Lux

***

      Что происходит с человеком, когда он остаётся один? Один в этом мире, где все, кого он знал, убиты? Где и его с радостью зажарят на столбе или чего ещё хуже? Одиночество. Миледи прекрасно знала это чувство и страдала от него. Вся ее жизнь была разрушена после осознания правды. Она — дочь Утера. Дочь человека, который взял силой ее мать и убил ее отца, своего лучшего друга. Дочь человека, уничтожившего тысячи таких, как она. Моргана ненавидела эту правду. Она всё ещё любила Горлуа, она считала его своим отцом, а Моргаузу родной сестрой.       Конечно, миледи не могла поменять судьбу или же повернуть время вспять. Она жалела о том, что не обладала такой силой. Никто не обладал. Она бы убила Утера на могиле своего отца, как и собиралась, когда ей было всего семнадцать лет, но тогда она любила и уважала короля, ведь её глазам ещё полностью не открылись злодеяния, что он творил.       Миледи взглянула в окно. Чистое небо и красный закат. Давно она его не видела. Саксонцы тренировались во внутреннем дворе замка, готовились к войне, чей срок миледи ещё не назначила. Она любила наблюдать за ними. Да, они варвары, но Моргана дала им землю и помогала развиваться. Ей нужны воины, а не мясо, которое обученные рыцари легко разрубят на куски. А их женщины… Саксонские женщины тоже рвались на войну, но мужья им не позволяли. Варвары хорошо заботились о своих семьях.       До наступления темноты Моргана следила за челядью и стражниками, видела, как привезли продовольствие, как кого-то случайно не убили во время драки, слушала их пьяные песни. Красный закат вновь напомнил ей кровь, только чью — она не знала. Она легла в холодную постель и закрыла глаза в надежде на продолжительный сон без кошмаров. К сожалению, ей не повезло. Кошмары мучили её до рассвета. Эмрис — этот поганый старик снова и снова убивал её, а она молила его о пощаде, стоя на коленях. Моргана периодически просыпалась от собственных криков, её безумные глаза испуганно осматривали покои, она просила слуг принести ей вина, чтобы успокоиться, но ничего не помогало.

***

      Рассвет был не менее красив, чем вчерашний закат. Такой же красный — кровавый рассвет, словно оповещал всех в Камелоте об утренней казни. Костер уже готовили, а король и не думал менять решение.       Сэр Мордред с волнением смотрел на сестру через решётку. Она понимала, что осталось совсем немного. Ее судьба уже была определена, но друид надеялся, что всё закончится хорошо, что Кару освободят и они смогут покинуть Камелот. Мордред непроизвольно вспоминал предостережение Морганы: «Твоя наивность по крайней мере опасна». — Я виноват перед тобой. — Нет, — она запротестовала, — это был мой выбор. Я ни о чем не жалею. — Если бы я знал, что ты выжила тогда… — он тяжело вздохнул, — всё было бы по-другому. — Уже поздно. — Может быть, король помилует тебя? — Да как ты можешь верить в него? Как?! — Кара была искренне возмущена, — ты предатель. Ты предал свой народ, предал миледи Моргану, а теперь даже и «великого» короля Артура. — Кара, прошу тебя… — ее слова задели его. — Уже поздно просить. Ты уже сделал свой выбор.       Мордред ничего не ответил, лишь кивнул ей. Ей было совершенно безразлично, что будет с её братом дальше. Умрет — ну и ладно, а вот её смерть — смерть за идею, за борьбу с королем, уничтожающим её народ. В ее голове это было идеально, и оставаться в живых она не собиралась. — Я не могу простить Пендрагону казнь отца. Никогда не пойму, почему ты смог, — она негодовала, — ты же видел как он горел на костре, слышал его крики.       Сдерживать эмоции удавалось всё сложнее. Конечно, он слышал. Он лежал за ширмой в покоях юной подопечной короля и чувствовал боль отца. Теперь и Кара сгорит на костре, как когда-то отец. Он винил в этом только себя, он рассказал Эмрису, он организовал побег и не успел воспользоваться магией. Шаги приближающихся рыцарей прервали его размышления и заставили подняться с пола. Сэр Леон вместе с сэром Гвейном пришли за Карой. Они освободили ее из камеры и надели кандалы. — Пора, — заявил сэр Леон, встречаясь со взглядом Мордреда. Рыцарь посмотрел на предателя с жалостью и жестом приказал Каре следовать за ними. Она была бесстрашной, казалось, что она уже умирала несколько раз и эта смерть была для неё далеко не последней.       