Морские ангелы

Общение Джека с Тугой и впрямь приносило свои плоды. Пират узнал для себя много интересного, в частности расположение кают и их хозяев на «Девке», привычки и имена некоторых членов команды, их с братом биографию и жизненный путь. Но он не захотел рассказывать Тигу ни про капитана, ни про Грегсона, ни про Зарину, ни про должности остальных. Еду парни приготовили довольно быстро, а так как до ужина оставалось совсем немного времени, Джек решил пойти к Зарине за расписанием и заодно проветриться и узнать корабль получше. Оставив Тома и Тугу собирать на стол, кок поднимался по трапу на верхнюю палубу. Кстати о Томе: мальчишка и впрямь был смышленым, полностью выполнил всю свою работу, да ещё и успел побывать на верхушке бизань-мачты. На мачты повыше его не пустили. Вечера на Карибах были что надо: небо затянуло белыми тучами, море было прекраснейшего темно-синего цвета, заходящее за горизонт солнце создавало множество красивых бликов на воде, с севера дул прохладный свежий ветер. В такую погоду хотелось только одного — сесть на ближайшей пушке или бочке, а то и просто на палубе, и отдохнуть после тяжёлого трудового дня. Желательно ещё и с бутылкой хорошего рома да красивой девчонкой. Но если первое на корабле имелось в больших количествах, то со вторым были проблемы. Впрочем, одна девушка на борту «Распутной Девки» всё же была. И сейчас Джек шёл в направлении её каюты, что находилась рядом с капитанской. Уже стоя под дверью пират понял, что мог попросить расписание дежурств у Зарины за ужином и не идти к ней в комнату сейчас, но эта светлая мысль пришла ему в голову только что и теперь он действительно собирался уходить. Правда, перед тем, как уйти, Тиг всё же решил постучаться, хотя, как и ожидалось, ему не открыли. Похоже, что Зарины там сейчас не было, и юноша вернулся обратно на кухню. Там как раз собрались на ужин все пираты. Но ни капитана, ни Зарины в столовой видно не было. — Эй, Грегсон! — окрикнул Джек квартирмейстера. — А где мисс Кингстон? Просто мне нужно у неё взять расписание, а в каюте её нет. — Зарина сейчас с капитаном занимается документацией. Но ты сможешь поймать её где-то через час, когда она пойдёт заполнять судовой журнал. — Окей. Спасибо! — Тиг отсалютовал Грегсону и ушёл в свою каюту, где всё оставшееся время проиграл в карты с Томом. Играли они на желание до двадцать выигрышей, но пока что счёт был равен: по пятнадцать у каждого. — Ладно, Том, — Джек бросил колоду на стол. — Мне уже пора. — К подружке, да? — парень блаженно растянулся на кровати и шумно отгрыз большой кусок от зелёного яблока. "Вот в любом случае этот наглец имеет ввиду Зарину! И всё-таки ребёнок действительно был более развитым для своего возраста. И, чёрт подери, с ним было приятно и даже весело общаться! Возможно, сказывалось детство сироты среди пиратов?» — Нет. А к нашему клерку за расписанием дежурств. И можешь не радоваться — тебя наверняка с кем-то в пару определили, — добавил Джек, заметив самодовольную ухмылку этого наглеца. Зарина обнаружилась сидящей на пустых бочках, что стояли на капитанском мостике. Девушка что-то сосредоточенно записывала в толстенную книгу, лежащую у неё на коленях. Причем писала Зарина левой рукой. Пират невольно ею залюбовался. С момента их последней встречи внешний вид пиратки немного изменился. Если на Тортуге она была одета только в рубаху, корсет, перчатки и сапоги, то сейчас к этому добавились чёрный длинный жилет и два скрещённые ремни для шпаг. Впрочем, волосы эта мелкая чертовка так и не убрала и зря этого не сделала: при таком ветре они постоянно норовили залезть в рот, нос или глаза, что не удивительно при ходе корабля на всех парусах. Для