Эксперимент №17

      У кого-то утро начинается с тренировки, у кого-то с медитации, у кого-то со звонкого смеха, а у жителей «питомника» утро начинается с исследований. Только открыв глаза, Лакс увидел перед собой доктора Генри, который внимательно осматривал его, иногда осторожно тыкая ручкой в конечность. Заметив пробуждение пациента, мужчина улыбнулся. — Доброе утро, сенатор. — Он старался говорить тихо. — Надеюсь вам хорошо спалось. Сегодня начинаются исследования. Мы постараемся не доходить до уровня пыток. Уверяю вас, что ничего сверхтяжёлого не будет. Мы будем следить за вашим самочувствием и в любой момент сможем остановить процесс в случае чего. — Доктор осторожно потёр спину до чёртиков напуганного сенатора. Он уставился в стену стеклянными глазами, представляя что его может ждать там, на холодном столе, в комнате, пропахшей хлоркой и сталью. Он ещё вчера был морально готов ко всему, но разве можно подготовиться к своей смерти? — Сенатор, вы готовы идти или вам дать ещё немного времени? — Д-да, идём… — Доктор ободряюще улыбнулся. Вдруг парень почувствовал что-то ледяное на своих руках, а затем плотный мешок на своей голове. Инстинктивно он начал сопротивляться. — Что вы делаете? — Мне жаль сенатор, таковы правила. Я ничего не могу поделать. Иначе у нас у всех будут проблемы. Ничего не случится, если вы просто будете следовать моим указаниям, хорошо? — Получив слабый кивок, доктор помог Лаксу встать и осторожно повёл его в лабораторию. POV. Лакс       Сквозь ткань я видел свет ламп в коридоре и силуэт дверей впереди. Этот доктор… Генри, показался мне не таким агрессивным и кровожадным, как я себе его представлял. Вдруг я услышал как двери распахнулись. Меня посадили на стул, сняли мешок и наручники. В глаза ударил ослепляющий белый цвет стерильной комнаты. Воздух был пропитан запахом химии и крови. Чуть привыкнув к свету, я осмотрелся. По правую сторону от меня, за стеклом, стоял железный стол, в окружении разных приборов. «Так вот где я встречу своё освобождение?..» От этого становилось и грустно, и хорошо одновременно. Я мог спокойно уйти отсюда безо всяких усилий, лишь потянув за нужный провод. Эта мысль опьяняла, все мысли были только о сладкой и манящей темноте… — Сенатор Бонтери, доброе утро, как вы себя чувствуете? Как ваша рука? — Тви’лека с синей кожей с заботой смотрела на меня. Кажется её голос я слышал тогда, на операции. Она выглядела приветливо. На стуле рядом сидел забрак, он смотрел на меня как хищник на добычу, злобно улыбаясь. Это меня напугало ещё сильней. Нервно сглотнув, я медленно перевёл взгляд на целителя. — Я-я в п-порядке, с- мэм! — Чак! Перестань так смотреть на него, а лучше займись делом! Ему и так не спокойно сейчас, ещё ты обстановку накаляешь… — За меня вступился этот доктор в очках, по-видимому он действительно не из «плохих парней». Хотя можно ли так сказать о тех кто желает порезать меня на мелкие кусочки? — Сенатор, если вы не против, мы начнём. — Как будто у меня есть право отказаться. После моего утвердительного кивка тви’лека повела меня в ту самую комнату со столом. Запах химии усилился, меня невольно стала пробивать дрожь. Здесь было холодно, даже в одежде. Ох, мне её ещё и снять надо. Блеск. Я лёг на ледяной стол, стараясь не думать о плохом. Целитель ушёл, заперев дверь, и оставив меня наедине со своими мыслями. Меня попросили не дёргаться и лежать смирно, пока они проверяют показатели. Всё вроде как было в норме, судя по лицам медиков, однако Чак был сильно раздражён и не сводил с