Друид не смог сдержать слезы. Он сел на пол и закрыл лицо руками. Моргана была права, и от осознания этой истины, он начал впадать в отчаяние. Как пахнет смерть? Её запах ассоциировался у него с запахом горелой плоти.       Мордред посмотрел на темницу пустыми глазами. Он спрятал все свои чувства и эмоции далеко вглубь своей души. Он стёр мокрые дорожки с щек и сосредоточился. Крики Кары были слышны и здесь. Все затряслось, и как только друид почувствовал смерть сестры, решётка отворилась. Он знал, куда пойдет теперь. Он был уверен, что леди Моргана будет рада его видеть. Теперь ему есть, что сказать ей.       Лес. Только он мог даровать свободу, коей лишены все магические существа. В корнях деревьев хранилась мудрость, в стволах — сила, в листьях — чувства. Каждый год корни всё глубже уходили в землю, ствол становился шире и твёрже, а листья сменялись по кругу. Пение птиц, звучание ручьев, кристальная чистота лесных и горных озёр — всё это прекрасно. Мордред шёл по лесу, вспоминая счастливые моменты из своего детства. Около девяти лет он считал, что потерял всю свою семью, пока случайно не нашёл Кару. Это невероятное чувство счастья, вновь обрести то, что ты, казалось, давно потерял. В её смерти, как и тогда были виноваты Эмрис и Артур, так и сейчас.       Пройдя сквозь чарующий лес, перед Мордредом открылся вид на замок Морганы. Миледи нашла себе подходящее место и преобразила старый, заброшенный замок на холме в свою новую обитель. Серый камень, освещенный весенним солнцем, выделялся среди зелёного леса. Восемь башен — вот сколько насчитал друид, рассматривая пристанище Морганы. Явно теперь у нее на службе было гораздо больше людей, чем в Измире.       Она была в своих покоях и обедала, когда отворилась дверь и зашла служанка. — Миледи, меня просили передать Вам, что к замку подошёл человек и желает встречи с Вами, — она поклонилась. — Приведите его, — она тяжело вздохнула и отложила трапезу.       Миледи надеялась, что это он. Ей трудно было признать, что она ждала его. Она вошла в залу и села на свой трон. Ее дыхание было прерывистым, а пальцы томно постукивали по подлокотнику.       Стражники привели Мордреда прямо к ее ногам, она улыбнулась, увидев его. Саксонцы заставили его встать на колени перед миледи Морганой, он слегка обернулся и одарил их взглядом, полным презрения. — Мой старый друг, — отрешённо произнесла Моргана, глядя на него.       Мордред молчал. Он смотрел на нее пустыми глазами, лишенными каких-либо эмоций, но миледи смогла уловить в них горечь. Она знала этот взгляд, порою видела в зеркалах. — В прошлую встречу ты пытался убить меня, — она усмехнулась, — пришёл довести дело до конца? — Я здесь не просто так, Моргана, — игнорируя ее упрёк, произнес Мордред, — я торопился не ради того, чтобы повидаться с тобой. Я принес сведения, которые ты давно ждешь. — О смерти Артура? — радостно спросила Моргана. — Ключ к ней. Я ошибочно сомневался в Вашей мудрости, миледи, и желаю загладить свою вину, — она ждала этих слов, еле сдерживая искреннюю добрую улыбку, она просто кивала головой, слушая его дальнейшую речь, — ты давно ищешь одного человека. Того, кто постоянно ускользает от тебя. — Эмрис. — Я знаю, где он, — злостно произнес Мордред. — Где? — В Камелоте, — он заметил, как изменилась Моргана, услышав эти слова. Она нахмурилась, не понимая того, как она могла не заметить сильнейшего мага в Камелоте, — я знаю его настоящее имя. Это Мерлин.       Миледи была шокирована. Она хотела закричать, но вовремя остановилась, глядя на друида и саксонцев. У нее было такое ощущение, что ядовитая стрела проткнула ей грудь, и яд уже начал расползаться по всему телу. Резко встав с трона, она приказала слугам дать Мордреду лучшие покои, а сама скрылась где-то в замке. Она не могла поверить в то, что Мерлин обманывал её столько лет. Он отравил ее, из-за него умерла Моргауза. Казалось, что яд до сих пор был в её теле и теперь снова убивает её. Ей нужно было собраться с силами и выдернуть из своей груди эту стрелу правды, и победить страх перед Эмрисом. Темнота. Её окружала темнота неведения столько лет. Моргана еле сдерживала накопившийся гнев, она была готова разрушить всё вокруг. Она задыхалась от злости и била кулаками по каменной стене замка, разбивая костяшки в кровь. Мерлин маг, и она доверилась ему, он поддерживал её, но не рассказал о своём секрете. Моргана не могла понять почему. Неужели они когда-то не были друзьями? Уже было поздно разбираться с прошлым. Будущее гораздо важнее.