Джека было одно удовольствие слушать её милые возмущения и недовольство, когда пиратка пыталась хоть как-то убрать слишком надоедливую, к тому же густую, рыжую челку с глаз. Девушка постоянно заправляла её за уши, но это мало помогало. — Может вы всё-таки уберете волосы? — Джек присел к ней на пустую бочку. — А то, право, жалко смотреть на ваши мучения. — Вот сам бы и убрал! — огрызнулась Зарина. — Прости. Обычно я волосы распускаю, но вот чёлку всегда закалываю. Но как назло все свои женские штучки, кроме расчески, я умудрилась забыть на Тортуге… Ой, Тиг, извини. Ты ведь что-то хотел? За расписанием пришёл? — Да, мисс. — Ну пойдём, — она закрыла книжку, собрала свои вещи и направилась к ступенькам. — И прекрати называть меня на «вы»! Я даже младше тебя. Ну и что, что выше по должности, — она будто читала мысли, — это ничего не меняет. Да и имя у меня есть, — добавила пиратка чуть тише. — Я помню, Рина. — Нет, мой дорогой. Зарина. — Ну конечно. Зарина. И только так! — Да, Джекки. Просто меня так никто не называл. Всегда Зарина-Зарина. Ну, или на самый крайний случай — Зара. Но только на самый крайний! — она указала на меня пальцем. — Хотя если тебе удобно… — Ну уж нет. Как вам удобно. — Тогда мне всё равно. Рина-Зарина. Какая разница! Главное ведь человек, а не имя. — Полностью с ва… с тобой согласен, Рина. — Да, Джек. Пора менять свою жизнь и переставать обращать внимание на общество и его мнение. — Тогда мой тебе совет — закрой глаза и представь, что это дурной сон. Я всегда так делаю! — Да уж, нашёл, чем гордиться! Каюта у Зарины была меньше, чем у Джека с Томом, но вещей у девчонки всё же было больше. На кровати у стенки были разбросаны подушки, книжки, на столе и на полке над ним возвышались горы бумаг, какой-то мелочёвки, на спинку стула был накинут синий камзол, а на стенах каюты висели две одинаковые шпаги и множество листков, исписанных кривоватым почерком. В углу стоял небольшой сундук с одеждой. — На, держи, — пиратка сорвала со стены листок. — Вам с Томом одного хватит? — Да, конечно. А ты почему на ужине не была? — Дела корабельные… — уклончиво ответила Зарина. — Аа, — естественно Джек ей не поверил. Он как может, пытается наладить между ними какие-никакие, но хотя бы нормальные отношения, а она… — Тогда может пойдём на кухню и ты сможешь поесть? — Нет. Спасибо. Да и поздно уже. — Понял… Ухожу. — Нет, Джек. Постой, я… — но остального пират уже не слышал, потому что вышел и пошёл к себе. — Что, не сложилось? — был первый вопрос маленького нахалюги Тейлора, когда я влетел в каюту. — Заткнись! — Значит — не сложилось… Тогда я попробую! — Ты?! — А что! Я, между прочим, и моложе тебя, и красивее, и умнее. Так что извини, Джек Тиг, но у тебя шансов нет! — Ха-ха. Мечтатель! Спи давай. Ты завтра ночью на палубе дежуришь. — А с кем? — тут же вскочил Том, что только собирался спать. — Джет Даукинс какой-то… — прочитал Джек с листка. — Не знаю! Спи давай. Следующее утро наконец-то принесло Джеку нормальное настроение. Даже тот факт, что сегодня с ним на кухне будет дежурить Зарина, никак не мог омрачить коку сегодняшний день. И даже её песенка. — Джек, не испытывай моё терпение! Я знаю, что ты не спишь. Выходи давай. — И откуда ты это знаешь, певица? — Ха! Все очень просто. Нужно меньше под дверью ногами топать. Хочешь ещё спою? — Нет. Давай как-нибудь потом. А то и правда времени совсем не осталось. — Тогда приступаем. Обычно повар на корабле просыпался раньше остальных членов команды, чтобы к общему подъёму успеть приготовить завтрак. Потом часов в семь или пол-восьмого пираты ели, и у кока появлялось свободное время. Часа в два был обед, ну, а ужин мог начаться с восьми вечера, а посиделки