Мне не плевать, кто победит

— Что значит, одна из ебучих турбинок сбоит? — Я не так сказал… — запротестовал Билл, прежде чем до него дошёл смысл бранного слова. — Извини. Кайло притворился, что погружён в расчёты для гиперпрыжка, и повернулся спиной к обоим спорящим в кабине Хаксам. Ди-Ди тут же переключился в режим меддроида и принялся проверять жизненные функции Хакса. — Он прав, — встревожился Ди-Ди. — Ваше кровяное давление нестабильно. В один момент оно в норме, затем резко падает до критически опасного уровня и вновь возвращается в норму. Такое обычно вызывает тошноту, головокружение, мигрень. Вы заметили какой-нибудь из этих симптомов? Кайло вбил в компьютер окончательный курс и прыгнул в гипер. Хакс тут же позеленел и зажмурился. Кайло крутанулся в кресле, держа в руке пустую бутылку, оставленную Хаксом накануне. — Помимо жуткого похмелья? — спросил он и широко ухмыльнулся, даже не пытаясь скрыть злорадства в голосе. Кайло считал, что Хакс целиком и полностью заслужил головную боль, учитывая, как он повёл себя после их последнего взаимодействия. Ди-Ди разочарованно цыкнул на Хакса и громко объявил: — А ещё у вас повышенная температура тела. Нужно измерить уровень С-реактивного белка… Хакс немедленно спрятал руки за спину. Кайло едва сдержал смешок. Могущественный генерал боялся иголок. — Так что со мной не так? Ди-Ди взмахнул сканером. — Похоже на опухоль в тканях, которые соединяют ваше сердце с настоящими венами. Опухоль давит на турбинку в аорте и тормозит её. Кайло понимал, что происходит. Он не знал точно, сколько времени провёл в бакте после Экзегола — дни слились в единое целое, — но после «казни» Хакса, должно быть, прошло уже несколько недель. Даже если во время операции его накачали иммунодепрессантами, к настоящему времени срок их действия истёк, и тело начало отвергать имплант. И поскольку процесс стартовал, состояние Хакса будет ухудшаться всё быстрее. И Хакс точно не снизил воспаление, чуть не отравив себя алкоголем прошлой ночью. Кайло ощутил лёгкий укол вины. Если бы он знал, что Хакс вылакает целую бутылку в ответ на скромное проявление чувств, то не стал бы его целовать. Ди-Ди, похоже, пришёл к такому же выводу и направился за иммунодепрессантами и противовоспалительным. Да, медикаменты помогут устранить реакцию организма на сложный механизм, встроенный в грудь Хакса, но Кайло подозревал, что это лишь отсрочит проблему. Внутреннее повреждение должно перестать реагировать на постоянное раздражение, перемычка между органической и искусственной тканью требовала тщательного заживления. А они находились в бегах и не имели времени. Хакс отвернулся, когда Ди-Ди усадил его в кают-компании и, утешительно щебеча, вытащил шприц. Всё верно. Вероятно, воспоминания об объекте по-прежнему занимали важное место в мозгу Хакса. Кайло даже думать не хотел, какие методы применял Брендол, чтобы сделать из Армитажа достойного сына. Кайло вдруг плюхнулся рядом с Хаксом и приложил ладонь к его лбу. — Что ты… Шприц вошёл под кожу. Хакс изумлённо моргнул. Ди-Ди удовлетворённо пискнул. — У тебя жар, — мягко сказал Кайло, продолжая аккуратно придерживать голову Хакса. И Хакс — судя по всему, невольно — прильнул к его ладони. Похоже, прохладная рука Кайло приятно остужала пылающую кожу. Билл сел с другого бока от Хакса, нерешительно придвинулся ближе и, взяв его за руку, неуверенно попытался успокоить. Он смутился на мгновение, глаза его заметались между Хаксом и Кайло, тихо щёлкая диафрагмами, а потом на лице промелькнуло понимание, чуть заметная улыбка тронула губы. Кайло надеялся, что они в конце концов смогут показать Биллу пример отношений, по-настоящему достойных подражания. Кайло рос рядом с Ханом и Леей и получил кое-какие представления о том, как работают влечение и привязанность, но они были довольно нетрадиционными. Наконец он прервал неожиданное перемирие и кашлянул: — Мне нужно вернуться в кабину, — Кайло неохотно отнял руку от лица Хакса. Его ладонь уже скучала по прикосновению, температура кожи, кажется, понизилась