Глава 11. Любимые «грабли».
20 апреля 2020 г., 20:00
Девушка прихорашивалась у огромного зеркала, поправляя то мудреную прическу, то прекрасное платье. Сияющая ткань струилась по тонкому стану, длинные локоны послушно стекали по плечам и спине. Она была похожа на ожившую сказку, принцессу прямиком из Диснейлэнда.
Я завистливо вздохнула.
— Лисса, ты уверена, что не хочешь пойти с нами? Там правда будет здорово!
— Верю, — кивнула я. Очевидно, что если на этом празднике даже простая служанка выглядит, как царевна, то что уж говорить про остальных эльфов. Были у меня подозрения, что если я явлюсь на этот неофициальный конкурс прекрасности, то рискую ослепнуть, — Но вряд ли во время танцев понадобится мыть полы, поэтому не думаю, что меня там будет кто-то ждать.
Рина резко повернулась ко мне — взлетела и опала полупрозрачная юбка — и уперла руки в бока, с осуждением смотря на меня. Я выдавила из себя подобие улыбки и попыталась сделать вид, что все нормально.
Не вышло.
— Что за глупости ты говоришь? Какие полы, Лисса? Если бы ты не спорила со мной до хрипа каждый раз во время этих разговоров, то мы бы за один вечер сшили тебе подходящий наряд и подготовили к выходу в свет. Сколько раз я предлагала сходить со мной к швеям?
— О боги, Рина, да мне даже расплатиться за платье нечем. Или ты забыла, что я отрабатываю здесь бесчисленные грехи перед вашим славным королевством? — Чувствую себя несчастной Золушкой. Не хватало только грязи на лице и пшена, чтобы перебирать его всю ночь.
Этот разговор закончился так же, как и все предыдущие. Я вылетела из покоев эльфийки, как пробка из бутылки шампанского, а вслед мне все еще долетали обиженные возгласы. Старательно делая вид, что у меня все в порядке, я мило поздоровалась с проходящими мимо меня эльфами и побежала в сторону своей комнатушки.
Хорошо, что Король отозвал, наконец-то, стражников от моей двери. Потому что у них бы возникли вопросы, когда я со всего размаху столкнулась с невидимой преградой и рухнула на пол — из сумки высыпались симпатичные булочки.
— Ох, мисс Лис, я так неуклюж! — Запричитал невидимка, помогая мне подняться. Я сдула пряди волос, упавшие на лицо, и вернула выпечку на место:
— Ничего. Бильбо, не мог бы ты называть меня просто по имени? А то мне как-то неловко. Какая из меня мисс? — Я развела руками, демонстрируя запачканный передник и мятую юбку.
— Самая настоящая, мисс Лис. Вы очень красивая, а грязный передник нисколько не портит женского очарования, напротив, показывает вас исключительно хорошей хозяйкой, — мы с Бильбо зашли в комнату. Пока я закрывала дверь, Бильбо снял свое чудное кольцо и материализовался из воздуха.
На комплимент от хоббита я лишь грустно вздохнула:
— Спасибо, Бильбо. Я захватила и тебе булочку, будешь? — Он рассыпался в благодарностях и принялся за протянутую сдобу. Пару дней назад, когда Бильбо забежал ночью перекусить, я чуть не умерла от страха. Проснулась от того, что из тени доносились странные шорохи и сыпались крошки. Оказалось, что кое-кто просто забыл проявиться, когда зашел за едой.
— Они все злые, как Балроги, — поделился со мной хоббит, отпив уже давно остывший чай из фляги, — Хотя их кормят, даже принесли одеяла, но какой там. Я их не осуждаю — никому не хотелось бы сидеть в темнице. Но Двалин так ругался-а…
Я благоразумно промолчала, решив не вспоминать о своем желании самостоятельно добиться себе места в камере.
Бильбо начал увлеченно рассказывать про каждого из гномов — даже вспомнить не могу, в какой уже раз. Из нескончаемых историй я узнала почти о каждом гноме, и могла представить их, как наяву, не будучи знакомой лично. Мне нравилось вот так сидеть, забравшись на кровать, и слушать мистера Бэггинса. Рассказчиком он был чудесным.
