Холод и Боль

— Быстрее! — подгонял неизвестный парень в медицинском халате, после слов которого двое других влетели в палату. Макс и Ботан вздрогнули от неожиданного появления этой команды и отошли в сторону. Работники больницы повезли койку с девушкой в коридор и быстро побежали с ней в какой-то из многочисленных кабинетов первого этажа. В дверном проёме глаза успели уловить копну черных волос, немного развивавшихся из-за сквозняка, и расслабленно свисающую с края кровати руку, которая чуть не задела дверь. Быстрый-быстрый стук колёсиков о холодную плитку, громкие слова всё того же парня и грохот обуви о пол раздавались по всему зданию отчётливым эхом, постепенно немного отдаляясь. Парни, которые всё так же стояли возле холодной светлой стены, застыли, смотря на открытую дверь. Всё произошло слишком быстро, мысли разбежались, оставив их просто стоять и смотреть пустыми глазами в пространство.       Ботан быстро собрался в кучу и, помотав головой, со всех ног помчался за командой. Недавно подсохшие кроссовки громко шлёпали по плиточному полу, создавая вокруг тревожный гул. Довольно далеко всё ещё бежали парни в халатах, иногда перекрикиваясь. Перед глазами девушки всё плыло, голова не переставала гудеть. Дышать становилось всё труднее, а в попытках поглубже вздохнуть, лёгкие пронзала ужаснейшая боль. В ушах стало противно пищать. Сердце тяжело билось в груди, отдавая пульсом в виски, голова раскалывается. Пытаясь вдохнуть ртом, Лив глотнула немало крови. По щеке стекла капля алой неприятной на вкус жидкости, глаза невольно закатываются и слезятся, черноволосая скалится от боли. Руки трясутся. Пальцы становятся холоднее. Перед глазами всё чаще появляются тёмные пятна. Девушка резко вдохнула воздух через зубы. — Оливия! — кричал Ботан догоняя их. Он ускорил бег, рвался вперёд, будто бы открыв второе дыхание. Но та почти не слышала. Звуки скрывал этот писк в ушах, а светильники на потолке сливались в большие, светлые, слепящие пятна. Глаза холодно смотрели вверх, пытаясь разглядеть хоть что-то. Один из врачей наклонился поближе к ней, обеспокоенно смотря на её предобморочно-бледное лицо. Но на него смотрели заплаканные карие глаза, с сузившимися от адской боли зрачками. Добежав практически до конца коридора, они свернули в какой-то кабинет, с громким стуком закрывая дверь. Но она отскочила и приоткрылась. Ботан практически догнал их, но тяжёлая дверь закрылась вновь, прямо перед его лицом. Кареглазый прислушался. Из соседнего помещения доносились отрывки фраз. — …Где только таких понабрали!.. Вся вина на нас будет… — отделялось от общего гула. — …Вырубилась… — …Жалко их… — …Это первый и последний раз. Мы больше такого не допустим… Парень ничего не понял, но ему нужно знать что с Оливией. Поэтому, не теряя боевого настроя, он постучался в дверь. Разговоры резко прекратились, слышно было только какое-то гудение. Ботаник постучал ещё раз. На этот раз сзади приближались торопливые шаги. Мужчина в медицинском халате подошёл к Ботану, обратив его внимание на себя. — Что с ней? — повернувшись лицом к врачу, серьёзно спросил очкастый, на что получил виноватый взгляд. — Давайте пойдём в палату, я вам всё расскажу. Сейчас Вас туда не пустят. Напряжённо выдохнув и смирившись, парень направился в палату за работником больницы. Он молча шёл, смотря в пол, пытался заверить себя в том, что всё будет нормально, нужно спокойно выслушать человека. Но страх, вперемешку с непониманием ситуации не отступал, и он становился всё более настороженным. Придя в комнату, они не обнаружили Тарасенко. Зато отлично слышали его громкие расспросы всех работников, которых он встречал. Блоггер был очень зол, хоть и сдерживался. Ну, как получалось. Уже через минуту он пытался усмерить свой пыл сидя на стуле в сорок третьей палате.       