не будет скучно. — Это дикий зверёк, не игрушка. Леголас, если она укусит тебя, нам придётся пустить ее на варежки, — мягко сказал Король, коснувшись длинными пальцами светлых волос ребёнка.       Фыркнув, я возмущённо замахала хвостом. Это кого он там на варежки пускать собрался?! — Ну пожалуйста-пожалуйста, ada. Я буду за ней ухаживать, кормить ее, она никого не укусит, — Леголас так сильно сжал меня в объятиях, что я всерьёз заволновалась за свою целостность. Один на варежки отдать хочет, второй явно собрался меня раздавить. Эльфийский народ как-то не отличается добротой и любовью ко всему живому. — Ты так этого хочешь? — С сомнением спросил Король. Мальчик замахал головой: — Да! Мы не подведём тебя, ada!       Наконец, Трандуил обратил своё царственное внимание на меня. Глаза, сияющие двумя опалами, смотрели насмешливо.

***

      Я стояла и задумчиво месила субстанцию неопределенного цвета в деревянной мисочке. Сон все никак не выходил из головы. До сих пор было ощущение, что где-то за спиной пушился хвост. — Лисса, соберёшь ещё сегодня вот такие растения, — ко мне подошёл рыжий целитель и показал картинку из толстого справочника, — Мне нужны только корешки, запомнила?       Совсем меня за тупую считает — на картинках все объясняет. — Да, — кивнула я, с интересом рассматривая красивые цветы указанного растения, — А что делать с бутонами? — Себе оставь, — махнул рукой Роланд, вытаскивая из-под стола огромный сундук. Я понаблюдала за тем, как с виду худосочный целитель одной рукой вытянул эту бандуру на свет божий и всерьёз задумалась — не сидит ли он на какой-нибудь чудодейственной траве.       Я помогла ему смахнуть приличный слой пыли и протереть замки. После вчерашнего разговора с Владыкой целитель вёл себя странно — отстранёно, то и дело бросая на меня задумчивые взгляды.       Стараясь не усугублять ситуацию, я не навязывалась ему. Делала все как всегда и, в основном, молчала. — Ты сегодня рано встала. Выспалась? — И снова этот взгляд. — Да, — снова кивок. Роланда явно не устроил мой ответ, но что я могла сказать ему? Что сегодня я выспалась, потому что вместо жутких кошмаров мне приснилось, что я бегаю по лесу лисой?       Определенно, это была не самая лучшая идея.       Взяв со стула приготовленную сумку, я молча вышла из лазарета. Я безумно хотела, чтобы все вернулось на свои места. Роланд снова шутит над моей косорукостью и рассказывает о целительстве, о Лесе и его жителях. Но я ничего не могла сделать — после обнаружения моих вещей доверие эльфа было подорвано.       На секунду прижавшись лбом к двери в лазарет, я вздохнула. И, поправив на голове чепец, решительно пошла делать то, что сказали. — Привет, Серенький, — лютоволк, до моего прихода наматывающий круги вокруг столба, остановился. Я подошла к нему, приветственно протягивая руку — тот, помедлив, принюхался. Фыркнул, обдав ладонь тёплым воздухом, подошёл совсем близко и обнюхал чуть ли не со всех сторон, смешно шевеля чёрным носом. — Что не так, красавчик? Это же я, — краем глаза я видела, что у ограждения мелькают эльфы. Но Серого, похоже, это нисколько не волновало. Он, пристально посмотрев на меня желтыми глазами, наконец уселся на землю и приветственно вывалил язык, демонстрируя очаровательную клыкастую улыбку.       Думая о всякой ерунде, я кормила лютоволка. Кидала куски, а тот, гремя цепью, подпрыгивал и ловил их налету. — Пытаешься развлекать его? — Спросил подошедший эльф. Я пригляделась — тот самый стражник, сдавший меня вчера Трандуилу. Захотелось швырнуть куском мяса прямо в него. — Я выполняю поручение Владыки, — вложив в свой голос как можно больше презрения, надменно сказала я. Стражник хмыкнул. — Не злись. Я не мог не сказать Владыке услышанное. — Почему? — Серый недовольно заворчал, заметив постороннего. Я была полностью солидарна с волком. — Потому что он мой Владыка, — пожал плачами эльф. Я кивнула и отвернулась, не имея ни малейшего желания продолжать этот разговор.       Стражник отошёл. Двое других, смеясь, что-то спросили у него. На душе стало как-то неприятно. Не обращая внимания на разговаривающих на эльфийском мужчин, я сидела на земле и поглаживала развалившегося рядом лютоволка, который с упоением грыз захваченную мной с кухни большую кость.

