by the way

Питер объяснил, что тетя точно устроит ему взбучку, когда он вернется домой, но Старк и без того понимал, каких юноша нажил себе неприятностей, не рассказав гиперопекающей родственнице о том, что творится в его жизни. Застрять в чужой стране и, оказавшись без крыши над головой, поехать на разваливающейся на глазах машине через всю страну в одиночку и — еще лучше — с едва знакомым мужчиной — Тони сомневался, что из этого юноша озвучил тете, но, очевидно, любого пункта оказалось бы достаточно для беспокойства. При всей своей сознательности Питер был ребенком, и ему очень повезло попасться Старку, а не любому другому подозрительному персонажу с крайне сомнительным прошлым. …Повезло ли? — Она собирается купить мне билет из Лос-Анджелеса на завтра. — Чудесно, завтра ведь мы как раз должны быть на месте. Юноша разорвал объятья и поднялся. Позиции Тони он, очевидно, не разделял, и ясно, почему — они уже говорили об этом. Питер был бы счастлив остаться в Америке до начала учебного года, чтобы еще немного попутешествовать. И, возможно, среди его неозвученных планов на лето было что-то еще, с чем ему не хотелось так легко расставаться? — Эй, приятель, — Старк приподнялся на локтях в попытке как-то подбодрить мальчишку, — Ты ведь вернешься сюда осенью. — Не знаю, пустит ли она меня теперь хоть куда-нибудь одного. Тони хмыкнул. — Однажды придется. На дорогу они вернулись почти сразу после этого. Утренний разговор прилично сбил Питера с ног, из-за чего тот долго приходил в себя, порой глубоко погружаясь в мысли и почти не обращая внимания на происходящее вокруг, что совершенно было на него не похоже. Старку удалось вернуть его на землю чуть позже, когда они остановились перекусить — вместо приевшихся хот-догов на свои последние деньги он купил мальчишке свежих фруктов. И это определенно стоило того — глаза у него горели как у ребенка малого, когда он заглянул в пакет и обнаружил там персики. Старк чувствовал себя должником перед Питером — парень сделал для него больше, чем он сам мог бы для себя сделать в том состоянии, в котором ему пришлось экстренно эвакуироваться из Нью-Йорка. Он не знал, чем помочь Паркеру в данном конкретно случае, но был рад даже временному эффекту — из-за нагнетающихся иррациональных привязанностей оказалось сложно видеть юношу в таком подавленном состоянии. Но знаешь, что? Лучшее, что ты можешь сделать для парня — поскорее свалить к чертовой матери из его жизни, Старк. После утреннего звонка им пришлось как следует ускориться, однако от посещения Гранд-Каньона юноша отказываться категорически не хотел, поэтому было решено продолжать путь с пересменком, и ближе к вечеру Тони отправился спать, чтобы предстоящую ночь провести за рулем. Правда, теперь, разумеется, ни о какой прогулке по национальному парку и речи не шло — по расчетам у них оставалось не больше часа свободного времени. На месте они были поздним вечером. Питер разбудил Тони, робко дотронувшись пальцами до его плеча: — Мы приехали. Несмотря на темень, открывающийся пейзаж впечатлял — тусклого лунного света было достаточно, чтобы по достоинству оценить то, ради чего пришлось несколько продлить путь. Они наблюдали поражающие воображение ландшафты с самого въезда в Аризону, однако Гранд-Каньон, очевидно, был квинтэссенцией всего увиденного. Сложно было поверить, что все это было создано природой, а не безумным скульптором — слишком уж киношно и неестественно это выглядело. И слишком красиво. Именно здесь Старка и прижало осознанием того, какой путь был проделан и как мало осталось до точки назначения — это была их последняя остановка. Сегодня утром они уже будут в Лос-Анджелесе. — Не понимаю, как можно отказаться от этого всего в пользу безвылазного сидения дома, — задумчиво выдал Питер. Тони перевел на него взгляд — он тоже выглядел не слишком радостно и, помимо всего, наверняка страшно устал. Пришлось применить радикальные меры и утянуть мальчишку на себя, обнимая, — Я свихнусь, если все лето пробуду в заточении. — Неужели, зная, что тебе дома не сидится, тетя не пустит тебя куда-нибудь? Наверняка в Англии тоже есть, на что посмотреть. — …Она к любым моим вылазкам относится крайне негативно. Привыкла, что со мной всегда что-то случается, и теперь боится, — Старк