Эксперимент №17

Глубокая ночь. Гробовая тишина, нарушенная лишь храпом Оби-Вана и переворотами Асоки с одного бока на другой. Мне вновь не спалось, бессонница стала мне родной, я уже и не думал о ней. Шум аппаратуры был мне как колыбельная, поэтому я ни о чём не думал и просто дремал. Всё было так привычно, как будто я всю жизнь провёл здесь. Ха, как иронично, мы надеялись на окончание войны… Мои размышления прервал протяжный стон Асоки, она переворачивалась с одного бока на другой и, похоже, у неё был очередной кошмар. Осторожно поднявшись с койки я, подошёл к ученице и, положив руку на бок, начал шептать ей успокаивающие слова. — Эй, малыш, ты чего? всё хорошо, ты со мной, в безопасности… — Я осторожно вытер большим пальцем лишнюю влагу с глаз девочки. — Я здесь, Оби-Ван рядом, не бойся, это всего лишь кошмар, всего лишь страшный сон. — Асока наконец очнулась от пленяющего ужаса и, резко вскочив, начала жадно глотать воздух. — Ну-ну, всё, всё кончилось, всё в порядке. — Со страхом в глазах она смотрела вокруг себя, стараясь привести своё дыхание в норму. Наконец овладев собой, она посмотрела на меня. Мягко улыбнувшись, я открыл для Шпильки свои руки и она со вздохом приняла немое приглашение. С нежностью потирая Асоку по спине, я целовал её в монтрал, поглаживая лекку большим пальцем другой руки. — Что тебе снилось? — Уч-читель, мне… Мне приснилось, что мы как всегда шли обратно, но… Но с крыши прыгнуло это существо. Я хотела добежать до убежища, но вы были быстрее и… И вы закрыли дверь… Оставив меня там… — Продолжая тихо икать, она старалась сдержать слёзы. Вздохнув, я крепче сжал её в своих объятиях. Как она могла даже подумать о таком? — Я никогда не брошу тебя, Асока. Что бы ни случилось, я никогда не оставлю тебя там. — Я говорил твёрдо и серьёзно, но в то же время вкладывая утешение и любовь в эти слова. — Даже если мне будут угрожать смертью—ни за что не отпущу. — Спустя некоторое время маленькая тогрута просто дремала на моём плече, иногда вздрагивая и дёргая холодным носиком. — Ты рано проснулась, ложись, поспи. Я буду здесь, Оби-Ван никуда не уйдёт без тебя, ты в безопасности. — Слушая мой шёпот Шпилька провалилась в манящие руки Морфея и теперь с чистой совестью я положил её на койку, накрыв одеялом. На минуту задержавшись над крохотной фигуркой, я не мог не улыбнуться. С чего бы мне быть таким сентиментальным, но как же Асока похожа на котёнка, даже «ушки» есть. — Доброе утро, Энакин. — Оби-Ван уже держал в руках термос и ящик с инструментами. — Я присмотрю за ней, будь осторожен, не ищи неприятностей. — Надев плащ и взяв вещи из рук мастера, я не спеша пошёл в ангар. Почему меня туда пускают и не думают о моём побеге? Вылет был завален обломками храма, через них не пробиться. Если только у тебя нет мешка тротила. Вертя в руках инструмент и посвистывая я шёл по коридору, в мой адрес порой сыпались оскорбления и угрозы. Никакой пользы они мне не несут, так зачем их вообще слушать? И среди толпы идёт… Ох, только не он! — Скайуокер, как вижу ты опять занимаешься непонятно чем. — Мейс Винду. Да, любит он попортить настроение с утра. — Вам какое дело… — Он схватил меня за шиворот и с гневом смотрел в мои равнодушные глаза. Прищурившись наглый прохожий прижал меня к стене. — Ещё одна выходка Скайуокер и ты уже не вернёшься сюда. — Я громко усмехнулся. — Пха-ха, да пожалуйста! — От такой выходки его хватка ослабла, а на лице читалось полное непонимание. А я, уже с