Event Horizon

Люк не покидал своего укрытия, чем злил своего племянника еще больше. Бен был оскорблён до глубины души его пренебрежением, отчего не мог долго усидеть на месте. Молодой джедай часто поднимался, расхаживая из стороны в сторону, пытаясь тем самым немного успокоиться. Но не выходило. Прокручивая в голове всё произошедшее за последний день, он еще больше злился на слова дяди. Начало смеркаться, и только тогда Бен ощутил, как сильно устал. Из-за путешествий из сектора в сектор он потерял счет времени, отчего невозможно было вспомнить сейчас, когда он спал в последний раз. Может, двадцать часов назад, может, больше. Но если он уснет, Скайуокер может незаметно улизнуть. Джедай обошел хижину, в которой спрятался дядя, отмечая, что, помимо входа, есть еще совсем маленькое окно, даже голова не пролезет. Накинув на голову капюшон, Бен сел на порог, прислоняясь к стальной двери. Как только та откроется, неважно в какую сторону, он тут же проснется. Мужчина закрыл глаза и буквально в следующий миг потерял связь с реальностью. — Рен! — Резкий звук ударился о стены шахты, заставив его замереть на месте, а затем эхом разнесся по огромному пространству. Он медленно повернулся туда, откуда донёсся знакомый до боли голос. На том конце моста стоял Хан Соло. Человек, который в прошлой жизни был ему отцом. Мужчина тем временем медленно двинулся ему навстречу. Постаревший, но все такой же осанистый. Он поймал себя на мысли, что рассматривает его, отмечая изменения, и это разозлило его. — Сними эту маску! — В тоне мужчины слышался приказ. И это еще больше взбесило его. Он больше не Бен Соло, не маленький мальчик, от которого отец может требовать послушания на правах родителя! Да и тогда он не имел никаких на это прав. Хан Соло — худший отец, которого можно себе вообразить. Лучше не иметь никакого. Но сейчас — спокойствие. Холодность. Безразличие. Нельзя выдать старому плуту своих истинных эмоций. — Она тебе не нужна. — Что ты думаешь увидеть, если я её сниму? — Лицо моего сына. Он горько усмехнулся про себя, но все же потянулся к заклепкам шлема… … — Ничего не поздно. Брось всё и пойдем со мной, — с жаром проговорил отец. — Домой. Я скучаю. «Дом», — сердце болезненно стукнуло при этой мысли, а искра света, что вновь вспыхнула в нём от слов: «мой сын жив», разгорелась, причиняя невыносимую боль внутри. Ту самую боль, от которой он пытался избавиться все эти годы. К горлу внезапно подступил горький ком, а на глаза навернулись слезы. Ему хотелось отрубить себе руку за проявление этих чувств, но тело предавало его. Диссонанс рвал его на части, и он, поддавшись слабости, произнес вслух: — Я разрываюсь. Я хочу быть свободным от этой боли. Вот поэтому он ненавидел Бена Соло и всё, что с ним связано, — тот слишком слаб и невероятно глуп, чтобы поверить в байки отца-контрабандиста о собственной значимости. Хан Соло, которого не было рядом в его детстве. Он ненавидел свое прошлое. Ненавидел за то, что оно всё еще живо в нём и выбирается наружу в виде позорных слез и дрожащего голоса. Но он больше не Бен Соло. Он — Кайло Рен, и он сильнее. И он всем докажет это. Нужно лишь только убить прошлое. И сейчас самый подходящий для этого момент. А если он не сможет… тогда он должен будет умереть сам. — Я знаю, что я должен сделать, но я боюсь, что у меня не хватит сил это сделать. — Он вновь озвучил свою мысль, совершенно не понимая, почему так поступает. Почему протягивает свой меч этому человеку. Когда нужно убить его. «Даже ты — Магистр Рыцарей Рен — не сталкивался еще с подобным испытанием», — резко звучит в его