Железная Леди

      — Джейс, если ты еще раз пройдешь передо мной, я тебя убью! — Взорвалась Изабель, после двадцать четвертого круга, пройденного парнем перед скамейкой в спортивном зале. — Уже в глазах рябит от твоего метания!       — Отстань Изабель! — Огрызнулся охотник, запуская руку в и так стоящие торчком волосы. Золотистые глаза лихорадочно блестели, а на лбу залегла морщинка, свидетельствующая о сильнейшем волнении. Последние минут двадцать он не мог заставить себя успокоиться, постоянно возвращаясь мыслями в тот момент, когда они с Лаэн позволили так легко себя поймать.       — Джейс, не смей кричать на Иззи! — Вступился за сестру Алек, отвлекаясь от созерцания пола под своими ногами. — Я понимаю, что ты переживаешь, но это не повод срываться на близких!       — Ни черта ты не понимаешь! — Рявкнул нефилим, прожигая взглядом брата. Он был похож на разъяренного льва, готового в любой момент кинуться на противника, которого даже по близости не было.       — Так объясни! — Вклинилась в разговор Джослин, моментально прерывая ссору ребят. — Не держи все в себе! Мы тоже волнуемся за Лаэн.       Джейс тихо зарычал, сдерживая злость на родных, так нагло копающихся в его душе, но стоило ему осмысленно посмотреть на не менее взволнованные лица, чем у него, как негодование исчезло за секунду. Глубоко вздохнув, он опустился на скамейку рядом с женщиной и спрятал лицо в ладонях, сгорбившись, словно старый дед.       — Это сложно описать, — приглушенно заговорил парень, с трудом подбирая слова к бушующим в груди эмоциям. — Я все еще чувствую Лаэн, она жива, но ее эмоции не соответствуют той действительности, которую мы представляем.       — В каком смысле? — Спросила охотница, внимательно вслушиваясь в слова нефилима.       — Она в плену у Лео или того ублюдка, что им управляет, — попытался пояснить тот, наконец, убирая руки от лица и откидываясь спиной на каменную стену, ощутимо прикладываясь об нее затылком, еще и в надежде унять зверя в груди.       — Джейс, не калечь себя! — Попросила Джослин, качая головой.       — Какие, по-вашему, ощущения должна испытывать пленница? — Игнорируя замечание в свой адрес, спросил парень, окидывая всех отсутствующим взглядом.       — Страх, отвращение, ненависть? — По очереди выдвинули предположения Алек, Изабель и Джейн, переглядываясь между собой.       — Возможно, — фыркнул Джейс, искривляя губы в усмешке. Затылок неприятно ломило от удара, но это позволяло ему контролировать себя и не кидаться на всякого, кто пытался заговорить. — Вот только я не чувствую ничего подобного. Вместо негативных эмоций я ощущаю радость, предвкушение чего-то грандиозного и любовь. Безграничную любовь, направленную на другого человека. — Он сжал руки в кулаки с такой силой, что побелели костяшки, а на руках вздулись мышцы. — Я не верю этому, но ревность в компании с желанием убить тварь, посмевшую прикоснуться к ней, просто затуманивает мой разум.       Джослин, молча выслушав все внутренние метания, осторожно прижала нефилима к себе и поцеловала в макушку, пытаясь успокоить и поддержать одновременно. Все Лайтвуды были для нее как родные, потому что проводили с Джонатаном больше времени, чем с родителями. Объятия сделали свое дело, и парень немного расслабился.       — Я понимаю, что ты чувствуешь, — тихо проговорила она, заставляя сына и остальных прислушаться более внимательно к словам. — Знать, что любимый человек возможно любит кого-то другого больно, — с грустью произнесла охотница, приглаживая стоящие торчком светлые волосы. — Но если ты искренне любишь, то будешь верить ему до последнего, тогда этот человек сможет разглядеть истинное положение вещей и вернуться, потому что ты будешь его ждать.       — Я не могу, — простонал Джейс, качая головой. — Не могу поверить во все это. Лаэн не может полюбить другого, просто не может!       — Может случиться всякое, — отозвалась женщина, мимолетно посмотрев на Джонатана, что сверлил мать тяжелым взглядом. — Даже с живущими в долгом браке нефилимами такое случается.       — Мама, — вкрадчиво начал парень, — на что ты сейчас намекаешь?       — Не бери в голову, родной, — ответила женщина. — Наши с отцом распри тебя не касаются.       — Да неужели? — Зарычал он, начиная злиться. Нефилим не любил, когда его родители ссорились, а если они что-то скрывали от него, то откровенно начинал злиться. — Почему я вообще ни о чем не должен думать?       — Потому, что мы не хотели, чтобы наш ребенок считал себя виноватым в размолвке родителей! — Закричала Джослин, вскакивая на ноги. — Валентин ненавидел себя, потому что считал, что именно по его вине погибла Кларисса. Если бы тогда на совете он настоял и покинул Конклав, то может быть успел бы спасти ее! — Голос охотницы сорвался на хриплый шепот. — Он считал, что не достоин воспитывать сына и жить со мной под одной крышей. — Джонатан шокировано уставился на мать, а женщина уже не могла остановиться. Она должна была высказать все, что накипело на душе за эти годы. — Я знала, что он ходит к другим женщинам, знала их имена, потому что мы были подругами. Однако мне было плевать на это. Я любила Валентина и каждую ночь ждала его возвращения, заботилась, если ему было плохо после пьянки. — Джослин снова упала на скамейку рядом с Джейсом, избегая смотреть на детей, что окружили ее и смотрели скорее с сочувствием, чем с осуждением. — Однажды он просто исчез, не оставив ни записки, ни какого-либо сообщения по поводу своего места нахождения. Я осталась одна с годовалым тобой на руках. Это был самый тяжелый период длительностью восемь месяцев. Спустя это время, Валентин вернулся ко мне, извинился без конкретных объяснений и предложил что-то вроде сделки, так как былые отношения нам было уже не вернуть. Мы договорились на том, что будем изображать счастливую семью, пока ты не станешь достаточно взрослым.       — То есть, все эти поцелуи, объятия, и прочие проявления супружеской любви были лишь игрой на публику? — Спросил Джонатан, не веря своим ушам. Женщина не смогла ответить, так как боялась, что голос подведет ее. Она просто кивнула, пряча лицо в руках, еле сдерживая подступающие слезы. Рассказать сыну самый страшный кошмар, оказалось гораздо сложнее, чем не один год изображать любящую супругу для мужчины, что избегал даже прикосновения к ней в реальной жизни. — Мама, посмотри на меня, — попросил парень, присаживаясь перед матерью на корточки и осторожно отнимая дрожащие руки от лица. — Почему ты не рассказала раньше? Пусть не мне, но хоть кому-нибудь, чтобы было легче, — спросил он, сжимая ее ладони в своих.       — Я рассказывала все Маризе, — немного неуверенно улыбнулась Джослин, — она моя единственная подруга. К тому же, она частенько выносила мозг Валентину, в знак своеобразной мести.       — Наша мама способна на такое? — Усмехнулась Изабель, отходя от легкого шока и присаживаясь рядом с братом. — Теперь понятно, от кого я унаследовала эту черту характера. Джейс, приди уже в себя! — Попросила она, видя, что парень совершенно не обратил внимания на перебранку матери и сына, или, по крайней мере, очень хорошо изображал безразличие.       — Джейс, — позвала его охотница, на что тот мгновенно отреагировал тяжелым взглядом. — Опуская все выше сказанное, касающееся наших семейных ссор, хочу сказать, что если бы я не ждала те чертовых восемь месяцев, если бы не верила, что Валентин все еще любит меня, он бы не вернулся. Я не требую от него извинений за свершенное, что было, то прошло. Мне главное, что сейчас он рядом, а наладится все или нет, уже покажет время.       — Думаете, мне тоже стоит верить, что я чувствую ненастоящие эмоции? — Спросил Джейс, обнимая за плечи сестру, что дергала его за рукав футболки и надувала губы в притворной обиде.       — Именно, — улыбнулась женщина, убирая светлые пряди от лица парня. — Если ты покажешь ей, что любишь, не смотря на такое обстоятельство, она, если такое будет необходимо, выберет тебя.       — Спасибо, Джослин, — тихо произнес нефилим, отгораживаясь от внутренних метаний и чувства пустоты из-за ревности. Сказать, конечно, было легче, чем сделать. — Я верю Лаэн, и буду верить всегда. — Твердо произнес он.       — Молодец, — улыбнулась Изабель, целуя брата в щеку.       — Я, конечно, рад, что Джейс успокоился и больше не горит желанием пролить кровь, но мне бы хотелось вернуться к такой маленькой теме, как отец, — заговорил Джонатан, когда в зале повисла спокойная тишина.       — Джонатан, давай не будем еще больше выносить ссор из избы и откажемся от промывания костей Валентину? — Попросила Джослин, осознавая, что и так сообщила сыну слишком много.       — Все правильно, промывать косточки Валентину моя задача! — Громко заявила о себе Мариза, входя в спортивный зал с осанкой королевы. На ней был стандартный костюм Сумеречных охотников — черные кожаные брюки, майка и куртка, из-под которой виднелись рукоятки клинков. Образ довершали высокие сапоги на каблуках и собранные в высокий хвост темные волосы. Появление охотницы вызвало общий ступор, так как никто не ожидал визита новых гостей, разве что только возвращения Валентина. — А чего вы все челюсти пороняли на пол? Это просто я, а не Смерть с косой.       — Мама, ты, что делаешь в городе Костей? — первым приходя в себя от шока, заговорил Джейс.       — Да вот пришла посмотреть, кого ты тут успел замуж позвать без благословения родителей, — рявкнула женщина, заставляя детей сжаться от страха в комочки, а Джейн изумленно посмотреть на нее. — Джослин, милая, как ты? Валентин сказал, что вы нашли Клэри и в семье вроде все налаживается!       Превращение из воинственной амазонки в заботливую подругу было таким быстрым, что нефилимы повторно уронили челюсти на пол, и только Джослин начала улыбаться при виде всегда позитивной и такой разной Маризы.       — Это вообще наша мать? — Зашептал Алек, незаметно отходя к брату и сестре и занимая на скамейке место рядом с ними. Для них было в новинку видеть кричащую мать, а уж про злую они, вообще, слышали только в рассказах отца, и то, считали это выдумками. Изабель и Джейс одновременно пожали плечами, чем вызвали громкий смех со стороны охотниц.       — Ваша, ваша, — фыркнула Мариза, отвешивая старшему сыну легкий подзатыльник. — Просто сегодня у вашей матери немного сумасшедший день.       — Дорогая, можно мы уже войдем?       Все присутствующие, кроме новоприбывшей женщины, уставились на пустой дверной проем, из-за которого доносился ласковый голос. Кто-то явно боялся показаться на глаза и старался говорить как можно нежнее.       — Нет, вы оба наказаны! — Рявкнула Мариза, в несколько широких шагов преодолевая расстояние до двери и выглядывая в коридор. — И не смей накладывать руны исцеления, иначе я сама отделаю вас так, что мало не покажется! — Добавила она и со всего размаху захлопнула дверь, отрезая путь в помещение. Грохот в буквальном смысле оглушил всех, а ей все было ни по чем. Охотница спокойно вернулась к занятой скамейке и отряхнула рукав от несуществующей пыли.       — Мариза, на кого это ты так сильно зла? — Поинтересовалась Джослин, вскинув брови в вопросе.       — Да так, на двух идиотов, у которых все еще детство в одном месте не отыграло! — Буркнула ее подруга, возвращаясь к компании и переводя дыхание. — Так, на чем я прервала вас? — Спросила она, окидывая взглядом детей.       — Мы говорили о Валентине, — подсказал Джонатан.       — Молодец, подзатыльник не получишь, — улыбнулась женщина. — Про Валентина я знаю все, поэтому опустим эту тему. Хотелось бы побольше узнать о Клэри, или Лаэн. Она здесь?       Повисло напряженное молчание. Джослин кинула осторожный взгляд на Джейса, который со свистом втянул воздух в легкие, но промолчал.       — Мам, тут такое дело, — начал Алек, отвлекая все внимание на себя, — даже не знаю, как тебе сказать.       — Говори прямо, хватит мямлить, Александр! — Попросила Мариза, отмечая мельчайшие изменения в поведении детей.       — Лаэн была похищена, — ответила вместо парня Джейн. Девушка, хоть и побаивалась миссис Лайтвуд, с шумом вломившуюся в город Костей, решилась вызвать весь огонь на себя. Она не являлась ее ребенком, следовательно, ей подзатыльники ловить было не за что.       — То есть как, похищена? — Вкрадчиво спросила охотница, окидывая внимательным взглядом светловолосую незнакомку, что стояла немного в стороне. — И сразу второй вопрос, кто ты такая?       Ее голос мог заморозить кровь в жилах, но Джейн лишь сглотнула, прогоняя появившийся страх.       — Меня зовут Джейн, я одна из трех учеников Аластора и лучшая подруга Лаэн, — скороговоркой высказала девушка, предотвращая все попытки Алека вступиться за нее. Было приятно, что парень пытается защитить ее, но при родителе, который явно был не в духе, этого делать она не позволит.       — Приятно познакомиться! — Неожиданно радостно отозвалась Мариза. — Значит, это с тобой мой сын крутит роман? Вы отличная пара. Даже не верится! Я-то уже начала подумывать, что подыскивать придется парня, а тут такие новости!       Охотница раскрыла рот от удивления и уставилась на женщину, как рыба, вытащенная из воды. Алек смотрел на мать примерно с таким же выражением лица, и только Джейс и Изабель, переглянувшись, прощально помахали брату руками, давясь от хохота.       — Простите, может мой вопрос покажется вам грубым, но как, черт возьми, вы догадались?! — Чуть ли не срываясь на крик, спросила Джейн, делая шаг назад и упираясь плечами в стену, чтобы не съехать на пол из-за предательской слабости в ногах. Да она так Аластора не боялась, как эту женщину!       — Это проще простого, — отмахнулась та, сверкая глазами. — Алек так отчаянно смотрел на тебя, словно хотел прыгнуть и закрыть от моего гнева. Сразу видно, ребенок влюбился.       — Мам! — Протянул нефилим, краснея от разоблачающих слов.       — Не мамкай мне! — Бросила Мариза, — лучше успокой подругу, пока она в обморок от шока не упала.       — Да, Мариза, только ты можешь меньше чем за пять минут заставить понервничать всех! — Захохотала Джослин, разряжая обстановку.       — Заметь, это я еще до Безмолвных братьев не добралась, — откликнулась женщина, а потом снова нахмурила брови и уперла руки в бока. — Кстати, где они? Я хочу узнать, как они допустили похищение своей ученицы и моей невестки прямо из стен города!       — Захария отправился искать хоть какие-то зацепки там, где Джейс и Клэри виделись последний раз, — ответила Изабель, за что тут же получила хмурый взгляд от брата. — Что? — Спросила она, не понимая намеки Джейса. — Мама все равно в курсе всего, нет смысла скрывать такие подробности, как ваши совместные вечера.       — Она права Джейс, — поддержал сестру Алек, хихикая как девчонка. — Тем более, что мы прекрасно осведомлены о ваших проказах, а, следовательно, ты единственный свидетель и надежда отыскать Лаэн.       Джейс хотел ответить что-то едкое в адрес брата, дабы отомстить за шутки о своей личной жизни, но его прервал скрип открываемой двери и появление Безмолвных братьев, что постоянно оглядывались за спины и выглядели более чем удивленно.       