Подмена...

***

Узумаки подсаживается поближе к краю, свешивая коленки. Пальцы, в красноватых пятнах, в разводах краски, синтетической, удачно спертой со склада. Внешний мир, открывшийся глазам, со скалы Хокаге, молчал, словно неподвижный и равнодушный ко всему, застывший в своем величии и непоколебимой гордыне. Высокие, многовековые древесные гиганты, повидавшее не оно поколение людей, распластались по территории деревни, погружая поселение в приятную тень. Лишь несколько солнечных лучей проникали сквозь густую листву, оставляя на промокшей земле золотые нити. Подняв взгляд на пепельное небесное полотно, джинчурики почувствовала, как прохладный, приятный порыв ветра взъерошил, непривычно длинные, волосы. Встряхнув головой, избавляясь от хандры, оплетающей тусклой паутиной мозг. Кажется, что кто-то, хохоча, нашептывает ей что-то страшное, несвязное. Просто возникает желание убить всех вокруг, чтобы не отравляли ей жизнь одним фактом своего существования. Хочется выть, напиться и отыскать тот недостающий кусочек в жизни, чье отсутствие не дает спать по ночам. Уставший Курама продолжал дремать в золотой клетке…. Наруто вздрагивает, когда чувствует как кто-то устраивает свой подбородок на ее плече. Оборачивается и встречается с изумрудными глазами Харуно. Длинные пальцы девушки по привычке проводят по лицу блондинки, стирая с щек капли краски. Настроение Сакуры последние две недели были совершенно не к черту. Розоволосая начала замечать, как все буквально стало валиться из рук, и даже на мгновение чудилось, что куноичи вот-вот упустит что-то важное. И этим важным оказался дорогой сердцу команды Умино. Никому из них не хотелось верить в то, что первое мнение сложившееся о преподавателе, было ошибочным. Нынешний Ирука мог только догадываться, насколько, он мог бы быть любим для них.

Насколько обожаем Наруто...

— Пиздец, — качает головой Учиха, вынимая из кармана форменных брюк старый портсигар и недолго думая, закуривает. Никотин неприятно обжигал, дым заслонял непривычные к отраве легкие. Долгоденствие в этом фальшивом мире с каждым встречным человеком теряло свои краски. — Даже почва здесь пахнет иначе, Парень стряхивает пепел с сигареты, присаживаясь на корточки рядом с подругами. Легкая серая масса незамедлительно развеивается на ветру. А ведь жизнь чуялась в каждом шелесте листвы, в запахе примятой земли, в каплях дождя. На юношеском лице не проскальзывает не одной эмоции. Даже вполне себе живые родственники, не придавали дням чего-то положительного. Потушив сигарету, примял окурок ботинок. Разве можно ждать чего-то положительного от чужих людей с остывшими лицами любимых. Брюнет переводит взгляд на девчонок. Сакура продолжала обнимать Наруто, обвив руками шею последней. Непривычно их было видеть такими близкими в таком возрасте. Учиха моргнул, на секунду задумавшись о том, что девчонки могут и оказаться плодом его больного рассудка, и он сейчас стоит посреди распаханного техниками поля совершенно один, а богиня глухо смеется надо ним, наблюдая за открывшейся картиной. Но они не исчезли. И это радовало. — Пора уходить, трехсот пятидесяти метрах от нас отряд из пятерых Шиноби, — едва слышно произносит розоволосая, утыкаясь носиком в бледную девичью подруги. — Видимо отряд АНБУ, любимый, узнал среди них старшего брата? — Не хочу с ним пересекаться, — парень невесомо целует Харуно в висок, беря в руки ведра с краской. Кисточки давно были ликвидированы, Узумаки. Хоть что-то теперь эту деревню будет украшать. — Пойдемте, перекусим, я слышал, старик Теучи превзошел себя. — Рамен, даттебайо!

***

Он был таким же, каким они его запомнили перед его смертью. Стандартная форма, потрепанный жилет, взъерошенные серебряные волосы, что так идеально сочетались с темными глазами и неисправимая маска на лице. Мужчина с виду был немного уставшим, а взгляд отстраненным от всего окружавшего мира. Сакура замирает посреди ресторана на месте, немой фарфоровой куклой. Она отчетливо чувствует, как по виску скатывается капля пота, слышит свое прерывистое дыхание и прилагает немалое усилие, чтобы унять дрожь в коленях. Сердце пропускает несколько ударов и падает мертвой птицей в пропасть, когда розоволосая слышит раздающиеся крики за спиной. Разворачивается на пятках, встречаясь с испуганными глазами джинчурики. По отстроенному помещению раздается режущий уши звук, разбивающийся посуды… Выронив чашку с драгоценной лапшой из рук, в ужасе распахивает глаза Наруто. Девушка едва не оседает на пол, взгляд цепляет оранжевая книжечка в руках Хатаке. Прямое творение ее крестного…. Не сумев сдержать нахлынувших эмоций, она всхлипывает, срывает горло и крепко цепляется ладонью за угол металлического столика. — Хай, — мужчина с недоумением бросает взгляд в сторону человека, отвлекшего его от прочтения любой постельной сцены, а после неожиданно для себя нервно передергивает плечами. Бережно убирает литературу в кармашек формы, обводит взглядом представшую перед ним троицу. Дочка сенсея, младший сын Фугаку и Харуно, которую многие пророчили ему в ученики. — Что у вас произошло детишки? Наруто, ты чего ревешь? Какаши кладет ладонь на светлую макушку, как когда-то так делал ее отец. Пытается этим мимолетным движением успокоить блондинку, но самого пробирает дрожь, а в душе разливается необоснованная тоска. Джонин переводит взгляд в сторону, Харуно стояла в всего пол шага от него и даже никак не реагировала на происходящее. Розоволосая девочка, застывшая на месте, казалось, сама едва сдерживает слезы.

Что, черт возьми, происходит?!

Эмоции джинчурики постепенно начали сходить на нет, так как ранее нашлись, в пусть немой, но истерике. И Хатаке это напрягало, Наруто Намикадзе он помнил совсем другим ребенком. — Наруто, я же говорил тебе быть осторожней, — до этого молчавший Саске, словно выходит из ступора, отдергивает подругу от бывшего сенсея, и начинает бережно вытирать с ее лица слезы. Харуно тоже отмирает от сна, начинает глупо улыбаться, застенчиво потирая затылок — Растяпа, ты чего расплакалась из-за простой тарелки с лапшой? Мы сейчас все уберем и закажем новую порцию… — Так она это из-за лапши? — ошарашено приподнимает бровь седовласый. На глаза бросаются шрамы на лице одной из девчонок, которых вроде бы никогда не было. Или были? Почему-то Какаши сразу и не обратил на это внимание, словно все так и было изначально. — Извините, пожалуйста, что потревожили вас отдых, Какаши-сан… — постыдно опустив глаза, вежливо кланяется Сакура, чей клон всего за пару минут прибрал все осколки. — Нам очень жаль, что вы стали свидетелем столь не очень приятного для глаз события, — Да ладно вам, — мужчина передергивает плечами, задумчиво склоняя голову. — Намикадзе Наруто, прошу, пройдемте с нами, вы подозреваетесь в совершении правонарушения по статье сорок два части второй настоящего административного кодекса Конохагуре-но-сато, а именно в подростковым вандализме…