меня глаз. В ушах звенело, было холодно, яркая лампа надо мной нещадно саднила глаза. Внезапно все трое начали спорить, но в конце концов доктор Генри взял шприц и пошёл к двери. «Ох чёрт, только не это… Ладно, Лакс, соберись, ты же большой мальчик, какого чёрта ты боишься обычной иголки?» — Спокойно, сенатор, это не продлится долго. — Холодная жидкость медленно разливалась по моим венам, вызывая неприятные ощущения. Сначала я не придал этому значения, ну вкололи что-то, не мешает, доктора знают что делают. Но внезапно я почувствовал острую боль во всём теле. Резко зажмурившись и сжав скулы, я пытался сдержать крик. Словно огонь пожирал моё тело, будто сотни тысяч раскалённых игл ввинчивались в конечности, я чувствовал как все суставы разрывались на части. Я не мог с этим ничего поделать и это сводило с ума. Никто не может придти мне на помощь… Нет, никто не хочет мне помочь. Им важны только результаты исследования, на мою жизнь им плевать. Волна безысходности захлестнула моё сознание, не давая думать трезво. Крики сами вырывались из горла. = У меня уже не было сил их сдерживать. Лишь спустя несколько часов этого ада, я, наконец, провалился в спасительную темноту.       Голоса медиков вновь кружили вокруг меня, теперь я могу различить кто именно говорит. Внезапно я ощутил под собой что-то мягкое и относительно тёплое, от чего стало куда легче. Меня перенесли в мою «комнатку». Даже не знал, радоваться мне этому или нет. Глаза сильно болели, их было сложно открыть, но у меня не было выбора. Голова кружилась, но я больше не чувствовал боли. Это уже радовало. Я попытался сесть, но неожиданная, резкая боль в суставах дала понять, что это не лучшая идея. Чёрт. — Доброе утро, Лакс. Как себя чувствуешь? — Я ничего не ответил. Я рад, что Асока навещает меня, но сейчас это слишком…невовремя. Я не могу показать свою боль, не перед ней. Я мог ощутить её пристальный взгляд на своём лице, даже не открывая глаз. — Намного лучше, чем час назад. Всё по прежнему болит, но уже не так сильно. — В горле сухо. Чёрт, даже разговаривать стало больно! Лучше бы и дальше сидел в сенате… Асока вздохнула и придвинулась ближе. Наконец-то я нашёл в себе силы открыть глаза и привстать на локтях. — Как прошёл эксперимент? — Асока вздрогнула и закусила губу, отведя взгляд. — Доктор Генри сказал, что возникли некоторые…осложнения. Но не переживай, плюсы для исследований всё равно есть! Благодаря сегодняшнему испытанию мы получили много новых сведений! — А много их надо? — Это был глупый и ненужный вопрос. Да, башка у меня с утра точно не работает как надо. Улыбка резко сменилась хмурым взглядом в пол. — Да. — Коротко и несмело ответила падаван. В комнате повисла неловкая тишина. — Однако на сегодня у тебя всё. Доктор настоял на том, что бы у тебя не было слишком высоких нагрузок. — Я позволил себе упасть на жёсткий матрас. «Значит сегодня уже всё? Ладно, может всё не так уж и ужасно. В любом случае деваться мне некуда.» — О, прости Лакс. Совсем из головы вылетело. — Затем Асока взяла меня на руки и осторожно притянула к себе так, что бы я сидел перед ней. — Ч-что ты делаешь?.. — Лучше не дёргайся, Бонтери. Просто постарайся расслабиться, хотя бы попытайся. Обещаю, в моём присутствии с тобой ничего не случится. — Она улыбнулась мне и мягко развернула мою голову вперёд. Тогда за решёткой я и заметил Скайуокера, держащего световой меч, пристальна за мной наблюдая. Я осознавал, что меня ему никто не даст убить, потому что я — не отъемлимая часть эксперимента и это все знают, но