ещё сильнее. Хакс посмотрел ему вслед и впервые за долгое время не нашёл язвительных слов в ответ. *** Несмотря на то, что его сердце в буквальном смысле боролось с его иммунной системой, Хакс чувствовал необычный покой. Словно голос, бесплотный, иллюзорный, разговаривал с ним прямо через синапсы, уверяя, что всё будет хорошо. Погодите. Билл держал его за руку и пристально смотрел на него. Пытался опробовать свои зарождающиеся «магические» силы на Хаксе? Если так, то ощущения были очень даже… Хакс мысленно отвесил себе пинка. Криффовы трюки Силы противоестественны в своей сути и таят особую опасность, когда замаскированы под доброжелательность. И лучше об этом не забывать. Хакс выдернул руку из пальцев Билла и провёл ладонью по лицу. Странно. Жар и похмелье словно отступили. — Мне гораздо лучше, — осмелился сказать Хакс и попытался сконцентрироваться на собственном теле. Лёгкая одышка, которая мучила его пару дней и которую он списывал на суматошную череду событий, внезапно исчезла. Ди-Ди бибикнул и снова запустил сканирование. — Действительно лучше, — подтвердил он. — Опухоль уменьшилась. У вас были в наличии экспериментальные противовоспалительные препараты быстрого действия? Вы же знаете, не стоит принимать непроверенные вещества, — добавил Ди-Ди предостерегающе. Хакс прекрасно знал, что на борту были только стандартные лекарства Первого Порядка. Он взглянул на Билла, и тот подтвердил его подозрения лучезарной улыбкой. Хакс немного нервничал, когда видел подобное выражение на лице, которое, в сущности, было его собственным. Он даже не подозревал, что его лицевые мышцы способны так искажаться. Могли ли форсъюзеры исцелять силой мысли? Вряд ли. Рен никогда не упоминал об этом, а ведь он любил бахвалиться своим мастерством. Возможно, изначальная проблема Хакса была не такой уж серьёзной, как казалось. Вот и всё. Отмахнувшись от беспокойно лопочущего Ди-Ди, Хакс решил проверить курс. Так, на всякий случай. Посмотреть, на месте ли ошейник Рена. Да, ошейник был на месте. Хакс отчётливо его видел — прочный, надёжный, он обвивал неприлично длинную шею Рена, выставленную напоказ. Откинув голову на спинку кресла и забросив ноги на панель управления, Рен спал. Тихий, рокочущий храп наполнял кабину. — Ты спишь? Серьёзно? Да что за невыносимое создание! Хакс тут умирает, а Рен решил вздремнуть. Хакс не понимал, почему продолжает удивляться. Храп прекратился. Рен приоткрыл один глаз и пробурчал мрачно: — Уже нет. Хакс скрестил руки на груди. — Так вот как ты пилотируешь? — А как иначе, если какой-то мудак выставил меня из каюты на всю ночь? — проворчал Рен. Он по-прежнему выглядел сонным. Веки его отяжелели, а жалобам недоставало привычной остроты. Это было почти мило. Хакс закатил глаза, рассердившись по большей части на самого себя. Кайло Рен не был милым. Проверив навигационный компьютер, Хакс указал рукой на выход из кабины. — У нас три часа до прибытия на Пиллио. Я хочу, чтобы ты вернулся прежде, чем мы выйдем из гипера. Поскольку Хакс не сказал прямо, чтобы Рен шёл спать, неудивительно, что тот не поблагодарил его за доброту. Но Хаксу же не привиделась лёгкая улыбка на усталом лице Рена, когда тот протопал мимо — в каюту для отдыха. Крифф, оставалось надеяться, что Рен не свалится на ту койку, которую застолбил за собой Хакс. Там был такой хороший матрас. *** Хакс остался в кабине — следить за автопилотом. Вскоре к нему присоединился Ди-Ди, то и дело включавший сканер для проверки жизненных показателей Хакса. Потому-то никто из них не заметил, как Билл украдкой пробрался в каюту, но не ту, где свил себе гнездо из одеял, а в ту, где спал Кайло Рен. Точнее, пытался уснуть. Билл выглядел как собака, взявшая след. И наконец он задал вопрос, который должен был задать — рано или поздно. — Почему ты носишь эту штуку? — Билл ткнул пальцем на ошейник. Кайло решил быть честным. — Чтобы я не мог пользоваться той энергией, которая есть и у тебя. Её называют Силой. «Сила». Кайло увидел, как шевельнулись губы Билла, когда тот беззвучно