Старший брат.

За пределами клетки, в которой меня сейчас держат, плотный сумрак полутёмного помещения. Кто бы сомневался, что меня приволокли в Храм джедаев! Скорее всего в особое место для содержания ситхов, не иначе, да ещё и охраной озаботились. Жаль, я надеялся, что сия чаша меня минует и всё закончится там, на драном корабле, где я буду в виде трупа. Но раз жив, то не мешало бы прояснить ситуацию. Окидываю взглядом ряд стражей и криво усмехаюсь: угу, с этими поговоришь! В этом сумраке нет никакого предположения, сколько времени прошло, даже скорее всего мне сбивают ритм специально, принося еду в разное время. Заботливо не дают мне сдохнуть от банального голода. Милосердие приговорённому, оно такое… Ровный ритм шагов неторопливо приближающегося из темноты заставляет меня вырваться из полудремотного состояния и потянувшись сесть. И улыбнуться при виде сумрачного лица вполне себе живого магистра Кеноби. — Пришёл поглумиться? — Никогда подобным не страдал. Покивать его выдержанному тону, но не сдержаться от укола: — Хреново выглядишь. Словно несколько дней личную войну ведёшь. Совесть заела? — Проблемы, которые ты так успешно поднял, заели, но уж никак не совесть! — всё же прорывается в нём злая досада. У меня разом поднялось настроение и как-то легче стало на душе от осознания, что Палпатину не удалось как-нибудь воскреснуть. Фиг его знает, какими каверзам он ещё обучен, если даже будучи на виду у всего Ордена и Совета в придачу проворачивал свои дела, а те и в ус не дули! — Значит, наш милейший Канцлер сдох… Я ликую! — На твоём месте я подыскал бы себе адвоката. — Но ты не на моём месте, Кеноби, — злость накатила внезапным рывком, я поймал взгляд Оби-Вана. — Я два года потратил, чтобы добраться до этих сволочей, что я рядом с ними оставил, лучше тебе не знать! Но это не тебя будут судить за правильное дело те, кто уже заочно приговорил меня к смерти. Или к тому, что похуже смерти, кто их там знает, магистров ваших? И знаешь, я не жду помилования и оправдания, потому что их не будет. И давай закроем эту тему, а то ты мне настроение портишь. Мне как раз организовал ваш Совет полноценный отдых, жаль только, что не курорт. Кеноби устало выдохнул и прошёлся вдоль стенки клетки под тихое гудение энергетической завесы. — Энакина сюда отказываются пускать. — Надеюсь, что всё, что между нами, осталось не раскрытым? — меня больше волновал этот вопрос, чем суд надо мною и моими поступками. — Я боюсь, что он сорвётся не в понарошку, если узнает подноготную. — Вот только не говори мне, что он уже не на гране! Он хоть здесь, а не на передовой? — Его не выпускают из Храма, — с какой-то новой ноткой в ровном голосе произнёс Оби-Ван, сверля меня взглядом. — Идиотизм в вашей святой обители рулит, всегда это знал, — помахал я рукой и откинулся на подушку. — Надеюсь, его хоть в камере не запирали, а то прикину чем может обернуться это — и жуть берёт. Надави на Совет бестолковый и дай им весомый аргумент, чтобы выпустили парня, а то он здесь устроит апокалипсис. — Совету не до мелких мастеров типа Скайуокера. Ты разворошил осиное гнездо. — Совету давно стоило стряхнуть с себя вековую пыль и вспомнить, что они вообще-то думать должны, а не поддакивать разным там Канцлерам! Если ты меня понимаешь… — Мы даём советы… — Ну и к чему это вас привело? — незаинтересованно повернул голову к начавшему нервничать Кеноби. — Знаешь, ступай-ка ты обратно и передай мой пламенный привет всему Совету скопом и поторопи их с заседанием, что ли? А то скоро коростой покроюсь от грязи и лени! Как-то не привык к ничего неделанию за последние года. Прощайте, магистр Кеноби, да пребудет с вами Сила! С этими словами я повернулся на другой бок и просто начал его игнорировать. Моё терпение на пустой трёп не бесконечно, мне и магистра Винду с его обвинительной речью хватило по горлышко. Придушить его желалось неимоверно. А ведь ещё кто-то в Совете к Палпатину неровно так дышал и до сих пор оставался на своём посту. Эх! Мне бы с моим «клерком» перебросится парой словечек или весточку передать. Или его, как и Энакина, ко мне не пускают? Да ладно! Главу