Вроде да, а вроде нет.

Урок закончился и все идут переодеваться. Игра в пионербол была хороша. По крайней мере, в нашей команде не было американца. И как раз во время игры я подтвердил, что Россия наблюдала за мной. Это немного напрягало, но я пытался скрыть то, что знаю о наблюдении. Нужно будет потом подойти и спросить.

End Pov USSR.

Pov Russia.

Это был самый быстрый урок. Я так много нарисовал! За всё время столько людей не рисовал, а тут. Хоть и быстрые наброски, но мне нравится. Надеюсь, никто этого не заметил, как я рисовал образ Рейх и Союза. Немка была увлечена, а коммунист как раз и мог заметить… Он часто оборачивался. Когда прозвенел звонок, физрук разрешил мне выйти. Когда я ушёл, то присел на лавочку, которая находилась рядом, чтобы подождать, ведь как раз СССР отведёт меня туда, где форму выдают. Я решил ещё раз посмотреть наброски и может проработать лучше. 《Красиво… 》— голос раздался неожиданно. Я напугался и быстро закрыл альбом. Оглянувшись, увидел коммуниста, что стоял, опираясь о стенку. Он был спокоен, а я напуган. Недолго я смотрел на парня. Неловко, но мне сказать и нечего. 《А… Эм… Спасибо!》— немного растерянно сказал я. Быстро убрав скетчбук в рюкзак, я встал с лавочки. 《Пойдём, тебе выдадут форму》, — не сказав ничего, пошёл следом. Мы спустились к раздевалке и пошли не вправо к курткам, а налево, где идёт разделение на женский и мужской отдел. Там была женщина с одеждой. 《Так, ты Российская Республика?》— я кивнул и мне впихнули форму, а она пошла туда, где куртки. 《Это была, мисс Миатрис. Она добрая, но не любит ждать. Иди примерь, вдруг большая или маленькая нужно, чтобы сразу выдали нормальную…》— я кивнул и сперва пошёл в мужскую, из-за чего Совок сказал: 《Женская слева》, — я посмотрел на дверь и типа: «Ну окей, я баба! Пойду в женскую. Не буду сам себя палить.» Я пошел в женскую и начал одеваться. И то, что меня смутило — это юбка… Минуту пялился на этот элемент одежды, не хотел снимать штаны и надевать юбку. Но другого выбора нет! Вот, я одет в беленькую блузочку и чёрную юбочку. Никогда бы не подумал, что буду в этом. Я вышел из раздевалки красный и увидел не только Союза, но и остальной класс. Минуту стоял, на всех смотрел, а они на меня. Я взял, открыл дверь и зашёл обратно в раздевалку. Мне никогда не было так стыдно! Сел и закрыл лицо руками, тихо проорав. 《Россия, тебе так идет!》— воскликнула немка, войдя в комнату. Я сразу же подскочил. 《А, что, Рейх?!》— я до сих пор красный, в женской раздевалке и в юбке выше колен. 《Ох, боже, ты выглядишь так мило!》— от этого не легче. Я милый? И... Мне идёт юбка? Я мальчик… Вроде. И не гей. Наверное… 《Мне нужны штаны! Я не смогу в юбке ходить》, — Рейх приобняла меня. Она хотела меня успокоить, но я успокоюсь, если мне дадут штаны! 《Девочка моя, тебе не дадут штаны, так как эта униформа прописана обязательной в уставе. Тем более, ты привыкнешь》, — я выдохнул и взял свою обычную одежду. 《Я переоденусь и выйду》, — арийка кивнула и пошла, похоже, к СССР, что было мне на руку. Быстро одевшись, я пошел за курткой, незаметно пройдя весь класс. Только на обратном пути меня заметили. А точнее, встретил Союз за которым шла немка. За их спинами был сыр бор, шум, гам и пиздец! Мы как раз стояли возле лестницы на верх, из-за чего это можно было назвать развилкой. 《Хей, Россия, так в пору или за другой пойдем?》— ну, юбка не сползала, а рубашка… Ну, я с переди как был плоским, так и буду, но в плечах не жмёт, значит в пору. 《Сойдёт》, — кратко ответил я, одевая куртку. 《Хей, Сою~юзик, скажи-ка》— Рейх говорила, растягивая имя коммуниста с довольным лицом. Специалист тяжело вздохнул и закатил глаза. 《Рейх, могла и сама сказать, но приходиться мне. Ты не будешь против погулять с нами?》— погулять? Ох, прям гулять… Так, не волнуйс, ответь спокойно, как будто, это не первый раз. 《Я не против》, — СССР кивнул и, похоже, пошел за курткой. Я оглянулся, не отходя далеко. Она ударила страну советов в бок и они начали, что-то обсуждать. Я же пошёл за рюкзаком.

End Pov Russia.

Pov USSR.

Эта немка уже заебала меня! Бьёт и орёт за то, что я не сказал: «Тебе идёт юбка!» 《Объясни, зачем мне это говорить?》 — подруга посмотрела на меня, а-ля, «Не выпендривайся и говори». 《Она скромная девчонка, поэтому стесняется в юбке ходить! Сейчас же галопом побежал к России говорить это. Ведь она так меньше будет стесняться и быстрее привыкнет!》— окей, это звучит убедительно, но почему именно я? Рейх сама может это сказать. Я забрал куртку и уже по пути начал одеваться. 《А почему я?》— арийка была так раздражена, что я не соглашаюсь. Эх, ладно, ссоры я не люблю, поэтому лучше соглашусь. Вот, мы подошли к славянке, что складывала новые вещи в рюкзак. Так-с, лучше сейчас сказать, а то нацистка мне все мозги выебет! Я подошёл и сел на скамейку, переобуваясь, как бы невзначай сказал: 《Тебе идёт юбка… 》— триколорка ненадолго остолбенела, но потом, с улыбкой произнесла: «Спасибо», слегка покраснел. Хотя, может просто стало жарко, ведь здесь как кочегарка. Ну, всё же мы (святая) троица оделись и пошли. На улице было свежо и светло. Час дня, как-то даже непривычно так рано домой идти или гулять… Обычно я в библиотеке до ночи сижу, а тут. Рейх могла и сама с русской погулять, а меня оставить в покое! Республика то спокойная, не орет, не выпендривается, американца два раза спокойно послала, ничего толком не говоря. А немка боится… Ну, даже сейчас мы идём к заброшке. Тройка, что-то говорит, а мы молчим и идём следом. 《Хех, похоже русские все задумчивые и не разговорчивые》, — я, краем глаза, на Россию посмотрел и подумал над словами арийки. В принципе, у меня и отец не разговорчивый, и дед. Как с десяти лет помню, только по делу говорил. 《Я не знаю》— как-то неожиданно для меня сказала РР, ведь я думал и похоже задумался. 《В смысле не знаешь? Можно просто на родителей посмотреть и уже будет понятно》, — девчонка поникла, похоже Рейх не нужно было этого говорить. Я тоже о отце не люблю разговаривать, и это знают все близкие мне люди. 《Я не знаю ни одного из своих родственников и не хотела бы знать… Живу себе в детдоме, так и живу》, — она в детдоме? Теперь понятно почему поникла так. Тройка сразу же начала извиняться, ведь не знала. 《Ничего, ты не знала. Тем более, мне всё равно, скоро я закончу школу, поступлю куда-нибудь и начну работать. Мне без разницы кто мои родственники или родители. Главное, что всё будет хорошо》, — она как оптимист, но я то вижу, что нихуя. Нужно будет вдвоем поговорить, без Рейх. Чисто русский и русская.