Забавы ради

      Я видела сон.       Да, это было уже не редкостью. После того, как со мной приключилось попадание в Средиземье, я часто видела сны. В моем сознании все давным-давно перемешалось. Я не понимала, где заканчивалась реальность и начинался очередной бред моего воображения. Может, реальности и не было. Может, это все один сплошной сон.       Ни Короля, ни эльфов, ни Серого. Я попала в аварию, и теперь лежала в какой-нибудь больнице под аппаратом жизнеобеспечения и бредила. Нерадостная перспектива, но и такой вариант я тоже допускала.       Я допускала много вариантов. Но то, что я видела сейчас, было определенно сном. Уж слишком хорошо мне было.       Всюду зелень, над головой шумели деревья. Лапы почти не касались земли — я не бежала, а буквально летела. Чувство невероятной легкости, как будто я сбросила с себя тяжелый груз, оставила его и все проблемы позади. Рядом огромными прыжками несся Серый — его шерсть искрилась под лучами солнца. И даже, несмотря на разницу в размерах, я без труда поспевала за ним. Перепрыгивала через коряги и камни, пыталась догнать, обгоняла. Так беззаботно и светло, впервые за все это время. Сон или реальность — все было неважно.       Только мы и бесконечная дорога в никуда.       Серый завыл. Тревожный вой волка сбил меня — я споткнулась и чуть не пропахала носом землю. Тень накрыла все вокруг подобно одеялу. Чьи-то огромные крылья заслонили небо, раздался ужасный рев. Лес пропал, и мы неожиданно оказались в самой гуще толпы. Я в ужасе замотала головой, не понимая, что происходит. Лютоволк исчез вместе с цветущим лесом, вокруг — пустошь. Люди в доспехах и платьях, в простых одеждах и богато украшенных камзолах. Кричали, толкались, несли детей и какие-то вещи. Все покрыты гарью и пеплом, все перепуганы. Они бежали из огромного дворца в горе, объятого пламенем. — Помогите нам!       Крик раздался прямо рядом со мной. Обернулась — мужчина махал руками и кричал кому-то. Во сне я, судя по всему, стала больше (лиса-переросток?). Потому что он не казался мне таким огромным, как эльфы. Роскошные черные волосы разметались по широким плечам, на мужественном лице сияли глаза — пронзительно синие. И кричал он глубоким баритоном, очень громко. Кого он зовет? Что с ними со всеми случилось?       Я посмотрела туда, куда смотрел мужчина. Вдалеке, на возвышении выстроилась армия — воины в сияющих доспехах со знакомыми знаменами. Во главе армии — беловолосый всадник на могучем олене. Мне даже не понадобилось щуриться в попытках рассмотреть детали — этот надменный профиль уже давно отпечатался в моем сознании и вряд ли будет когда-нибудь забыт.       Ни один сон без этого ушастого не обходится. — Мы здесь! Нам нужна помощь! — Кричал мужчина рядом. Но Трандуил не двигался с места, как и не двигалась его армия. Чего он ждет?       Король склонил голову — блик от его венца ослепил меня.