***

      Наступил вечер следующего дня, небо заволокло тучами, и дождь мог пойти в любой момент. Миледи нравилась пасмурная погода, она терпеть не могла ярко светящее солнце. По коридору эхом отзывались её шаги. Миледи постучала в дверь, и услышав разрешение войти, отворила дверь. Мордред не ожидал её здесь увидеть. Она слегка улыбнулась и подошла к нему. — Я хочу узнать ещё кое-что, — любопытство сыграло верх. Всё утро миледи думала о том, почему он пришел к ней, почему же он всё-таки предал своего замечательного короля Артура. — Что? — С тобой что-то произошло, — она чувствовала это и сейчас, его взгляд и голос были непривычно холодны. — Тебе кажется. — Ты говорил, что ненависть не даст мне добиться победы, а теперь ты сам пришёл ко мне. К безумной жрице, жаждущей мести из-за ненависти, — она тяжело вздохнула. Произнести эти слова было для нее довольно затруднительно. — Моргана, — он не хотел продолжать этот разговор и с недовольством взглянул на нее, но миледи никогда не терпела отказов и даже от него не стерпит. — Почему ты пришёл? — Сведения, которые я тебе предоставил, важнее причины. — Разве?       Мордред отвёл взгляд в сторону, не представляя, что он должен ей ответить. Он знал, что она примет его. Знал, ей нужен Эмрис. Мордред ни за что не простит ему и Артуру мучительную смерть сестры. Теперь у него никого не осталось, кроме Морганы. Она заинтересованно смотрела на него, ожидая какого-нибудь монолога, отвечающего на все ее вопросы. Мордред колебался, ему хотелось рассказать ей всё и молить ее о прощении за то, что сделал в прошлую встречу, но другая его часть мечтала покончить со всем этим поскорее. Казалось, что кроме мести, он не видел никакого смысла, но Моргана… Как только он вновь встретился с ней в тронной зале, он захотел прикоснуться к ней и найти утешение в её объятиях. — Эмрис предал меня. Я не собираюсь его прощать, — он немного помолчал, — снова. — Снова? О чём ты? — Он уже пытался убить меня, когда я был ребёнком.       Моргана опустила глаза, пытаясь понять, почему Мерлин хотел смерти маленького мальчика. Он, вроде бы, наоборот, притащил его к ней покои и помог сбежать из Камелота, заботился о нем. Но потом, когда Моргана сама пошла к друидам, слуга привёл рыцарей Камелота. Тогда они уничтожили всё поселение, постаравшись никого не оставить в живых. Миледи заметила еле видный блеск в глазах Мордреда, подошла ближе и взяла его за руку. — Ты можешь мне всё рассказать, — нежно произнесла Моргана. Он посмотрел ей в глаза и крепко сжал ее холодную руку. — Артур казнил мою сестру. — Как это произошло? — Она присоединилась к банде саксонцев. Они разграбили обоз, но она была ранена и не смогла уйти. Я помог ей скрыться от рыцарей и вылечил ее рану, но Эмрис все равно нашел её, — Мордред закрыл глаза, снова прокручивая у себя в голове произошедшие события, — он был вместе с Артуром, а Кара ненавидела его за смерть отца и попыталась убить. — Мне жаль, — она обняла Мордреда, пытаясь утешить его, — я понимаю тебя.       