его суровый взгляд явно не даст мне спать спокойно сегодня. И пока Асока здесь, он не уйдёт, а тогрута здесь надолго. «Час от часу не легче…» Асока продолжала обрабатывать порезы, которые я сам себе нанёс, когда на мне испытывали ту жидкость. — Ай-с-с-с… — Терпение, осталось немного. Ты же у нас смелый мальчик? — Ладно, просто укол, хуже того, что было рано утром уже не будет. И вновь тишина. Как там, в сенате. Я уже наслушался тишины вдоволь, хоть здесь и стоит Скайуокер, молчать я не могу. — А есть какой-нибудь, не знаю, перечень по которым меня будут исследовать? — По книжному тебя надо было распилить ещё когда только спустился сюда. — Ух, я уж и забыл насколько смертельный тон может быть у этого генерала-джедая. — Но так как ты у нас особенный, мастер Генри тебя помиловал и наперекор другим, решил только немного потыкать в тебя шприцами и поиграть с температурой. Тебе действительно повезло. — Да, такое себе везение…

***

      Ненавистные взгляды со всех сторон. «Из-за него мы вновь будем в опасности! Зачем его вообще сюда притащили?!» «Ему здесь не место!» «Его нужно убить, да по-скорее!» Один день походил на другой. Они твердят одно и тоже как заезженная пластинка. Это бесконечно, их не остановить, не заставить замолкнуть. Чем дольше я находился в бункере, тем больше меня ненавидели. Даже остальной медперсонал лишь бросал в мою сторону гневный взгляд и раздражённо бормотал, как будто в этом всём виноват именно я. Эту ненависть мой разум стал впитывать в себя как губка и если бы не Асока, то я бы уже сдался. Я живу только ради неё. Только ради неё борюсь и может поэтому я до сих пор в сознании. — Лакс? — Тихий голос пробудил меня от пелены глубоких раздумий. — Да? — Тебя зовёт доктор Генри. — О, правда? Что на этот раз? — Просто беседа. — Я нервно усмехнулся. — Учитывая сложившуюся ситуацию, «просто беседа» может плохо кончится. — Лакс, они хотят понять как работать с тобой. С поверхности нечасто, от слова совсем, приводят заражённых, с твоей помощью мы найдём… Может найдём причину почему ты выжил. — Ну спасибо, теперь чувствую себя подопытным кроликом. — Не переживай, ничего страшного не произойдёт, обещаю.

***

      Два охранника в странных масках вели меня по длинному коридору в кабинет доктора. У меня было плохое предчувствие насчёт нашей беседы. В этот раз мне дали возможность осмотреть то место, где я живу. Пустые комнаты, где когда-то так же сидели подопытные наводили тоску и мысли о неизбежном. Погрузившись в раздумия с головой, я и не заметил, как очутился посреди комнаты. За столом сидел доктор в белом халате и записывал что-то в компьютер и периодически поглядывал в блокнот. Я старался себя успокоить, удивляясь тому, насколько же просто меня теперь можно напугать. Наконец дописав что-то, джедай выключил прибор и повернулся ко мне, поправляя очки. — Добрый день, Лакс. Сегодня никаких экспериментов не будет. Мы просто поговорим. Господа, более нет нужны стоять здесь, вы можете спокойно вернуться к своим делам. И, пожалуйста, заприте дверь. — Охранники переглянулись. — Но… — Я сам справлюсь. Если нужна будет помощь я непременно дам знать. — Доктор кивнул двум клонам, после чего они тихо удалились. — Ну ты присаживайся, не стесняйся. — Сказал он, указав на кушетку. Взяв блокнот со стола и расписав ручку в углу листа, он сел напротив меня. — Итак, как ты себя чувствуешь? Я пробыл здесь целую неделю и единственное чего я хочу это сдохнуть. — Нормально. — Доктор хмыкнул и грустно улыбнулся. — Лакс, прошу, я вам не враг, я