голове голос Сноука. Он четко слышит в нём насмешку. Испытание. Всего лишь испытание. Оно не может быть выше него. Он должен доказать Учителю, что Хан Соло действительно ничего не значит для Кайло Рена. Взгляд мужчины изменился — он осознал, что его ждет. В этот самый миг он активировал сайбер, пронзая Хана Соло насквозь. Бен резко открыл глаза, подавшись вперед корпусом. Стоявший напротив Чубакка, который до этого тряс его за плечо, пытаясь разбудить, тут же отпрянул. Глаза сына его погибшего друга были совершенно безумны. Бен Соло тем временем был уже на ногах. Он беспокойно крутился на месте, оглядываясь по сторонам. Его трясло крупной дрожью, сердце галопировало, а дыхание участилось. «Что это было? Что это было? — лихорадочно думал он. — Я убил отца? Я убил его?! Где я? Что происходит?» Кто-то очень сильный схватил его за плечи, вмиг заставляя замереть. Это был вуки. Он обеспокоенно поинтересовался, что случилось и в порядке ли он. Из уст мужчины вырвался судорожный выдох, полный облегчения. Он не убивал отца. Это всё не реально. Переполненный эмоциями, он обнял Чуи, чувствуя, что вот-вот расплачется. Он был уверен, что ничего кошмарнее смерти отца он больше не увидит. Но он ошибался. Еще большим кошмаром было наблюдать, как он сам вонзил отцу в грудь кроваво-красный клинок. Великан вуки по-отечески погладил его по голове, пытаясь, как в детстве, хоть как-то успокоить уже давно выросшего во взрослого мужчину человека. И хоть Бен Соло перестал дрожать, своим звериным чутьём он чувствовал, что его страх не отступил. Объятья внезапно прервались из-за появления двух странных существ. Бен пригляделся — это были какие-то рыбоптицы низкого роста, одетые в платья. Из их наряда джедай заключил, что это женщины. Скорее всего местные жительницы. В руках у них были короткие факелы, освещающие небольшое пространство вокруг них. Они что-то говорили на непонятном языке, явно обращаясь к ним. Как Бен не старался, он всё равно не понял, что те от них хотят. Жительницы тем временем перешли от слов к действиям, жестами показывая следовать за ними. Но долго идти не пришлось. Рыбоптицы привели их к двум хижинам неподалёку от хижины Скайуокера, приглашающе указывая войти. Бен невольно улыбнулся, он был приятно удивлен их гостеприимством. Сложив руки на животе, он почтительно поклонился этим амфибиям, выражая благодарность. Было решено, что Чубакка вернется ночевать на корабль, который оставил, отправившись на поиски друга, а Бен воспользуется приглашением и ляжет спать в отведенной ему хижине. Войдя вовнутрь, он обнаружил потрескивающие в центре поленья, свет от которых освещал аскетичное помещение. Точно также было и в его хижине на Явин-4. Лежанка располагалась у противоположной от входа стены и являла собой небольшое, узкое, но довольно высокое от земли строение из каменных блоков. На камнях лежали несколько сложенных кусков крупной ткани жесткого покроя. Бен расправил их и понял, что это своеобразное постельное бельё. Он застелил камни, затем, сняв верхнюю часть одеяния, оставшись лишь в одной свободной тунике, сделал себе подобие подушки. Сбросив сапоги, он сразу лег, накрываясь своим плащом. Несмотря на то, что лежать здесь, под крышей, да еще на какой-никакой постели было намного приятней, чем на улице, он не мог уснуть. Точнее, боялся. Боялся вновь увидеть, как убивает отца. Увиденное не отпускало его, заставляя мучиться: голова гудела от мыслей, которые он не хотел озвучивать себе. Джедай еще долго ворочался с боку на бок, но усталость все же взяла вверх, и он заснул. В этот раз без сновидений.