Он прижал её к себе. Ее холодные руки, которыми она обвила его шею, запах, ощущение ее дыхания под ухом смогли заставить его забыть о боли. Мордред слегка отстранился от нее и посмотрел в ее зелёные глаза, теперь уже снова напоминающие дремучий лес, где можно спрятаться от любых невзгод. Леди Моргана была прекрасной, и он поцеловал её. Ее губы сладкие и мягкие. Миледи ответила на его поцелуй со всей своей страстью. Она не хотела его отпускать и желала большего, углубляя их поцелуй. Она подтолкнула Мордреда на кровать стоящую сзади, и он лёг на нее, давая возможность Моргане быть сверху. Он провел руками по ее стану, задержался на груди, вздымающейся под черным платьем и почувствовал легкую дрожь в её теле. Леди Моргана — главная мечта всех его детских снов. Её темные волосы щекотали его кожу, и он попытался откинуть их. Она неловко рассмеялась, наблюдая за его попытками. Ее смех, ее прикосновения разжигали пламя в его теле. Леди Моргана пыталась быстро справиться со шнуровкой на своем платье, но она волновалась, и руки словно не слушались её. Мордред смотрел на нее с восхищением. Свет, которым она когда-то освещала весь мир, остался, но теперь предназначался лишь ему, и он им воспользовался.       И этот свет, и желание, всплеск доверия между ними дарили ему чувство спокойствия и умиротворения. Кожа Морганы была холодной, словно она фарфоровая кукла, и согреться она смогла только в его объятиях. Она привыкла притворяться бесчувственной, когда в её душе постоянно царила буря эмоций. Если она ненавидела Артура, то это не значит, что ненавидела и всех остальных. Миледи просто хорошо скрывалась, ей было некому открыться. Теперь всё иначе.       Она положила голову ему на грудь, пытаясь отдышаться. Ей на некоторое время удалось забыть обо всем, что окружало ее. Он гладил ее по волосам, пропуская их сквозь пальцы и периодически закручивая. Они снова были как шёлк. Миледи слушала стук его сердца и сбившееся дыхание. Дождь, так упорно барабанящий в окно, дополнял эти приятные мгновения. Она блаженно закрыла глаза, желая протянуть эти минуты, как можно дольше, но она понимала, что не может больше задерживаться, ведь у неё есть дела. Возможно, ей стоило бы подумать о новом назначении. — Спасибо, — она поднялась и грустно улыбнулась, — но мне нужно идти.       Мордред кивнул ей прекрасно понимая, какая ответственность на ней лежит, если же она взялась управлять разрозненными племенами саксов, пусть и ради войны. Этот приятный вечер согрел ему душу, и Моргана — она была восхитительна. — Ты ещё придёшь? — он смотрел на нее, пока она завязывала шнуровку на платье. — Да, — она робко взглянула на него, — если ты хочешь, ночью. — Буду ждать, — он слегка улыбнулся.