лишь хочу помочь вам. — «Конечно, ведь если я окончательно сойду с ума эксперимент будет окончен и пациент будет незамедлительно брошен в крематорий. Хотя на фоне того, что меня ждёт это звучит не так уж плохо.» — Хорошо, давай попробуем по-другому. Как прошёл твой день? — Прекрасно, мастер-джедай. — Я смог выдавить улыбку, хотя она скорее похожа на гримасу боли. — Здесь лучше, чем в Сенате, не так ли? — «Разницы практически никакой. Что там я сидел в гробовой тишине, что здесь.» — Ага. — Что думаешь насчёт наших методов лечения? Мы знатно продвинулись, сделали пару новых записей благодаря тебе. — «О круто, думаю вы получите ещё больше информации, когда в деталях рассмотрите мои кишки.» — Надеюсь, я помогу вам всем, чем смогу. — Я не уверен, что ты вообще что-нибудь сможешь. — Что? — Меня немного удивило высказывание доктора, хоть это и было чистой правдой. — А что ты можешь? Ты ведь просто такой же заражённый как и остальные, просто твой головной мозг ещё не превратился в кашу. — Прошу прощения? — «Мне же это сейчас не послышалось?» — Пойми Лакс, тот факт, что процесс мутации пока не проявился, не означает его отсутствие, просто ты осознаешь это намного позже. — «Ах, так вот о чём он.» — А, так вот как выглядит эта ваша «помощь». — Не стоит злится на правду, Лакс. — Так чего вы медлите? Не проще ли сразу выпотрошить меня? Тогда все вздохнут спокойно. — К твоему сожалению, мы не до конца изучили поведение твоего тела. — Чудесно…       После стандартной проверки типа «следи за пальцем» и пары глупых вопросов, в кабинете настала тишина. Я привык к вечной тишине, которую в любой момент мог прервать мутант, но эта была намного лучше и на мгновение напомнила о старой жизни. Тихий ход часов, приглушённый стук клавишей клавиатуры, шуршание важных бумаг погружали меня в некий транс. Закрыв глаза, я оказался в коридоре сената, где слышался тихий смех, стук каблуков спешащего на заседание сенатора и… где на меня смотрели с ненавистью и отвращением, словно я был не таким же сенатором как и они, а генералом сепаратистской армии и преступником всей галактики. Вздохнув и поёжившись на кушетке, я открыл глаза и скрестил руки на груди. Даже в собственном сознании мне нельзя помечтать о лучшем. — Позволите личный вопрос? — Допустим. — Как вы оказались здесь? — А? — Доктор выглянул из-за монитора. — Я говорю, почему вы не эвакуировались как остальные? — Не захотел. — Я крайне не хотел поднимать эту тему. Неужели это так важно сейчас? Доктор хмыкнул. — Компания дружелюбных мутантов показалась вам приятней? — Смешно. — Раздражённо вздохнув, я начал нервно постукивать ногой. Старая привычка, от которой никто так и не смог отучить. — Меня не пустили на корабль. Видите ли, слишком велика была вероятность того, что я, как бывший сепаратист, внедрился в Республику только для того, чтобы распространить вирус. — Не отрываясь от работы, Генри протянул задумчивое «угу» и через пару секунд повернулся ко мне. — И что же вы можете сказать в своё оправдание? — Как минимум то, что я сейчас сижу перед вами, а не на флагмане сепаратистов. — Я развёл руками, смотря в насмешливое лицо доктора. — Вам ведь как никому другому известно, что для графа Дуку, генерала Гривуса и других пешки не играют особой роли, они могли их просто выкинуть после использования. Так что, аргумент так себе. — И что вы хотите этим сказать? — То, что ты вполне мог выжить только потому что имел при себе некое противоядие. Как иначе объяснить такую ситуацию? — Я отрезал себе руку после укуса. — Это