Цыганский караван

Девятью годами ранее

— Боюсь, что это все, что я могу дать. Мне жаль, что сумма не такая, какую изначально заплатил за них ваш клан. Ты же знаешь, что мой табор сделает все возможное, чтобы помочь твоему, но мы просто не в том положении, чтобы предложить вам что-то еще за этих зверей, — произнес Даниор с сочувственной улыбкой. Двое мужчин шли вдоль клеток, не обращая внимания на животных, которые беспокойно расхаживали взад-вперед и делали робкие попытки попить из своих грязных ведер с водой. — Конечно, — согласился Бесник. — Мы, безусловно, благодарны вам и за такое предложение. Глупо было пытаться выставить животных на всеобщее обозрение. Цыган посмотрел на Даниора. — Уверен, что ваш клан будет иметь с ними абсолютный успех, — поспешно добавил он. — Мы сделаем все, что в наших силах, — ответил Даниор, а затем покачал головой. — Но расходы на то, чтобы кормить их самостоятельно, могут быть для нас непосильными. — В Италии есть клан, который уже более пятидесяти лет выставляет животных. Если они могут это себе позволить, то, уверен, и вы справитесь, — возразил Бесник. — А ты уверен, что не хотите оставить их у себя еще ненадолго? — поинтересовался Даниор. — Посмотрим, сможете ли вы добиться с ними успеха. В конце концов, это была одна из мечт твоего отца для клана. — Я знаю, — печально вздохнул Бесник. Он только недавно стал лидером после смерти отца. Клан начал процветать именно при его предке, который мечтал иметь самый знаменитый кочующий клан во всей Франции. Но с тех пор, как Бесник пришел к власти, он терпел одну неудачу за другой, и теперь табор стал лишь бледной тенью того, что было раньше. — Но благополучие клана должно быть на первом месте. Мы не можем позволить себе кормить диких животных, когда едва ли добываем еду для своих детей. Отец бы понял такое решение, а у нас будут и другие звери. — Твоя правда, — сочувственно отозвался Даниор. — Конечно же, последнее, что тебе сейчас нужно, так это проблемы с властями. — Властями? — Бесник был озадачен. — Да. По-видимому, власти в Париже действуют решительно против любого содержания диких животных, особенно в таборах. Они выписывают большие штрафы всем, кого поймают, потому что считают, что животные слишком опасны. — Ну, что ж, не стоит этим пренебрегать. Я не могу позволить себе попадаться на штрафы, и сомневаюсь, что клан сможет сбежать от властей, — Бесник потер лоб, его напряжение было очевидно. — А как же твой клан, Даниор? Вы справитесь? — У меня маленький клан, и нам гораздо легче сбежать от жандармов. И я не планирую приближаться к Парижу, по крайней мере, в течение следующих нескольких лет. Но я буду держать ухо востро, так что если сочту необходимым, то, полагаю, что мне придется избавиться от животных и передать их следующему хозяину, — пожал плечами Даниор.

***

Девятью годами позднее

— Даниору никогда не следовало делать вид, что мы делаем одолжение их клану, забирая этих зверей. Тогда бы нам не пришлось разбираться с этим бардаком в последующие десять лет! — воскликнул Нику, делая большой глоток из своей фляжки. — Нет. В каком-то смысле мы, действительно, оказали им услугу. Они бы не выжили, если бы оставили их у себя, — возразил Тамас. — Но Даниор не должен был говорить им, что власти начали штрафовать кланы за содержание диких животных. Бесник и без того выказывал явное неудовольство тем, что мы не заплатили реальную стоимость за зверей, но потом и вовсе крайне оскорбился, когда узнал, что это ложь. Мы нарушили доверие между двумя кланами, вот что, действительно, стало причиной всего этого положения дел, — Тамас махнул рукой вокруг, чтобы продемонстрировать. — Не понимаю, зачем Даниор завел разговор про власти, нам бы и без того все равно продали бы этих животных, — проворчал Нику. — Бесник колебался, — вмешался Даниор, входя в палатку. — Я сделал то, что должен был сделать, чтобы убедиться, что сделка точно состоится. — А… Даниор… мы… — запинался Тамас. — Сядь на место. Я прекрасно знаю, как вы оба отнеслись к этой первоначальной сделке с Бесником и его кланом, — Даниор уселся рядом с Нику. — Что сделано, то сделано. — Легко сказать. Но это твое решение привело к десятилетним сделкам между кланами, которых никогда не было достаточно. Ты заключил сделку, а затем обернулся, сказал, что мы оказываем им большую щедрость, и попытался настоять, чтобы они дали нам что-нибудь еще. Именно этот поступок заставил нас вновь и вновь возвращаться к тому соглашению, а это подрывает доверие