***

— Извините. Ох, ради Бога, простите меня. Не хотела, извините. Извините! — Эльфы, ругаясь, с трудом проскальзывали мимо меня. Я пыталась никого не задеть, идя по коридору с разбухшей сумкой и букетом оставшихся цветов, мешавшим мне видеть все происходящее перед собой.       Чуть не врезавшись в очередного пробегающего мимо перворождённого, я устала прислонилась к стене и вздохнула. Это все моя лень — так и знала, что надо было нести небольшими порциями, а не все сразу. Вот и страдаю теперь. — Лисса! Какой большой букет у тебя. И пахнет потрясающе. Лисса, ты там? — Я вытянула шею и заметила среди растений лицо Рины — девушка чуть ли не подпрыгивала, пытаясь меня увидеть.       Огромная охапка цветов с трудом помещалась в руках, плечи и спина начинали болеть. Я сдунула выпавшие из-под платка волосы, но те упрямо лезли в глаза и ухудшали мое положение. — Да, Рина. Я здесь, — протянула я, лелея мыслю о том, с каким удовольствием выкину дурацкие растения в окно. И все равно, что они были очень красивыми и пахли так, что хотелось залезть в бутоны прямо носом. — Лисса, срочно нужна твоя помощь. Одна из служанок не пришла, а нам надо срочно перестелить белье. — Очень жаль, но… — Бежим!       Я еле сдержала ругательства, так и крутившиеся на языке, когда Рина схватила меня за руку и потащила куда-то в неизвестном направлении. Сосредоточив все силы на удержании своей непосильной ноши, я даже под ноги посмотреть не могла — прицепом тащилась вслед за эльфийкой. — Так, стой здесь и никуда не уходи, — заявила она. — Чего? Рина, если ты не заметила, то я не ворон считала в коридоре, — вообще, я старалась не хамить никому во дворце. Но стебли наприятно кололи ладони, а листья щекотали нос. — Потерпи, пожалуйста. Я сейчас схожу за всем нужным, а ты стой и жди тут. — Рина! — Просто стой и жди, — судя по тому, как отдалялся голос эльфийки, она уже бежала куда-то. Плечи молили о помощи, а спина обещала на следующий день жуткие боли и невозможность двигаться. Неожиданно совсем рядом послышался щелчок, как будто кто-то открыл дверь. — Что здесь происходит?       Король. Ну, конечно, кто же ещё. Рина — его служанка, чьей ещё свежестью постели она может быть так озабочена.       Промелькнула мысль промолчать, в надежде, что он примет меня за коридорную клумбу и пройдёт мимо. Но от Рины меня же это не спасло — здраво рассудила я. — Доброе утро, Ваше Величество, — вяло откликнулась я. Определенно, мне надо было сегодня не выходить из своей комнатушки. Авось избежала бы всех неприятностей. — Я задал вопрос, — даже не видя Короля, было понятно, что он недоволен. Возникла необходимость поплакать. Утро, он наверняка не в духе, а тут как раз я — нарушитель его королевского спокойствия. И прекрасная возможность выместить на мне все, что накопилось. — Нужно убраться у вас в покоях, Ваше Величество. А я несла цветы, — что, блин, я вообще несу. Надо бросать все и бежать, бежать не оглядываясь, пока он не похоронил меня с этими цветами. — И кому ты несла цветы? — Странный у него голос, непонятный. То ли он там смеётся надо мной, то ли придумывает самую жестокую казнь.       Себе на могилу. — Конечно же вам, Ваше Величество.       