***

Кира скиталась по флагману Сноука, словно потерянная душа. Магистр не знала, что делать и куда идти. Жалящие слова Учителя эхом разносились в её голове. То, что он сказал… Означает ли это, что её обучению пришел конец? Она — его единственная ученица — подвела его. Разочаровала. И теперь она должна уйти, так и не завершив обучение? Вот её кара. Да, Верховный Лидер знал толк в наказаниях — ей совершенно некуда было идти. Не возвращаться же на Джакку. Она бы предпочла убить себя, чем вернуться туда, откуда пришла. С того момента, как Учитель отыскал её, она обрела цель, а её жизнь — смысл. Она отдала себя Тёмной Стороне, несмотря на страх и сомнения. И это было самым мудрым и правильным решением в её жизни — она выучилась искусству боя, познала пути Силы, что была скрыта в ней, побывала на многих планетах, наконец встретилась с родственником, хоть это и ослабило её. До сегодняшнего дня она ни разу не разочаровывалась и не задумывалась о правильности выбранного пути. Она следовала всем указаниям Учителя, но стоило ей впервые ошибиться, как он тут же оттолкнул её. Своими словами буквально перечеркнул шесть долгих лет её служения, обесценив их. Да, она подвела его, да, она заслужила наказания, но не такого… Кира буквально разрывалась от противоречивых мыслей. Годы учения и службы научили её никогда не сомневаться в справедливости решений Сноука. И она была преданна ему с того дня, как они встретились. Но обида, засевшая тяжелым камнем на дне желудка, заставляла думать, что Учитель обошелся с ней незаслуженно. Девушка всегда доверяла своим ощущениям, еще со времён жизни на Джакку, потому что те не врали, в отличие от Ункара Платта, Тидо, контрабандистов, что прилетали на заставу Ниима. «Может отправиться на Коррибан или на Мустафар?» — думала Магистр Рен. — «Я ничем не обязана Первому Ордену, я ученица Сноука, а не солдат. Будет ли мой уход расцениваться как предательство?» В этот самый момент её комлинк запищал. — Слушаю. — Магистр Рен? Говорит Капитан Фазма. У меня приказ Верховного Лидера показать вам флагман, включая ваши покои. — Прекрасно. Ну что ж, Сноук явно не хочет её отпускать. — Встретимся на капитанском мостике. Через двадцать минут. — Слушаюсь, мэм. Оказавшись в своих покоях, Кира тут же направилась в рефрешер, отпустив Фазму к Хаксу, который руководил атакой на флот Сопротивления. Прямо сейчас их истребители и дредноуты, пытаясь прорвать дефлекторы, бомбили вражеские корабли и крейсер мон-каламари, где находилась принцесса Органа — её тётя. Но Кире мало было дела до боевых действий, потому что там она точно была бесполезна. Она, конечно, хорошо летала, но сейчас у неё совершенно не было желания присоединиться к обстрелу кораблей и сбиванию Икс-вингов. Но, несмотря на своё равнодушие, Магистр поспешила отдать распоряжение о перевозке всех своих личных вещей из каюты «Добивающего», на случай если этот их холеный пилот Дэмерон захочет уничтожить и его. Фазма подробно рассказала ей о неприятном поражении во время атаки на Ди’Куар, которую Кира пропустила, ожидая аудиенции Сноука возле тронного зала. Хотела бы она посмотреть на лицо Хакса в момент, когда сопротивленцы разбомбили «Молниеносный». Когда девушка вышла из рефрешера, её вещи уже доставили. Дроиды как раз занимались их расставлением. Весь гардероб уже был там, где и ему было положено быть, в шкафу. Облачившись в своё одеяние, напоминающее ей её наряд мусорщицы, Кира сразу же легла в постель. Это был очень длинный день, а рана вновь начала болеть, так что она поспешила нырнуть в спасительное небытие. Ей вновь снился тот самый сон. Сноук встретил их в Замке Вейдера, когда они вернулись с рейда на Храм Джедаев Скайуокера. Самого мастера-джедая не оказалось в Храме, как и его племянника, а молодые джедаи — старшие ученики Скайуокера — не выдали их местонахождения. Перед