***

— Лисса, проснись! Лисса, ну хватит спать — нам надо скорее идти! Лисса! — такое ощущение, что это все уже было. Меня снова кто-то будит и что-то хочет от меня. Складывается впечатление, что я стала персоной нон-грата в этом волшебном мире, и без моего участия все рухнет в небытие. — Я потом верну это дурацкое ведро в кладовую, — пробубнила я, пытаясь зарыться как можно глубже в одеяло. — Лисса, какое ведро? Нам надо идти, Элендиль зовет всех. Нам надо готовиться к празднику, у нас столько дел. А ты спишь! Лисса, вставай! — Я верну ведро к празднику, — я была готова сказать все, что угодно, лишь бы эта женщина отстала от меня. — Лисса!       Мои стенания и нытье, казалось, услышал весь дворец, но не Рина. Эльфийка наотрез отказывалась сжалиться надо мной и упрямо пыталась вытащить мою тушку из кровати. После нескольких угроз этой миловидной девушки и одного ощутимого взгляда стражника из коридора я послушно встала, оделась и поплелась за служанкой.  — Что за спешка? Зачем надо было будить меня в такую рань? — Хмуро спросила я, заглядывая в ближайшее окно — солнце едва-едва показалось из-за деревьев. — У тебя всегда рань, когда бы я тебя ни будила, — отмахнулась от меня Рина, сворачивая за угол. Мы вошли в огромное помещение, отведенное под сбор «рабочего персонала». Все эльфы разом обернулись на нас, многие насмешливо зафыркали. — Лисса, прикрывай рот, когда зеваешь, — прошептала подруга, опасливо косясь в сторону недовольной управительницы, — Все уже успели изучить содержимое твоего рта. — Если кому-то что-то не нравится — пусть не смотрят, — пробубнила я, с трудом подавив очередной зевок. — Теперь, когда все собрались, — Элендиль — высокая эльфийка в темно-зеленом платье — выступила вперед и обвела собравшихся эльфов строгим взглядом, — Мы можем начать подготовку. Итак, нам необходимо…       Эльфийка распиналась, как главнокомандующий перед своей армией. Она взмахивала руками, возвышала голос и призывала всех на фронт уборки с таким воодушевлением, что даже я прониклась и перестала клевать носом прямо стоя. Стараясь не привлекать к себе внимания, я старательно прислушалась. Судя по отрывкам разговоров, речь шла о нескольких днях, когда остроухие пируют в честь какого-то атмосферного явления. — Полнолуние? — Шепотом спросила я у Рины. Но та была слишком увлечена речами своей предводительницы, так что мне ответил стоящий рядом эльф: — Мерет эн Гилит, — певуче ответил мужчина, — Чудесные ночи, когда сияние звезд озаряет все вокруг. В эти волшебные дни мы пируем и воспеваем красоту небесных огней. — Но луна будет полной, девушка права, — встрял в наш разговор другой эльф — кажется, он вообще пришел с кухни, — Она вознесется среди звезд и будет сиять наравне с ними в эти дни.       Я увлеченно вертела головой туда-сюда, слушая их. Эльфы редко вот так начинали откровенничать при мне, рассказывая о своих традициях. В душе шевельнулось неприятное опасение — во всех книжках во время полнолуния всегда происходила какая-то ерунда. Пока я рассуждала, не заметила, как замолчали окружающие. Недоуменно подняла голову — и наткнулась на недовольную физиономию Элендиль, успевшую подойти прямо ко мне. — Впрочем, не стоило ожидать от простой смертной уважительного отношения к нашим традициям, — надменно произнесла эльфийка. Каждая стычка с начальницей заканчивалась моей очередной глупостью и новым заданием. Ей можно было позавидовать в фантазии — маршруты моих уборок были извилистыми до невозможности. Но я не училась на своих ошибках и поэтому оскорбилась за столь выраженное проявление пренебрежения к моему происхождению. Гордо расправила плечи и уверенно заявила: — Вообще-то, я слушала, — она изогнула красиво очерченную бровь. Рина за ее спиной прикрыла глаза рукой, чтобы не видеть происходящего. — Если так, то тебе не составит труда ответить на простой вопрос — каковы твои обязанности перед празднеством?       Мысли заметались в голове, кажется, где-то даже завыла сирена. Надо было капитулировать, признать правоту узурпатора в юбке, и не позорилась бы сейчас при всех. Я лихорадочно перебрала все возможные варианты и выдвинула самый ожидаемый: — Вы сказали, что я должна помыть полы, — Элендиль прищурилась. Я сглотнула.       