разведки — и не пускают? Нет, тут что-то другое… За спиной раздался тяжёлый вздох и удаляющиеся решительные шаги. Возвращаться в зал Совета не было никакого желания. Когда всё заседание сводится к тому, что обвиняют сидевшего внизу, это уже вообще смешно. Сенат начал делёжку тёплого кресла, за пределами Корусанта всё идёт война, а правительство, пусть и временное, словно забыло про это! Ох, не ко времени убрали Палпатина… Оби-Ван слабо поморщился, припомнив, как очнулся там, на палубе корабля, как увидел замахивающегося сейберами на повернувшегося к нему спиной Эвана Скайуокер, а сам МакГрегор даже не пытался защититься, весь сосредоточившись на вскакивающем Палпатине. Абсурдность происходящего сложилась в одно размытое пятно, где осознание происходившего было за пределами рамок. Осталось только горячее желание остановить Энакина от катастрофического действия. И тогда Оби-Ван собрал Силу и просто дёрнул парня прочь от Странника, заблокировав кнопки на его клинках. Энакин кубарем прокатился по палубе, за миг до того, как молнии Силы от Палпатина едва его не поджарили. Кеноби целый день угробил в залах медитации, чтобы восстановить этот момент времени поэтапно. И рядышком пристроился магистр Йода, отслеживая увиденное сквозь Силу. Необычайно тихий даже для себя, словно усохший от осознания правды, почти сломленный… Почти, но не совсем. — Молчать до поры должен ты, Оби-Ван. Про происходящее там молчать. Зададут вопросы — на меня ссылайся. Маленький джедай как в воду глядел. К Кеноби подходили, неоднократно, все с одним вопросом. Вот только одного магистра словно не касалось ничто и никогда: магистр Винду мимо Оби-Вана проходил словно там пустое место. И слава Силе, казалось бы, мало головной боли Кеноби помимо склоки с коруном? Но что-то в поведении Мейса было странноватое. Или мнится уже стало? Прикосновение к своему локтю заставило Кеноби очнуться от размышлений и обернуться к неслышно подошедшей девушке-корунке с множеством косичек на голове. Глаза девушки были воспалёнными, словно она долго плакала, влажная дорожка до сих пор поблёскивала в свете заходящего солнца. Не сумела все следы убрать… — Магистр Кеноби? А суд над Эваном скоро будет? — тёмно-медовые глаза на тёмном лице с тоской всматривались в лицо джедая. — Ты знакома с нашим узником? — Мы работали с ним вместе… — девушка замялась, заметно нервничая. Её рука то и дело ныряла под широкий плащ, но всякий раз она словно останавливала себя, не доверяя. — В мастерских? — протянул руку помощи Оби-ван, помня, с чего начал свой путь МакГрегор. Девушка просияла улыбкой, но отрицательно качнула головой: — Нет! Я не работаю в мастерских Храма, магистр. Мы с ним работали над другими… проектами во благо Ордена, — и вновь в её глазах какое-то требование, что ли? Призыв к чему? — На благо Ордена… Ты не ошиблась? — Только не по его поводу. Мы все на его стороне… Была причина, что он был по другую сторону… Вы должны понять! Вот! — полы её плаща распахнулись, на миг скрывая, что было передано из рук в руки, а после девчонка просто ускользнула прочь. Оби-Ван прижал к боку, невольно скопировав жест девчонки, небольшую шкатулку, проводив её взглядом. «Мы все на его стороне». «Только раскола в Ордене из-за него не хватало!» — пронеслась досадливая мысль и Кеноби поспешил в свои комнаты, чтобы посмотреть, что же такое передала ему эта странная девушка. А когда посмотрел, то немедленно вызвал магистра Йоду приоритетным кодом. Ему пока Оби-Ван мог доверять, а вот про остальных такого сказать нельзя. Шкатулка, в которой оказалось две пирамидки-голографа, одна из которых адресовалась лично магистру Кеноби, а вторая — так же лично, но в руки Эвана МакГрегора. Йода просмотрел обе, проигнорировав пристальный взгляд Оби-Вана, которого магистр выгнал на время просмотра в коридор. Вернувшись Кеноби мог лицезреть настроенного серьёзнее некуда маленького гранд-мастера, стиснувшего свои лапки и уставившегося мрачным взглядом в никуда. — Магистр Йода? — Навыки свои по взлому и копированию электронных носителей не утратил ты? — скрипучий голос Йоды был мрачным. Оби-Ван