Но умиротворенность момента была испорчена приступом очередной головной боли. Я поморщилась, потерла виски. Это мало помогало, странные мигрени усиливались с каждым днем. Рина несколько раз предлагала сходить к целителю — но я мотала головой и врала, что все прошло. Уж лучше страдать от головной боли, чем смотреть на злого рыжего эльфа.
— Тебе бы книгу написать, Бильбо, — посоветовала я хоббиту, поднимаясь с кровати и отбрасывая надоевший чепец в сторону, — Вышел бы неплохой такой бестселлер с тиражом по всему миру.
— Не знаю таких слов. Но точно знаю, что вы мне льстите, мисс Лис! — Щеки Бильбо покрылись румянцем. Заметив мое страдальческое выражение лица, он насторожился, — С вами что-то не так? Вам дурно?
— Голова болит, — пожаловалась я, — Я, наверное, пойду и приму ванну. Все уйдут на праздник, и я надеюсь, что никому не приспичит нагружать меня сегодня работой. Посидишь без меня?
— Конечно, мисс Лис, — согласился Бильбо, — Ах, если бы мы были в моем милом Шире, то я непременно дал бы вам фирменную настойку моей тетушки. Она творит поистине великие чудеса — ею можно излечить любую головную боль. Когда у моего почтенного дядюшки вскочил…
— Бильбо, главное — вовремя спрячься, если кто-то надумает войти, — перебила хоббита я. Знать, что и где вскочило у его дядюшки, я искренне не хотела.
Бильбо застенчиво улыбнулся и кивнул. Когда я взялась за ручку небольшой дверцы, он неожиданно спросил:
— Тяжело уживаться с чужим народом, да?
— Сам знаешь, — фыркнула я, хотя ничего веселого в этом не было.
Щеколды не было, но я особо не волновалась — верила в благородство и честность Бильбо. Поэтому я со спокойной душой набрала себе бадью теплой воды, даже добавила в нее немного одолженного у Рины средства. Вдохнув полной грудью едва ощутимый запах трав, я скинула с себя платье, нижнюю сорочку и премилые штанишки с рюшами. Зеркало я благополучно проигнорировала, не желая лишний раз подвергать себя стрессу.
С наслаждением потянувшись, я облокотилась спиной о бортик и прикрыла глаза. Вода приятно обволакивала тело, укачивая. Сразу головную боль это не сняло, но я никуда и не торопилась. В моем распоряжении целый вечер и ночь, посвященный ничегонеделанью.
Где-то у раковины капало. В комнате притих Бильбо, скорее всего, задремав у комода. Я не знала, что принесет с собой своим появлением хоббит, но я была благодарна ему. За то, что помог очнуться от зыбкого очарования дворца Лесного Короля. Почувствовать себя нормальной, как бы странно это ни звучало.
Живой, настоящей.
В тепле меня очень быстро сморило. Виски перестали ныть, и я, прекратив противиться сну, позволила себе скользнуть в объятия Морфея.