Напряжение между нами возросло. — А где? — Она терпеть меня не могла. Поэтому должна была отправить в место, где никто и никогда не захочет мыть полы. Но я была послушной в последнее время, а темницы все равно пустовали. Так что оставалось только одно… — В тронном зале!       Мне показалось, или стоящие вокруг эльфы даже дыхание задержали, ожидая моего ответа? — Хорошо, ты не такая безнадежная, какой кажешься, — было видно, что длинноволосая леди надеялась на мой провал. Мне же срочно нужен был стакан воды и пару капель (читай: флакон) валерьянки, — Так уж и быть, пропажу ведра тебе простят. Инвентарь возьмешь, где брала всегда. И смотри, не попадись на глаза Владыке — он и так сегодня не в духе. — Так, стоп, — одушевление от успешного избегания гнева начальства быстро спало на «нет», — Зачем мыть полы в тронном зале сегодня, если праздник будет только через несколько дней? — Зал постепенно будет украшаться нашими мастерами. И чтобы избежать излишних трудов в день перед самим торжеством, на протяжении всей подготовки мы убираем главные помещения каждый день.       Все согласно закивали на изреченную мудрость, я же откровенно скисла от этого занудства. Каждый день драить полы в огромном тронном зале, где надо было помыть каждый угол и каждую ступеньку на пути к трону венценосного блондина? Я обреченно уставилась на свои руки, уже видя, как они покрываются перепонками от бесчестного количества часов их пребывания в воде. И продолжала на них смотреть, пока весело щебечущие эльфы (ну, конечно, они-то будут лепить гирлянды) отвели меня к нужному помещению. — Лисса, главное — не потеряй в этот раз ведро, а то Элендиль будет ругаться. Мы побежали, а ты не скучай, — Рина помахала мне ладошкой и скрылась вместе с другими остроухими за поворотом.       Я проводила компанию тяжелым взглядом, и, подхватив треклятое ведро и пару швабр, выжидающе уставилась на двух стражников. Эльфы синхронно поджали губы и неохотно открыли передо мной двери, пропуская внутрь. Я гордо прошла мимо, задрав подбородок. — Не унывай, Лисса. Не потеряй ведро, Лисса. Помой здесь все, Лисса, — тихо бормотала я себе под нос спустя час непосильного труда, плюхая тряпку на пол, покрытый искусными узорами.       Кажется, еще немного, и моя спина примет округлую форму окончательно. Ежедневные уборки, беготня и однотипные задания угнетали. Не знаю, сколько еще Король намеревался злиться на меня, но что-то мне подсказывало, что злиться он мог очень долго.       Каждый день — похож на предыдущий. Монотонная работа угнетала, буквально сводила с ума. Меня не выпускали на улицу, мои прогулки ограничивались коридорами и огромными залами. Пару раз меня отсылали вниз, где я и вправду мыла полы темницы. К собственному удивлению я увидела, что камеры были не так уж и плохи. Витые решетки, сухие помещения с койками.       Совсем иногда закрадывалась мысль — накосячить, сделать что-то из ряда вон. И со спокойной душой развалиться на такой койке, забыв все невзгоды и печали. Спрятаться ото всех в полумраке темницы.       Примерно в таком ключе я рассуждала, пока меня не накрыла тень, а в поле моего зрения не показались заостренные носы кожаных сапог. — Доброго вам дня, Ваше Величество, — я не стала утруждать себя лишними телодвижениями, и поэтому ограничилась задиранием головы наверх. Трандуил нависал надо мной, с преувеличенной заинтересованностью на лице наблюдая за моими действиями. — Здравствуй, служанка, — откликнулся он, отходя в сторону. Я бросила тряпку в ведро и вопросительно посмотрела на него, уже предчувствуя какой-то подвох: — Что-то не так? — Вижу, тебе выдали новый инвентарь, — дернул уголками губ Трандуил. Даже от этого подобия улыбки Владыки сердце предательски сжалось. Отогнав наваждение и сообразив, что он имеет в виду, я чуть не взвыла — далась им всем эта несчастная посудина. — Да, я склонна к неудачам. Если бы меня пожаловали в правители, то первым же своим указом я бы обложила всех налогом на успех, — я приосанилась и задумчиво посмотрела в сторону трона, прикидывая себя в роли королевы, — Вы уже вписали это бедное ведро в список моих отработок? — Поверь, если бы такой список существовал, то пергамент бы тянулся по всему периметру этого зала, — хмыкнул эльф. Сегодня на нем был длинный кафтан, расшитый серебряными нитями, идеально сидящий на высокой фигуре. И венчала все это великолепия корона — переплетенные ветви, украшенные ярко-красными ягодами, — Что касается тебя в роли правителя, то государство бы рухнуло в считанные дни. — Вы меня недооцениваете, — он встал неподалеку и сложил руки на груди. Мне стало не по себе от его бесстрастного выражения лица. Помявшись, я все-таки не удержалась и спросила: — Я что-то сделала? Или я чего-то не сделала? Может, мне стоит уйти?       