Здравствуйте, вот я, а вот моя глупость. Я ее ляпнула, держите. Нет-нет, умных вещей я не говорю, промолчать тоже не в силах. Только глупости.       Подозрительная тишина по ту сторону букета меня насторожила. Высунуться из зарослей я не решилась — уровень моей тугодумности при виде Лесного Владыки всегда начинал стремительно расти вверх. — Обычно, лиссуин* не преподносят в качестве подарка, — многозначительно сказали мне. Были бы руки свободны — непременно хлопнула бы себя по лбу. Будто издеваясь, Трандуил продолжил: — Чаще его используют в бытовых целях. — Прошу простить меня, Ваше Величество, за мою неосведомленность. Не смею больше беспокоить вас. Позвольте мне унести их? — И совершить ритуальное харакири, дабы смыть с себя этот позор. — От чего же, — нет-нет-нет, пусть он просто отпустит меня восвояси, — Они, не смотря на свою простоту, довольно приятно пахнут. Ни к чему пропадать приложенным к этому букету трудам. Найди подходящий сосуд и поставь их где-нибудь в спальне поближе к свету.       Собравшись с духом, я перешагнула через порог, молясь не врезаться в Короля. Надеюсь, мужчина благоразумно отошёл в сторону и не встал на моем шатком пути. Раскачиваясь в разные стороны, я наобум прошлась по помещению и, воспроизведя примерное расположение дверей, пошла направо.       Задержав дыхание, я вся вытянулась. Из груди вырвался вздох облегчения — я нашла спальню. Не такая большая, как предыдущее помещение, совсем темная. Большие окна, как и везде в королевских покоях, были завешены. Огромная кровать — поистине королевская — почти полностью была скрыта под балдахином. Стараясь не глазеть по сторонам, я подошла к окнам и сгрузила цветы цветы на стоящую у стены софу. — Фу-ух, — снова не сдержалась я. Сумку бросив на пол рядом, я выпрямилась с ощутимым скрипом в бедной спине.       Сделав несколько разминочных наклонов, я распахнула шторы. Открыла створки, впуская внутрь свежий воздух. Подышав и полюбовавшись открывшимся видом на бесконечный лес, я обнаружила на подоконнике вазу. Сначала испугалась, что ее не хватит, но осмотрев другие подоконники обнаружила ещё несколько таких же емкостей.       Кажется, невезение на сегодня закончилось.       Убедившись, что беловолосого эльфа нигде нет, я расслабилась. Напевая под нос какую-то глупую песенку, я несколько раз сбегала в ванну (в которой можно было вымыть целый полк) и набрала в каждую вазу прохладной воды. Открыв везде шторы, я воздвигла на подоконники свои букеты и довольно оглядела дело рук своих. — Лисса, ты что натворила? — Ахнула у меня за спиной Рина. Я повернулась и увидела рядом с ней ещё одну эльфийку. У обеих в руках были стопки белья. И обе смотрели на меня крайне… как на глупую на меня смотрели, в общем-то. — С позволения Владыки, — быстро ответила я. Посмотрев на меня с сомнением, Рина покачала головой и направилась к ложу. Втроём мы быстро справились, сняв старое белье и застелив новое, пахнущее хлопком.       Взяв свою сиротливо лежащую сумку, я огляделась. Солнечный свет сделал спальню Короля не такой пугающей, приятный ветерок раскачивал шторы. Я полюбовалась напоследок букетами белых цветов и вышла вместе с девушками.       Король во время уборки в покоях так и не появился.

