Закоулки девичьего сердца.

Время тянулось невыносимо медленно. Мы с Андреем сидели на диване в городской больнице, доктора сновали туда-сюда, и им не было до нас никакого дела. Сердце билось как бешеное. Если Денис умрет, то я… я не знаю, что со мной будет. - С тобой все в порядке? – учтиво поинтересовался Андрей. – Ты бледная как смерть. Он, как ни странно, выглядел невозмутимым. - Со мной все прекрасно, - резко отозвалась я, чувствуя, что сейчас расплачусь. Не говоря ни слова, я встала и направилась в дамскую комнату. Я разрыдалась, тушь потекла по щекам. Денис, можно сказать, попал под машину из-за меня. Если бы я уделяла ему больше внимания, то он не шел бы позади нас, а злополучный автомобиль проехал бы мимо. Я умылась и глубоко вздохнула, собираясь с ускользавшими от меня мыслями. Да, хоть я и выгляжу как парень, но душа у меня женская. Денис пока жив. Врачи не дадут ему уйти на тот свет, да и я сама ему не позволю. Он, наверное, отделался каким-нибудь сотрясением мозга, ну или парочкой переломов. Скорость машины уж точно не превышала семидесяти километров в час. Или мне хочется, чтобы так было. Я вышла из туалета, нервно проведя правой рукой по голове. Странно, мои волосы так быстро отрасли… Где тот привычный жесткий ежик, с которым я проходила последние пять лет? В коридоре меня ждал Андрей. - С ним все будет хорошо, - сказал он, аккуратно взяв меня под руку. Странно, но я не испытала абсолютно ничего при этом прикосновении, если исключить, конечно же, беспокойство за Дениса. - Надеюсь, - кивнула я. – Давай выйдем на улицу? Тут слишком душно. Ночь уже полностью вступила в свои права. Дивная июньская ночь! Тяжелый аромат цветущей сирени витал в воздухе, острый серп луны был окружен мелкой россыпью слабо мерцающих звезд. Мы сели на скамью, которая находилась слева от входа в больницу. - Жень… - негромко позвал Андрей. Я ожидающе на него посмотрела. – Жень, будь моей девушкой. Внутри у меня что-то ухнуло в холодную бездну. Право, я не понимаю его поведения! Предложи он мне встречаться пару часов назад, то я бы согласилась, но сейчас все было как-то иначе… Грубо говоря, мои чувства к нему отошли на второй план. - Прямо сейчас? – спросила я, осознавая некорректность моего вопроса. – То есть… сейчас, когда Денис лежит в реанимации? Да и мы знакомы всего лишь пару недель. Это как-то неправильно. Я еще не готова. Я все еще недоумевала от его неожиданного предложения. Он, кажется, не такой дурак, чтобы предлагать создавать отношения прямо сейчас. Янтарные глаза нехорошо блеснули в темноте. Из уст моего собеседника вырвался тихий смешок. - Ты так любишь своего этого Дениса… - произнес Андрей. - Он твой друг тоже, - холодно отозвалась я. Что-то здесь нечисто. – Ты мог бы хотя бы ради уважения к нему подождать со своим предложением хотя бы несколько дней. - Я не узнаю ту Евгению, с которой мы так мило беседовали сегодня вечером, - хмыкнул он. – Куда же она подевалась? - Попала под машину вместе с Денисом, - пробормотала я. – В общем, я дам тебе ответ через какое-то время. Мы снова вернулись в больницу, так как я начала замерзать. Из реанимации вышел доктор – мужчина лет сорока с густой бородой, которую только-только начала одолевать седина. - Что с ним? – я бросилась к врачу, который, судя по всему, занимался именно Денисом. - С тем молодым человеком, который попал под машину? – уточнил мужчина. Я быстро закивала. – Ну, жить будет. Сотрясение, сломано несколько ребер, а также вывихнута левая рука. Через недельку будем выписывать. У меня словно свалилась гора с плеч. Жив… - А когда можно будет его увидеть? – вступил в разговор Андрей. - Боюсь, что только утром. Ничего… Это ерунда. До утра оставалось всего лишь шесть часов, это не так много. Главное, что жив! «Жив» - какое же это все-таки чудесное слово… Ноги мои подкосились, голова закружилась, перед глазами все поплыло. Кто-то меня подхватил, кто-то испуганно вскрикнул. Наверное, я потеряла сознание, потому что больше события этой ночи я не помню. *** Проснулась я в большой комнате, залитой солнечным светом. Я лежала на довольно жесткой кровати, расположенной в самом конце ряда точно таких же кроватей. Большинство из них пустовало. Я встала и потянулась. Я была одета в какую-то нелепую пижаму, которая висела на мне мешком, осмотрев руки, я заметила след от укола – крошечную точку, едва заметную на моей бледной коже. Кажется, я в больнице. Да, точно, рядом с некоторыми кроватями стояли капельницы. Капельницы… реанимация… Денис! Я быстро вышла из комнаты. Настолько быстро, насколько позволял подол пижамы, путавшийся под ногами. Я так спешила, что врезалась в того самого мужчину, с которым разговаривала накануне своего обморока. - Поосторожней, что ли, - добродушно сказал он. – Неужели вы хотите заработать еще обморок? - Да нет, как-то не горю желанием, - отозвалась я. – Можно мне навестить Дениса? Мужчина посмотрел на наручные часы. - Время посещений еще не началось, но вам можно сделать исключение. Только пообещайте мне, что не будете его волновать. - Конечно. Доктор, удовлетворенный моим ответом, повел меня по извилистым коридорам больницы. Иногда появлялись пациенты – в гипсах, в инвалидных колясках. Они наводили тоску своим мрачным немощным видом. Еще несколько минут быстрого шага – и вот мы уже у кровати Дениса. - Ладно, не буду вам мешать, - улыбнулся мужчина. – У вас есть двадцать минут. Он вышел. Денис спал или делал вид, что спит. Пушистые рыжие ресницы отбрасывали тени, такие же рыжие волосы растрепались по подушке. - Денис! – негромко позвала я, прикоснувшись к его руке. Веки его дрогнули, он слабо улыбнулся. - Женька… - прошелестел он, на удивление крепко сжав мои пальцы.