выпрямился, внимательно взглянув на фигуру гранд-мастера. — Скорее даже обновить успел. — Эту запись на куски должны мы разбить… Сумеешь выполнить задуманное, чтобы друга спасти от гибели неминуемой? — пытливый взгляд Мастера мастеров окинул насторожившегося Кеноби. — Сделаю всё, что в моих силах. — Оппозиция в Совете джедаев создаётся, магистр Оби-Ван, долго ты отсутствовал там. К расколу мы близки… — Если бы только в Совете, магистр! — невольно вырвалось у Кеноби, который припомнил про девушку, которая передала ему эти пирамидки. И то, с какой активностью подался к нему Йода, подняв заинтересованный взгляд на собеседника, заставило Оби-Вана покривиться, но рассказать короткий разговор с девушкой-корункой. — Перемен время пришло… Сложные решения принять должно. Устоит ли Храм после такого? Зал Совета джедаев сегодня был просто неприлично праздничным, залитый солнечным светом, просторный. Стоявшему посередине молодому мужчине было начхать на все праздники мира. Ему нечему было радоваться, как и снисхождения ждать. — Ваше имя! — грозно гремит обвиняющий голос магистра Винду. — Вейдер, — необыкновенно мягко шелестит обвиняемый в ответ. Ему нравится, как напрягаются магистры в… Они что, думают, он совершенный дурак нарываться? Всем скопом навалятся, ему и ахнуть не успеть. Умирать вот таким образом он точно не намерен. — Дарт Вейдер? Обвиняемый молчит. Ведь глупее вопроса не придумать. Имя, данное ему при рождении все знают и так. Он только избегает смотреть в одну-единственную сторону, потому что именно там сидит с напряжённым выражением в глазах Оби-Ван Кеноби. И стыдно, и смешно, и горько… — Уклонение от ответов на задаваемые вопросы не делает вам чести. — Больше не стану, — уважительно склонил он голову, тем самым пряча сардоническую усмешку: словно честные ответы уберегут его от казни. Магистры переглянулись и слово взял Ки-Ади Мунди: — Вы обвиняетесь в планомерном убийстве высокопоставленного лица, Канцлера Палпатина, — зачем-то уточняет персону магистр, словно стоящий напротив мужчина высокопоставленные персоны пачками косил. Вейдер пожимает плечами: — Он просто напросился на такой результат. Оби-Ван смотрит на эту прямую фигуру друга, который не устаёт провоцировать всех, даже сейчас. Укол здесь, намёк там, полутон здесь… Когда-нибудь это сыграет с ним плохую шутку. — Повторяю обвинение: вы намеревались убить действующего главу Республики на своём корабле, когда захватили его? — Главу Республики — нет, а вот старшего ситха — да, — твёрдо встречает взгляд Ки-Ади Мунди Эван, он же Дарт Вейдер. Уклоняться от истины он не станет, ещё не хватало! — Вы сами — ситх, в чём признались! — Да разве я скрывал подобное? Ничуть. Имя мне дал накануне своей гибели сам Дарт Сидиус, там же, на «Незримой длани». Вроде нечем гордится, но так и есть. — Значит, вы признаёте, что умертвили главу Республики? — Значит признаюсь, что глава Республики оказался на поверку именно тем ситхом, которого так долго и упорно искала разведка Ордена и Республики все скопом. Первым взорвался Винду, грохнув кулаком по подлокотнику кресла. Магистр Йода когтем что-то царапал на подлокотнике своего креслица, только стружка отлетала мелкая, тихий и отстранённый. — Прекрати переиначивать вопросы обвинителя, ситх! — Я их просто дополняю и ставлю в известность присутствующих, магистр Винду. Чтобы не было недопонимания. Ещё вопросы будут? — это уже с долей уважения к Мунди, демонстративно отвернувшись от побуревшего Мейса. Так просто сдаваться Эвану было не с руки, а побесить одну персону желалось напоследок ой как! — Вы признаётесь, что работали под руководством графа Дуку, признанного главы сепаратистов, нанося вред Республике? — Республика и сама прекрасно с данным обвинением справлялась, но да, признаюсь и в этом. — Молодой человек, вас обвиняют в куче преступлений, а вы сейчас улыбаетесь? — мягко попенял ему Мунди, не понимая настроя преступника. — Прикажете мне в ногах валяться и милости просить? Как-то это не по ситхски, как по мне. Если вы зачитаете весь свод моих преступлений, то постараюсь быть кратким и честным, а то так не один день