Его молчание меня нервировало. Что уж тут греха таить, присутствие Лесного Короля вообще вызывало у меня много эмоций. — Твои видения, Лисса, — наконец, изрек он. Его голос эхом отозвался под сводами зала, — Служанка, которая почти ежедневно будит тебя, сообщила, что ты разговаривала во сне. Я встала и зло посмотрела на Трандуила. — Знаете, я даже в какой-то момент поверила, что у меня здесь появились друзья. Но нет, даже мнимая подруга действовала по вашему приказу. И много она вам про меня рассказывает? — Будит она тебя исключительно из-за собственной добросердечности, — Король сделала несколько шагов ко мне, — А мне она рассказывает исключительно про твои сновидения. — И вы хотите знать, что мне снилось? — Я невольно сжалась, когда он подошел ко мне вплотную. Опаловые глаза неожиданно оказались близко-близко, завораживающие своей красотой. В эти глаза хотелось смотреть, им хотелось верить. — Да.       Он коснулся моей щеки пальцами — я чуть не расплакалась. Вся злость подернулась дымкой, переметнулась. Теперь я злилась на себя и свою беспомощность перед ним, на невозможность сопротивляться. Какие там побеги, какие споры — перед Лесным Королем я была никем, сопливой девчонкой. Единственное, на что меня хватило, так это дать сбежать Серому. Сама же я осталась, пошла за эльфом, как миленькая.       Стою перед ним в глупом переднике и забываю, как дышать. — Вы, — прошептала я, теряя связь с реальностью. Единственное, что не давало свалиться в небытие — это тепло его кожи у лица и холод резных колец, — Огромная гора в огне. Люди куда-то бежали. И тот мужчина — он просил вас о помощи.       Очаровавшие меня глаза расширились от удивления. — Вы помогли ему, Ваше Величество? — Едва шевеля губами, спросила я.       Его губы дрогнули — он хотел было что-то ответить, но из коридора сзади послышались шаги и чьи-то голоса. Трандуил резко отдернул руку от моего лица, отступил. Я же почувствовала себя рыбой, выброшенной на сушу.       Пока я изображала подобие дыхательной гимнастики, в зал вошел Леголас и еще несколько воинов. На секунду задержав на мне взгляд, принц подошел к Владыке и что-то негромко сказал тому. Трандуил махнул рукой — и все разом зашевелились, Леголас понесся выполнять поручение. — Ты, — королевская длань указала на меня — я вытянулась по струнке, мысленно приготовившись быть выдворенной за дверь, — Спрячь все за колонну и встань подле моего трона. И, ради Эру, не потеряй на этот раз ведро.       Наверное, я выглядела максимально глупо, стоя истуканом и хлопая ресницами. В голове от напряжения ощутимо заскрипели мозги. Для верности я уточнила: — Вы не выгоните меня? — Хочу, чтобы ты присутствовала при этой встрече, — Трандуил отвернулся. Проводив его широкую спину ничего непонимающим взглядом, я послушно принялась собирать свои вещи. Щека все еще горела от прикосновения, хотелось посмотреться в зеркало и убедиться — не осталось ли ожога. Когда я подошла к возвышению, то увидела эльфа уже наверху — он раскинулся на своем троне, закинув ногу на ногу. Моя челюсть некрасиво отвисла, пока я разглядывала воплощение всего величия эльфийского народа. Он даже откуда-то достал посох и — откуда она, блин, там — кроваво-красную мантию. Ткань небрежно стекала с подлокотника, служа контрастом для серебристого кафтана — Могу обмахивать вас подносом для эффектности, — ляпнула я, правда не очень громко. Даже, скорее, очень тихо. Но эльф услышал — кто бы сомневался — и смерил меня надменным взором: — Делай, что велели. Молча.       Грррр.       Сжав кулаки, я все-таки встала у подножия трона. Не знаю, кого ждет Трандуил, но фартук я благоразумно сняла. Оставшись в уже излюбленном чепце и простом сером платье, я завела руки за спину и смиренно склонила голову.       