Цири. Королевский обман

Ге’эльс стремительно шёл в сторону дворца. Ночью он заметил странную активность магических полей — такое было однажды, перед самым сопряжением сфер. Но с чего бы сейчас этому происходить? Миры нестабильны — это факт, но никаких предпосылок к новому сопряжению не было. Следовало всё проверить и доложить Кревану и Совету уже полную информацию, в таких делах полагаться на интуицию было бы глупо. Из размышлений Ге’эльса вывели девичьи смешки. Он раздосадовано обернулся в сторону звука, уже будучи на широкой лестнице, ведущей на террасу дворца, и замер от увиденный картины. Ласточка удалялась в сторону водопада, а за ней, будто прогуливаясь, шли три благородных эльфки. Они довольно громко обсуждали короля, его личную жизнь и саму Ласточку, прибавляя к её имени нелицеприятные и иногда оскорбительные эпитеты. Ге’эльс нутром почуял, что Ласточка слышит их — она слишком сильна, чтобы не услышать, и слишком умна, чтобы не вступать из-за этого в перепалку. Он прикрыл глаза, выдохнул и спустился вниз, чтобы пересечь цветущий луг и остановить это непотребство. Они, посмеиваясь, склонились перед ним. Ге’эльс ответил гробовым молчанием, ожидая, когда Ласточка уйдёт подальше. Да, он презирал её, как любую Dh’oine, но и позволить кому-то вот так издеваться над ней… Будто короля недостаточно! Aen Elle сами призвали её на помощь, это отчасти была и его идея… и кем они будут теперь, в глазах предков, если позволят себе такое к ней отношение? — Thaess aep, — прошипел он. — Сколько угодно можете ненавидеть её, но она ваша королева, хотите вы того или нет. — Да, ладно, она же… — выступила самая дерзкая. — Молчать! Вы и мизинца её не стоите. И знайте, что оскорбить её, значит оскорбить короля, а оскорбить короля, оскорбить народ, — Ге’эльс посмотрел дерзкой в глаза и ухмыльнулся. — А если это вас не убедило, дерзайте. Дерзайте! И посмотрим, что может разгневанная Ласточка сделать с такой, как ты. Эльфки переглянулись, скривились и гордо прошествовали мимо него в сторону дворца. А он остался, раздумывая над тем, зачем они позволяют гостям жить во дворце после торжеств так долго.

***

Цири держалась из последних сил и почти поблагодарила Мелитэле, когда Ге’эльс остановил преследующих её девушек. Отойдя от них на приличное расстояние, она сорвалась с места и побежала, куда глаза глядят. Как будто мало было ей равнодушия Аваллак’ха, мало было короля, ещё и эти внесли свою лепту. Лара… Лара… Лара… Да, ей никогда не сравниться с Ларой, потому что она вообще не Лара. Она Цири! Цири! Цири споткнулась и упала на колени в высокую траву — совсем рядом гулко шумел водопад. Цири оказалась на поляне у глубокого ущелья, в который из лесной реки падали потоки воды, на другой стороне ущелья в тумане тускло проступали эльфские дома. — Проклятье! — она ткнула кулаком в землю. Не помогло. Рыдания рвались из груди, и Цири позволила им вырваться и слиться с шумом водопада, позволила себе выплакаться, выстрадать всё наболевшее. Потом она долго осматривала это место, ходила, всхлипывая, приходя в себя, затем выхватила меч. О, с каким бы удовольствием она раскрошила сейчас этим мечом какого-нибудь монстра, но здесь их не было, и оставалось бить в пустоту, отрабатывая приёмы. Позже, измотав себя тренировкой, уставшая и довольная, она прогулялась до леса, вошла в него и поднялась немного вдоль реки. Прохладный ветер обдувал лицо, возвращаться не было никакого желания. Она прошла ещё и наткнулась на интересное место: рядом с рекой был своего рода каменный бассейн, в который по природным ступеням стекала вода, — было похоже, будто духи леса устроили себе купальню. В воде плавали сухие листья, но сама вода была чистая и прозрачная до самого дна. День близился к вечеру, в