***
Поток видений вновь увлек меня, не оставляя даже шанса на спокойный отдых. Изображения замелькали ярким калейдоскопом, силуэты и очертания. Как всегда, ничего определенного, все кружится и вертится, как диско-шар на танцполе в клубе. Сознание услужливо предоставило воспоминание — моя короткая юбка, танцующая рядом Ленка с отсветами ламп на лице и толпа незнакомых людей вокруг. Сомнение быстро сменяется эйфорией, и уже не важно, что мать и отец будут ругаться. В ту ночь я игнорировала звонки телефона, потому что на утро — сборы и отъезд на дачу, месяц вдалеке от городской суеты и повседневных забот. На даче всегда было хорошо. Танцпол закружился, исчез. Теперь вокруг каменные стены, залежи золота. Я спотыкаюсь о небрежно брошенный сундук, высыпаются драгоценные камни. Каждый — размер с мой кулак. Я даже не успеваю удивиться, как слышу жуткий смех. Он повсюду, как будто кто-то расставил по залу колонки. — Бочки… Это уже интереснее. Где прячутся твои маленькие друзья, Ездок на бочках? Они отправили тебя делать за них грязную работу, а сами попрятались! На поверхности! — Голос эхом проносился по огромному помещению, заставляя все вокруг вибрировать. — Бочки? Как можно ездить на бочках? — Не поняла я. Голос рассмеялся, и земля под моими ногами задрожала, разверзлась. Я рухнула в пропасть, а Голос продолжал хохотать мне вслед. Над головой схлестнулась вода. Воздуха стремительно стало не хватать, я начала захлебываться. Меня завертело в воде, обо что-то ударило. Кто-то схватил меня и рывком выдернул наверх. Я закашлялась и схватилась руками за обод… бочки? Руки скользили, но я вцепилась в древесину со всей силой, на которую была способна. Жуткая качка, мой «транспорт» стремительно несся по течению бурной реки. Грохот воды заглушал все звуки, мое внимание привлекло движение сбоку. Посмотрела назад — и еле успела пригнуться. Черная стрела просвистела над головой. Мощный толчок, я больно ударяюсь о стенку. И снова выныриваю, на свой страх и риск. Прямо за мной бегут чудовища — жуткие, напоминающие людей, но гораздо крупнее, с уродливыми мордами. — Осторожнее, они стреляют! Прячься! — Я обернулась на выкрики и увидела Торина Дубощита. Весь мокрый, в разодранной рубахе, со своими горящими синими глазами. Он стоял в бочке, за которую я уцепилась, и размахивал булавой, явно одолженной у противника. Нас накрыла очередная волна. Водоворот, темная вода и моя рука в тисках жесткой ладони.***
Я распахнула глаза, неожиданно осознав, что мне и правда нечем дышать. Чуть не вдохнув в себя воду, я вынырнула и закашлялась. Осознание происходящего пришло не сразу, мне понадобилось время. Бочка, ванна, я во дворце. Никакой реки, никаких орков. Это меня так с соли для ванны накрыло, или что? Резкий шум из комнаты. Вздрогнув, я прикрыла руками голую грудь и попыталась прислушаться. Внутри все сжалось от беспокойства — у меня на кровати сидел хоббит и жевал булку, нельзя, чтобы его увидели. Дверь распахнулась, явив пред моими очами целую кавалькаду во главе с Элендиль. За спиной управительницы маячила Рина и еще одна незнакомая мне эльфийка. Поди, топить меня пришли. — Только не говорите, что кто-то пролил пунш, и надо идти мыть полы. — Отлично, ты как раз моешься. Девочки, заносите, — провозгласила Элендиль, и «девочки» послушно внесли приличных размеров корзину, наполненную невесть чем. Я занервничала, на секунду приподнялась — в комнате было пусто, на кровати что-то лежало. Бильбо видно не было, как и сумки с выпечкой. — Что происходит? Я что-то не так сделала? Это какие-то извращенные пытки? — Рина, улыбаясь, подошла ко мне с красивым флаконом в руках. Не обращая внимания на мои вопросы, она откупорила сосуд и вылила в мою бочку содержимое — я сразу почувствовала