Наследие: Дневники Марии

Любовь состоит из бесконечно большого и бесконечно малого.

Виктор Гюго «Отверженные»

      У Ёсихиды были тёмные волосы и зелёные, словно молодые листья глаза. Когда он улыбался, то на щеках появлялись небольшие ямочки, а когда смеялся — опускал голову вниз, прикрывал глаза и несильно сутулился, хотя его осанку и без того нельзя было назвать идеальной. Да и внешность у него была более чем обычная.       Но вот только Марию почему-то влекло к этому человеку, и что-то раз за разом заставляло приходить на назначенную встречу.              Снег искрился и серебрился в свете ночных фонарей. Кажется, зимой красива даже безлюдная улица. И почему она раньше этого не замечала?       — У тебя такая холодная рука. Ты замёрзла, Мария? — обеспокоенно спросил Ёсихида.       И что ему ответить? Та, чьё сердце совершает всего один удар в минуту, практически не ощущает холода. Даже пальто она надела просто для того, чтобы не ловить на себе удивлённые взгляды прохожих. Вот только на улице было действительно холодно, а у неё не было ни шарфа, ни шапки ни даже перчаток.       — Всё в порядке, — быстро соврала она.       Наверное, ей следовало бы спрятать руку в карман, дабы не вызывать ещё большего беспокойства, но ей ужасно не хотелось отпускать такую тёплую руку человека.       С момента их первой встречи прошло полгода. И Мария всё никак не могла ответить себе, почему её так влечёт к этому человеку. Почему несмотря на пьянящий аромат крови, что исходит от него, она не разу не вонзила клыки ему в шею. Почему, вопреки тому, что ей нравиться проводить с ним время, она даже не задумывалась о том, чтобы обратить его.       — Может, ты просто уже не чувствуешь холода? — голос Ёсихиды вырвал Марию из размышлений.       «Откуда он знает? Неужели… но как он узнал о вампирах?»       — Тогда это совсем плохо. Так и до обморожения недалеко, — покачал головой человек и, сняв с себя шарф, накинул его на вампиршу.       — Спасибо, — улыбнулась она.       Всякий раз, когда они устанавливали зрительный контакт, он немного краснел и, поправляя очки, отводил взгляд в сторону. Вот и сейчас Ёсихида как бы невзначай посмотрел на наручный часы.       — Уже так поздно! Последний поезд должен был уже уйти, — спохватился он.       — Ничего страшного, — ответила Мария. И почему он так переживает?       — Дороги замело и их почистят только утром. Я не смогу тебя отвезти, — покачал головой человек.       — Не беспокойся. Сутра и станции будут открыты. Тут недалеко очень красивый парк, так что я погуляю там…       — Это исключено! Ночью, сама, а тем более ты замёрзла!       — Ёсихида, но я ведь не маленький ребёнок. И я смогу за себя постоять в случае чего, — улыбнулась вампирша.       — И всё-таки, я не могу тебя так просто отпустить… — мужчина заметно покраснел. — Я живу здесь недалеко, и ты… если ты конечно не возражаешь и не….       — Что?       — Ты, если, конечно, посчитаешь нужным, могла бы остаться у меня? — неуверенно произнёс Ёсихида.       — О, ты просто меня спас.       «Он такой милый, когда смущается».       Квартира, в которой жил Ёсихида была небольшой, но в целом весьма уютной. Повсюду лежали стопки книг и хаотично валялись бумажки с записями и складывалось такое впечатление, что он намеревался превратить небольшое помещение в бюджетную лабораторию.       — Извини, у меня слегка не прибрано, — словно оправдываясь, произнёс Ёсихида.       — Ничего, у меня дома такой же бардак.       — Ты всё ещё холодная, — с этими словами мужчина вручил ей полотенце и кое-какую одежду. — Бегом иди в ванную греться, а я пока сделаю нам чай.       Звук воды заглушал её собственный мысли. Как такое вообще могло произойти?              Поймать темнокрылую бабочку не составило ей никакого труда.       — Hypolimnasbolinа, — произнесла она и, удерживая бедняжку за крылья, протянула человеку.       — Я смотрю, вы прекрасно знаете лепидоптерологию*, — улыбнулся незнакомец и аккуратно взял бабочку за крылья. — Раньше их было значительно больше. В моём детстве мы с другом постоянно их ловили.       — Из научного интереса?       — И да, и нет. Мы, будучи не особо умными мальчишками, ловили всех бабочек без разбору и отрывали им крылья.       