***

      Лютоволк, с перекатывающимся мышцами под серой шерстью, умными желтыми глазами и длинными сильными лапами, выл. Не громко и пронзительно, нет. Его вой был тихим, глубоким, завораживающим. В этом вое было многое — пройденные дороги, виденные земли, загнанная лесным охотником добыча.       Тоска по свободе.       Я сидела в саду внутри дворца и перебирала травы, разложенные передо мной на полотне. Лихолесье накрыла ночь, все вокруг погрузилось в дрему. Даже стражники, завидев меня, легко и без вопросов пропустили мимо себя и вновь склонили головы.       Уголок внутри сада, щедро отданный местными садовниками под нужды целителя, мне нравился. Здесь было тихо и почти никогда никого не было. А уж ночью тем более.       Серый выл. Я слушала и все больше хмурилась. Мысли были тяжелые, совершенно не радостные.       Прошлой ночью мне приснился дворец. Огромный, будто вырезанный из камня. И весь пол его — золото. Я тонула в этом золоте, раскалённый металл обжигал, заливал глаза и рот. И кто-то огромный хохотал сверху, а потом дыхнул огнём. Я больше не тонула — я горела заживо.       Этой ночью я не смогла заснуть. Голова раскалывалась, даже данный Роландом отвар из маковых семян не помогал. В глаза как будто насыпали песка, а внутри все было сжато от странного предчувствия. Как будто что-то ступало за мной по пятам, настойчиво требуя к себе моего внимания. — Ты не справляешься со своей работой и вынуждена доделывать ее вместо положенного сна?       Я на секунду прикрыла глаза, раздумывая — седые ли у меня волосы под платком после пережитого испуга. — Нет, Ваше Величество. Мне не спится, а сидеть просто так я не хотела, — пришлось отложить свои труды, встать и поклониться.       Он стоял и, кажется, светился в темноте. Лунный свет высеребрил его волосы, лежащие на плечах плащом. Трандуил — как прекрасное видение, сотканное из темноты. И снова — ускоренный ритм биения сердца, быстро холодеющие руки при одном только взгляде на Лесного Короля.       Лесной Король. Король эльфов. Бессмертный, венценосный, красивый просто до истерики.       Проговорила, зафиксировала. Даже немного успокоилась. — Люди в твоём возрасте редко страдают от бессонницы, — Трандуил подошёл ближе и, слегка скривив губы, оглядел мою работу. Видение мгновенно превратилось в капризного избалованного юнца, не терпящего одного только упоминания о ручном труде. — Люди в моем возрасте…       Я сама себя прервала на полуслове. Несказанные едкие слова повисли в воздухе напряженной тишиной. Говорить про другой мир, про свой мир, не получилось. Показалось таким неправильным и неуместным — не здесь, не сейчас, не при нем. Подняв голову, я встретилась с опаловыми глазами Владыки. — Я верю, что ты не из Средиземья, — медленно проговорил он, в задумчивости оглядывая меня. Я удивленно заморгала, — Ты другая, твой свет… другой. — Свет? — Не поняла я слов Владыки. — Фэа. Твоя душа. Неясная, окружённая клубами тумана. Ты не похожа на людей из этого мира, их я вижу ясно. А ты как будто за занавесом, мне тебя не разглядеть.       Бархатный голос окружал меня со всех сторон, гипнотизируя. Я невольно поддалась навстречу, пристав на носочки — он говорил, говорил обо мне. Даже толком не понимая, о чем он, я слушала. Головная боль отступила, на ее место вновь пришла апатия.       Трандуил, совершенно неземной Король, подошёл совсем близко. Высокий, он возвышался надо мной — мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть на него. Протянул ко мне руку — качнулся широкий рукав мантии.       Взвыл Серый.       Я чуть ли не шарахнулась в сторону, испугавшись близости Короля эльфов. — Что вы хотели сделать? — Хрипло спросила я. Колдовал?.. Колдовал! Я отчётливо поняла, что беловолосый эльф навёл какой-то морок.       