к нам. Тебе следовало просто заключить эту сделку и оставить все как есть! Перестань всегда пытаться получить для себя какую-то дополнительную выгоду! — Нику разозлился, а от выпивки у него развязался язык. — Нику, — предостерегающе прорычал Даниор, — если ты хоть заикнешься об этом во время сегодняшней встречи… — Как я посмею? — невинно улыбнулся цыган в ответ. Из них двоих Нику был более храбрым и способным противостоять Даниору. Но и он знал, что если их вожак готов терпеть нападки вдали от посторонних глаз, то ни за что не позволит пошатнуть свой авторитет среди преданной публики. — Отдай мне это, — Даниор выхватил фляжку, игнорируя раздраженный возглас Нику. — Я не хочу, чтобы от тебя несло спиртным во время переговоров. Даниор постарался взять себя в руки. — Это будет в последний раз. Я тщательно обдумал то, что собираюсь им предложить, и на этом остановлюсь. Как только сегодняшняя встреча закончится, отношения между двумя кланами будут восстановлены в том виде, в каком были когда-то. Снаружи палатки раздался голос. Тамас подскочил и быстро переговорил с человеком, стоявшим по другую сторону. — Бесник и его люди прибыли, — объявил он. — Лука проводил их в твой караван, Даниор. — Отлично. Нам лучше не заставлять их ждать, — отозвался он, вставая. — А ты, Нику, помни, что я сказал. Трое цыган отправились через весь лагерь в указанное место. Когда они вошли в караван, Даниор увидел, что один из цыган небрежно перебирает бумаги на его столе, в то время как двое других сидели на ящиках. Увидев вошедших, они поднялись со своих мест, но то, что сидел за столом, просто поднял глаза, не отпуская документы из рук. — Даниор, — поприветствовал он. — Бесник, — ему в тон ответил цыган, подходя к столу, чтобы расправить бумаги и забрать те, что держал в руках его гость. — Ты, конечно, помнишь моих людей, Нику и Тамаса. — Безусловно, — Бесник встал и вышел из-за стола. — А это Эмилиан и Марко. Скорее всего, ты еще не знаешь Эмилиана, он только приступил к своим обязанностям в конце прошлого года. Даниор кивнул Эмилиану. — Надеюсь, ваш путь до нашего лагеря не был слишком трудным. В это время года рядом с горами редко встретишь таборы, я удивился, узнав, что ты тоже здесь. — Аналогично. Полагаю, что у всех у нас есть свои причины быть здесь, — ответил Бесник, намеренно уклоняясь от ответа. — Конечно, — любезно сказал Даниор. — Нам очень повезло, что вы оказались поблизости, поскольку это дает прекрасную возможность разрешить былые трудности между нашими двумя кланами. — Верно. Мы тоже не хотим, чтобы эти неприятности зашли куда дальше, чем есть сейчас. — Под предводительством ваших отцов, — вмешался Тамас, обращаясь к Беснику и Даниора, — наши два клана стали самыми близкими из всех таборов во Франции. Мы надеемся… Цыган быстро взглянул на Даниора, ища одобрение. -… что договоренности, которые мы сегодня обсудим, во многом помогут восстановить эти отношения. — Безусловно, — согласился Даниор. — Именно этого и хотели бы наши отцы. Он знал, как сильно Бесник любил своего предка и как боролся, чтобы возглавить весь клан после его смерти. — Согласен, — вставил Бесник. — Отношения между двумя кланами всегда были равноправными. Именно к этому нам следует стремиться в нынешней ситуации. — Прежде чем мы начнем, я могу предложить кому-нибудь выпить? — поинтересовался Нику. — Я был бы не… — начал было Марко. — Где-то недалеко стоял кувшин с водой, — прервал его Даниор. А после приказал Нику. — Может быть, сходишь за ним? Когда цыган вернулся, шестеро остальных уже заняли свои места вокруг стола Даниора. — Наше последнее соглашение оказалось провальным, — медленно проговорил Бесник. — Ах, да, козы, — припомнил Даниор. — Вы запросили с нас гораздо больше, чем эти животные стоили, а они совершенно не давали молока. В итоге нам пришлось зарезать их на мясо, но даже это не позволило нам окупить все расходы, — пояснил Марко. — Никогда не знаешь, как долго животные будут давать молоко. Это просто неудачное совпадение, — спокойно парировал Даниор. — Надеюсь, что сегодня у нас не возникнет никаких «неудачных совпадений»? — Поинтересовался Бесник. — И через две недели не станете объявлять нашему клану, что вы продешевили, — добавил Эмилиан. Даниор стиснул зубы, и Тамас увидел пульсирующую венку у него на шее. — Конечно, нет. Я гарантирую, что ничего подобного не произойдет. — Вот то, что мы предлагаем, — Нику протянул листок бумаги через стол к трем цыганам, сидящим с противоположной стороны. — Мы