Мария медленно повернулась и, прижав сжатые руки к груди, отпрыгнула от мужчины на несколько шагов.       — Что-то не так? — он удивлённо уставился на неё.       — А вы как думаете? Слабая девушка посреди безлюдного поля наедине с таким жестоким человеком! — Мария сделала максимально напуганное выражение лица.       Человек рассеянно похлопал глазами:       — Я больше этим не занимаюсь, — произнёс он так, словно в прошлом был уличён в каком-то страшном преступлении.       — Да шучу я! — рассмеялась Мария.       Человек рассмеялся вместе с ней.       А тем временем бедная бабочка, словно услышав, что говорят о ней, ещё сильнее задвигала лапками, отчаянно пытаясь вырваться.       — Тише, не бойся, — обратился он к ней. — Мы тебя не обидим.       — Может тогда перестанем её мучать?       Человек разжал пальцы — и бабочка устремилась вверх.       — Так вы биолог?       — Нет. Но это же не означает, что я не имею права интересоваться окружающим миром?       — И то верно, — улыбнулась, кивнула вампирша. — Я, кстати, Мария.       — Я Ёсихида, — улыбнулся человек.       В его внешности не было ничего особо выделяющегося, но тогда ей показалось, что эта улыбка способна озарить светом весь мир.       Уже вечером, когда они не спеша шли к станции, Ёсихида предложил проводить её до дома. Вот только у вампиров не бывает дома.       — Только если нам будет по пути. Я и так слишком сильно вас задержала.       — Но мне-то нужно на станцию, чтобы доехать до соседней перфектуры.       — А откуда вы? — спросила Мария. Эта информация может пойти ей на пользу. Услышав ответ, она сделала очень удивлённое выражение лица. — Что, правда? Я как раз оттуда! То есть, я сейчас там живу. Представляете, какое совпадение!       — И как же вас занесло сюда?       — Приехала… эм… повидать родственников. У нас не очень хорошие отношения, поэтому после я просто решила прогуляться и набрела на то поле. А сейчас мне лучше уехать назад.       — Но вы ведь даже без вещей.       — Вы тоже.       — Даже не знаю, как так вышло. Но утром я позвонил и сказал, что не выйду на работу, а после запрыгнул в вагон поезда и приехал сюда. Не сказать, что я часто совершаю глупости, хотя такое, конечно бывает, но это именно то, как это можно назвать.       — Но если бы не эта ваша глупость, то мы бы и не встретились.              Как так вышло? Неужели некоторые встречи предназначены самой судьбой? Нет, только не это. Вампиры привыкли смеяться над судьбой и презирать её, но она, в отместку, отлично отыгрывается на тех, к кому они привязались.       Ну уж нет. С Ёсихидой всё будет в порядке. Она Пятнадцатая вампирская прародительница. Она обращена от крови одного из сильнейших ныне живущих вампиров. Она сможет защитить этого человека.       Мария вышла из ванной, усердно растирая мокрые волосы полотенцем.       — Ау, теперь твоя очередь идти в ванную, — сказала она, войдя на кухню.       — Да, только ты не жди меня. Чай на столе, погрейся.       Как только Мария услышала, как в ванной включилась вода, она взяла в руку кружку и вылила чай в раковину. Вампиры не могут питаться людской пищей. Даже воду пить не могут. Им нужна только кровь.       Быстро опустошив колбу, предусмотрительно припасённую заранее, Мария села за стол, делая вид, что допивает содержимое кружки.       Немножко поговорив пред сном, они отправились спать. Ёсихида предоставил ей свою кровать, а сам же улёгся на скрипучий диван в гостиной.       Вампиром сон не то что бы нужен. Скорее это то самое восстановление энергии, необходимое даже бессмертным тварям, или же просто неплохой способ скрасить скуку. Энергию можно восстановить и большим количеством выпитой крови, а вот скука — это вечная беда детей ночи.       Но вот только у Марии сна не было ни в одном глазу. Она встала с кровати и зашла в комнату, где человек видел уже десятый сон. Хотелось лечь рядом и прижаться к нему, ощущая дыхание и тепло живого тела… И выдать себя. Нет, Ёсихида далеко не дурак, он сразу поймёт, что холодность её кожи уж не как не связана с морозом на улице. И что дыхание и сердцебиение совершенно не такое, какое бывает у человека. Постояв над спящими, Мария вернулась в кровать.       