невероятно приятный цветочный аромат. — Во время Мерет эн Гилит никому не позволено в этом дворце сидеть одному и портить праздник своим унылым лицом. Даже тебе, Лисса. И, тем более, нам не хватает разносчика угощений, — Элендиль нависла надо мной неотвратимым роком. — Я могу сама помыться, чтобы разносить еду в зале, — промямлила я. В ответ мне прозвучало суровое эльфийское: — Нет, не можешь. Я испуганно сжалась, тщетно пытаясь прикрыть себя руками. Но на мое смущение всем было все равно — эльфийки окружили меня, Рина вылила мне на голову ковш с водой. Пока я отплевывалась, Элендиль взялась за мои волосы. Незнакомая эльфийка каким-то невообразимым образом вытянула мою ногу, начала намыливать: — Люди не такие волосатые, как гномы, но у них есть волосы на теле. У тебя же их нет совсем, отчего? — Спросила она у меня. Я в очередной раз поперхнулась ароматной водой, закашлялась. — Лазерная эпиляция, дорогуши… кх-кх… Не берите в голову, просто лысая и все, — объяснить, почему у меня нет волос, я бы все равно не смогла. Воспоминание о потраченной на данную процедуру сумме до сих пор причиняло почти физическую боль. — А я говорила, что она странная, — с гордостью сказала Рина. Я даже спорить не стала. Устав сопротивляться, я обмякла и тратила силы только на то, чтобы не утонуть. — Просто оставьте меня здесь и дайте умереть, — простонала я, когда меня выволокли из бочки и бросили на кровать. Пока Элендиль и ее помощница что-то обсуждали, Рина подошла ко мне и ободряюще погладила по плечу: — Никто не собирается тебя убивать, Лисса. Ты тоже приглашена на праздник, как и все остальные жители дворца. Тебе даже сшили платье, представляешь? — Она светилась улыбкой. Я приоткрыла веки и недоверчиво посмотрела на нее: — Мне вода в уши затекла, или ты сказала слово «платье»? Кто оказался таким щедрым? — На мой простой вопрос Рина загадочно промолчала, сверкнув глазами. Заинтересованная, я даже нашла в себе силы приподняться, — Рина, от кого платье? — От кого бы оно ни было, тебя надо к нему подготовить, — встряла Элендиль, подходя к нам с вещами, неизвестного для меня назначения, — А сейчас вставай, Лисса. У нас много работы. Я не знаю, что я сделала эльфийкам, чем провинилась перед ними. Но терзали они меня долго и усердно. Вычесывали волосы, натирали кожу маслами, творили что-то невообразимое с лицом. Я просила, умоляла, угрожала. Не знаю, сколько времени это длилось, но я успела пройти через все стадии — от отрицания до принятия. Когда они отступили в разные стороны, я слегка пошатнулась и недоверчиво посмотрела на загадочно молчавших эльфиек: — Пожалуйста, скажите, что это все. — Ты поменялась, Лисса. Ты была не особо привлекательна, когда я тебя увидела первый раз. Но сейчас… Возможно, дело в платье? — Элендиль задумчиво прижала руку к лицу. Хочу заметить, что во время экзекуции внешний вид самих женщин никак не пострадал — они даже не запыхались. Стоящая рядом с ней эльфийка предположила: — Прическа? — Нет. Она просто красивая, — улыбнулась мне Рина. Я не выдержала и смущенно улыбнулась в ответ, буквально сгорая от неловкости. Вцепилась в юбку, не зная, куда еще деть руки. Ткань приятно скользила между пальцев, переливаясь на свету. — Я даже не знаю, как вас отблагодарить… — Никак, — махнула рукой начальница и, круто развернувшись, вышла из моей комнаты. Я хотела было сунуться в ванную, к зеркалу, но Рина схватила меня за руку и потянула за собой. Я поплелась за ней, чувствуя себя непривычно. Не было серого платья, наглухо закрывающего меня со всех сторон. Не было чепца, с которым я почти сроднилась. Встречные эльфы — сверкающие в своих нарядах — удивленно улыбались, приветствовали и поздравляли с наступающим праздником. Хорошо, что Рина вела меня за