собирались провести лето на побережье возле Марселя. Несколько лет назад у нас там прошел весьма успешный сезон. Другие кланы знают, что мы претендовали на этот район в этом году, но нам бы хотелось предложить его вам. Если, конечно, вы не имеете уже другие планы. — Крайне великодушно, — согласился Бесник. — У нас нет никаких четких планов на предстоящий сезон, и мы уже давно не останавливались в той части страны. — Вы не будете разочарованы. Прибыль от сезона обеспечит вас спокойной жизнью до конца года, — добавил Тамас. — Мы также хотели бы продать вам за эту сумму трех лошадей и два каравана, — Нику потянулся через стол, чтобы указать на цифру. — Два хороших тягловых коня, пригодных для того, чтобы тащить караваны или тащить припасы, и маленькая кобыла, которую женщины и дети используют для верховой езды. Что насчет караванов… один из них — спальный, а другой мы совсем недавно использовали для приготовления пищи, но вы спокойно можете переоборудовать его для аттракционов или просто хранить там какие-нибудь вещи. — Почему вы хотите отдать нам их? — осторожно поинтересовался Марко. — Мы недавно приобрели новые караваны, так что эти нам ни к чему, — пояснил Тамас. — С ними все в порядке. Мы, конечно, позволим вам осмотреть их, прежде чем окончательное решение будет принято. — Эта цена слишком высока, — заявил Бесник. — Я не думал, что ты поступишь так с нами после прошлого раза, Даниор. — Это справедливая цена, — возразил он. — Возможно, если бы вы предложили нам три полноценных коня, как мы изначально и просили. Но эта кобыла станет, в лучшем случае, развлечением… она не равноценна им. — Мы не можем позволить себе отказаться от еще одного рабочего коня. У нас по-прежнему есть большое количество караванов и провизии, которые нужно перевозить. Однако, если вы не заинтересованы в кобыле, нам следует договориться о другой цене, — Даниор потянулся к бумагам, чтобы внести изменения. — Нет, — Бесник положил руку на условия договора, чтобы остановить Даниора. — Мы заинтересованы в кобыле. Женщины и дети все еще должны ездить верхом. Но нас не устраивает цена. Я хотел бы предложить на десять процентов меньше этой цифры. — На десять процентов меньше? — Пробормотал Нику себе под нос. Даниор бросил на него предупреждающий взгляд и поспешил ответить. — Понимаю, что вы немного разочарованы тем, что вам не смогли предоставить трех рабочих лошадей, но мы не можем себе позволить снизить вам цену на десять процентов. Возможно, на пять? — Думаю, что это нам подходит, — согласился Бесник. — Но я хотел бы увидеть караваны и коней, прежде чем окончательно решить этот вопрос. — Меньшего я от тебя и не ожидал, — польстил ему Даниор. Они пожали друг другу руки, чтобы скрепить свою потенциальную сделку. — И есть еще одна вещь, которую я хотел бы вам предложить. Мне нравится думать об этом как о жесте доброй воли, способе действительно восстановить тесные связи между нашими кланами, — произнес Даниор. Нику и Тамас обменялись многозначительными непонимающими взглядами. Он не сказал им, что собирался предлогать что-то еще. — В прошлый раз, когда я был у вас, то заметил, что твой младший сын все еще не женат. Надеюсь, что не буду выглядеть слишком напористым в своем предложении? — Да, к сожалению, Пали до сих пор не нашел себе жену. Ни одна из девушек не хочет выходить за него замуж, несмотря на то, что он является сыном вождя клана, — пояснил Бесник. — Моя жена много лет потакала всем его прихотям и перестала замечать некоторых аспектов личности своего сына, чтобы понять, какие из них отталкивают потенциальных невест. — Я думаю, что мы можем помочь вам в этом вопросе. В качестве заключительной части нашего соглашения, мне бы хотелось предложить тебе невесту для Пали, — объявил Даниор. — Это слишком великодушно, ты уверен? Пали требует большого терпения, а иногда его интерес к женщинам может быть немного… необычный. Девушки в моем клане хорошо знают об этом, поэтому все как одна отказываются выходить за него замуж. — Я бы не предложил, если бы не был уверен, — улыбнулся Даниор. Тамасу поплохело, когда он понял, кого именно собираются предложить в невестки. Пали был хорошо известен во множестве цыганских кланов по множеству причин, но ни одну из них нельзя было охарактеризовать как положительную. — Конечно, я заинтересован в предложении. — Бесник улыбнулся ему в ответ. Он знал, что жена будет в восторге, если объявить ей, что невеста для их сына, наконец-то, нашлась. — Кто она такая? — Ее