ни на что не влияет. Как показали исследования, даже крошечная капля заражённой субстанции способна обратить гуманоида в монстра. — Помотав головой, я сжал руку в кулак. Что ж они никак не отстанут от меня с этим?! Тяжело дыша, я закрыл глаза и прижался к холодной стене, чтобы хоть как-то снять напряжение. — Это уже не имеет никакого значения сейчас… — Имеет как никогда, Лакс. Предателей не любят и ты это знаешь. У нас нет никаких оснований, чтобы доверять тебе и знать на сто процентов, что ты не закончишь начатое, заразив весь бункер. — Снять напряжение не было возможности. Всё чего я хотел—это разбиться головой о стену, разодрать руку в кровь, сделать всё, лишь бы сбежать отсюда и заглушить эти мысли, эти воспоминания. — Я не предатель! — Мы не знаем верить тебе или нет. — Я не мог этого сделать! — Но ты не можешь этого доказать. — Нет! POV Автор       Лакс не знал что делать. Бежать было некуда, напряжение стремительно росло, доктор смотрел ему прямо в глаза. Единственным способом прервать мучения — нейтрализовать раздражитель. Парень мотал головой, старясь прогнать навязчивые мысли. Убить. Уничтожить. Освободиться. Сбежать. Его разумом вновь овладевало нечто ужасное и теперь ему лишь оставалось наблюдать за тем ужасом, которое сотворит его неконтролируемое тело. Оскалившись, он поднялся с кушетки и встал в нападающую позу. Доктор даже не вздрогнул, и лишь встал, поправив очки. Выждав несколько секунд, Лакс, замахнувшись, прыгнул на доктора. Бывший джедай выдохнул и одним ловким движением руки ударил по сонной артерии. Лакс обмяк и упал в руки доктора. Задумчиво хмыкнув, Генри положил парня на кушетку и постучал в дверь. — Можете заходить, нужна ваша помощь. — Стражи включили мечи и зашли, озираясь по сторонам. — Нет-нет, мне просто нужно, чтобы вы перенесли его обратно. Будьте осторожны, я не уверен сколько он будет без сознания.       Протерев очки, доктор сел обратно и задумался. Вывести Лакса из себя было довольно непросто. Сам факт того, что это пришлось делать был странным для заражённого. А так же рабочая нервная система, которая работала, в отличии от остальных. «Их сколько не бей—всё равно не уймутся, пока не раскромсаешь.» С горечью думал Генри. По крайне мере, теперь есть небольшая зацепка, а это лучшее, что они получили за полгода затишья. В раздумиях он и не заметил, как прошло несколько часов. В дверь постучали — Войдите! — Магистр? — Знакомые бело-синие рожки показались из дверного проёма. — Здравствуй, Асока. — Доктор прекрасно знал, зачем она пришла и грустно улыбнулся. — Вы сказали, что поможете ему, верно? — Верно. — Так почему вы лишь сильнее его калечите? — Потому что только так мы сможем найти ответы. — Но он может не дожить до конца этих экспериментов! — Он может не дожить в любом случае. — Асока отшатнулась на пару шагов назад, словно ошпаренная. — Посмотри на него, ты сама знаешь, что долго он не протянет. Если мы найдём хоть что-то стоящее за эти несчастные несколько недель, то его депрессия станет меньшей из наших проблем. Я знаю, что он тебе дорог, я знаю, как больно видеть как любимый человек возвращается из прошлого и его тут же забирают, но возрождение галактики намного важней, чем жизнь одного парня. — Асока отвернулась, не в силах смотреть на того, кто может спасти всю планету и достать всех из бесконечного кошмара, и который медленно убивает любовь всей её жизни. Тогрута почувствовала руку на своём плече. — Сегодня я получил важную зацепку, которая там может сильно помочь. Может, всё не так уж плохо?