улыбкой, пошёл, посвистывая, дальше по своим делам. «Должен же быть у нас клоун!» от этой мысли стало ещё веселее, а другие джедаи уже ничего мне не говорили. Отряхнув пыль, я со скрипом вытащил летательный аппарат на небольшую платформу, так удобнее модернизировать. Ладно, пора приступать, мне ещё механизм для мягкого приземления делать. Посмотрим что у меня осталось в ящике: отвёртка, сварка, фотография, приклеенная к крышке. Горячий бутерброд? «Ха-ха, спасибо, мастер. Ах, всегда заботливый, добрый магистр, от которого пахнет мылом и доброй старостью. Ты всегда заботился обо всех, сохранял спокойствие в любой ситуации, как тебе это удаётся?» Думал я, закручивая очередную деталь. «Эх, наверно я никогда этого не узнаю. Оби-Ван оставил во мне большую часть себя, но его разум и душа навсегда останутся для меня большой загадкой.» Отпив тёплого чая из термоса я продолжил работу. «Интересно, почему помогает мне? Почему не отберёт Асоку у меня, он же знает, что сильнее меня и научит её лучше, да и шанс её выживания становится выше…» Я нахмурился и медленно закрыл ящик. «А ведь действительно, он не дурак, он знает мой характер и уровень моей безбашенности, он знает чему я подвергаю окружающих…» Эти мысли сильно раздражали меня. «Нгах, чёрт его знает! Может ему надоело это всё и ему просто удобно, что… Что… Я не знаю! Может его привёл к нам какой-то зов Силы… Мне этого не понять…» Вздохнув я пошёл на поиски нужных деталей… «Почему я всё равно думаю о ней? Столько времени прошло, но я всё ещё вспоминаю её… Эти каштановые волосы, кофейные глаза, мягкая улыбка и голос, всегда наполненный верой и любовью… Мне больно вспоминать её, но воспоминания так опьяняют… Хочется просто лечь и мечтать прикоснуться к ней вновь…» *** — Ах, Эни! Наконец ты пришёл, я так волновалась! — Она подбежала ко мне и легла на грудь, обвив шею руками. — Милый, я слышала, что они требуют оставить вас здесь, это несправедливо! Ты не виноват, что учёные совершили ошибку! Ты ведь придумаешь план как улететь со мной, правда? — Её лицо искривили страх и паника, она смотрела мне в глаза, ища надежду. — Ты знаешь, они сделают всё, что бы ни один из нас не сбежал. Это бесполезно, Мейс сказал, что любой не повиновавшийся будет наказан, а у нас это значит казнь или изгнание. — Оставалось два дня до эвакуации сената, потом Корусант закроют ото всех. Навсегда. — Неужели нет выхода? Нет. Нет, ты же Энакин, Энакин Скайуокер! Ты показал людям, что невозможное возможно, ты знаешь что не бывает безвыходных ситуаций! Я знаю, что мой муж способен на всё и больше! Энакин, я знаю тебе страшно, но ты можешь изменить всё и улететь со мной, Эни, прошу! Я не знаю что со мной будет, если узнаю, что ты… Что ты… — Она не смогла закончить и просто разрыдалась у меня на груди, стуча по спине. Вирус каждый день становился всё опасней, каждый день погибало всё больше существ, даже джедайский иммунитет был бессилен. Она знала, что я скорее всего погибну здесь, она любила меня и всегда хотела просто наслаждаться семейной жизнью со мной. Я обнял её, вдохнув сладкий запах волос. — Ничего. Найдёшь молодого парня, который будет любить тебя до безумия, он будет встречаться с тобой, потом у вас будет большая семья… Просто смирись, что я больше не приду и тебе придётся жить без меня. Это будет сложно для нас обоих, но это необходимо… — Закрыв глаза, я зарылся носом в её кудри, стараясь не думать о расставании. — Я не хочу отпускать тебя, но мы оба понимаем, что