лесу становилось прохладно и темно, но Цири не собиралась уходить. Она села у воды, обняв колени руками, и стала вглядываться в воду. В голове было тихо и пусто. — Zireael! Цири! Цири вскочила на ноги. Она не заметила, сколько минуло времени, но на небе уже ярко сияли звёзды, отражаясь в воде. — Цири! — из-за деревьев вышел король и с облечением прислонился плечом к ближайшему стволу. Было видно, что сюда он бежал. Цири вдруг поймала себя на мысли, что ждала не его. Если даже король так обеспокоился её отсутствием, то почему Аваллак’х нет? — Какое облегчение, что ты в порядке, — король выдохнул и, преодолев оставшееся расстояние между ними, крепко обнял её. — Я чуть с ума не сошёл, Цири. Ты свободна, но, пожалуйста, предупреждай, куда идёшь. — Какая разница! — Цири обиженно оттолкнула его от себя. — Какая разница?.. Que suecc’s, Zireael? Я не… — он попытался снова обнять её, — это из-за нашей встречи утром? Я объясню… — Не вздумай! — она выхватила меч, и он чудом уклонился. — Где Аваллак’х? Я хочу поговорить с ним! — Зачем? — Он мой друг, единственный в этом месте, — сказала Цири и вдруг испугалась, что с ним что-то случилось. Что если… Король приподнял уголок губ и сказал, подтверждая худшие её догадки. — У королевы не может быть друзей-мужчин, ты должна это понимать, Цири. Меч дрогнул в её руке, и король, осторожно опустив его вниз, провёл пальцами по гладкой поверхности лезвия до рукояти, где мягко, но настойчиво заставил пальцы Цири разжаться. Его маска сверкнула призрачным светом ночи. — Что ты сделал? — голос внезапно изменил Цири. Его глаза под маской хитро улыбались. — Ничего. Ничего из того, что ты могла себе надумать. Идём во дворец, — он вложил её меч в ножны и взял за руку, но Цири отдёрнула её. — Не трогай меня! Я никуда не пойду! Король обернулся. — Цири, не глупи. Если это из-за утренней встречи, я же сказал… — Да плевать мне! Он тяжело вздохнул и снова потянулся к её руке, она отпрянула и отошла на несколько шагов. — Zireael, ночью в лесу опасно. Прошу тебя… — Опасно? — она зло усмехнулась. — Тебя я больше боюсь, а для какой-то там мифической опасности у меня есть меч. — Цири! — он подошёл к ней, и в глазах его сверкнула решимость. — Или ты боишься, — бесстрашно продолжила она, — что ваша всеобщая подружка выйдет из могилы и увидит тебя со мной? — Что? — не понял король. — Лара! Лара! Заменой которой я являюсь для всех. Ваша достопочтенная драгоценная Лара, в которую, похоже, влюблены все высокородные Aen Elle, а, может быть, и… — она не договорила. От звона пощёчины с деревьев взлетели несколько спавших до этого птиц, и Цири схватилась за щёку. Доля секунды ей потребовалась, чтобы осознание произошедшего сменилось вспышкой ярости. Цири хотела взять меч, но король ловко предотвратил её попытку, и тогда она кинулась на него с кулаками. Они вступили в короткую схватку, в которой ему предстояла нелёгкая задача обезвредить, но не навредить. А вот Цири как раз навредить хотела. — Я для вас никто! Единственный раз я доверилась Предназначению, и что? Что? Я снова там, где и была. Подстилка короля! Материал для осуществления эльфской мечты! — кричала она, нанося удары. — Ты моя королева... — Я её тень! Она довольно болезненно несколько раз ударила его в челюсть и, в конце концов, вывела его из себя. — Hen Ichaer горячая кровь на мою голову! — прошипел он после очередного удара, потом извернулся и, подхватив её на руки, понёс к воде. Пытаясь вырваться, она кричала и била его, но он был сильнее. Король вошёл в воду по пояс и нырнул вместе с ней. Здесь было не глубоко, поэтому, окунувшись с головой, они почти сразу смогли найти опору и встали — вода доходила им до груди. Цири вынырнула, хватая ртом воздух от холода и нехватки кислорода, откинула