Так и не сомкнув глаз до утра, она встала в районе пяти, дабы провернуть очередную нехитрую уловку, чтобы не вызывать ещё больше неудачных вопросов. Она достала из холодильника кастрюлю с рисом, взяла миску и, зачерпнув ложкой немного еды, хорошенько измазала посудину и палочки. После чего со спокойной совестью поставила на плиту чайник и разогрела завтрак для Ёсихиды. Сейчас она жалела, что в последний раз готовила еду практически четыреста лет назад: ничего толкового она приготовить не могла, ведь отсутствие элементарного вкуса свело бы все её попытки к обычной порче продуктов.       Хотя…       Она сделала перманентную защиту от солнца для собратьев и вывела новый вид голубей для быстрой связи. На ней до недавних пор держался чуть ли весь научный комплекс вампиров. Она, чёрт возьми, способна приготовить обычный омлет.       — Чем это так пахнет? — зевая, Ёсихида зашёл на кухню.       — Ничего, что я немного похозяйничала? — с улыбкой спросила Мария, накрывая на стол.       Судя по реакции Ёсихиды, когда он взял в рот первую ложку, у неё получилось. Она смогла приготовить толковую еду.       — А я-то считал себя жаворонком, — улыбнулся человек. — Подожди, а ты разве есть не будешь?       — Я уже поела, — быстро соврала Мария.       Она хотела даже помыть посуду: утренняя возня на кухне напомнила ей её прежнюю, человеческую жизнь. Но Ёсихида настоял на том, что посуду вымоет он.       Они, держась за руки, дошли до станции, откуда каждый отправился по своим делам: Ёсихида — на работу в технический университет, а Мария — в случайную точку города, где можно было подумать о том, как ничем себя не выдавать в этой двойной жизни.       И всё же, как так вышло, что за полгода этот человек стал для родным? Что сейчас происходило с вампирами, которых она знала столетиями, которые худо-бедно, да вписывались в понятие «друзья», её волновало меньше, чем то, что сейчас происходило с Ёсихидой Нишимурой.              — Не нравятся мне эти тучи, — покачал головой Ёсихида, смотря на небо.       Апрель выдался солнечным и тёплым, но почему-то именно в этот день погода решила резко измениться.       Мария лишь пожала плечами и вышла из машины. Они как раз заехали на заправку.       — Мне пойти с тобой? Хотя нет, перефразируем, я пойду с тобой, — улыбнулась Мария и, взяв человека за руку, отправилась вместе с ним в небольшое помещение заправки.       Ничем ни примечательный маленький магазинчик, который освещали яркие лампы, дабы как-то компенсировать отсутствие света, за прилавком стоял молодой энергичный продавец…       Знакомый голос прозвучал как гром среди ясного неба. Йоши Танака. Это же надо было заехать именно на эту заправку. Армеец разговаривал с кем-то по телефону и очень внимательно слушал собеседника, что, судя по всему, и поспособствовало тому, что он ещё не заметил её.       — Я сейчас вернусь, — выпалила Мария.       Она не придумала ничего умнее, кроме как забежать в женский туалет, попутно едва не сбив с ног уборщицу.       Что ей делать? Если он её заметит, то не ровен час, как сюда прибудет целый взвод солдат Ордена Имперских Демонов. Марию волновало не столь возможное количество армейцев, сколь то, что это всё произойдёт на глазах у Ёсихиды. Перебить их всех? Тогда он узнает, какой она монстр на самом деле. Убежать? И как она потом будет объяснять это всё? И как она вообще сможет вернуться к Ёсихиде, ведь за ним наверняка установят наблюдение? Сдаться? А вдруг Ёсихида бросится её защищать. С него же станется!       Что ей делать? Как, как защитить такого дорогого человека?       — Извините, у вас всё в порядке? — кто-то с обратной стороны пытался прорваться внутрь.       Конечно, ведь она, молодец такая, заперлась не в кабинке, а в самой комнате с умывальниками!       — Вы меня слышите? — вновь раздался голос сотрудника заправки.       Если там стоит капитан Танака, то он точно узнает её по голосу. Что делать? Тут даже окон нет, чтобы сбежать. Конечно, проломить стену не составит значительного труда, но только это — верный способ сдать себя.       — Если вы не ответите, я буду вынужден вызвать охрану.       — Мария, пожалуйста, ответь!       Вампирша лишь прислонилась к двери. Что, что ей делать? Она вслушивалась в разговоры сотрудников, который решали, что с ней делать, и в обеспокоенный голос Ёсихиды. Стоп. Он же только что назвал её по имени. И Танака никак не отреагировал.       