там тебе будет лучше… — Одинокая слеза скатилась по моей щеке и она с грустной улыбкой стёрла её большим пальцем. Падме покачала головой и вздохнула. — Я не смогу жить без тебя Энакин! Я буду работать в сенате днём и ночью для людей, даже если мы победим эту страшную болезнь, я не буду чувствовать себя счастливой больше никогда. — Есть в жизни ещё много радостей. — Энакин ты не понимаешь! Я беременна! — И я просто застыл на месте, в ушах стоял протяжный гул, в глазах потемнело, а ноги подкосило. Я медленно падал на холодный пол… *** Я надеюсь, что Она сейчас сидит где-нибудь на Набу, в своём уютном домике, а у неё на коленях сидит маленький мальчик или красивая девочка. Сила слишком несправедлива к нам. Я никогда не смогу увидеть своего ребёнка и жену, я умру в муках, потому что так захотел Совет. На другом конце ангара я услышал шаги. От неожиданности я подпрыгнул на месте и схватив фонарик, я посветил в темноту и увидел чей-то силуэт медленно приближающийся ко мне. — Учитель! Мастер, это я, Асока! — Асока? — Я был сильно удивлён, она не пойдёт в ангар без весомой причины, даже если что-то важное за мной бы пошёл Оби-Ван. — Асока, что ты тут делаешь? Тебе же не один раз говорено, здесь не… — Энакин, мы ждём тебя у нас в комнате, это срочно. — Оглядевшись, она посмотрела мне в глаза. — Это насчёт поверхности, об этом не должен знать Совет, по крайней мере сейчас. Оби-Ван сторожит у нашей квартиры, что бы никто не пронюхал, идём скорее. — Мы молча и медленно шли по коридору, как ни в чём не бывало, стараясь скрыть бушующие эмоции. «Насчёт поверхности, что может быть на поверхности? Новый вирус? Орда зомби? Взрыв ещё одной станции и распространение радиации? Наш тайный выход нашли?» Мысли кружились у меня в голове как ураган, затуманивая рассудок. Я чуть не пропустил знакомую дверь из виду, хорошо, что Асока успела дёрнуть меня за руку. Оби-Ван сидел за столом и с хмурым лицом делал что-то на голопаде Асоки. Увидев нас, он быстро встал и, кивнув Асоке, подошёл ко мне в плотную. — Рад, что ты пришёл быстро. Хвоста не было? — Я покачал головой. — Хорошо. Асока, ты уже ввела его в курс дела? — Нет. Рассказать сейчас? — Да. — Пока вы были на ангаре я как всегда читала книгу на голопаде, вдруг ко мне пришло сообщение с контакта неизвестного мне человека. Казалось бы ничего такого, но частота сигнала была с поверхности Корусанта. — Возможно выжившие пытаются послать сигнал в другую систему с устройства того самого человека. У них всё равно ничего не выйдет, во-первых устройство слишком слабое, а во-вторых Корусант закрыт, сюда никто не полетит, им просто не позволят. — Асока заметно нервничала, переминаясь с ноги на ногу. — Мастер… Этот сигнал шёл из сената и… — Вдруг она схватила голопад со стола и дала мне. — Вот, здесь написано. — Это было сообщение, написанное неизвестно кем, причём только вчера. «Асока, пожалуйста помоги мне, я в сенате, я нуждаюсь в твоей помощи, я в кабинете, они рядом.» гласила запись на ярком устройстве. — А кто, ты говоришь, написал тебе? — В том то я дело, что не знаю, но это точно был кто-то из выживших! — Это странно. Но что вы предлагаете? — Энакин, если это сенатор, он может помочь нам в этой ситуации с карантином, да и в сенате может быть что-то полезное вроде механизмов или может интересные книги. В любом случае мы должны отправиться в разведку в сенат. — Оби-Ван знал как меня заинтриговать. Я знал, что отказ их не впечатлит и они всё равно