мокрые волосы и смахнула воду с лица. — Ты ненормальный… — произнесла она, подхватывая ускользающие с волос украшения. — Ты успокоилась? — серьёзно спросил он, и Цири снова показалось, что в его голосе звучат знакомые нотки. — А теперь выслушай меня! — король взял её за плечи для пущей уверенности. — Лара была важна для моего народа, а для некоторых из нас особенно. Это правда… — Цири дёрнулась в его руках, но он удержал её. — Дослушай. Но ты не она и никогда не будешь ей… — король тяжело вздохнул, собираясь с силами, — никогда не будешь ей в моём сердце, — его руки скользнули по плечами и обняли её лицо. — Я люблю тебя, тебя, полукровку, наследницу великих королей Aen Seidhe и Ласточку, потомка великой Лары. Потомка, величие которого столь же неоспоримо. Я люблю тебя, мою королеву, женщину, что зажгла свет в моём сердце после столетий тьмы... Цири сглотнула и встретила его взгляд. — Кто ты? — прошептала она. — Король, которого избрал совет Aen Elle, — так же тихо ответил он. Деревья над ними шуршали от ночного ветра, поверхность воды отражала их силуэты на фоне звёзд. — Мы встретились первый раз только вчера... как ты можешь меня любить? — её губы едва шевелились, и он, обратив на них внимание, едва уловил суть её слов. — Понятия не имею, — ответил он за миг до поцелуя. Вчерашняя страсть вспыхнула с новой силой, вода перестала быть холодной, да и весь мир словно изменился, сузился до них двоих. Целуясь и раздеваясь, они отошли к краю водопада, бросили одежду на берег, не отрываясь друг от друга, и устроились у каменного выступа. — Доверься мне, доверься мне, — прошептала Цири, когда он усадил её на выступ и стал целовать грудь. Цири потянулась к маске и тут же ахнула, потому что он опустился ниже и коснулся языком её клитора, одновременно с тем проникая пальцем в неё, находя такие чувствительные места, что сознание растворялось в удовольствии. — Нет, — он добавил ещё один палец и взглянул на неё снизу вверх, — я скажу тебе, когда буду готов. Сейчас точно не время для этого… — А когда… — Цири, — он улыбнулся и снова коснулся языком её клитора. На этот раз его язык стал действовать синхронно с пальцами, так что очень скоро Цири забыла обо всём, кроме своих ощущений. Её стоны срывались в ночь, и он наслаждался ими, наслаждался тем, какую власть имеет над ней, забывая, что её власти над ним в разы больше. Что одним только взглядом она может убить и помиловать его. Когда её тело содрогнулось, выпуская накопившееся напряжение, а волны удовольствия отразились в её глазах сладкой поволокой, он встал и какое-то время целовал её ноги, бёдра, живот и грудь, не отпуская ни на миг. А когда она, счастливая, хотела поцеловать его, он потянул её в воду и усадил на себя, входя сразу на всю длину. Цири ахнула, обхватила его за плечи и сжалась вокруг него так, что он едва не кончил в тот же момент. — Цири… — к своему изумлению, он почти выстонал её имя и, не в силах больше продолжать эту сладкую пытку, вынес её из воды и уложил на траву, лишь на мгновение для удобства покинув её лоно и снова погружаясь в неё до основания. — Моя… моя… — шептал он, теряя контроль и себя в ней. Цири обхватила его ногами, прижалась к нему — её громкие стоны приносили дополнительное удовольствие, но он вдруг подумал, что их могут услышать и прервать, поэтому закрыл ей рот ладонью и прошептал. — Тише, тише, моя девочка… И добился совершенно противоположного эффекта. Цири выгнулась под ним, и стала вскрикивать от удовольствия так, что их должно быть услышали эльфы по другую сторону ущелья. Но он уже не мог ничего с этим сделать и не хотел. Они отдались страсти, растворяясь друг в друге, и их сердца бились как одно сердце, дыхание было единым дыханием, а любовь одна на двоих.