её глазами всё мелькали картины убийства Ренами детей. Руки дрожали так, что пришлось их сцепить в замок за спиной, а к горлу подступила тошнота. Ей было трудно дышать. И новенький шлем, что по приказу Учителя был изготовлен специально для неё, был тут совершенно ни при чём. Она впервые видела убийство. И это потрясло её до глубины души. Девушка мысленно готовилась к наказанию. Ведь она не оправдала ожиданий Учителя. Она не смогла заставить себя убить ни в чём не повинных детей, а того, кого она действительно желала убить, не оказалось там. Учителю стоит лишь прочесть её мысли. Да и Рен всё ему расскажет. Он ведь столько ждал этого момента. Но этого не произошло. Ни Рен, ни остальные рыцари не выдали её. Сноук не полез в её голову, вопреки ожиданиям, а шлем хорошо скрывал её эмоции. Её затрясло, стоило ей только переступить порог своей комнаты. Трясущимися руками она еле сняла маску. В нос ударил смешавшийся с гарью запах крови, а в следующий миг её вырвало желчью на обсидиановый пол. Она принялась лихорадочно сдирать с себя впитавшую этот запах одежду, совершенно не обращая внимания на ожоги от светового меча, которые ей оставила та женщина-джедай. Безумно хотелось вымыться, а еще вырезать из мозга воспоминания об увиденном. Сердце грохотало как бешеное, отдавая шумом в ушах. По этой причине она не услышала, как в её покои кто-то вошел. — Я знал, что ты облажаешься, — послышался за её спиной голос Рена. Она вздрогнула, инстинктивно пытаясь прикрыться. К моменту, когда он окликнул её, верхняя половина тела уже была без одежды, остались лишь бинты, прикрывающие грудь. — Знал, что ты не сможешь убить. — Он приблизился, а Кира замерла, словно он обездвижил её Силовым захватом. — Я понял это сразу, как только увидел тебя. Отходящая от жара кожа покрылась мурашками. — Ты дрожишь, — заметил мужчина, подходя еще ближе. Кира чувствовала спиной жар его разгоряченного тела, но не смела пошевелиться, а язык будто присох к нёбу. — Ты была прекрасна в бою, я должен признаться. — Его голос стал ниже. — Но, когда ты боишься, мне нравится больше. — Он провел своими колючими пальцами по коже её спины, вдоль позвоночника. Она попыталась отстраниться, но его рука сомкнулась на её хрупком плече, удерживая её на месте. — Я мог рассказать Учителю о твоём позоре, — зашептал он возле её уха, обдав кожу своим горячим дыханием. — И он бы наказал тебя. Уж поверь. Но я не сделал этого. — Он поцеловал её там, где плечо переходило в шею. Кира задержала дыхание. — Потому что хочу тебя. — Вторая рука опустилась ей на живот, и в следующий миг он прижал её к себе, дав сполна ощутить своё желание. Она была девственницей, но это не мешало ей определить природу упирающейся ей в ягодицы твёрдости. «О нет!» — Она резко выдохнула. — Это будет твоей расплатой за моё молчание, а после ты и дальше сможешь играть себе в Магистра. — Он провёл языком от ключицы к линии челюсти. Кира смотрела перед собой и практически не дышала. Прикосновения Рена помимо страха вызывали непонятную реакцию в её теле, оно словно маялось ожиданием. Она никогда не испытывала ничего подобного, но и её впервые касается мужчина. — Я позволю тебе это… — Он прикусил её кожу под челюстью. — Если ты будешь отдаваться мне, когда я того потребую. Самое ужасное, что его прикосновения не были ей противны. Они не были грубыми, они были даже по-своему нежными, особенно если сравнивать с ударами, которыми он награждал её во время тренировок. Но всё равно, несмотря на всю чувственность, ей не хотелось этого. Этот человек несколько лет унижал её, с улыбкой наблюдая за тем, как её до крови избивает кто-то из младших Рен. Она ненавидит его. И его слова. Их смысл: он хочет сделать из неё свою рабыню в обмен на молчание. В обмен на позволение быть Магистром Рыцарей Рен. Только через её труп. Звание Магистра она еще