А что тут происходит? Поинтересовался Аластор, кидая взгляд на честную компанию, и, увидев, кто стоит во главе, замер рядом с начальником, который тоже увидел одного нежданного гостя. Можете не отвечать, добавил он, кивая охотнице. Здравствуй, Мариза. Давно не виделись.       — Привет, привет! — Отозвалась она, растягивая губы в коварной улыбке. — Убивать вас сразу, или есть обнадеживающие новости?       А ты, я смотрю, уже успела допросить Джослин и ребят? Спросил Захария, как и его друг, побаиваясь приближаться к женщине.       — Самую малость, — фыркнула Мариза, сделав рукой непонятный жест. То ли это было разрешение подойти, толи предупреждение, что братьям не отвертеться.       Тогда чем провинились Роберт и Валентин? Недоуменно спросил Аластор, снова кидая взгляд за плечо.       — Проклятье, я совсем забыла про них! — Воскликнула охотница, хлопнув себя ладонями по бедрам. — Ей, вы двое драчунов, можете войти! — Крикнула она.       Под гробовое молчание в спортивном зале объявились двое мужчин, а точнее Валентин и Роберт, выглядевшие не очень радужно. У обоих были следы драки на руках, одежда была в каплях крови, волосы стояли торчком. Лицо было в синяках и ссадинах, а под глазами красовались яркие фингалы, причем сразу под обоими.       — Милый? — Шокировано спросила Джослин, поднимаясь на ноги, но твердая рука подруги тут же заставила ее сесть обратно.       — Сидеть, — фыркнула Мариза, хитро улыбаясь. — Разве ты не видишь, что эти два переросших детский возраст охотника, умудрившиеся заявиться ко мне в дом в самый разгар драки, наказаны? — Спросила она, скрещивая руки на груди. — Не знаю, что они не поделили на кладбище, так как внятных объяснений получить не удалось, но зла я на них очень сильно, особенно за испорченный ковер и мою любимую вазу, которая сейчас олицетворяет кучку черепков в мусорном ведре.       — Валентин, что произошло? И что ты забыл на кладбище? — Воскликнула Джослин, хватая за руку сына для успокоения.       — Это долгая история, — буркнул мужчина, кидая взгляд на друга, что замотал головой.       — А мы никуда не торопимся! — Отозвалась Мариза, показывая кулак мужу, на что тот виновато опустил глаза и сделал шаг назад, скрываясь за спиной Валентина.       Вообще-то, торопимся! Вмешался в перебранку Захария, выступая вперед и вызывая весь огонь на себя. Мне удалось кое-что обнаружить в потайном коридоре, а потом в комнате пыток, где Лаэн провела некоторое время перед похищением.       — Комната пыток? — Осторожно спросила темноволосая охотница, переводя взгляд с Безмолвных братьев, на подругу.       Ты находишься в городе Костей, усмехнулся Аластор, разводя руками. Вспомни, какие истории тебе рассказывали об этом месте родители, и не переспрашивай.       — Давайте без лишних разборок! — Воскликнула Джослин, вскакивая на ноги, чем заняла ведущую позицию в беседе. — Захария, что тебе удалось найти?       В коридоре, где Джейс последний раз видел Лаэн, ощущается мощная темная аура. Тот, кто управлял Лео, могущественный маг и Сумеречный охотник. Мне удалось проследить его путь до одной комнаты пыток на нижнем ярусе. Безмолвный брат глубоко вздохнул, пытаясь подобрать нужные слова для описания увиденного. Орудие пыток лежало на столике в общей куче, а пол был буквально залит кровью. Если наши догадки близки к правде, то Лаэн скорее всего прочитали, проговорил он.       — Теперь понятно, почему Джейс испытывает странные чувства через связь, — проговорила Джейн, прикрывая рот рукой.       — В каком смысле? — Спросила Изабель, непонимающе уставившись на девушку. Испуг в ее глазах был неподдельным.       — Чтение — самое неприятное из всех возможных взломов сознания, — пояснила охотница, кидая взгляд на своих учителей. — Твою голову в буквальном смысле выворачивают наизнанку, заставляют заново пережить все моменты из жизни, а потом бросают в таком виде, как выпотрошенную курицу. — Она покачала головой, лишая возможности Безмолвных братьев вмешаться в разговор. — Лаэн рассказывала мне об этом, когда ее первый раз прочитали. После мы старались эту тему не поднимать, и я прекрасно понимала, почему. Если Лео сделал это с ней, она могла сломаться.       — Но откуда тогда кровь? — Прошептала Джослин, сжимая рукой на груди рубашку. Женщине казалось, что с каждым словом ей становилось все тяжелее держать себя в сознании.       Я лично накладывал на нее защитные руны, ответил Захария. Предполагаю, что перед прочтением ее пытали, чтобы ослабить контроль и проникнуть в сознание.       — Ради Ангела, прекратите! — Воскликнул Джейс, не в силах больше выслушивать подробности. Парень цветом лица был похож на свеженький труп. Грудь его вздымалась и опускалась от частого и тяжелого дыхания, а руки, что снова вцепились в волосы, дрожали, наверное, сильнее, чем у алкоголика.       — Джейс, — Мариза мгновенно подлетела к сыну, присаживаясь перед ним на корточки, и заключила того в объятия. — Милый, все будет хорошо, слышишь? Мы найдем ее, я обещаю тебе! И тот, кто посмел вообще к ней пальцем прикоснуться, поплатиться за это!       Охотник крепко обнял мать в ответ и начал немного успокаиваться. Непонятная боль, что прошибала при каждом слове его тело, начала отступать, в голове перестали раздаваться крики, а перед глазами не носились красные искры ярости.       — Теперь я понимаю, в кого твои дети такие собственники, — усмехнулся Валентин, стараясь как можно тише выразить свою мысль другу.       — Лучше молчи, мы все еще в немилости, — отозвался Роберт, кидая осторожный взгляд одним не заплывшим глазом на жену, но натыкаясь на довольную и радостную улыбку. — Я сказал что-то не так? — Тут же поднял он руку в защитном жесте, от чего тихо застонал. Перелом плечевой кости залечить ему так и не позволили.       — Все так, дорогой, — прощебетала Мариза, поглаживая сына по голове. — За это я тебя и люблю.       — А может, наши любимые мужья расскажут, почему они подрались? — Поинтересовалась Джослин под согласное кивание головой Джонатана.       — Валентин, не смей! — Угрожающе зашептал мужчина, хватая друга здоровой рукой. — Не хочу, чтобы еще и Джослин надавала мне тумаков!       — Моя жена будет иметь на это полное право, — отозвался тот, но потом вздохнул и продолжил, —, но я ей не позволю. С тебя и моего мщения хватит. — Он улыбнулся охотнику и повернулся к женщинам, что уже приготовились услышать душещипательную историю. — Если в двух словах, то я избил Роберта за один очень неприятный факт, который этот старый придурок скрывал восемнадцать лет.       — Над старым я бы еще поспорила, но не суть. Продолжай, — хихикнула Мариза, посылая мужу воздушный поцелуй.       — Можно подумать, что ты не в курсе, — фыркнул Валентин, хмурясь от боли в скуле. — Вы были заодно все это время.       — У каждого свои скелеты в шкафу, — отмахнулась женщина. — И лучше твоя жена узнает правду от тебя, чем от меня. Я ж не смогу удержаться и поверну все так, что виноватым окажешься ты.       — Спасибо. Сразу видно, что женская дружба — вещь непонятная и жестокая, особенно для мужей, — буркнул мужчина, вздыхая. — Если не вдаваться в подробности, то Роберт знал, что готовилось похищение Клэри, и ничего об этом не сказал.       — Если быть более точным, то я услышал, как Родерик давал указания членам конклава не выпускать из зала совета семью Моргенштерн, — подал голос Роберт, избегая смотреть на Джослин. Она была белее простыни и явно собиралась упасть в обморок, и только твердая рука сына не давала ей этого сделать. — Я должен был сказать об этом, но не смог, потому что тогда бы и наша семья оказалась в опасности. Все эти годы меня мучила совесть, а сейчас….       — Когда ты узнал, что Клэри жива, и мы даже знали, где она находится, — услужливо подсказал Валентин.       — Да, именно так. После таких данных, я и решил сознаться.       — И тогда, прямо над раскопанной и пустой могилой мы устроили потасовку, — развел руками нефилим. — Я избил Роберта, тот не сопротивлялся, а потом уже мы просто подрались в качестве примирения, но не подумали, что Маризе это категорически не понравиться.       — Дети малые, — фыркнула Мариза, поворачиваясь к подруге. — Я знаю Джослин, что сейчас ты готова рвать и метать, и я тебя прекрасно понимаю. Я все знала, но не могла предать мужа. Прости меня. Даже нет, не так, — задумалась женщина, а потом проговорила, — прости нас всех за такую пережитую боль.       — Убью, — прошептала Джослин, поднимая горящие глаза на нее. — Честное слово, убью, но после того, как найдем Клариссу.       — Хорошо, договорились! — Улыбнулась охотница, скрепляя свои слова крепким рукопожатием.       — А о какой могиле шел разговор? — Подал голос Джонатан, молчавший все это время.       — Давай, повествуй, — Валентин жестом пригласил присоединиться к разговору Захарию, который прекрасно понял, что пытались отыскать два горе-охотника на кладбище.       Упоминалась могила Маркса, брата Родерика, отозвался Безмолвный брат, это он был зачинщиком пожара восемнадцать лет назад.       — Но виновника убили! — Воскликнул Алек. — Как его могила может оказаться пустой?       Вас заставили так думать, фыркнул Аластор, скрещивая руки на груди. Этот подонок попался нам в лапы чисто случайно, но так как наше начальство, он кинул взгляд на начальника, успело заключить договор с Инквизитором, пришлось отдать этого сопляка. После, никто его не видел, а слух распустили верные дружки Родерика.       — Теперь хотя бы понятно, кто, в чем виноват, — усмехнулась Мариза, закатывая рукава.       — Дорогая, что ты делаешь? — Поинтересовался Роберт, внимательно следя за женой.       — Готовлюсь сеять правосудие, — хихикнула женщина, делая грозный вид. — Джослин не в состоянии, а я помогу подруге, да и сама немного выпущу пар, а то не отошла я еще от вашего появления в моем доме.       — А может не надо? — Пропищал мужчина, прячась за спиной друга.       — Это точно не наша мать, — траурным голосом проговорила Изабель.       — А может, мы прекратим страдать ерундой и займемся поисками? — Рявкнул Джейс, чем заставил вздрогнуть всех. — Я ощущаю какую-то новую эмоцию, и она мне не нравиться!       — Что испытывает Лаэн? — В один голос спросили Джослин, Валентин и Алек.       — Голод, — тихо прошептал парень, пытаясь проанализировать данные, поступающие через связь. — Странный голод и удовлетворение, словно его утолили, но не полностью.       Если ее контролирует Маркс, то не удивительно, что Джейс чувствует это, заговорил Захария, кидая взгляд на Аластора. Маркс был экспериментатором в магии и многие опыты ставил на себе. После одного неудачного он стал похож на вампира, которому необходима кровь для существования.       — Найдите мою дочь, пока этот ублюдок ничего с ней не сотворил! — Прорычала Джослин, поднимаясь на ноги с таким выражением лица, что даже Мариза попятилась. Уж кто-кто, а Джослин в гневе была страшнее всех демонов, без исключения, и попадать под горячую руку такой женщине, грозило несколькими переломами или пожизненной контузией. Уж подруга знала это не понаслышке.       Захария, внимая словам охотницы, кивнул Аластору и тот скрылся в коридоре, отправляясь в библиотеку за картой. Безмолвные братья с легкостью могли использовать поисковые руны, недоступные Сумеречным охотникам, проблема заключалась лишь в том, то их можно было легко обнаружить. Если Маркс ждет появления семьи Моргенштерн, то дальнейший план, уже составленный в голове Джослин, был чистой воды — ловушкой, которую они захлопнут самостоятельно.