сделают это, со мной или без меня. — Чёрт, почему мы должны это делать и рисковать своими шкурами, может его там и нет давно и это сообщение просто долго шло? Но ладно, я знаю, если я не пойду, пойдёте вы, только этого мне не хватало… Кто бы там ни был, я в деле. — Спасибо, учитель. Но прежде всего надо обратиться к Совету, сенатору нужна будет помощь, а у нас только бутылочка спирта и бинта — всего ничего. — Асока права, нас никто не пропустит, увидев, что мы идём с чьим-то телом в квартиру. Это должна быть оговоренная и застрахованная миссия. — Хорошо, значит сейчас туда и пойду. На спасательную миссию я пойду один. — Оби-Ван рассмеялся и встал справа от меня. — Ха-ха, куда я тебя одного то пущу? — Старый мастер похлопал меня по плечу и мы вместе пошли к Совету, оставив недовольную Асоку читать теорию по использованию Силы. *** — То есть вы предлагаете пойти ради какого-то мертвеца наружу, просто потому что вам так захотелось? — Не отрываясь от бумажной работы Мейс с насмешкой спросил нас очевидное. Мы стояли в его кабинете, со столом, шкафом и двумя джедаями-стражами. Здесь было холодно и темно. — Мы идём туда ради выжившего, мы идём ради того, кто нуждается в нашей помощи. — Скайуокер, ты идёшь на поверхность, если ты всё ещё не можешь запомнить, там гуляет вирус, опасный вирус, который нам, спасибо, не нужен. — Я подошёл к нему и облокотился на его стол всем весом, даже услышал лёгкий треск. Винду наконец обратил на меня внимание, с удивлением посмотрев на меня. — Что, уже забыл что такое джедай? Не ты ли тыкал себя в грудь, что ты встанешь на место магистра Йоды? Ты только и умеешь, что зубрить на ночь свой ненаглядный кодекс джедаев. — Руки Мейса с каждым словом сжимались сильнее, глаза наливались гневом, а дыхание отрывистей. Стражи сделали шаг вперёд, но он привстал и поднял руку в знак протеста. — А ты… Когда последний раз его читал? — Давно это было, но я не забыл что значит быть джедаем, что значит милосердие и сострадание. Я не забыл что значит быть миротворцем. Чего ты не потрудился даже вспомнить. — Мейс с ненавистью смотрел на меня и со вздохом, больше похожий на звериный рык, смотрел в мои, как всегда, спокойные глаза. — Можешь идти, Скайуокер. Ответственность за все последствия берёшь на себя. Свободен. — Мейс упал обратно и грубо схватил помятые бумаги. Сейчас надо было идти в мед корпус, договориться с мастером Че и другими докторами, если они будут на нашей стороне, мы сможем спасти выжившего или по крайней мере попытаться. В любом случае исследования не будут стоять на месте. — Я удивлён, что ты пошёл на это, Энакин. Зная тебя ты бы ни за что не вернулся к выжившим. Так, в чём дело? — Да, ты прав, я бы ни за что не вернулся туда, но я просто осознаю, что на его месте могла оказаться кто угодно, даже Асока, которую бросили одну в сенате закадычные друзья и никогда не вернуться за ней. — Оби-Ван вздохнул и открыл передо мной дверь медицинского корпуса. — Мастер Че, здравствуйте. — Я почтительно поклонился всегда доброй и сострадательной джедаю-целителю, она с тёплой улыбкой посмотрела на нас обоих. Мастер Че лечила меня почти все года, когда я был мелким сорванцом-падаваном, она заботилась обо мне и отчасти даже воспитывала. — Магистр Оби-Ван, Энакин, рада видеть вас, что-то беспокоит? — Мастер, мы недавно получили сигнал от выжившего с поверхности, Совет одобрил спасательную операцию. Он ещё живой, нужна ваша помощь, ведь он скорее всего серьёзно ранен. — Оби-Ван