зовут Кристина. Ей семнадцать лет, идеальный возраст для того, чтобы стать женой. Она тихая девушка, весьма послушная, так что, думаю, вполне подойдет Пали. Сейчас Кристина занимается предсказанием судьбы и чтением карт Таро для наших гостей, и я уверен, что и в твоем клане она будет счастлива продолжить этим заниматься. Также эта девушка занята в качестве швеи, так что ты мог бы заставить ее работать и подобным образом, — Даниор начал перечислять все достоинства Кристины. — Сейчас она учит наших девочек шить. Детки очень любят ее, так что, уверен, из нее получится замечательная мать, — прибавил Нику. — Кристина… — подал голос Эмилиан. — Весьма необычное имя для цыганки. — Она очень красивая девушка, — продолжал Даниор, стараясь не обращать внимания на это замечание. — Сюда. Цыган прошел через весь караван и открыл дверь. Он окинул взглядом весь лагерь, прежде чем увидел Кристину, стоящую у костра вместе со своими племянниками. — Она стоит вон там. Та, что с каштановыми кудрями. Бесник подошел к нему и окинул взглядом группу молодых людей. Девушка с каштановыми кудрями была очень стройной, не слишком высокой, с приветливой улыбкой и бледной кожей. Очень бледной кожей. — Кто ее родители? — с подозрением спросил Бесник. — Она уже много лет как сирота, а сейчас живет с Вадомой, которая и научила ее читать судьбу. Ты никогда не встречался с родителями Кристины, — Даниор блефовал. — Вне всякого сомнения. Потому что она не цыганка, — парировал Бесник. Даниор решил, что было бы неразумно даже пытаться утверждать, что в Кристине бежала цыганская кровь. — Она прожила с кланом больше пятнадцати лет, — он преувеличивал, — и была воспитана так же, как и любой цыганский ребенок. Кристина знает все наши обычаи и культуру. Весь табор принял ее как свою собственную дочь. — Но она не цыганка, — подчеркнул Бесник. — В чем дело, Даниор? Ты решил, что настоящая цыганская дочь слишком хороша для Пали и решил подсунуть мне чужака? — Нет, конечно нет! — воскликнул тот в ответ. — Кристина будет замечательной женой, вот и все. — Ты прекрасно знаешь, как редко заключаются браки с чужаками внутри кланов. И, несмотря на все проблемы, Пали все еще является сыном предводителя. Он не может жениться на посторонней женщине, и неважно, насколько чудесной ты ее считаешь. — Если она может стать такой замечательной женой, то тебе бы следовало оставить эту девушку у себя, — добавил Марко, присоединяясь к Даниору и Беснику у двери и оценивающе смотря на Кристину. — Похоже, что она близка твоему племяннику, возможно, ты бы хотел, чтобы они поженились? Когда Даниор промолчал, Бесник взорвался: — Кажется, нет! И ты решил, что больше не хочешь возиться с этой девушкой у себя в клане, и поверил, что я буду настолько отчаявшимся, что возьму ее с собой! Тамас, который продолжал сидеть на своем месте, так как не желал быть вовлеченным в попытки Даниора продать Кристину, поднял глаза и увидел, что Марко и Эмилиан подошли к своему главарю. — Это конец любым попыткам восстановить отношения между нашими двумя кланами, Даниор, — заявил Бесник. — Ты еще раз показал, что не уважаешь мой клан, и серьезно оскорбил меня, предложив чужака в качестве невесты для Пали. — Наверное, ты понимаешь, что никакого оскорбления не было нанесено намеренно, — Даниор попытался сказать это как можно мягче. — Десять лет наших переговоров говорят об обратном. Я уверен, что ты понимаешь, что мы отказываемся и от всего остального твоего предложения, — бросил Бесник, выходя наружу и спускаясь по ступенькам каравана. — Не думайте, что все кончено, — усмехнулся Эмилиан, выходя вслед за ним. Даниор стоял на прежнем месте и смотрел как трое мужчин покидают лагерь. Его совершенно не волновали подобные угрозы. Клан Бесника уже кидался этими словами в прошлом, но, в конечном счете, так ничего и не предпринял. В каком-то смысле он был даже рад, что они отвергли это предложение. Ему не хотелось покидать Марсель, и они всегда могли воспользоваться лишними караванами и лошадьми. Но Даниор все еще был связан из-за Кристины, и до сих пор никакие другие кланы не проявляли особого интереса к ней, по тем же причинам, что и Бесник. Однако цыган знал, что даже если Бесник и не был в таком отчаянии из-за положения Пали, где-то должен был быть человек в достаточно в бедственном положении, так что оставалось лишь приложить немного усилий, чтобы разыскать его. Ему просто нужно было начать давить на самое привлекательное и лакомое, что мог бы предложить его клан.