***

      Ранним утром в замке было довольно тихо. Солнце всё ещё скрывалось за тучами, как и неделю назад. Погода вновь портилась, но миледи воспринимала это как хороший знак. У нее появился грандиозный план и она хотела поскорее начать его реализацию. Она восседала на троне, ожидая приглашенного гостя. Мордред стоял рядом с ней, где-то в тени, не желая выходить на свет. Миледи назначила его своей правой рукой, но в этот план она не посвятила никого. Дверь залы отворилась, и человек в черном балахоне предстал перед Морганой. — Рада видеть тебя вновь, Арий, — она улыбнулась, приветствуя друида. — Для меня — это большая честь, миледи, — он поклонился и снял капюшон, обнажая трискелион на шее. — Могу тебя заверить, что твоё прибытие ожидалось с большим нетерпением, — миледи взглянула на Мордреда, в ее глазах был непонятный ему блеск, — я расхваливала твои силы, — она вновь обратила внимание на гостя, — но не все мне верили. — Пусть верят во что хотят. — Пожалуй, было бы уместно небольшое подтверждение твоих талантов, — с азартом проговорила Моргана, — ведь лучше один раз увидеть. Верно? — Я не шут, миледи. — Безусловно, — она подавила смешок, — считай это просто демонстрацией. Погаси огонь. — Миледи, я протестую, — Арий отвёл глаза, не желая встречаться взглядами с миледи. — Я настаиваю.       Друид опустил голову, задумавшись. Он не знал чего пыталась добиться миледи. Но все же он произнес заклинание, и огонь погас. — Впечатляет, — ее лицо озарила безумная улыбка, — кто теперь будет отрицать твою силу?       Двое слуг вышли из тени и подали миледи ларчик с трискелионом. Спустившись с трона, она начала открывать его. Мордред внимательно следил за ее действиями. Когда Арий понял, что это за ларчик, то его глаза расширились от страха и всё его тело задрожало. Гримаса ужаса застыла на его лице. Он отступил на несколько шагов назад, но саксонцы удержали его. Моргана открыла ларчик и начала произносить длинное заклинание. — Только не это! — начал молить Арий, — прошу Вас! Моргана. Умоляю.       Миледи не слышала его, она продолжала читать заклинание, пока червь не начал выползать из ларчика. Она улыбнулась, когда магический червяк прыгнул на лицо Ария и начал высасывать из него энергию. Вернувшись на трон, она с интересом наблюдала эту сцену. Друид сопротивлялся как мог, пытался применить магию, но всё было бессильно перед червём. Спустя несколько мгновений он отполз от лица Ария и вернулся обратно в ларчик. Друид беззвучно заплакал. — Он умер? — спросил Мордред, пытаясь понять, что она сделала. — Нет, — иронично проговорила Моргана, — я бы просто проткнула его мечом.       Друид неровно дышал и хрипел. Миледи кивнула саксонцам, и они подняли его на ноги. — Не бойся, почти всё, — ласково обратилась к нему миледи, — будь добр, снова разожги огонь. — Вы же знаете, что я не могу, — отчаянно крикнул друид.       Моргана улыбнулась и приказала саксонцам отпустить Ария. Она ликовала, предвкушая, как магический червь расправиться с Эмрисом. — Оставьте нас одних, — приказал Мордред саксонцам. Они поклонились и покинули тронную залу. Миледи с лёгким удивлением посмотрела на бывшего рыцаря. — Он был верным воином, — Мордред тяжело вздохнул, — лишив его магии, мы потеряли сильного союзника. — Возможно, но теперь мы точно знаем, что сможем победить. — Если ты будешь так обращаться со своими союзниками, то нет. — Это часть плана. Ты ведь хочешь отомстить? — миледи взяла его за руку и переплела их пальцы, — Артур ничто без Эмриса, а Эмрис ничто без магии. — Ты действуешь очень непродуманно. — Мне же нужно было на ком-то испробовать. — Мог быть кто-то другой. Менее сильный, чем Арий, — он тяжело вздохнул, — ты должна быть осторожной в своих решениях. — Я осторожна. — Скоро начнется война, Моргана, и нам нужны союзники. — Твоё дело — армия, — она убрала руку и отошла, — со остальным я разберусь сама. Или ты хочешь занять моё место?       Мордред покинул тронную залу не удостоив миледи ответом. Она от злости снова зажгла огонь и долго смотрела на дверь, вслушиваясь в отдаляющиеся шаги Мордреда. Когда они стихли, она опустила глаза в пол. «Чему он пытается меня научить?» — она усмехнулась. Хотя это было больше похоже на заботу, чем на упрёки. Моргана даже не подумала об этом. Её ненавидели, её боялись, её власть держалась на страхе, с чего бы к ней проявляли какие-то другие чувства, пусть Мордред и был не таким, как все остальные. Никто о ней переживал, когда она была в плену у Саррума. Эти два кошмарных года — о них она никогда не забудет. Айтуза — живое напоминание.       «Скоро начнется война» — да, начнется, и они одержат в ней победу. Миледи в этом совершенно не сомневалась. Предчувствие подсказывало ей, что Артур умрёт. Всё складывалось как нельзя лучше. Ей была известна личность Эмриса, бесчисленная армия саксонцев, жаждущая заполучить остров, ночи она проводила с возлюбленным, и даже кошмары оставили её.       Пришло время, которого она так ждала последние семь лет.