По инерции

Посидев еще немного на полу после ухода Малфоя, Гермиона наколдовала Патронуса и отправила его в дом Артура и Молли Уизли с оповещением о своем прибытии вечером. Она также попросила приготовить портрет Джинни к своему приходу. Закончив с этим, волшебница провела очередную диагностику Гарри и, не выявив никаких изменений, тяжело вздохнула. Затея с Джинни хоть и дарила надежду, но последствия могли быть крайне непредсказуемыми. Она до сих пор с содроганием вспоминала тот октябрьский сон, в котором она встретилась с искаженной частью души своего друга. Эти полные яда зеленые глаза вселяли леденящий ужас в её сердце даже сейчас, спустя почти два месяца. Гермиона схватилась за руку неподвижно лежащего Гарри и крепко её сжала, будто ища поддержки и защиты. А, может, прося его не быть тем, кого она так боялась увидеть снова. Даже во сне. — Просто знай, что я тебя не брошу. Я сделаю всё, чтобы спасти тебя, — слезы брызнули из её глаз, эмоции накрыли с головой. Она разрыдалась, как маленькая девочка, тоскуя по Гарри, оплакивая отношения с Роном, боясь реакции Джейн и семьи Уизли… Это всё было слишком для неё одной. Выплакавшись, Грейнджер почувствовала невероятную усталость и отдалась Морфею, сидя у кровати и держа Гарри за руку.

*      *      *

Очнулась Гермиона, уже лежа на кровати. Она резко села и поймала взгляд Драко, оторвавшегося от чтения книги. Мысль молнией озарила её голову, и сон мигом ушел. — Который час? — обеспокоенно спросила она. — Семь часов. Ты, наверное, голодна… — Вот черт! — вскочила Грейнджер, как ужаленная, и скрылась в ванной, хлопнув дверью. Драко лишь пожал плечами и вернулся к чтению книги. Через пару минут брюнетка вылетела из ванной и направилась к камину. — Отправляюсь к семейству Уизли, поговорю с ними и договорюсь с Джинни насчет проведения ритуала. Думаю, я недолго, успею вернуться до твоего отхода ко сну, — на ходу бросала волшебница, ощущая некое дежавю. Вот она уже, как вчера, стоит в камине с горстью порошка в руке и тонет в серых радужках мужчины напротив. А он снова смотрит на неё с некой обеспокоенностью и слишком внимательно, как для просто знакомого детства. — Ты уверена, что готова к этому разговору? Её губы дернулись в нервной улыбке. — Я даже рада, что отрубилась на весь день. Сейчас я еще даже до конца не осознаю, что происходит. Драко улыбнулся её словам. — Жду тебя через час, — бросил он как бы невзначай, когда она уже выкрикнула «Уизли-хаус» и её начало затягивать в трубу. Резкая смена обстановки: в ушах еще звучали слова Драко, а перед лицом уже возникла Молли Уизли, спешащая обнять её. Несмотря на развод с Роном, отношение его родителей к ней не изменилось. «Ну ничего, мы это сейчас быстренько исправим», — саркастичный голосок внутри неё ехидно засмеялся. Но, на удивление, в её душе царил полный штиль, ведь самое трудное — разговор с Роном — уже было позади. — Дорогая, как я рада тебя видеть! — крепко обняв Гермиону, Молли окинула её скептическим взглядом. — Святой Мерлин, как ты исхудала, милая! Та лишь слабо улыбнулась и поприветствовала Артура, вошедшего в комнату с портретом Джинни в руках. — Молли, Артур, могу я поговорить с Джинни наедине? Это связано с моей работой и разглашать информацию мне нельзя. — Погоди, Гермиона, хотя бы объясни, почему тебя разыскивает Министерство? — вопрос Артура застал её врасплох. — Понимаете, я… — она никак не могла придумать достойную причину, чтобы не выдавать правду, но к ней на помощь вдруг пришла Молли. — Дорогой, ты ведь знаешь, какие люди работаю в Министерстве! Это ведь наша Гермиона, не устраивай ей допрос, — она начала выталкивать своего мужа с комнаты, при этом тепло улыбаясь Грейнджер. — Но я ведь тоже раньше работал в Министерстве! — возмутился было Артур. — Вот и хорошо, что уже не работаешь, — отрезала Молли, закрывая за ними дверь, а Гермиона сразу наложила Чары Тишины и повернулась к портрету, накрытому гобеленом. Отдернув ткань, она столкнулась взглядом с Джиневрой и замерла. — Гермиона, — мягко поприветствовала её рыжеволосая девушка на портрете и тепло улыбнулась. Её лицо будто сияло изнутри: чем большая часть души была в свое время привязана к портрету, тем более живым было изображение человека. Это же указывало и на уровень мастерства художника. — Привет, Джинни. Я пришла к тебе за помощью. Вернее, помощь нужна не мне, а Гарри. В глазах Уизли промелькнула тревога. — Я чувствую, что ему сейчас очень плохо. Ты думаешь, я могу ему как-то помочь? — с надеждой спросила Джинни. — Да, это возможно. — Тогда чего же мы ждем? — хлопнула в ладоши рыжая. — Для проведения ритуала нам нужна будет Полумна. Она установит связь между твоей душой и душой Гарри. И тогда ты сможешь выйти с ним на контакт и узнать, что происходит. На данный момент он находится в некой коме, и мы никак не можем привести его в чувства. — Хорошо, я поняла, — с готовностью кивнула Джинни, её взгляд выражал решительность. — Я пошлю Луне письмо прямо сейчас, чтобы завтра вечером уже провести ритуал, — Гермиона быстро набросала пару строк и отправила их с семейной совой Уизли, которая была, кажется, бессмертной, но для которой каждый полет мог оказаться последним. — Будем проводить ритуал в подземельях Хогвартса. Тебе нужно будет прийти в портрет профессора Снейпа, он откроет тебе доступ по такому случаю. — Хорошо, снова кивнула Джинни. Уловив смятение на лице Гермионы, она спросила: — Ты хочешь мне еще что-то сказать? — Да, есть кое-что, о чем я хотела рассказать. Не только тебе, но всей вашей семье. Гермиона сняла заклинания и, открыв дверь, позвала чету Уизли. Вошедших она пригласила присесть на диван, а сама заняла кресло напротив, сцепив руки в замок и пытаясь настроиться на предстоящий разговор. Никто её не торопил. — Хочу вас сразу попросить об одном: что бы вы сейчас не узнали, пожалуйста, не отвернитесь от Джейн! Она вас очень любит, и ничто этого не изменит. Не делайте ей больно своей холодностью. Все трое недоуменно переглянулись и направили свои непонимающие взгляды обратно на Гермиону, молча ожидая объяснений. Та глубоко вдохнула и принялась за рассказ.