И снова — шаги, грохот, чей-то звучный голос. Звон разбитого стекла. Девичий вскрик. Мигом перестав изображать из себя статую я обернулась и недоуменно посмотрела на Трандуила. Тот на мгновение перестал гипнотизировать двери и совершенно не по-королевски шикнул на меня.       Ой, да больно надо.       Наконец, спустя несколько томительных минут, дверные створки распахнулись. Сразу несколько стражников ввели мужчину — я удивленно ахнула, сделав крохотный шаг назад. Тот самый, из моего сна. По сравнению с эльфами он был невысокий, но широкоплечий и мощный; в пыльных и порванных вещах, растрепанный. Он ругался на неизвестном языке, сопротивлялся, от его рывков грохотали оковы. — Оставьте нас, — громко произнес Трандуил, поднимаясь со своего трона. Его Величество спускаться надумал?       Пленного подвели ближе, стражники отступили. Неизвестный резко вскинул голову — из-под спутанной темной гривы сверкнули виденные мною ранее синие глаза. В реальности они оказались еще ярче. Мужчина осмотрелся и, увидев меня, хрипло спросил: — Человек? — Многие воображают, что твоя цель благородна, — между нами встал эльфийский Король, перебивая и загораживая нас друг от друга. Я привстала на носочках, пытаясь хоть что-то увидеть из-за серебряной фигуры, — Попытки вернуть Родину и убить дракона. Я же считаю, что твои мотивы куда прозаичнее — обычное ограбление или что-то подобное.       Трандуил приблизился к пленнику, склонился к нему — разница в росте стала еще ощутимее после этого жеста. Наблюдая за всем этим, я поежилась — ну и голос он умеет делать, жесть. — Ты нашел путь внутрь Горы. Ты ищешь то, что даст тебе право взойти на престол. Камень Государя. Аркенстон.       Эльф отошел обратно к трону, я заметила, как при последних словах пленник на секунду опустил глаза вниз. Почему он молчит? Почему не отвечает венценосному блондину? — Я тебя понимаю. Там есть камни, которыми и я хочу обладать. Самоцветы, белее света звезд. И посему я предлагаю тебе свою помощь.       Кажется, у меня сейчас случиться косоглазие — так отчаянно я пыталась следить одновременно и за Трандуилом, и за мужчиной из сна. И буквально умирала от любопытства — кто он, что за вражда? — Я слушаю, — теперь пленник улыбался. Выглядело это, в сочетании с его внешним видом, жутко. — Я отпущу вас. Но вы вернете мне мои камни. Даю слово. Как Король — Королю.       Принести попкорн! От волнения я сжала руки, сминая в них ткань платья, когда синеглазый закричал. Он кричал, то и дело переходя на иную речь, прошелся взад-вперед. Показались стражники, но Трандуил лишь качнул головой — и они снова скрылись. — Ты не знаешь, что такое честь! Я видел, как ты поступаешь с друзьями! Мы приходили к тебе однажды — голодные, бездомные. И просили твоей помощи. Но ты отвернулся от нас! Повернулся спиной к страданиям моего народа и пламени, что изгнало нас!       Смазанное движение — и Трандуил смотрит пленнику прямо в глаза. Я сместилась вбок, склонила голову к плечу — и увидела то, что еще долго будет сниться мне в кошмарах. — Не рассказывай мне о пламени дракона. Я сражался с великими змеями Севера. И я предупреждал твоего деда, к чему приведет его алчность, — совершенная кожа будто сгорала, обугливалась, превращая лицо Короля в жуткую полумаску. Жуткое видение исчезло так же быстро, как и появилось. Мы с пленником смотрели на поднимающегося по помосту Короля эльфов одинаково — неожиданность смешалась с ужасом. — Ты такой же, как он. Оставайся здесь, пока не сгниешь. Сотня лет — всего лишь мгновение в жизни эльфа, — стражники обступили мужчину, уводя прочь от трона. Трандуил возвышался, и теперь его голос разносился под сводами зала, — Я терпелив. И я подожду.       Двери с грохотом захлопнулись.       Я медленно подняла взгляд наверх, на склоненную фигуру. Владыка подпер рукой голову, будто ему резко стало плохо. Светлые волосы скрыли лицо, отбрасывая тень. Даже прежде сияющий наряд будто померк. — Кто это был? — Спросила я, — Это был он. Его я видела во сне. Кто он? — Торин Дубощит, — не отнимая руку от лица, проговорил Трандуил, — потомок Дурина. Его дед, Трор, был королем гномов.       Я ухватилась рукой за стенку. Коленки начал предательски подрагивать, все вокруг разом поплыло. Гномы? Нет-нет, ошибка какая-то… Я жила черт знает сколько с эльфами, казалось бы, чему я удивляюсь. Ведь этот мир не ограничивается только одним Лихолесьем и его эльфами.       