вкратце объяснил сложившуюся обстановку, на что мастер Че удивлённо осмотрела нас обоих. — Хм, давно я не получала таких просьб, я думала там никого не осталось… Но если есть шанс спасти всех—я с вами до конца! — Решительно улыбнувшись джедай-целитель сложила руки на груди. — Не забудьте навестить старину Генри и Чарли, они значительно сдвинут наш прогресс с анонимным выжившим с мёртвой точки в случае чего-нибудь непредвиденного. — Из одной из многочисленных комнат вышел человек с седыми волосами и квадратными очками на носу, на нём был надет белый потёртый халат, а рукой он опирался на чёрную, покрытую лаком, трость. — Не мог не услышать ваш разговор, уж простите, что подслушал, кхе-кхе… — Доктор Генри Фрейдлер был, как выражались многие из «верхов», джедаем неспособным, потому что он сидел у себя в кабинете и читал книги или порой приходил в класс юнлингов и рассказывал им захватывающие истории из жизни или в тайне учил их хитростям, которым их ни мастер, ни магистры не научат. Из-за его доброго и солнечного отношения к миру все и полюбили старика. Нет, он не игнорировал военное положение и жертвы, нет, он не убивал ситхов и сепаратистов сотнями. Генри просто смотрел на это… Проще. Когда кто-то погибал он ходил хмурый несколько дней, но если его спросить он тихо скажет, что наверху погибшему будет куда легче, чем нам. Чего греха таить, даже я к нему ходил, когда у меня была депрессия. Я считал, что проще будет умереть, чем мучиться тут. «Они умирают, потому что мы недостаточно стараемся. Умрёшь ты—погибнут сотни невинных существ, которых ты не защитил.» был его чёткий и краткий ответ. Больше таких проблем у меня не было, как и у других членов ордена, которым помог доктор Генри. — Генри! Ах, как приятно вновь встретиться с вами! — Оби-Ван буквально светился от счастья, увидев старого друга. — Я давно вас не видел, как идут дела с… Кхм. С ними. — Дела, друг мой, идут очень медленно и безрезультатно. Никто из заражённых не владеет своим разумом в полной мере, они не контролируют свои действия. Человечность внутри них умерла, душа умерла, только тело скитается здесь. Если нам удастся спасти того счастливчика, я смогу узнать куда больше о нём и, кто знает, может мы приведём его в норму и опытами узнаем как сделать лекарство! Работать с адекватными и спокойными, знаете ли, куда приятнее. — Доктор рассмеялся и обвёл взглядом присутствующих в комнате. Я никогда не понимал его веселья, но сейчас даже во мне проснулась надежда на возвращение тех лучших времён. — Эй, Чак, иди сюда! — Из той же комнаты, где ранее был доктор Генри, вышел молодой забрак не больше двадцати лет, на нём была зелёная марлевая повязка и, плотно прилегающий к его тощей, но немного мускулистой форме, светло-синий халат. — Неси бумагу, карандаш и ручку, есть серьёзное дело! *** Мы сидели в свободной палате почти два часа и наш план вкратце вышел таким: я и Оби-Ван идём к сенату, он сторожит вход и местность вокруг здания, в то время как я иду за этим анонимом, а потом мы все идём обратно. Казалось бы легче лёгкого, но сенат давно заброшен и какого чёрта этот безумец там забыл непонятно. Да и есть ли там выживший или это писал кто-то другой? И если это не он писал, сенат—убежище для живых мертвецов, туда невозможно пробраться одному без оружия и военной подготовки, и то даже джедаи-магистры погибали там. Слишком непонятная и смутная ситуация, непонятная даже великим умам, одной лишь Силе известно что там