*      *      *

— Ужин уже давно остыл, могу разве что попросить чашку чая у домовиков, — сонно пробормотал Малфой, потирая глаза и зевая. — Я не хочу есть, спасибо, — безжизненно ответила Гермиона, с трудом переставляя ноги по направлению к выходу. Драко преградил ей путь и хмуро взглянул в её глаза. — Всё настолько плохо? Предательские слезы заволокли её взгляд, плечи содрогнулись. Она ощутила, как руки Малфоя подвели её к креслу, мягко надавили, заставив сесть, и исчезли. Она услышала тихий хлопок, шепот мужчины, вновь хлопок. Спустя пару минут новый хлопок, а через секунду аромат ромашкового чая заполнил собой её легкие. — Пей, — протянул ей чашку Драко. Гермиона приняла её из его рук, благодарно кивнув. — Что-то, Грейнджер ты напрочь расклеилась последнее время, — протянул Малфой, почесав затылок. — Понимаю, у тебя не самый легкий жизненный период, но это совсем на тебя не похоже. Гермиона шмыгнула носом и с любопытством взглянула на зельевара. — Откуда тебе знать, что похоже? Драко фыркнул. — Даже без части воспоминаний мне хватает данных. Ты ведь далеко не загадка, Грейнджер. Я тебя читал, как раскрытую книгу. Всегда. Нет, вру. До конца третьего курса мне не было до тебя никакого дела. Я просто не обращал на тебя внимания. Но твой хук правой кардинально изменил ход событий. Они оба улыбнулись, вспоминая события того времени. — Когда мы встречались, ты рассказывал, что был некоторое время влюблен в меня. — Да, на четвертом курсе, — подтвердил Малфой, не чувствуя ни капли смущения. А вот щеки Гермионы заалели, что вызвало в нем теплое ощущение в области сердца. — Тогда-то я и начал присматриваться к тебе повнимательнее. Я быстро разглядел твою невероятную храбрость, силу воли, км, смекалку. Я, можно сказать, восхищался тобой. Но отец быстро напомнил мне, кто есть кто в этом мире, как только уловил мое отношение к тебе. Гермиона опустила взгляд в чашку, Драко прокашлялся, возвращая их обоих в реальность. — В общем, ты очень сильная, Грейнджер. Поэтому видеть тебя такой кажется чем-то неправильным. Женщина горько улыбнулась. — Вот и Гарри с Роном всегда видели во мне сильную. А я ведь всего лишь девушка. Я и есть слабая… «И ты меня когда-то видел и принимал слабой», — печально добавила она про себя. — Я не то имел в виду. Я про твой характер говорил. Ты в трудные минуты умела быстро принимать решения, была смелой, твердой… — Видимо, это всё просто слишком для меня, — пожала плечами Гермиона, качая головой. — Знаешь, мне ничего не хочется делать. Просто хочу пустить всё на самотек. Возможно, из-за того, что не хочу наделать новых ошибок. Ведь ты видишь, к чему привела моя решительность и смекалистость. Тогда мне казалось, что я поступаю правильно, но сейчас… Я такая дура, такая эгоистка… Новый приступ рыданий сжал её горло, прерывая поток речи. Она закрыла глаза. — Ты во всем права, Гермиона. Не буду отрицать это, даже чтобы утешить тебя, — спокойно ответил Малфой. — Но не опускай руки. Прояви свою стойкость характера, прими последствия своей ошибки со всей храбростью. Ты ведь гриффиндорка, Салазар тебя дери! Последние слова вызвали у Грейнджер невольную улыбку. Она