Мужчина в медицинском халате нервно смотрел в пол, подбирая слова. Главное было не ляпнуть лишнего — парни ведь не глупые, могут и в суд подать. Ботан еле заметно качался на деревянном стуле, пытаясь «погасить" огонь дикого беспокойства, а с ним и прилив энергии, создавая тихий скрип. Макс напряженно смотрел в окно прожигающим взглядом, тем не менее, не издавая не звука. Вопросы бьются в голове их обоих. Громкие «Почему?!» и «Что за хрень?!» закрывали собой любые другие мысли, оставляя следом только навязчивые побуждения к действиям. Яркие эмоции Макса чувствовались всеми, кто был в комнате, и даже немного пугали. Но эту волну почти сразу подхватил Ботан. Он замер, резко прекратив скрип и остановив напряжённый взгляд на полу. Бледный цвет его лица постепенно сменялся на злобно-красный, на лбу и шее выступили вены. Сжав губы, парень повернул голову к двери и, сомкнув глаза, запустил руку в свои волосы дабы не сорваться. — Ну так, — медленным и наигранно спокойным голосом начал Брайн, — что с ней? — Мапс перевёл взгляд с окна на врача. Вдруг в кармане мужчины звякнул телефон, оповестив об СМС. Он нервно оглянул парней и достал мобильный. На экране высветилось то самое сообщение, которое сейчас спасёт его. Ботан и Макс смотрели на него, ожидая ответа. — Перелом рёбра, с осложнениями, — начал врач, внимательно читая СМС, — повреждение лёгкого. Сломаны пальцы на ногах, несколько растяжений. Двое ошарашенно смотрели на него, не перебивая. Взгляды забегали по комнате, осознавая информацию. Ботан был в смятении. В какой-то момент он утонул в собственных мыслях. Потому что винил в этом всем себя. «Если бы я смог удержать её в тот день, то ничего бы не случилось… Ведь я догадывался, что это было вовсе не послание Максу. Но отогнал эти мысли, слепо полагая, что она бы рассказала мне. Как глупо…» — поговаривал очкастый смотря в одну точку, взглядом полным сожаления и вины. — Почему мы не могли узнать раньше? — не отойдя от шоковых новостей спросил Максим. — Извините. — Более серьёзным тоном ответил врач. На это блоггер возмущённо отвернулся. »…Мне следовало сразу же позвать кого-нибудь. Вот же… Дурак. А если это добавит проблем?.. Во всём виноват я. Как я мог рисковать её здоровьем только чтобы побыть вместе каких-то десять минут. Где была моя голова?! О чём я только думал… » — Необходима операция. — продолжал он, читая что-то в телефоне. — Сколько она будет стоить? — раздался напрягающий вопрос Брайна.       Натянутый разговор продолжался ещё какое-то время. Но Ботаник был совсем не здесь. Навязчивые негативные мысли не давали вернутся в реальность. Он будет винить себя в случившемся до самого конца. Его не разубедить.

Спустя полтора часа.

Всё время парни нервно бродили по больнице, желая хоть немного успокоится, слушая что-то в наушниках, смотря на до сих пор не прекратившийся дождь из каждого окна. Сотни листьев теплых оранжевых, красных и золотистых оттенков, прекрасным ковром застелающие холодную землю, мокли под холодным осенним дождём. За время нахождения Брайна и Ботана тут, давно стемнело, и теперь в лужицах, постепенно образующих одну большую лужу, отражались фонари с улицы и свет из окон больницы. Большие капли, падая с неба прямо в воду, на секунды искажая отражение, и становились частью какой-то из многочисленных луж. — …Это просто невыносимо. Разве так люди поступают? — разговаривали работницы в тихом конце одного из этажей. — Я тоже не понимаю. Нет чтобы сделать как надо, им же лучше! — рассуждала о ком-то женщина, — Этот парень выглядел таким несчастным. — Вот-вот! Не совести, не ответственности, не капли сострадания! — возмущённо продолжала её коллега. — Бестолковые студенты. — А ещё говорили «лучших выбрали». Кошмар какой-то! Где таких понабрали?.. Прошёл ещё где-то час. Они успели обойти всё здание по несколько раз, и, наконец, устав, сели возле операционной