после него продолжаться ещё долго. Так было и сегодня. Ужин Джеку помогал готовить Том, Зарина ушла к себе в каюту, ну, а на второй палубе возле столовой уже начиналось веселье. Как оказалось, Грегсону сегодня исполнялось пятьдесят лет, и поэтому на «Распутной Девке» пираты закатили дивную пирушку. Даже капитан пришёл отметить сие событие. Обычно Тиг видел его только у штурвала, где они с Грегсоном поочерёдно управляли кораблём. Также на пиратских кораблях иногда могли быть музыканты. Любой человек, умеющий играть на каком-нибудь музыкальном инструменте, был весьма ценным членом экипажа. Музыкальные увеселения помогали поддерживать моральный дух команды и бороться со скукой. Джиги и хоровые песни матросов были весьма распространены, а во время боя, иногда даже непрерывно, звучала громкая военная музыка. Хотя последнее Джек всегда считал лишним. У них на бригантине роль музыкантов исполняли Зарина и братья-близнецы: первая сидела на бочке и играла на мандолине веселую мелодию, парни сидели рядом и пытались в такт стучать по бочках, как по барабанах. Джек же решил не участвовать в этом импровизированном оркестре. Пираты веселились от души. В самый разгар торжества Джек, в полупьяном состоянии, всё же увел Тома с кухни на дежурство. Но ему категорически не хотелось возвращаться обратно, и он поднялся на верхнюю палубу. Ночь уже забрала в свои владения Карибское море. На небе алмазной россыпью сверкали звезды, воздух стал намного холоднее, чем жаркими днями, а тишина так и манила присоединиться к ней. От ветра поскрипывали мачты и корабельный такелаж, и пирату безумно захотелось послушать эту прекрасную мелодию, поэтому Джек сел на ближайшую к нему пушку и закрыл глаза, предаваясь мечтаниям. — Скучаешь? — позади него послышался звонкий голос. — Да нет, Леди. Наоборот, мечтаю. — Ясно, — она села рядом. — Почему ты здесь, а не со всеми? — Ну, моя партия закончилась, а сидеть дальше просто не было желания. — Кстати, Зарина… Прости меня за всё, пожалуйста. — За что это, Джек? Ты вроде бы ничего такого не сделал, — она с изумлением посмотрела на пирата. — Ну, а ты как думаешь? — вскочил Тиг. — За наше первое знакомство, за тот вечер в таверне и следующий день на рынке, за моё отношение и недоверие к тебе, за вчерашний вечер. Прости за то, что я был таким идиотом, — он посмотрел пиратке в глаза. Но увидел совсем другое. В лунном свете вместо заносчивой, вредной, маленькой девчонки-музыкантки из грязной пиратской портовой пивнушки на Тортуге, с которой Джек познакомился впервые, напротив него сидела совсем другая личность. И каким же это нужно быть самовлюбленным эгоистичным глупцом, чтобы заметить это только сейчас?! Ярко-рыжие волосы развивались на ветру, а сочетание чёрного, белого и синего в одежде пиратки придавали ей особый шик. В гардеробе Зарины, помимо двоих ремней для шпаг, появился ещё и красивый коричневый пояс с резной пряжкой. На поясе у неё висели многочисленные безделушки, небольшой кинжал с правой стороны и два маленьких мешочка, о цвете и наполнении которых Джек не мог судить. В довершение всего — совершенно колдовской взгляд янтарно-карих глаз. Джек и сам не знал, как он умудрился разглядеть у неё маленькие веснушки. — Боже, Джек. Конечно прощаю. Парень и девушка просидели ещё немного, но потом всё же решили расходиться спать, так как на палубе появился Том с каким-то пиратом, и они нарушили их уединение. Да и ко всему прочему, завтра была их с Зариной очередь нести вахту, и выспаться ой как бы не помешало! На кухне Джеку будет помогать Брайтон, так что в быстром приготовлении еды пират и не сомневался. С таким настроением Тиг отправился спать, чтобы утром точно быть разбуженным