Трандуил выглядел удивленным — слегка сдвинул брови. — Я не причинил бы тебе вреда, — мягко ответил он. Меня раздирали противоречивые чувства — с одной стороны хотелось довериться ему, поверить во все, что он говорит; делать все, что он говорит. Но другая моя часть ходила с большим рупором и кричала в него: «Красивый и колдующий мужик! Опасно!» — Скажите, что? — Лишь посмотреть, Лисса. Я хотел лишь посмотреть, — он говорил со мной так же, как я только недавно говорила с Серым в его загоне.       Дикий зверёк, не игрушка.       Я замялась. Снова ночь, мы с ним вдвоём. И снова я ничего не понимаю. Владыка не может мне ничего сделать — он сам дал мне работу, сам позвал за собой. Да и больно то я нужна ему. Подумав, сама сделала шаг навстречу королевской длани. Он едва коснулся лба холодными пальцами.       И произошло что-то невообразимое. Реанимационный аппарат на изготовку. Грохот каталки по кафельному полу. Белые халаты, синие костюмы, подростка перекладывают на операционный стол. Я встаю рядом и подаю скальпель Андрею Маратовичу, от которого пахнет сигаретами. Уже знакомый мне зал из камня. На троне, ранее мной не виденном, восседает пожилой мужчина. Насупленные брови, густая борода ниже пояса. Тяжелая корона, он смотрит с самодовольной усмешкой в глазах. Над его головой, в спинке трона — сияющий камень. Я плачу, давясь слезами, сидя на ступеньках пожарной лестницы больницы. Выходит высокий мужчина в расстегнутом белом халате. — И такое бывает, — глухим голосом произносит он. Кашляет, достаёт сигареты и зажигалку. Садиться рядом и закуривает, выпуская дым… Дым заволок все вокруг, почти ничего не видно. Пустые дома, повсюду огонь. Город на воде горел. Тону, снова тону в золоте. Столб пламени — я в отчаянии кричу, сгорая.       Я тяжело осела на землю, схватившись за голову. Картинки, мелькавшие в глазах, закружились калейдоскопом. Снова жуткая головная боль, которая, казалось, усилилась раз в десять. Платок сбился, отросшие волосы рассыпались по плечам. — Не делайте так больше. Пожалуйста, не делайте так никогда, — выдыхаю я, не отнимая рук от головы и не поднимая глаз на Короля. Ощущение побитой собаки. Меня обманули и мной воспользовались. — Отправляйся спать, — безэмоционально прозвучало сверху. И от этого голоса стало совсем плохо.       Шелест мантии. Я сижу какое-то время, а затем тяжело встаю. Дрожащими руками собираю травы. И иду, плохо соображая, во внутренний двор.       Даже встать не помог. Даже не спросил — что со мной, как я. Просто сделал то, что хотел. Получил то, что было нужно ему.       У поста стражи самообладание частично восстанавливается. Стражники дремали, облокотившись на копья. Я держусь у стены, прячусь в тени. В ограждении есть отверстие — слишком маленькое для волка, но достаточное для меня.       Серому принесли огромный кусок какого-то древесного исполина, идеально подошедшего под роль навеса. Лютоволк спал перед ним, но когда я подошла ближе — поднял голову с лап.       Шмыгая носом, я обошла зверя и забилась под навес. Свежее сено, даже какая-то ветошь. Видимо, кому-то из эльфов стало жалко лесного бродягу.       Подложив под голову мягкую сумку, я сжалась в клубок и закрыла глаза. Серый, помедлив, залез следом и растянулся рядом. Я уцепилась руками за длинную шерсть как за спасательный круг.       Чувство одиночества. Осознание прошибло не хуже удара молнии — я здесь одна, никого не волнует мое состояние. И единственное, что мне остается — это плакать в бок ненормально большого волка и надеяться, что ему не захочется съесть на завтра потревожившую его девицу. — И такое бывает, — шепчу, почти что насильно заставляя себя не думать.       Просто пережить остаток ночи и забыть, как о плохом сне. Просто пусть это все произойдёт как можно быстрее.