и стали ждать. Время уже близилось к девяти вечера. Часы посещения давно окончены, но они твёрдо решили остаться в больнице до конца операции. Тёплый приятный свет в коридоре со временем успокаивал. Здание скоро замолкает. Парни иногда перекидывались парой фраз, чтобы не унывать. Выходило не очень. Дождь уже давным давно перестал лупить по окнам. Черные тучи, накрывающие Питер неприятным напрягающим потолком, наконец расступились, давая завораживающему лунному свету пробраться на улицы, пройти спокойным вечерним ветром в душу каждого, чьё внимание они захватили. Ботан встал и не спеша подошёл к большому окну. Из-за яркого света в коридоре и пары фонарей неподалёку, разглядеть в небе хоть пару звёзд, казалось, не выйдет. Но усталые карие глаза, прячущиеся за стёклами очков сейчас жаждали увидеть больше. Прохлада из приоткрытой форточки успокаивала, развивала короткие тёмные волосы, ока сами собой закрывались. Глубокий вдох. Песня в наушниках, казалось, зазвучала чуть громче и невероятно ласкала слух.       Вдруг он почувствовал тепло. Будто бы прикосновения. Такие знакомые, незабываемые и нежные. Парень приоткрыл глаза. Так легко. Прямо перед собой он увидел лицо Оливии, совсем рядом. Она была в привычной клетчатой рубашке, слегка потёртых джинсах. Черные, как прекрасное ночное небо, волосы невероятно красиво развивались на ветру, будто бы в замедленной съёмке. За спиной девушки виднелась завораживающая картина из тысяч ярких звёздочек. И та самая неполная луна, которую очкастый видел буквально минуту назад. Но сейчас она светила гораздо ярче, холодя дыхание около-магическим свечением. Но больше всего манила Оливия, смотрящая на Ботаника согревающим и добрым взглядом. Черноволосая слегка улыбнулась, заприметив ответный взор от парня. Её тёплые ладошки лежали на щеках Ботана, вызвавшие у того приятные ощущения присутствия любимой девушки. Кареглазый просто не мог оторвать от неё взгляда. Она выделялась от всего вокруг удивительным, похоже, призрачным свечением. — Ботан, — начала та, выдерживая несколько секундную паузу, — Скоро всё закончится, — голос Ливи был как никогда приятен его ушам. — Всё будет хорошо, слышишь? — Ага… — еле слышно ответил парень, продолжая околдованно слушать каждое слово, что она скажет. — Я ведь, — она на секунду отвела взгляд куда-то вниз, в следующий миг вновь посмотрев прямо в глаза Ботану, — Чувствую как ты сгораешь от беспокойства, — услышанное удивило парня ещё больше чем всё вокруг. Щеки покрылись румянцем, сердце билось всё быстрее с каждой секундой, проведённом в этом сне. Это не могло быть реальностью, и темноволосый начал осознавать это только сейчас. — Не волнуйся обо мне. — её голос дрожал. Улыбка стала заметнее. Но глаза смотрели в пол, а бровки насупились. — Как? — парень смотрел на неё слегка непонимающе, — Как я могу за тебя не беспокоиться? — Просто жди. — чуть тише произнесла Оливка. Глаза девушки заблестели, сердце сжималось от собственных слов, — И ещё. Хватит винить себя, — их взгляды снова столкнулись. По щеке стекла горячая слеза, заставив уже и парня застыть. «Откуда она узнала?..» — Ты не в чём не виноват. Вдруг это удивительное место стало расплываться перед глазами кареглазого, как и Оливия, нежную улыбку которой он в последний момент поймал взглядом. Последняя фраза раздавалась эхом в памяти парня, внушая правдивость сказанного девушкой. Ока вновь блаженно закрылись, возвращая парня в реальный мир. — Ботан! — Макс стоял рядом, тряся друга за плечо. — Ты что, уснул? — А? — Очкастый покрутил головой, приходя в себя, — В смысле? — Наконец-то ты проснулся — встретив усталый взгляд Ботаника ответил блоггер, — А то стоял тут минут двадцать, не отзывался. — Наверное я и вправду задремал, — вспоминая увиденное, задумчиво произнёс тот. — Всё уже закончилось, пойдём к Оливии? — Ага…