Томом, вернувшимся с ночного дежурства. — Джек, ты не представляешь! Это было так интересно! Сначала мы с Джетом погасили все фонари на «Распутной Девке», ведь на пиратских кораблях не разрешается после десяти вечера зажигать огни. Он мне рассказал о Пиратском Кодексе Чести, составленным Морганом и Бартоломью, о том, что на любом пиратском судне есть свой свод правил и указаний, которому должен следовать каждый член команды. Ноу любого также было право оспаривать решение капитана и предлагать что-то самому. Все назначения и снятия с должности, а также все важные решения принимались всеобщим голосованием. Но, правда, Джет не знает, было ли это прописано в Кодексе Берегового Братства, так как никогда не видел и не читал его, а всего лишь слышал содержание от одного пиратского капитана. Кстати, я всё-таки выяснил, кто такой Джет Даукинс! — И кто же? — спросил Джек, ставя на огонь две большие кастрюли. — Судовой врач. Врачи высоко ценились среди пиратов, и нередко при захвате вражеского судна врач в первую очередь получал предложение присоединиться к команде победителя. Врач был единственным человеком, которому разрешалось не подписывать пиратское соглашение. Нередко врачам захваченного судна выплачивали вознаграждение, если они просто оказывали помощь членам пиратской команды. Если на корабле не было настоящего врача, на эту должность выбирали любого подходящего пирата, который имел хоть какие-то познания в медицине. Упоминаются случаи, когда врачом был избран корабельный плотник — так как у него были необходимые «инструменты» для выполнения ампутаций — топор, пила и т.п. Иногда врачеванием занимались корабельные повара — им была знакома работа с мясом, но они были менее квалифицированные, чем плотники. Судовой врач имел набор инструментов для выполнения неотложных операций и небольшой набор лекарств. За пополнение запаса лекарств отвечал сам врач, поэтому в порту он обычно поспешно направлялся в местную аптеку, где скупал необходимые лекарства. Главным корабельным лекарством у пиратов был ром — его использовали как лекарство при желудочных болезнях или как обезболивающее при операциях. — Хм. Ясно. Получается капитан Дали всё-таки беспокоится о благополучии своей команды… — но договорить Тигу не дали, так как в камбуз спустился Брайтон. — Добре утро, Джек, Том, — пират отсалютовал им обоим. — Чем могу быть полезен? — Следи, чтобы в печах огонь не затухал. А ты, Том, сгонял на склад за продуктами и можешь улепетывать, а то я слышал, что тебя ещё ждёт вся верхняя палуба. — Есть, сэр! Во время готовки Джек узнал от Брайтона побольше о канонирском деле, а также, что парень думал, вообще не свойственно этому пирату, о морских суевериях и страшилках. В довершение всего, Брайтон рассказал ему множество старинных легенд и мифов. К обеду начали подтягиваться пираты, кто-то раньше, кто-то позже, но работы в этот промежуток времени хватало. Брайтон и Джек только и успевали накладывать еду да убирать тарелки, оставляя всю грязную посуду дожидаться своего часа в ведре с водой. Как только этот сумасшедший час закончился, и они с Брайтоном в кои-то веки присели отдохнуть, с вороньего гнезда послышался крик: — Корабль по правому борту! Испанский! Торговый! Ещё при первых словах кок с канониром вылетели на палубу и теперь как все остальные ждали решения капитана. Тот что-то сказал Грегсону. Как Тиг понял, главным здесь был всё-таки квартирмейстер, с которым во всем считался капитан и даже перекладывал на него некоторые свои полномочия и обязательства, возможно, в силу возраста. — Поднимай флаг! Меняй курс! Право руля! Поднять все паруса! Приготовиться к абордажу! — орал во всё горло Грегсон. Рядом с Джеком быстро