Сотня лет — лишь мгновение в жизни эльфа.       Сияющие, блистательные, неземные. Рыжий целитель, рассказывающий про сборы трав. Маленький принц, боящийся грозы. Лесной Король, позволяющий мне просто существовать рядом с ним. Красивая пелена мнимой важности и нужности, иллюзия замены дома.       А что по факту? Всего лишь мгновение.       Ужасно разболелась голова. Как будто кто-то использовал ее, как наковальню — и ритмично забил огромным молотом. В каком-то трансе, придерживаясь за стенку, я подобрала с пола свои вещи. Посмотрела на прекрасного Короля эльфов, оба лица которого отпечатались на внутренних сторонах век. — Он хочет вернуть себе дом. Вы поможете Торину Дубощиту, Ваше Величество? Отпустите его? — Я знала ответ, но все равно спросила. Было бы неправильно — не спросить. — Тебе не стоит задавать подобных вопросов, — в голосе — лед, можно пораниться, — Как, впрочем, и находиться в моем дворце. Но ты здесь, так что я отвечу на твой вопрос. Нет, я не отпущу его.       Я кивнула, хотя, скорее всего, Владыка не увидел этого жеста. И вышла вслед за плененным гномом, прочь из зала, стараясь не греметь инвентарем.       Сколько раз я ходила по этому коридору? Я даже пожалела, что не считала. Сколько было коридоров, сколько было дней. Я вышла из тронного зала абсолютно опустошенная, разочарованная. Слова эльфийского короля все еще звучали в голове, будто он не Торина Дубощита пленил, а меня. Только гном хотел вернуть себе дом, а я — ничего.       Как в тумане, я дошла до кладовой. Смотрителя не было — эльф куда-то запропастился. Пройдя вглубь шкафов и полок, я начала было разбирать вещи, как услышала шум — подозрительное шебуршание и тихое бормотание, не свойственное перворожденным. Сжав ручку ведра, я подкралась ближе. И, набрав в грудь побольше воздуха, резко выскочила из-за шкафа: — А-а! — А-а-а!!! — Завопила пустота в ответ — полетели тазики и кувшины. Поняв, что здесь кто-то был, и этот кто-то — невидимый, я снова закричала и швырнула свое оружие наугад. Некто болезненно ойкнул, и неожиданно из пустоты вывалился невысокий человек, размахивая руками.       Зажав себе рот ладонями, я в страхе уставилась на маленького дяденьку, который копошился на полу. Такой же грязный и оборванный, как ранее виденный гном. В темно-красном кафтане, явно повидавший многое, с кудрявыми волосами и… большими волосатыми ногами? Мини-версия Йети? — Ты — гном? — Человек?       Я обернулась, проверила, что кроме нас в кладовой никого нет. Снова посмотрела на поднявшегося человечка. Он не выглядел угрожающе, напротив. Темно-карие глаза смотрели на меня настороженно, он забавно почесал нос и выпрямился. — Вижу, что вы, мисс, настроены не враждебно. Так что позвольте представиться, — он умильно пристукнул ножка об ножку, приосанился, — Я — хоббит, и меня зовут Бильбо Бэггинс. К вашим услугам, мисс.       Я задумалась. Только полчаса назад я увидела своего первого в жизни гнома и препиралась с эльфом. Но, видимо, этого было мало, потому что теперь я еще и познакомилась с хоббитом. А ведь новые знакомства — новые перспективы.       Я еще раз оглядела маленького взломщика. — Ты же за теми гномами пришел, да? Вместе с Торином Дубощитом? — Было видно, что он затрудняется ответить. В моей голове же загорелась воображаемая лампочка, и я попыталась внушить ему больше уверенности, — Не бойся меня, я ничего ни тебе, ни твоим друзьям не сделаю. Может даже смогу помочь. — С чего бы мисс быть такой доброй? — Прищурился хоббит. Я вымученно улыбнулась: — Я тут тоже не по личной инициативе полы мою. — Моих друзей заперли в темнице, и я намеревался помочь им выбраться. У нас серьезная миссия, нет времени на посиделки в заточении. Если вы, мисс, согласитесь помочь, то это будет весьма кстати. Как я могу к вам обращаться? — Лисса, — я нагнулась, начала собирать тазики. Хоббит тут же кинулся мне помогать. Вместе мы убрались в кладовой, расставили все по местам. Мой новый знакомый сказал, где собирается ночевать — я знала это место. На нижних секциях, как раз неподалеку от темницы. Когда пришло время уходить, мы договорились о встрече. Чувство было таким, как будто мне назначают свидание.       Наконец, мистер Бэггинс затряс мою руку в рукопожатии и весьма искренне произнес: — Я очень рад встречи с вами, мисс Лис.