заслужит. Она — кровь Вейдера, и она не позволит совать в себя член против её воли. Не позволит так касаться себя этому отбросу Галактики. — Моя маленькая Рей… Старое имя как триггер. В следующую секунду она отшвырнула Рена Силой, а после наклонилась к куче своей темной одежды в поисках меча, удерживая его на месте при помощи захвата. Активировав сайбер, она подлетела к мужчине, замахнувшись с намереньем отрубить руку, которой он касался её. Но в итоге замерла на месте с занесенным мечом. Из темноты на неё смотрели не голубые глаза, а карие. В красном свечении клинка она разглядела лицо Бена Соло. Мужчина сделал шаг вперед, хватая её за запястье и развернул спиной к себе, припав к её шее губами. Она выронила меч, забыв деактивировать его. Хватка Соло сразу же ослабла. Она сделала рывок, развернувшись к нему лицом, и в следующий миг ощутила его мягкие полные губы на своих. На этом волнующем моменте Кира проснулась. Девушка резко отрыла веки, чувствуя, как румянец заливает её щеки и шею. Мысли тут же отнесли её к недавней дуэли, где она ощутила вкус губ Бена Соло. Воображение дорисовало ей, как он охотно отвечает на её поцелуй. Сердце радостно отозвалось на эту фантазию, забившись быстрее. Пунцовая от смущения Кира прикрыла рукой рот, чтобы скрыть робкую и немного шокированную улыбку. «Я сделала это, чтобы отвлечь его», — сказала себе девушка, оправдываясь перед собой же. Только вот на фантазию у неё не было никакого оправдания, и объяснения тоже. Как и на то, почему она воскрешает в памяти только что увиденный сон. — Хватит! — громко произнесла она в воздух, чувствуя, как горят щеки, словно вся кровь прилила туда. Но проклятые мысли её не слушались, поставив на повтор момент из воспоминания об их настоящем поцелуе с еще более волнующей дорисовкой воображения. — Прекрати! Прекрати! — Она зажмурилась и затрясла головой, пытаясь прогнать видение, но улыбка всё равно выдавала её истинные чувства. В её жизни было так мало таких приятно волнующих моментов, что мозг тут же припал к этой эмоции, подпитываемой воображением, словно путник к воде посреди пустыни, когда с каждым глотком жажда лишь усиливается. Резким движением откинув одеяло, Магистр поднялась с постели, равнодушно отмечая, что они вновь перешли на гиперскорость, и принялась расхаживать по каюте. Она не могла припомнить, когда в последний раз чувствовала себя так. Да и чувствовала ли вообще? «Тепло», — тут же определила для себя Кира свои ощущения. Она была настолько окрылена этим чувством, что факт утраты дедовского шлема уже не огорчал её так сильно. Но произнесенные в тронном зале слова Сноука, грубо втиснувшиеся в её приятные мысли, вмиг заставили её успокоиться, лишив тепла. «Скайуокер жив. Семя джедаев живо». Её предназначение — убить Скайуокера. Уничтожить всех джедаев. А Бен Соло — джедай, и, если он откажется примкнуть к ним, она должна его убить. Она не должна чувствовать к нему вот это, названия чему у неё не было. Как только восторг отступил, она ощутила неприятное жжение в ране. Кира обратила внимание, что повязка, которую она наложила себе вчера после душа, уже пропиталась кровью. Переодевшись, она покинула свои покои и направилась в командный медотсек, располагающийся на том же уровне. Прохладный воздух флагманских коридоров приятно охлаждал разгоряченные румянцем щеки, потихоньку возвращая её коже прежний оттенок. К облегчению Киры Рен в медотсеке никого сейчас не оказалось, кроме дроидов. Она заняла самое дальнее от входа кресло и потребовала у куска железа быстро сменить бинты на свежие. Машина тут же принялась за дело, пока девушка неотрывно глядела на вход, готовая отшвырнуть Силой любого, кто появится там. Тем временем на Ак-То наступил рассвет. Солнечный свет проник в хижину, где спал Бен Соло, через маленькое окошко, упав ему на лицо, вырывая из сна. Мужчина