посмотрела на Драко раскрасневшимися от слез глазами с немой благодарностью. Мужчина на долю секунды замер, а затем отвел взгляд, в очередной раз прокашлявшись. — Так, что сказала Джиневра? Она поможет? — Да, конечно. Завтра вечером она придет в портрет Северуса, и Полумна тоже уже дала свой ответ: она выполнит ритуал. Ей даже не придется присутствовать лично, просто в условленное время она создаст связь. — Отлично! Одной проблемой станет меньше, — кивнул в сторону тела Гарри Малфой. Гермиона не разделяла его энтузиазма, и зельевар вопросительно поднял правую бровь в позаимствованном у крестного жесте. — Я ведь рассказывала тебе о моем сне, помнишь? — Драко утвердительно кивнул, немного нахмурившись. — Я боюсь, что эта темная часть души не даст нам связаться с Гарри. Вполне вероятно, именно она и держит Гарри в западне. И в таком случае последствия могут быть самые непредсказуемые. Драко задумался. — Мы наложим всевозможную защиту на кабинет, самого Поттера и нас. Если что-то пойдет не так, мы сразу прекратим ритуал. Если вылезет альтер эго Золотого Мальчика, я с ним справлюсь, — уверенность Драко, с которой он говорил, вселила в Гермиону спокойствие. Ей хотелось верить его словам, ведь она бы не смогла причинить вред Гарри, и дело далеко не в её магических способностях. — Оставь это мне, хорошо? Она кивнула в ответ и допила чай. На душе стало немного легче. А вот на лице Драко она заметила задумчивое выражение. — Тебя тоже что-то тревожит? — Я последнее время всё чаще думаю о том, как это было у нас. Гермиона поняла, о чем идет речь, но отвечать не спешила: вопроса в его интонациях не было, Малфой просто рассуждал вслух. — Эта связь между нами, она как-то влияет на меня. Я на уровне тела чувствую связь с тобой. И это выбивает почву из-под ног. Я ощущаю непонятные мне порывы: успокоить тебя, обнять…поцеловать, — он запнулся, но не дал смущению остановить себя. — Это дико для меня, Грейнджер. — Понимаю, — тихо ответила Гермиона. — Чего же ты хочешь? — Не вижу другого выхода, кроме как вернуть свои воспоминания, — развел он руками. — Так я хотя бы буду понимать, откуда во мне всё это, почему моё тело так реагирует. Разобравшись, я уже смогу обдумать ситуацию. — Хорошо, восстановлю твои воспоминания после ритуала: мне нужно будет затратить много энергии, а сейчас у меня просто не хватит сил для этого… Пожалуй, пойду спать. Они поднялись одновременно, но Драко устремился к полкам с зельями и нагнал её у двери, протягивая флакончик. — Сон без сновидений. Уверен, тебе не помешает. — Спасибо тебе, Драко. Не знаю, в который раз это говорю, но спасибо, — Гермиона искренне улыбнулась и повернулась к двери. — Спокойной ночи. Её левую руку, сжимающую флакончик, обхватили за запястье теплые длинные пальцы и потянули назад, заставив обернуться. Малфой, прикрыв глаза, дотронулся губами её запястья и в тот же миг отпустил, будто очнувшись от наваждения. — Ни слова, Грейнджер! Спокойной ночи, — отчеканил мужчина и быстро скрылся в своей спальне, хлопнув дверью. Гермиона приложила руку к месту на котором был запечатлен легкий поцелуй, и с застенчивой улыбкой направилась к себе в комнату.