Мария ударила себя по лбу: она же не слышит голос капитана за дверью! Зная его характер, он бы точно попытался помочь, даже если бы здесь заперся обычный человек.       Надеясь, что её предположения верны, Мария повернула защёлку и распахнула дверь, едва не задев охранника, который как раз собирался её выламывать.       — Упс, кажется у вас заедает щеколда, — иногда лучший способ выкрутиться — это прикинуться дурочкой.       — Почему вы ничего не отвечали, когда я звал вас? — спросил перепуганный кассир.       А тем временем сквозь окно было прекрасно видно, как в прямо противоположную сторону от места, в которое они держали путь, едет чёрный тонированный джип. Ничего не подозревающий капитан Танака покинул заправку.       — Мне не хотелось доставлять вам неудобств из-за своей глупости, — мило улыбнулась Мария. Всё-таки лицемерие — это отличная вещь.        — Извините, что побеспокоили, — Ёсихида перенял инициативу на себя и, схватив её за руку, вывел на улицу.       — Ох, и надо же было попасть в такую неловкую ситуацию, — стараясь быть весёлой, произнесла Мария.       — Та, кто так быстро умножает четырёхзначные числа в уме, не может справиться с щеколдой в туалете на заправке? — Ёсихида был куда умнее среднестатистического человека, и знал её уже без малого год, поэтому при нём прикинуться дурочкой не получится, как не старайся. — Это же из-за того человека?       — Эм…       — Мария, это из-за него? –с серьёзным выражением лица спросил он.       — Я иногда виделась с ним на прошлой работе. Мне просто не хотелось говорить с ним, вот и всё, — по сути, она даже не врала.       Ёсихида лишь пожал плечами. Всю дорогу они ехали молча.       Океан так же отреагировал на изменение погоды. Холодные капли долетали чуть ли не до головы, при том, что они даже в воду не заходили. Океан потемнел и обрушивал волны на берег. Со стороны казалось, словно он злился.       Мария же испытывала смешанные чувства, хотя не так давно склонялась к мысли, что вампиры со временем совершенно перестают чувствовать.       — Ты точно в порядке? — голос Ёсихиды выдернул её из раздумий. Человек казался таким обеспокоенным… Значит, он не злится на неё?       Мария обняла его и, положив голову ему на плечо, тихо сказала:       — Я бы так хотела, чтобы всё, что было до встречи с тобой, просто перестало существовать.       — Мария, — сказал он, нежно поглаживая её по голове. — Знаешь, я, наверное, не из тех парней, который могут победить дракона… Но зато я могу придумать сто и один способ сбежать из его замка так, чтобы его завалило чем-то тяжёлым, если он решить помешать нам.       Мария посмотрела на человека и улыбнулась. Это же означает, что он любит её верно?       — Ой, кажется, дождь начинается, — Ёсихида выставил ладонь, на которую тут же упало несколько капель.       Вот только начинался не дождь, а настоящий ливень. До машины было каких-то несколько десятков метров, но, когда они добрались до неё, были настолько промокшими, будто бы на них вылили по ведру воды.       — Вот ведь незадача, — сохраняя оптимизм, произнёс Ёсихида и достал из багажника два пледа. — Конечно, не лучший вариант, но это всё, что у нас есть.       Вот только в промокшей до нитки одежде от них было не особо много толку.       — Наверное, нужно снять с себя всё мокрое, — краснея, озвучил её мысли мужчина, понимая, что «всё мокрое» приравнивалась ко всей одежде, что была на них. — Я не буду смотреть, можешь не переживать! — он быстро отвернулся и сам начал очень быстро раздеваться.       Мария последовала его примеру, только делала это не так быстро. К чему эта спешка? Пока дождь льёт так сильно, они вряд ли куда-нибудь уедут. Прикрывшись пледом, она наконец-то повернулась к Ёсихиде, который и не думал оборачиваться.       — Я всё, — объявила она.       — Хорошо, — кивнул Ёсихида и повернулся. Он старался смотреть куда угодно, только не на неё.       «Какой же он милый», — подумала Мария.       — Я замёрзла, — тихо сказала она. Пускай вампиры чувствуют холод не так, как люди, неприятные ощущения всё-таки были.       — Я сейчас усилю обогрев, — сказал Ёсихида кое-как дотягиваясь до панели с заднего сидения.       — Лучше просто обними, — очень тихо сказала она и пододвинулась к человеку.       Мария прижалась к нему сильнее, обвила шею руками и затянула в глубокий поцелуй. Языки нежно сплетались, зубы натыкались на её клыки, что ещё сильнее возбуждало желание полностью обладать этим человеком, но в тоже время — отдаваться ему без остатка.       Мария отбросила на пол мешающий колючий плед, Ёсихида продолжал целовать её лицо и шею, медленно спускаясь ниже. Прижиматься к тёплому телу, вдыхать запах успевшего стать родным человека…       Всё тревожные мысли отошли на второй план, пока она теряла связь с реальность, всецелосно растворяясь в человеке, которого любит…              Когда они стали жить вместе, не палиться стало куда труднее. Нужно было вставать раньше, проделывая обязательные утренние «ритуалы»: создавать видимость, что она уже поела с утра, смешивать кровь из заранее припасённых колбочек с йодом, дабы поднять температуру тела и не казаться такой холодной, когда на улице стоит невыносимая жара. Но это были только цветочки. Нужно было постоянно придумывать отмазки, куда она ходит, когда на самом деле нужно было пополнять запасы крови, приходилось врать, что она якобы идёт на работу, пока она шаталась по городу, думая, как бы не попасться на глаза армейцам. Но и это было не главной проблемой. Поскольку она являлась одной из сильнейших аристократов, находящихся в Японии, нужно было время от времени наведываться в Сангвинем, где она старательно избегала всех, с кем раньше тесно общалась, дабы они не догадались, что с ней что-то не так. Благо её неразговорчивость можно было списать на не самый доброжелательный разговор с «братом» в их последнюю встречу.              А в рядах вампиров проблем тоже хватало.       — Не сочтите за наглость, госпожа Мария. Я нисколько не сомневаюсь в вашей силе и том, что вы при надобности порвете обнаглевший скот в мелкие клочья, но учитывая недавнее происшествие, я бы хотел попросить вас, быть предельно осторожной.       — Рене, ты можешь прямо сказать, что произошло? — такая преданность начала пугать Марию, а непонятное происшествие, о котором говорил весь Сангвинем, и вовсе путало её.       — Разве вы не знаете? — удивился вампир. — Солдаты Ордена начали отлавливать вампиров для экспериментов.       — И многих уже поймали?       — Не особо. Но среди них были и Христина.       Христина? У Марии внутри всё перевернулось. В голове возникла лишь одна мысль: почему она? Почему именно эта бедняжка?       — Насколько мне известно, они используют кого-то из верных Ордену людей, но не солдат, как приманку, пока поблизости выжидает целый отряд. Христина была первой, на ком это применили.       — Верные Ордену люди, но не солдаты?       — Вассалы знатных семей, которые не имеют выдающихся способностей в военном деле, но преуспели в науке. Я принёс вам все материалы, что у нас имеются.       — Спасибо, Рене. И ещё, — сказала она вампиру, который уже собрался выходить из комнаты. — Будь осторожен. Береги себя.       Вернувшись в место, которое она уже стала считать домом, хоть они и снимали эту квартиру и милой пожилой дамы, Мария спрятала папку с информацией об учёных-вассалах и обессиленно повалилась на диван.       Щёлкнул дверной замок. Ёсихида с кем-то разговаривал по телефону, но поняв, что его возлюбленная вернулась, быстро распрощался с собеседником и бросился к ней.       — Ты так рано! Вроде говорила, что приедешь только завтра.       — Так вышло, — пожала плечами Мария. — А разве ты скучал без меня? К тебе же друг приезжал…       — И как раз уехал сегодня сутра. Жаль, что я уже почти три года не могу познакомить тебя с Сетору. Он просто удивительный человек! Правда сейчас весь в работе. Из бедняжки в лаборатории все соки выжимают, он был просто никаким, когда я его увидел. Эм… Что с тобой?!       — Ничего, — сказала Мария, уткнувшись головой ему в плечо. — Просто я так рада, так рада, что ты у меня есть, — заплакала она.       Человек, не зная, чем ей помочь, просто молча обнял её.       Она любит его. Любит так сильно, насколько это вообще возможно для тех, чьё сердце совершает один удар в минуту. И она не позволит никому его даже пальцем тронуть. Она защитит его, чтобы не случилось.                             * — наука о бабочках.