руку, потому, что я крутила головой в попытках рассмотреть всех и каждый раз рисковала врезаться в кого-нибудь. — Лисса, сразу после речи Владыки ты должна будешь подойти к столу и взять поднос. Тебе надо будет разносить угощения, раздашь три подноса — и можешь отдыхать. Порадуйся вместе со всеми, потанцуй. Только не пей! Наше вино тебе не стоит пробовать. Рина, а ты приглядывай за ней, — мы синхронно кивали, идя за Элендиль, как утята за мамой-уткой. Знакомые двери — большие, до самого потолка — распахнуты настежь. Я вцепилась в Рину, как в спасательный круг, из последних сил сдерживая рвущиеся наружу эмоции. Чертоги Лесного Короля были прекрасны. Всюду — праздничные украшения, диковинные костюмы и музыка. По залу летали крохотные огоньки — белые и золотые, они парили в воздухе снежинками. Садились на волосы, одежду и поверхности. — Как красиво, — выдохнула я, сраженная. — А ты идти не хотела. Пойдем, встанем ближе к трону, — Рина повела меня за собой. Эльфы расступались перед нами, говорили слова на своем певучем языке, смеялись. Я чувствовала себя, как давным-давно на выпускном. Только тогда меня наряжала мама и тетя, а на праздник я пришла с подружкой. Видимо, с тех пор мне не суждено было прийти на бал с кавалером. Приятно, что хоть что-то остается неизменным даже в волшебном мире. Мы подошли к трону. Я задрала голову — и зажмурилась, всего на миг. Перевела дыхание, чтобы снова открыть глаза и посмотреть на Лесного Короля. Он сидел на своем троне, и множество огоньков кружило вокруг него. Его одеяния — белые с серебром — украшала тонкая, едва заметная вышивка. Он возвышался над залом, смотрел на своих подданных с едва заметной улыбкой. Подле него, на ступенях ниже, стоял Леголас. Мало кто мог сравниться красотой с Владыкой, но юный принц был близок к этому. Его одежды были проще, легче — он стоял, небрежно облокотившись на перила, думал о чем-то своем. — Они вообще настоящие? — Шепнула я на ухо Рине — та хихикнула, покачала головой: — Это ты еще не видела Владыку на празднике Весны. Там и вправду есть на что посмотреть, не зря имя нашего Повелителя означает «цветущая весна», — Рина потрясла меня за руку. Я с трудом смогла отвести взгляд от Короля: — Даже представлять не буду. Мое человеческое сознание просто не в состоянии такое принять. Трандуил поднялся с трона, и все разом замолчали. Я ни слова не понимала из того, что он говорил. Но, как и все, замерла, покрываясь мурашками от звучания его голоса. Внутри все трепетало, как будто кто-то выпустил множество бабочек. Очарованная, я не сразу поняла, что хочет от меня Рина — речь кончается, нам надо идти к столам. Заторможено кивнув, я поплелась вслед за ней, то и дело оборачиваясь назад — пока белоснежная фигура не пропала из моего поля зрения. — Ну, привет, я снова спустилась на землю, — тихо пробормотала себе под нос я, послушно принимая внушительных размеров поднос из рук эльфа. Договорилась о том, что возьму себе задние ряды (подальше от трона), и пошла, так сказать, в массы. С самого начала мне казалось, что я буду выглядеть глупо или нелепо. Что эльфы будут тыкать в меня пальцами, насмехаться. Но я ошибалась — перворожденные брали с подноса угощения, благодарили, поздравляли. Желали света и долгих лет, делали комплименты. — Неплохо выглядишь, человечка. Ты стала чем-то похожа на нас, — заметил подошедший Андрос. Тот самый противный эльф — шатер, первая встреча с Лесным Владыкой. Я не стала препираться с ним, улыбнулась: — Угощайтесь, — предложила я. Советник, хмыкнув, взял себе закуску. Они были одним целым. Все, облаченные в светлые одежды, смеялись и говорили на своем переливчатом языке. Я видела множество лиц — множество улыбок и взглядов. И я терялась среди них, сжимая свой поднос, как