пройдёт, прежде, чем к окончанию придём. И логическому выводу, что подобный мне просто не может существовать. Как там будет звучать приговор? Уже составили его, надеюсь? — Да он просто издевается над нами! — Магистр Винду, ваши заявления голословны, я просто отвечаю развернуто на задаваемые вопросы. Что вас не устраивает? — Знаете, может мы примем решение без этого всего? — сдержался от взрыва Мейс, но пренебрежительно обвёл рукой окружающее пространство. О! Эту возможность было невозможно упустить! — Имеете в виду, что примете решение о моей ликвидации самолично? — подстекать уметь надо. Эван умел. Напряжение начало нарастать… — Магистр Йода, можно мне задать пару вопросов обвиняемому? — Оби-Ван выбрал точный момент, когда Винду перешёл бы от взглядов к действию, приводя того в чувство. МакГрегор скривился и чуть повёл плечами, наградив Кеноби взглядом, в котором сочеталось все страдания мира и пренебрежение: «Только не ты!» — Вы работали на Дуку, находясь в свободном плавании или же работали под прикрытием? — Магистр Кеноби, вы как себе такое представляете? «Работать под прикрытием» — это использовать подложную, чужую личность. — Например, охотник за головами по прозвищу Странник? «Надо было тебя прибить там, на том корабле!» — Увы, я принимал самостоятельные решения, полностью мной принятые и в ряде случаев реализованные мною. Например, ликвидация отправленных за моей головой ассасинов Ордена. Кстати, последняя тройка совершенно дети, накрученные психоэмоционально и с ментальной закладкой. Короче, сломанные личности, годные только на одноразовое использование. Раньше вы работали более аккуратно. — Когда это было? — быстро задал вопрос Оби-Ван — С месяца два назад, — столь же быстро ответил Вейдер, окинув взглядом заволновавшееся собрание, сразу же подавив усмешку. Судя по всему Оби-Ван специально раскачивает лодку. — Это домыслы ситха! Он специально… — Магистр Винду, вмешиваться в допрос, ведущийся другим магистром, — это нарушение регламента! — сухо отрезала женщина, заменившая на посту Ади Галию. — Могу я задать вопрос подозреваемому? Ух, ты! Уже не обвиняемому, а подозреваемому? Однако! — Всегда рад буду ответить милой даме, — улыбнулся Эван, хотя эта дама сама кому хочешь голову может отгрызть! — Перечислите имена тех, кто на вас напал в последний раз. — Простите, но тела я передал для погребения в Храм, как поступал всегда с джедаями, — Эван обвёл взглядом притихших магистров. — Вы… Вы не получили их? — Последний подарок от вашей особы, Странник, мы получили задолго от последних событий. — Вот как? — мужчина покрутил запястьями, опустив голову. И выдал имена, которые узнал у единственного оставленного в живых, но так же вынужденного убитого, потому что они в самом деле все были сломанными личностями с самоубийственным заданием. Ему только тогда не хватало убийцы с маниакальным желанием убивать всё, что хоть отдалённо казалось похожим на ситха. Шелест кнопок под уверенными пальцами подсказал ему, что имена и фамилии записаны, а запрос направлен в информаторий Храма. И, кажется, не только туда. — Оби-Ван, вам слово, — кивнула так же сухо незнакомка, наградив Вейдера странным взглядом. — У нас есть основания полагать, что вы всё же действовали только частично самостоятельно. — Если сейчас вы действуете на основании наших прежних приятельских отношений, магистр, то рискуете получить предупреждение от магистра Винду, — любезно повёл глазами Эван в сторону обозначенного магистра. — Может всё же вы признаете, наконец, что я реально ситх, реально убил Канцлера… Нет-нет, магистр Винду, не ликуйте, пожалуйста, рано ещё! Я не закончил… Так вот, господа и дамы, когда я захватил Канцлера, желая прекратить эту затянувшуюся войну, я ещё не знал, что он и есть тот самый Дарт Сидиус. Когда же узнал… — У меня есть доказательства, что ты неоднократно встречался в данным Сидиусом здесь, на Корусанте! — выпалил магистр Винду, поднявшись в немаленький свой рост. Зал притих, несколько пар глаз уставились на резко оборвавшего свою речь коруна, умудрившегося посереть. Как показывала практика, данная раса так