произнёс слово. — Но почему? — спросил Билл вслух. Что ж, Кайло уже признался Биллу, что он не друг Хаксу. По крайней мере, пока. — Чтобы Хакс чувствовал себя в безопасности рядом со мной. В прошлом я причинял ему боль Силой. Билл широко распахнул глаза. — Значит, Сила — это зло? Она заставит меня… делать больно людям? — Нет, — поспешно ответил Кайло. — Слушай, Билл, эта энергия твоя. Она — твоё отражение. Если ты добр, то сможешь исцелять ею, а если злишься… она может выплеснуться и уничтожить всё вокруг. «Исцелять», — вновь беззвучно прошептал Билл и спустя секунду решительно тряхнул головой. — Значит, я никогда не буду злиться. Кайло невольно хохотнул. — Это с Хаксом-то? Желаю удачи. Билл слегка насупился, чем ещё больше развеселил Кайло. Видимо, принял оскорбление на свой счёт, раз уж у них с Хаксом одинаковая внешность. А потом Билл усмехнулся. Сперва застенчиво. Но робкое выражение лица почти сразу сменилось хитрым, и он заговорщически покосился на Кайло. Кайло помнил этот взгляд у Хакса. Тот частенько так смотрел, когда узнавал что-то, чего не знали другие, и собирался воспользоваться этим в своих интересах. Похоже, определённые черты личности передаются генетически. — Так почему бы тебе не избавиться от него? — спросил Билл и многозначительно кивнул на ошейник. Какой невинный, простой вопрос. Будто Кайло мог сделать это по мановению руки. Кайло задумался, что мог увидеть (и что увидел) этот стеснительный и пугливый тихоня. Его бионические глаза почти наверняка обладали более широким спектральным диапазоном, чем обычные человеческие. Заметил ли Билл тёплое пятно на металле прошлым вечером — в том месте, где Кайло прижимался к переборке? Знал ли, что Кайло подслушивал? Или, возможно, он воспользовался своим зрением Силы и увидел возможность снять ошейник, просто изучив механизм изнутри. Кайло впервые встретил форсъюзера, у которого был так отточен этот навык. Он вспомнил лекции по психометрии — сказания о рыцарях-джедаях, которые пользовались этим особым талантом, чтобы видеть Силовые подписи, оставленные на предметах, и тем самым идентифицировать их владельцев. Некоторые из них могли улавливать эмоции и намерения тех, кто последним касался объекта, и становились следопытами. Но Биллу, который родился слепым, эта способность (такая же инстинктивная, как дыхание) даровала сверхъестественное понимание связи между механикой и живыми существами. Падаванам обычно требовались дни медитаций и серьёзной концентрации внимания, чтобы собрать собственный световой меч. Кайло подозревал, что Билл управился бы за час, просто взглянув на меч и повторив действия его первоначального создателя, отпечатавшиеся на нём в Силе. — Я не могу избавиться от него, — наконец сказал Кайло. И это была чистая правда. — Но ты продолжишь учить меня Силе? — настойчиво спросил Билл. — Продолжу, — Кайло торжественно наклонил голову. — Я могу много чего объяснить и без демонстрации. Так что ошейник не помешает. — Ты уже показал мне, как двигать ворота, — согласился Билл. — Странное было чувство. Словно я очутился у тебя в голове. Кайло ободряюще улыбнулся ему, изобразил, что засыпает, и дождался, пока Билл выйдет из каюты. Хотя внутри у него всё похолодело от тревоги. Такое уже случалось. Рей смогла проникнуть в его разум, чтобы дать отпор во время допроса. И, «очутившись в его голове», овладела техникой контроля разума, которую чуть позже использовала для побега. Если Билл сделает то же самое… Кайло лишь однажды столкнулся с такой необузданной мощью. Но если Рей была Светом в его Тьме, половинкой Силовой диады, то с Биллом он не чувствовал подобной духовной связи. Это не было диадой. Эта Сила принадлежала Биллу. Один человек — и такое могущество… Но ведь Билл добрый и отзывчивый, верно? Он вырос в любви и заботе, в сердце его прочно укоренён Свет. С другой стороны, он много лет прожил один-одинёшенек, а потом его грубо сорвали с насиженного места… Кайло вспомнил хитринку, мелькнувшую на лице Билла. Он был Хаксом. А Хакс всегда кусался, когда был напуган.