спасательный круг. Но вот закуски кончились. Вернув все на место, я забилась в какой-то угол зала, встав к колонне. Рины нигде не было видно, да и неправильно это было — ходить хвостиком за эльфийкой. Неожиданно моей руку что-то коснулось — я вздрогнула, опустила глаза вниз, но никого не увидела. Помедлив, я прикрыла рот рукой и едва слышно спросила: — Бильбо? — Да, — ответил хоббит, — Здесь так красиво. Я никогда не видел такой красоты, мисс Лис. — Я тоже, — прошептала я. Бильбо снова коснулся моей руки, платья: — Вы похожи на прекрасную деву из легенд, мисс Лис, — я смутилась, хотела было ответить. Но неожиданно хоббит отдернул руку и, кажется, отошел. Я в недоумении подняла голову — щеки загорелись. — Отчего ты не со всеми? — Роланд был таким красивым, что мне срочно понадобилось подышать свежим воздухом. Я с трудом взяла себя в руки и ответила: — Все танцуют. Не хочу мешаться под ногами. Рыжие волосы казались жидким пламенем, хотелось прикоснуться и убедиться — горячие ли. Роланд встал рядом со мной и оглядел происходящее. Какое-то время мы помолчали. — Мне стыдно, — наконец, не выдержала я. И, не смотря на целителя, зашептала, — Мне так стыдно, что я даже не могу проходить мимо лазарета. А еще я скучаю, Роланд. Элендиль тоже меня ругает и заставляет делать кучу работы, но я все равно так скучаю по тебе. Эльф не отвечал. Может, уже ушел? Я не стала проверять, решив не расстраивать себя лишний раз. Но тут рыжий дотронулся до моей руки и положил ее себе на локоть, повел к эльфам. — Роландариэль? — С перепугу я назвала его полным именем. Всмотрелась в лицо — он улыбался кончиками губ, в глазах — бесы. — Ты невыносима. Я собирался не разговаривать с тобой десятилетие, как минимум. Но принц сказал, что спутал тебя с эльфийкой. Любопытство взяло вверх, и мне пришлось немного сократить срок обиды, — он легко лавировал между другими, я едва поспевала за ним. — Куда мы идем? И что ты сказал — принц меня видел? — Видел, — кивнул Роланд, — Вы с той служанкой стояли как раз напротив трона, так что тебя оттуда хорошо было видно. И мы идем танцевать. Смысл сказанного дошел до меня не сразу — спустя пару шагов. Я резко затормозила, упершись в пол пятками. Целитель тяжело вздохнул и почти что силком повел меня дальше: — Я даже ваших танцев не знаю! — Зашипела я, поняв, что он ведет меня в центр. Отчаянно затрепыхалась, но рыжий шикнул — и пришлось замолчать. Мы встали напротив друг друга. Послышались первые звуки мелодии, что-то нерезкое и текучее. Я закусила губу, огляделась. Повторила движение близ стоящих эльфиек — слегка присела, склонила голову. Шаг навстречу, шаг назад. Несложные фигуры, и раз, и два. Роланд поднял руку — я потянулась следом. Шаг влево, шаг назад. Эльф берет меня за вторую руку. Я то и дело кручу головой, выхватывая движения. Шаг вправо, шаг вперед. Теплая ладонь целителя на моей спине. — Я устала, — пожаловалась я. Роланд рассмеялся, касаясь дыханием шеи: — Теперь можешь расслабиться. Я поведу. И после этих слов стало совсем легко. Музыка закружила нас, я полностью доверилась рыжему — и следовала за ним, словно тень. Огоньки танцевали вместе с нами, кружили. Я даже перестала думать о том, что кто-то смотрит на нас. Забыла об этом, выкинула из головы. Радость постепенно охватывала меня, вытесняя собой все, я тихо намурлыкивала что-то совсем не в такт. В кольце рук эльфа я чувствовала себя в безопасности, и мне хотелось смеяться от этого. Танец, показавшийся мне полетом, закончился. Все захлопали, вновь заговорили. Я не удержалась и на секунду прильнула к эльфу всем телом, обнимая. Он нежно провел по спине, негромко сказал: — И я скучал, Лисса. Эльфы вокруг перестали казаться неприступной стеной. Я смеялась вместе со всеми, выучила