выразил заинтересованность. Юноша в его объятьях задумался ненадолго, — Ну… в выпускном классе я потерялся на экскурсии в Париже, в своем первом одиночном походе сломал руку, забираясь на склон… А на безобидной вылазке в лес недалеко от города меня укусил ядовитый паук, и я месяц лежал в больнице. — Вау. Запереть бы тебя с таким везением где-нибудь. — Тетя, кажется, в шаге от этого, — с усмешкой полушепотом сказал Питер и, чуть отстранившись, потянулся за поцелуем. Хоть еще утром Тони и решил немного сбавить обороты, он все же позволил этому случиться — сопротивляться очарованию юноши было себе дороже, особенно когда он сам так охотно шел в руки. Когда целовал так томительно нежно, дотрагивался холодными пальцами до его шеи и челюсти, когда жался ближе, то ли дразнясь, то ли в самом деле даже не подозревая, чем это может быть чревато. Хотел ли Старк его? Черт возьми, да. До звезд перед глазами хотел, и чувствовал себя из-за этого крайне паршиво — как может он, старый грязный истукан, с вожделением смотреть на такого молодого неразумного юношу? Парень годился ему в сыновья, и это не давало Тони покоя — будь у него сын, он бы не одобрил ни под каким предлогом такого рода отношения. Мужчина изо всех сил пытался держать себя в руках, не давать волю фантазиям, не допускать похабщины со своей стороны, которая порой так и просилась, и не увлекаться внезапно представленными возможностями. Да, у него была железная выдержка, но Питер гнул ее как прутик, по сути, не делая ничего сверхъестественного; и Тони завелся с полоборота из-за чертового поцелуя, словно ему не пятый десяток будет через пару лет, а только второй. Старк усадил совершенно не сопротивляющегося Питера на капот машины, разрывая поцелуй, думая лишь о том, как бы не сорваться и не взять мальчишку прямо здесь. Упиваясь тем, какой юноша оказался чувствительный, Тони упустил момент, в которой позволил себе распустить руки. Питер подставлялся под поцелуи, трясся мелко от самых невесомых прикосновений, дышал мужчине в губы сбивчиво. И, стоило только дотронуться до его члена сквозь плотную джинсовую ткань, он и вовсе задохнулся, смущенно уткнувшись носом ему в плечо. — Мистер Старк… У Старка перед глазами все поплыло — слишком пошло привычное обращение звучало в контексте. Он жарко поцеловал Питера в шею и, расстегнув подрагивающими от возбуждения пальцами ширинку на его штанах, под сдавленный стон запустил в них руку. Попытку юноши дотронуться до него в ответ он пресек на корню легким шлепком по ладони. Говорить о принципах, надрачивая кому-то на фоне Гранд-Каньона с багажом Тони, было, наверное, странно, однако это успокаивало, ведь, по сути, он не делал ничего из того, от чего так настойчиво себя отгораживал. Хотя с каждым несдержанным стоном Питера Старк все больше об этом жалел — у него давненько не стояло так крепко, что, кажется, юноше достаточно было только прижаться к его стояку задом, чтобы довести мужчину до исступления. Надеяться, что это лишь контекстное явление, было бесполезно — мальчишка, как бы Тони не старался этого отрицать, забрался ему глубоко в душу, и вряд ли легко покинет ее, когда придет время расходиться. Питеру тоже хватило совсем немного — Старк провозился с ним, на свое счастье, не больше двух минут, и юноша, тяжело дыша в чужое плечо, излился ему в ладонь. Чуть отстранившись, он виновато глянул на мужчину — этому взгляду, даже если бы Старк на самом деле оказался зол, можно было простить все — а потом, стянув с себя майку, бережно вытер руку Тони и привел в порядок себя. Мужчина наблюдал за ним, затаив дыхание. Питер был очарователен в своем смущении. Он нервничал под чужим взглядом, слегка подбирал плечи, облизывал губы, смотрел на Тони рассеяно, не зная, куда деть руки. — Могу я?.. — не составляло труда сразу понять, что он имеет в виду - одного его взгляда хватило, чтобы у Старка внутри все сжалось. Услышав в ответ твердое «нет», юноша совсем растерялся, — Но почему? — Твоя тетя не одобрит, - полушутливо выдал мужчина, - Я наслушался достаточно, чтобы опасаться. *** Той ночью он сел за руль впервые за очень долгое время и ощутил, как на самом деле соскучился по своему мустангу. Машина лишила бы его множества проблем (и одного конкретного человека; старайся об этом