твориться на самом деле. Мы решили идти на утро следующего дня. — Мастер! Это нечестно! Неужели начало этой эпидемии означает завершение моего обучения? Да ладно вам, были задания и сложнее! Как я научусь чему-то постоянно сидя на кровати? — Асока как всегда негодовала, потому что мы не берём её на спасательную операцию. Я понимал её как никто другой, поэтому всегда дважды думал: тратить свои нервы или плюнуть на её воспитание. Нервно проведя пальцем по шраму на глазу, я повернулся к падавану. — Асока, послушай, это слишком опасное задание, я даже против что бы Оби-Ван шёл со мной, хоть и знаю, что он лучший боец ордена. Ты всё ещё джедай-падаван, но обязательно ли рисковать своей жизнью и получать увечья на всю жизнь, что бы быть джедаем? — Я старался говорить понятно и мягко, но моё терпение отнюдь не резиновое. — В бою всё усваивается легче, не так ли? В этой коробке, которая здесь называется тренировочной комнатой ничему не научишься! Ни стрелять, ни уклоняться, не нападать в полной мере! Учитель вы… — — А теперь слушай меня, Асока. Раньше когда ты получила небольшое ранение в руку или в ногу Кикс мог наложить тебе повязку с бактой. Сейчас небольшой укус от этой твари и всё. — Я говорил низким и тихим голосом, дабы сильнее напугать ученицу. — … Ч… Что… Всё?.. — Всё. Ты заражена, лекарства нет, есть только яд. Но нет, нет! — Не знаю почему, но я начал истерично смеяться. Даже Оби-Ван был удивлён этим неожиданным явлением. — Думаешь ты просто попросишь бокал чистого яда и твои мучения героически кончатся? Ха-ха-ха! Нет, дорогая моя, сначала они будут копаться в твоём теле, доставая и запихивая всё что им надо! Они будут делать это наживую, а ты заражена, ты не чувствуешь ничего кроме боли и собственного крика. Ты не умрёшь, потому что ты уже мертва, поэтому они не остановятся. А потом, когда с твоей тушкой уже делать будет нечего и в тебе тупо ничего не останется, тебя просто выкинут. В лучшем случае, в худшем тебя сожгут или отдадут на съедение собакам. Хочешь такого удовольствия? — Бледная девушка сглотнула и активно замотала головой. — Достаточно посмотреть на одного из них и считай ты их обед и следующая жертва экспериментов. Ну как, ещё хочешь идти с нами? — Я протянул ей запасной пистолет и маску. Асока отвернулась от меня, в её глазах был чистый страх. Оби-Ван смотрел на меня с гневом и непониманием. «Энакин, что ты творишь? Ты лучше меня знаешь её…» «Так будет лучше.» Я присел рядом с ученицей и приобнял её за плечо. — Шпилька, ты ведь и сама понимаешь насколько там опасно. Если есть возможность остаться в живых, Асока, лучше её использовать. Я сам вызвался, я сам и пойду, нам не нужны лишние жертвы, верно? — Она просто сидела и смотрела в пол. Вздохнув я мягко обнял её, осторожно положив подбородок между рожек. — Вот и хорошо. Почитай, наберись сил, порисуй, а мы скоро вернёмся. Твой учитель из любой передряги выкрутится, меня даже за руку не цапнешь. — Я услышал как Асока тихо фыркнула, стараясь не смеяться. Я отстранился и, погладив маленькую тогруту по голове, пошёл к выходу с Оби-Ваном. На нас были плащи тёмно-пепельного оттенка, пояс с патронами и кобура с пистолетом. Шуметь нельзя, но если пистолет с мощным глушителем, можно выиграть себе время в случае неожиданного побега. На спине был потёртый и дырявый в некоторых местах рюкзак, а в руках я нёс свою любимую чёрную биту с белым черепом и красными глазами. Если раньше я носил с собой винтовку, потому что стоял