заветные слова поздравления — и говорила их каждому, кто подходил. Роланд стоял за моей спиной, как гордый своим чадом отец, и явно потешался над моими потугами выучить что-то еще. Я не обижалась — мне было слишком хорошо. Меня обнимали, звали танцевать, рассказывали что-то. Водоворот, как в моем сне. Только из музыки, смеха и улыбок. В какой-то момент мне отчаянно стало не хватать свежего воздуха. В голове шумело, и Роланд, заметив это, вызвался вывести меня. Но я замотала головой, сама вышла из зала. Стараясь сильно не шататься — ни капли спиртного в рот, откуда эта качка? — я быстро нашла королевский сад. Дорогу к этому месту я помнила хорошо. Обычно, я шла в самый дальний угол сада, где были травы Роланда. Но сегодня ведь праздник, и в честь этого, думаю, можно пройти в центральную часть. Здесь была невероятно мягкая трава, на которую хотелось упасть всем телом. Деревья и оплетающие их лианы, невероятные цветы. Среди растений притаились статуи — эльфы, чей облик навсегда запечатали в камне, а еще звери и птицы. Несмотря на эйфорию после зала, я шла, четко придерживаясь маршрута. Пышный куст цветущих роз. И прямо за ним — большой фонтан, тихо журчащий среди лиственной ограды. Облегченно вздохнув, я уселась прямо на каменный бортик. Вода была чистейшей, прозрачной. Здесь плавали белоснежные бутоны лилий на кувшинках, лепестки других цветов. Притормозила. И все-таки наклонилась вниз, заглядывая в отражение. Я не смотрелась в зеркало уже давно. И сейчас я будто заново знакомилась с той девушкой, которая попала в волшебный мир. Потому что она была такой же незнакомкой, как и та эльфийка, помогавшая мне готовиться к празднику. Платье было совсем простым, не таким пышным, как у других эльфов. Светлая ткань плотно прилегала к телу, от бедер растекаясь вниз. Никакой вышивки, украшений. Но я думаю, что это было бы лишним и неуместным. Мои темные волосы эльфийки убрали наверх, обнажая шею. Украшением можно было назвать лишь легкую, почти прозрачную вуаль. Весь вечер она покорно следовала за мной, приятно холодя кожу и удачно заменяя отсутствующую длину волос. Среди лилий я заметила белый силуэт. — Воистину дивный народ, и праздник под стать. Это волшебство, Ваше Величество? — Возможно. Я встала, оправила юбку. И посмотрела на Трандуила, мысленно дав себе установку — не падать в обморок от его красоты. — Глядя на тебя в зале, я сделал вывод, что праздник пришелся тебе по душе. Отчего же ты ушла? — Парочка огоньков все еще кружили вокруг Владыки. — Веселиться — очень утомительное занятие, — честно призналась я. Отвернулась, чтобы в открытую не глазеть на мужчину. И задрала голову наверх в попытке отвлечься. Лучше бы дальше таращилась на Короля. Рот невольно приоткрылся. До меня не сразу дошло, что, несмотря на позднее время суток, на улице было светло. И теперь я поняла, почему. Весь небосвод был усыпан звездами, будто большой ребенок просыпал из ведерка миллионы светил. И среди них, прямо над головой — огромная луна, завораживающая. — Ты смотришь на небо так, будто видишь его впервые. — Я… Я много чего сегодня вижу впервые, — прошептала я. Она была такой большой, бледной среди сверкающих звезд, но не менее прекрасной. Опомнившись, я огляделась. Владыка стоял чуть поодаль, длинными пальцами касаясь распустившейся алой розы. Его белая мантия растеклась по темной траве, напоминая пролитое молоко. — Ваше Величество, я бы хотела вас поблагодарить, — неожиданно, даже для себя, сказала я. Чуть ли не подбежала к нему, озаренная внезапным осознанием. Эльф повернулся ко мне, вскинув темную бровь. — За что же? — Иронично протянул он. Мне стало стыдно — но лишь на секундочку, я умела быстро справляться с этим чувством. — За все. За дом, за защиту, за работу. За