исчез Брайтон, Туга убежал к пушкам на нижней палубе, капитан вернулся со своей каюты с оружием, Тиг быстро сгонял за своей саблей и пистолетом, нашёл Тома, которому Джет давал какие-то указания, и тут в поле зрения кока попала Зарина. Волосы пиратки развивались на ветру, сама она стояла напротив капитанского мостика, в ножнах с двух боков у неё было по шпаге, а в руках пиратка держала мандолину. И Джек уже знал, что дальше будет песня. За грохотом пушек двоих кораблей Зарину почти не было слышно, но всё же Джек стоял достаточно близко, чтобы разобрать слова песни. Но тут прозвучал приказ идти на абордаж и все пираты, не сговариваясь, одновременно кинулись к канатам. На вражеском судне уже во всю кипела битва. В самой гуще событий Джек заметил Грегсона. Сейчас тот был похож на разъярённого льва, что со всей мощью кидался на своих противников, за право владеть этой территорией. Синий камзол развивался словно мантия волшебника, и это придавало ему ещё больший шарм и загадочность. Вдобавок ко всему Джеку на один момент почудилось, что его чёрные, словно смоль, волосы вдруг превратились в множество чёрных змей, и те тоже стали нападать на испанских офицеров. Но это была всего лишь игра его воображения. Внезапно точно над головой Тига в мачту влетел кинжал, но пират вовремя успел среагировать и уже через секунду дрался с одним испанцем. Благо, этот солдат был новичком, судя по его тактике боя, а поэтому у кока было время, чтобы оглядеться по сторонам. Пиратов было не так много, как испанцев, но морские разбойники сумели разойтись по всему кораблю, и теперь медленно, но верно, победа переходила в их руки. Краем глаза Джек успел заметить Зарину: пиратка здорово отбивалась от двух здоровых мужиков. Тиг уже хотел бежать к ней, чтобы помочь, но был утянут в сторону мощной рукой Грега и теперь помогал ему. Дали сражался с капитаном галеона, и пираты понимали, что победа уже близка. Тем временем Зарина убила слабейшего из своих противников и, засунув шпаги обратно в ножны, исчезла с поля зрения Джека, чтобы через секунду появиться снова, за спиной противника. Её рука метнулась к мешочкам, Зарина что-то оттуда вытащила, а потом запрыгнула нападавшему на спину, и через минуту тот уже лежал трупом на палубе. С перерезанного горла у него текла кровь. Джек не мог понять, чем она ранила солдата, ведь кинжал пиратка не доставала, а шпаги она спрятала ещё до этого момента. Подумать над этим он как следует не успел, потому что последовал приказ капитана обследовать судно и перетащить всё ценное и нужное до того, как эта посудина пойдёт ко дну. Тиг оттащил Тома Тейлора за шиворот от пиратов, что переносили золото, драгоценности, доски, паруса, ядра, порох, забрал с собой Джета и пошёл в трюм. Там, помогая друг другу, они перетащили все продукты и воду в кладовые «Распутной Девки», благо места после перестановки там значительно добавилось. Команда Дали перерезала весь экипаж того корабля, и поэтому пираты с чувством выполненного долга отправили испанскую посудину на дно. Все быстро вернулись к своим прямым обязанностям, на «Распутной Девке» все быстро вернулось на круги своя и жизнь потекла обычным чередом. Брайтон и Джек вернулись на кухню и стали готовить ужин, Том куда-то ушёл с Зариной, Грегсон и остальные пираты раскладывали добычу, капитан Дали вернул корабль на прежний курс и теперь стоял у штурвала. По-видимому, приключений и потрясений на сегодня больше не наблюдалось, и Тиг постарался отвлечься мыслями о предстоящей ночной вахте. Дождавшись, пока Том вымоет и расставит посуду, Джек проверил, все ли пираты спят, а потом стал гасить фонари. После этого ему стало откровенно скучно, да и Зарины по прежнему видно