на открытой местности и на свету, то теперь я иду туда, где шум не простителен. Мы шли через центральный вход, нас провожал Мейс и доктор Че. Я встал и закрыл глаза. Вдох-выдох и я снова здесь, загадочный туман, погубивший немало жизней. Оби-Ван стоял справа от меня, вертя в руках лом, и выжидающе смотря на меня. Только сейчас я осознал, какую ошибку он совершил, пойдя со мной: Асока останется совсем одна. Если я взбудоражу их улей — не спасётся никто. Но назад дороги нет, ждут нас троих, чем раньше пойдём — тем быстрее вернёмся. Я тихо и медленно пошёл по потрескавшейся дорожке, стараясь издавать как можно меньше шума. Оби-Ван смотрел по сторонам, а я следил за дорогой и зданием сената. Странно это всё, я не слышу ни одного существа, возможно из-за того что сейчас день и они не пойдут на солнце или вообще нас не видят. Но даже в тёмных зарослях никого… Сильнее обхватив биту обеими руками, я свернул на площадь, на открытую местность, оглядываясь по сторонам. Сделав последний шаг я в кого-то врезался. От неожиданности я замахнулся битой, но этот кто-то положил тяжёлую руку мне на плечо. «Энакин, успокойся, я здесь, Они скорее всего спят, не волнуйся.» Оби-Ван общался по нашей связи в Силе. Пелена паники отпустила меня, зрение прояснилось. С чувством вины и растерянности я опустил своё оружие ближнего боя. «Идём, я буду рядом с тобой, обещаю.» Мы кивнули друг другу и двинулись дальше. Вокруг всё так же тихо и это пугало хуже, чем когда слышишь заражённых. «Может… Н-нет, они ведь не имеют разума, они не могут…» Я старался отогнать эти бредовые мысли, зная что этого просто не может быть. Они не могли спланировать нападение на нас, они же не живые существа… — Пришли. Не задерживайся и умоляю, не делай глупостей и не играй в героя. Зашёл и вышел, если что-то произойдёт здесь — я дам тебе знать и ты должен будешь следовать моим указаниям, хорошо? — Оби-Ван говорил тихо и быстро, смотря в окна кабинетов некогда работающих здесь сенаторов. И даже в них никого не видно, чёрт побери, да где они?! — Энакин!.. — Мастер тихо шикнул на меня и кивнул в сторону входа. — Да прибудет с тобой сила, Энакин. *** Не буду врать и строить из себя бесстрашного и бессмертного джедая, я никогда не был в сенате после эвакуации всех сенаторов, мне просто незачем это делать. «И так, что тут у нас?» Включив неяркий фонарик, я зашёл в длинный коридор первого этажа. Судя по нашим догадкам, он сидит в своём кабинете, а его кабинет на одиннадцатом этаже в триста девятом кабинете. Ух и долго же мне блуждать здесь… «Вау, что это? Ого, да это же целое ничего!» Украдкой из-под капюшона я заглядывал в пустые кабинеты, если там никого не было я быстро осматривал комнату. И, как и ожидалось, кроме разбросанных бумаг и валяющихся пыльных вещей на полу там ничего не было. Спустя ещё несколько этажей я на автомате свернул направо, затем прошёл прямо несколько метров, в тот момент в ушах стоял до боли знакомый шум суеты и споров сенаторов. Не контролируя себя, я даже не оглядываясь зашёл в нашу комнату и сел на её любимый диван. Клубы пыли поднялись вокруг меня, плотная ткань привычно прогнулась под моим весом. На столе мирно лежала пыльная книга с нашими фотографиями. Взяв её в руки я открыл страницу наугад и почувствовал, как в мою грудь вонзили острый горящий меч и медленно проворачивали. Голова закружилась, в глазах танцевали цветные круги, а тело онемело… *** — Энакин, ты не можешь! Подумай о нас! Подумай- — Ангел, я