медленно разлепил тяжелые веки и протяжно выдохнул. Уже утро. Казалось, что он не проспал и часа. Глаза сами закрывались, организм требовал поспать еще, и джедай был очень близок к тому, чтобы сдаться. Но он не мог. Он обязан поговорить с Люком. Он должен привезти его к матери. Нехотя Бен поднялся, но так и продолжил сидеть на лежанке, опустив ноги на пол. От сна на камнях у него затекли все мышцы. Если он останется тут еще на одну ночь, он точно будет спать на полу. Соло зевнул и растер глаза, пытаясь прогнать остатки сна. Как только меддроид покончил с перевязкой, Кира резко запахнула чёрный дублет, пытаясь застегнуть тонкую молнию, негодуя. Из-за ранения пришлось отказаться от прежнего многослойного одеяния, включая облегающий костюм из спандекса. И сейчас, застегивая дублет, под которым ничего, кроме белья не было, она чувствовала себя практически голой. В момент, когда замок достиг впадинки её шеи, все звуки резко пропали, заставив Магистра замереть. Тоже самое произошло и с Беном — внезапно наступила какая-то неестественная тишина. Каждый из них уловил чужое присутствие. Джедай нахмурился, пытаясь понять природу этого явления, когда Кира беспокойно завертела головой, ожидая появления проекции Учителя. Степень её шока нельзя было измерить, когда вместо Сноука перед девушкой возник Бен Соло. Она была настолько поражена, что была не в состоянии контролировать свою мимику. Увидев на другом конце хижины сидящую с открытым ртом Киру Рен, Бен задержал дыхание. Несколько секунд они ошарашенно глядели друг на друга, пока джедай не опомнился, и выхватив из кобуры бластер, не выстрелил в грудь девушке. Кира подпрыгнула на месте, громко выдохнув, а затем инстинктивно посмотрела туда, куда должен был угодить бластерный заряд, стой Соло перед ней наяву. Когда она подняла голову, мужчина уже исчез. Бен недоумённо разглядывал дыру, проделанную выстрелом, пытаясь собраться с мыслями. После он вскочил и, кое-как надев сапоги, выбежал наружу, на полном серьёзе предполагая, что Рен сбежала туда. Магистр быстро покинула медотсек, глядя по сторонам. Ощущение чужого присутствия до сих пор не отступило, несмотря на то, что звуки вернулись. Бен метнул быстрый взгляд на хижину дяди, выискивая темную фигуру, а затем его вновь окутала звенящая тишина. Он понял, что Кира стоит за его спиной. Так оно и было. Как только джедай повернулся к ней лицом, Кира выбросила вперед руку, властно произнеся: — Ты приведешь ко мне Скайуокера. Бен Соло выгнул бровь, не переставая сверлить её гневным взглядом. Девушка тем временем медленно опустила руку, от осознания собственной глупости у неё заходили жевалки. — Ты заплатишь за то, что сделала, — ядовито произнес джедай. Наверняка он имел в виду убийство Хана Соло, но на маленькую долю секунды Кире показалось, что он говорит о том поцелуе. Поток её мыслей направился совершенно не в то русло. — У тебя уже был шанс, — холодно ответила ему девушка. При воспоминании о поражении щека Бена дернулась. — Ты можешь видеть моё окружение? — Она обернулась, посмотрев через плечо. — В следующий раз моя рука не дрогнет, уж поверь. — Твоего я не вижу. — Она проигнорировала его слова. — Только тебя. Разгневанный, он не обратил внимания на особую интонацию, с которой она произнесла последние слова, как и на блеск глаз. Вдруг, словно сквозь плотную толщу воды, он услышал, как с металлическим лязгом открылась дверь. Бен в ужасе обернулся к дяде, который появился, как ни в чем не бывало; он хотел крикнуть ему, чтобы спрятался, но старый джедай смотрел перед собой, явно не видя девушку. Её слова мгновенно обрели смысл: она тоже не видит его. Он вновь посмотрел на неё, отмечая подозрительный прищур. — Скайуокер? Выражение его лица было красноречивей слов. Последним, что Бен Соло увидел перед тем, как девчонка исчезла, была её довольная улыбка.