не было. Он решил пойти к ней в каюту и поторопить пиратку, но этого не потребовалось, так как она сама пришла к нему со шкатулкой в руках и уселась рядом на палубе. — Не против? — Да нет, — Джек чуть подвинулся, а потом кивнул головой на шкатулку. — А что это? — Эту чудную вещицу я обнаружила сегодня на том торговом галеоне. А потом мне её отдал Грег. — Ясно. А что там? В ответ пиратка открыла сундучок. Там лежали всевозможные заколки, зажимы, гребешок, зеркало, бусины и ленточки. Пират даже присвистнул. — Нравится? — Джек кивнул. — Мне тоже. Хочешь тебе дреды сделаю? А то никто не соглашается, а я предпочитаю свободные волосы. Тиг раньше видел дреды у своих отца и дяди. Сначала ему они жутко не нравились, но потом он всё же оценил их удобность. Ради того, чтобы всю оставшуюся жизнь не маяться с причёской по утрам и вечно ходить с более или менее опрятной головой, пират готов был себе их сделать, вот только удобного случая никак не представлялось. В конце концов, пиратам было как-то всё равно на то, как они выглядели в глазах других. А сейчас Джек был готов попробовать. — Давай. Всё равно нечего делать, — Тиг повернулся к пиратке спиной. Та несколько минут над чем-то сосредоточенно пыхтела. — Джек. — Что? — Эм… Бандану развяжи. Джек, чертыхаясь, распутал сложный узел на повязке. Волосы рассыпались по плечам и спине, и ему сразу стало легче на душе. Следующий час пират провёл в полудрёме, в то время как Зарина колдовала над его причёской. Он и сам не знал почему, но ему всегда не хотелось подстригать волосы до плеч — он обычно кривовато равнял их ниже плеч. Джеку нравилось их отпускать. И поэтому его новой подруге было где проявить фантазию и разгуляться. — Вот и все! — радостно провозгласила пиратка, отдавая Джеку его серую бандану. — На, смотри! — Забавно, — пират завязал обратно бандану и теперь рассматривал своё отражение в зеркале. — Спасибо, мисс Рин. — Пожалуйста. — Кстати, хотел спросить. А почему мы с тобой ночью дежурим вместе? — Просто ещё в тот вечер в таверне я поняла, что ты не такой уж и плохой, каким хочешь казаться. Но не такой уж и бесстрашный. Ты обычный человек, Джек Тиг. Может поэтому я захотела познакомиться с тобой поближе. У меня никогда не было настоящих друзей на Тортуге, с которыми можно вот так посидеть, поболтать. Мне постоянно или завидовали, или меня презирали и не любили. Не знаю, как так можно, но некоторые умели совмещать всё это. Именно с тех пор я стала носить с собою это, — пиратка стянула с рук перчатки и вывернула их наизнанку. Внутри правой, в маленьком длинном кармане, больше похожего на ножны, был небольшой, но довольно острый ножик с длинным узким лезвием. Во второй точно так же были закреплены длинные острые шпильки, которые, если хорошо метнуть, могли обезвредить, замедлить или даже убить противника. Они очень хорошо доставались, так как с лицевой стороны на предплечьях были сделаны аккуратные ровные надрезы. — Да уж. Несладко тебе жилось. А ты там жила постоянно? — Периодически. Где-то лет с двух. Мистер и миссис Роджерс старые знакомые моего дяди. Он меня отвез к ним, потом я выросла и сама решила помогать им в таверне, дальше на день рождения я получила в подарок мандолину, научилась играть, стала музыкантшей. После этого я ещё несколько раз выходила с дядей в море, ну, а в мои восемнадцать лет я снова оказалась на «Распутной Девке». Кусочки пазла сложились воедино в голове Джека. — То есть, Сальвадор Дали — это твой дядя? — Ну да. По-моему, всё очевидно. Кстати, Джек, завтра будет нужно… — Что? — Ничего. Не я должна была тебе это говорить. Больше той ночью они не разговаривали. Просто разбрелись по разные стороны корабля и так там и остались.