не думать, в том ли он числе), и теперь, испытав на своей шкуре все тяготы и прелести поездок на большие расстояния, Старк был преисполнен желанием во что бы то ни стало вернуть со штраф-стоянки старого приятеля. Он был не в праве распоряжаться шкурой еще не убитого медведя, однако решил, что, если получить роль все же удастся, он непременно потратит первую получку именно на машину — штраф наверняка накапал немаленький. Он решил так, однако сам совершенно не был уверен в том, что справится с проблемами, которые непременно настигнут его после возвращения. Пеппер ясно дала понять, что ее терпению конец, и вряд ли их брак переживет очередной рецидив, а значит, после десятидневного побега от обстоятельств его ждет мостик еще более шаткий, чем прежде. В этот раз что угодно могло пойти не так и окончательно разрушить старково и без того немногочисленное все. Юноша уснул быстро — в первые же минут двадцать пути они засопели на матрасе в обнимку со Стичем. Наверное, только благодаря одному короткому взгляду в зеркало заднего вида Тони немного отпустило — сложно было не подхватить умиротворение, глядя на этих двоих. Сколь бы сильно порой они не выводили из себя инфантильностью, только на их очаровательных мордахах лежит ответственность за то, что Старк все еще окончательно не поехал кукухой. Заново привыкнуть к аскетичной Пеппер после этого будет, наверное, непросто. Едва ли после нахождения настоящего лекарства от депрессии ему поможет то, что раньше лишь снимало симптомы. В ночных поездках тоже было что-то невероятно притягательное — пустая трасса, свежий прохладный воздух, свистящий через приспущенное окно, и мили уходящей в густую темноту дороги. Тони в самом деле многое упустил, когда решил, не попробовав, что кочевнический образ жизни не для него. Ну и что же ты, Старк, сделаешь? Бросишь жену ради магически излечивающих покатушек? Ближе к утру они были почти на месте. На подъезде к Лос-Анджелесу уже начало светать. Посадка на рейс Питера должна была начаться в девять, через четыре часа, и до нее нужно было сдать Пикколо в центр транспортировки, поэтому юношу следовало разбудить, чтобы разобраться с планами. Старк перебрался в заднюю часть салона, откуда на него сонно одним глазом покосился Питер. Должно быть, мальчишке хватило одного только взгляда, чтобы понять, что Тони хочет ему сказать. — Не-ет, — хрипло отозвался он, закутываясь глубже в одеяло. Мужчина постарался осторожно вызволить его из кокона, но тот не давался. Ему тоже непросто возвращаться - Тони понимал это, и сам был бы рад спрятаться от всего предстоящего. Разница только в том, что Старк давно понял, что это бесполезно, — Не хочу. — Питер, ну же, — он легонько сжал плечо Питера через одеяло, уступая ему время, чтобы окончательно проснуться, — Нужно разобраться с машиной. Уже пять. Несколько секунд он лежал неподвижно, а потом неохотно развернулся к мужчине и высунулся из одеяла, растрепанный и обеспокоенный. Ясно было, что ему хочется многое обсудить, и Тони хотелось тоже, но начинать тему, которая непременно расстроит юношу еще сильнее, Старку было страшно. Собственная трусость была ему омерзительна, но он ни черта не мог с собой поделать. — Я надеялся, что у меня будет еще как минимум две недели, — неуверенно начал Питер, — Думал, поеду обратно через Денвер, через Долину Смерти, хотел в Чикаго на Мичиган и вернуться в Атланту, а там… — Эй… эй! Ты умирать сегодня собрался что ли? У тебя целая жизнь впереди, а не какие-то две недели. — Меня и целую жизнь теперь разделают несколько месяцев домашнего ареста, - трагично выдохнул юноша. — Твоя тетя просто не может быть такой жестокой… Хочешь, я поговорю с ней? Питер так оторопел, что забыл напрочь про свой кокон: — Что же вы ей скажете? Действительно, мистер Старк, что же? — Хотя бы успокою, что ее племянник все восемь дней был в полной безопасности? До Тони не сразу дошло, что такие слова могут возыметь обратный эффект, но, несмотря на сказанную глупость, Питер слабо и немного смущенно улыбнулся. Это была победа – юноша дал себе несколько секунд и выбрался из одеяла сразу после этого. - Я не хочу уезжать не только из-за того, что еще не был в Чикаго, - тихо сказал он. - Я знаю, парень, - Старк пребольно укусил себя за щеку, - Я знаю.