ничего не могу сделать, ты знаешь, это приказ свыше… — Эни, ты можешь выйти из любой трудной ситуации, ты никогда не сдаёшься мы все это знаем! — Она никогда не оставляла свои попытки заставить меня улететь с ней. — Энакин ты обязан это сделать, хотя бы ради тех кого ты любишь, ради Асоки, ради твоего ребёнка, ради меня, Эни… — Мы сидели на диване и я просто смотрел как очередной шаттл покидает эту планету навсегда. Через несколько часов должен улететь последний, отняв мою любовь. Сердце медленно разрывалось на куски, но я понимал, так будет лучше для них обоих. Я положил настоящую руку на немаленький живот любимой и мягко погладил, словно ребёнок мог чувствовать мои прикосновения. — Ребёнку будет сложно с одним родителем. Будь сильной для него, милая, ты должна жить настоящим, ребёнок полностью зависит от тебя. — Я мягко поцеловал сенатора с Набу, не прекращая гладить живот. На моём лице появилась улыбка. Ребёнок пнул изнутри в том месте, где была моя рука. Опустившись на колени перед женой, я положил обе руки на живот и осторожно прижался ухом. Ещё один слабый, но уверенный удар. — Ха-ха, он такой маленький, а уже сильный… — Как и его отец… Мы сидели так не говоря ни слова, просто наслаждаясь семейным теплом друг друга, пока не пришла пора расставания. Мне не было страшно, я знал, что моя жена сильная и со всем справится. Они не увидят здешнего ужаса и будут в безопасности вдали от этого места. Я медленно встал и положил руки на плечи задремавшей жены. — Иди оденься, я соберу чемоданы. — Я хотел кричать, я хотел разнести к чертям весь сенат и храм джедаев! Это они виноваты! Это из-за них я не смогу воспитывать своё чадо, из-за них я больше никогда не увижу свою супругу! Но даже если я пойду с гранатами к Совету, Она всё равно улетит. Дальше для меня всё было как во сне. Платформа, шаттл, прощальный поцелуй. *** — Энакин… Энакин! Энакин, ответь! — Мой комплинк буквально разрывался от голоса Оби-Вана. — Да, мастер?.. — Потирая голову, я медленно поднялся со дивана. — Энакин, чёрт тебя дери, почему ты мне не отвечал?! Ты должен был вернуться десять минут назад! — Я никогда не слышал его таким злым, наверно действительно волновался за меня. — Простите, учитель, я… — Потом расскажешь, быстрее иди за сенатором и возвращайся немедля! — Оби-Ван отключился быстрее, чем я смог среагировать на его вопрос. Ещё раз взглянув на старый альбом, я хотел было взять его с собой, чтобы хоть какая-то часть её осталась со мной, но я отбросил эти мысли. Я обязательно найду её. После взрыва остались выжившие. Я отряхнул с себя пыль и уже с новыми силами побежал по этажам и коридорам, но не издавал ни звука, как будто мною кто-то управлял. В один момент я понял, где точно находится выживший, хоть я и не знал почему. Наверно, это какой-то зов Силы. Пройдя ещё несколько кабинетов я увидел впереди хромающую фигуру, направляющуюся в мою сторону. «Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, черт! Только тебя тут не хватало! Я говорил, его уже нет в живых!» Спрятавшись в одно из помещений я прицелился в чёрный силуэт. Этот кто-то остановился и согнулся, всё ещё смотря в мою сторону. «Если ослепить его, у меня будет фора для побега… Давай, иди сюда…» — Н-не уб-бивай… я… я не и… из них… Я жи… вой… — Чей-то тихий хриплый голос нарушил оглушающую тишину. Посветив фонариком в его сторону я увидел знакомую фигуру. Чёрный жилет, тёмно-каштановые волосы, коричневые брюки. Неужели это он? — Лакс?..