бледнела… — ВЫ сейчас осознаёте, что произнесли, Мейс Винду? — преспокойно спросил Оби-Ван, сложив пальцы домиком и смотря поверх них на замолкшего коруна. — Это не то, что вы подумали! — Ваши слова… Мне их повторить? — Слова, сказанные в запале… — Магистром Ордена? Запал у магистра Ордена? Не взвешенное решение, не взвешенные слова, а запал? Чем вы настолько выбиты из колеи, что так раздосадованы? Может, погиб ваш лучший друг? Но у нас многих погибли на этой войне друзья, знакомые, да даже родственники, ученики, мастера и магистры… Но умение держать себя в руках, быть примером… Ваши доказательства, где они? — В моём… Моём тайнике. — Спасибо, что не стали отпираться, — Оби-Ван протянул руку, в которую опустилась пролевитированная невозмутимым Йодой карта памяти. — Стасс Аллие, будьте добры, активируйте запись! И пока Винду, незримо спелёнутый Силой неподвижного магистра Йоды, стоял возле своего кресла, остальные магистры с возмущением, явно слышимым через Силу, просматривали снятое с небольшого расстояния. Ясно узнаваемая фигура Вейдера в его чёрном костюме, одетая в просторную хламида фигура незнакомца… Обличительная запись стала могильной плитой для одного магистра. — Вы знали о нескольких таких встречах! Вы засняли их! И не оповестили Совет! — Мунди не мог понять причины такого поступка. — Господа, простите меня, но могу ли я задать прямой вопрос к магистру Винду? — Вейдер шагнул на полшага вперёд, привлекая внимание. При этом глаз не спуская с противника, ибо он успел уже сложить разрозненные фрагменты. Оби-Ван обменялся взглядом с нахохлившимся Йодой и получил едва приметное разрешение. — Вам разрешено. — Магистр Винду, вы же не собирались предоставлять эту запись Совету. А кому вы собирались её предоставлять? Тёмные глаза коруна уставились через расстояние на МакГрегора, усмешка скользнула по полным губам. — Ты же уже понял кому она предназначалась. — Скажем, я-то понял. И скорее всего была сопровождена запись анализом ДНК, рассказом слезливым про мою гибель от рук одного мастера… В точку, Мейс. Это сработало бы. И Сидиус был бы повержен рукой несостоявшегося в этот момент ученика. Мальчишка стал бы неуправляемым, а тебе только этого и надо было. Правда? — Его надо было остановить! Надо! — Винду заворочался в силках, пытаясь их скинуть. — Так я и остановил, но на своих условиях, — продолжал давить Вейдер без пощады, под глубокое молчание окружавших магистров, осуждающе глядевших на обличённого в предательстве одного из их членов. — И это нарушило все твои планы, не так ли? Ты чего хотел, скажи мне напоследок? Стать тем, кто спеленает Сидиуса и войдёт в историю как самый-самый прозорливый магистр? Да вот не вышло! Беда-беда… Победу лично твою вырвали из твоих рук едва ли не в последний момент. Нечленораздельный рык сорвался с искривлённых губ обезумевшего Мейса и он что есть Силы рванул нити силков, разрывая их. Его противник стоял напротив, спокойно глядевший на стремление магистра поквитаться. Винду рванулся к нему, протягивая руки с заискрившимися кончиками пальцев. Кеноби и Йода сделали только намёк на движение, когда всё уже закончилось. Чуть сместился Вейдер, поведя плечами, да немного изменилась радужка глаз… Наверное так упал луч света на его глаза. Тошнотворный звук ломающихся под кожей костей и вот вместо тела, полного жизни, остался только мешок костей, перемолотых в крошево. В глазах присутствующих появился шок, настолько быстро это произошло. Зал наполнился гулом активированных клинков. Только Йода остался сидеть и печально смотреть на то, что раньше было Мейсом Винду. — Лучше уж так уйти… Внезапно. Сядьте! — резко и категорично произнёс он, тяжелым взглядом пройдясь по рядам своих подчинённых. — Вскрылись неприятные действия внутри Совета… Предупреждали меня, но не внял я призыву оглядеться. Слеп был я, слепым и остался до момента этого. Обвиняемого доставить обратно в камеру. Заседание будет продолжено позже. Когда его уводили, Эван ещё успел пересечься взглядом с Кеноби, недоумённо округлив глаза. Что происходит-то?! Данного развития событий он не предусматривал ни в одном своём плане.