все вот это, — я сделала широкий жест руками, — У нас с вами были разногласия. Мне не место среди вашего народа, но все же я здесь. И поэтому я говорю вам — спасибо. Пока я говорила, Владыка подошел ко мне ближе. С каждым его бесшумным шагом говорить было все сложнее, последние слова я едва бормотала. И надеялась, что мои щеки сейчас не как две свеклы. — Твои глаза. Они были зелеными, а сейчас в них — желтые искры. Что с тобой происходит, Лисса? — Мы уже были в этом саду, в другом месте. Он говорил мне про мою фэа и про что-то еще. Мысли путались, я смотрела на Короля и силилась вспомнить — что было в саду. — Мы же с вами… Это было давно. О чем мы говорили? — Я нахмурилась. Он коснулся моей руки, вверх, к плечу, прямо по шву. — Я был удивлен, увидев тебя в зале. Почувствовав тебя. Я все еще не могу увидеть твой свет, мешает туман. — Говорили о чем-то, я помню. Вы что-то сделали. Что вы сделали, Ваше Величество? Его лицо было совсем близко. Он склонился ко мне, я чувствовала его дыхание на своих губах. Глаза в глаза — я увидела собственное отражение на глубине его очей. Все вокруг замерло. И я сама замерла, боясь спугнуть волшебство момента. Если это сон — боги, не дайте мне проснуться. Потому что пальцы Владыки скользнули по шее к затылку, притягивая. Я опустила ресницы, закрывая глаза. Что было в саду? Его поцелуй — как капли весеннего дождя на губах. Наверное, я бы упала, рухнула на землю как подкошенная, если бы не его руки. Удерживающие, не отпускающие. Внутри что-то взорвалось фейерверком. И я не выдержала — привстала на носочки, обняла его за шею. Отчего-то я знала, что после такого поцелуя можно спокойно умереть. Потому что Король был недосягаем, он был мечтой, которой никогда не суждено воплотиться. Но вот его пальцы в моих волосах, и его губы, настойчиво ласкающие мои. Совсем пусто, я уже не могла ни о чем думать. И, наверное, именно из-за этого я почувствовала это. Как чужое сознание проникает в голову и завладевает содержимым. Как все виденные мною видения ускользают от меня. Мои воспоминания становятся не моими. Ночь, сад, вой Серого. Видимо, Король что-то понял. Отстранился, цепко взглянул в глаза. Я смотрела на него, шокированная собственными воспоминаниями. В ужасе от того, что только что произошло. — Ты была так счастлива, так открыта. Это было нужно, чтобы увидеть и не причинить тебе вреда. Твои видения важны, Лисса, они многое показывают. Как и то, что ты присоединишься к Торину Дубощиту. Тебя ни разу не видели в темнице, но мне докладывали, что ты воруешь с кухни. До этого ты ни разу не позволяла себе подобного, так что же изменилось? Почувствовала мятежный дух? — А вы, оказывается, лжец, Ваше Величество, — горько выдохнула я. Бесстрастное лицо, холодные глаза — как ушат ледяной воды на голову. — Ты не покинешь этого дворца. Тем более, вместе с Дубощитом. Его попытка вернуть свое королевство закончится здесь, в моем лесу. Или ты думала, что я дам такой козырь коротышке? Нет, такого я себе позволить не могу, — что-то внутри меня оборвалось, упало и разбилось. — Дикий зверек, да? — Стража, — отчетливо произносит Трандуил. Я сама отступаю от него, прочь от сильных рук и резных колец. Эльфы в доспехах появляются сразу — выходят из-за деревьев, встают по обе стороны от меня. Лесной Король уже не смотрит на меня, величественно приподнимает подбородок: — Отведите девушку в ее покои. И не выпускайте, пока я не отдам распоряжение. Эльфы синхронно кивнули. Один из них взглянул на меня — я обхватила себя руками, качнула головой. Платье, бал, поцелуй. Красивый план, каждый шаг которого — обоснован. Доведение меня до нужной кондиции. Ничего сложного, покажи дурочке яркую картинку, она и поведется. Я ссутулилась. И сама пошла во дворец.
