Подмена...

***

      После того случая, когда Итачи засек своего младшего брата в апартаментах Шисуи, который любезно одолжил Саске одну из своих толстовок, парень будто застрял мыслями на этом моменте. Стоя перед высоким простеночным зеркалом с ножницами в руках, мальчишка, не принимая во внимание изумленные взгляды братьев, тщательно состригал свои роскошные волосы. На удивление, умело орудуя инструментом, брюнет управился за несколько минут, а после, взяв с тумбочки деревянный гребень матери, лукаво улыбнулся своему отражению и в преисполненном настроении покинул комнату, не забыв бросить на прощание что-то на подобии благодарности.       Изменение внешнего вида и поведения младшенького не прошло бесследно для членов семьи. Особенно для Итачи, уж слишком горячо любимым Саске был для него. Подросток даже иногда всплывал перед его глазами в самые неподходящие моменты на тренировках, и тяжело было себе в этом признаться, но ему становилось почему-то сложнее встречаться с Саске глазами. Поначалу парень сваливал все на шок от неожиданности, когда младший брат саркастично пошутил над советником отца, что было совершенно не свойственно тихому и вежливому мальчику. "Все пройдет", - наивно полагал он. Но дни шли, сменяя друг друга, а эти воспоминания продолжали выедать ему мозги.       Учиха жил и работал, особо не задумываясь о том, что его младший брат может повзрослеть. Он справедливо считал, что Саске, сколько бы ему не могло быть лет, ему нужно было беречь. Потому что ожидаемо он всегда будет казаться в его глазах беззащитным ребенком. Потому что он старший брат. И самое худшее, однако, было для него в том, что дети имели свойство вырастать — и что он, Итачи, к своему стыду, за Саске просто не заметил. Не усмотрел аспект, когда ребенок, который, словно послушный щенок, ждавший его каждый вечер у порога дома, превратился в человека, который, без любого угрызения совести, может вскрыть оппоненту глотку.       Тренируясь в спарринге, Итачи стал вести себя предсказуемо, не замечая за собой, как максимально растягивал время боя. Шисуи был очень сильным шиноби и прекрасным стратегом, но он всегда вел тренировку по тем правилам, которые ему навязывал друг. В какой-то степени он мог так сопереживать, или же просто открыто подставляться под техники Итачи, испытывая свое тело. Шиноби же много и часто размышлял, гонял мысли об Саске, уклоняясь от очередного куная. Требовалось понаблюдать за Саске, разобраться во всей ситуации, чтобы сердце Учихи наконец успокоилось. Поэтому, первое, что он сделал, понаблюдал за младшим братом почти двое суток, чтобы рассчитать по часам его тренировки и ознакомится с повседневным распорядком дня. И теперь, когда выдавалось свободное время, он выделал около часа на то, чтобы проследить за тем, как Саске тренируется на одном из заброшенных клановых полигонов. Что оказалось очень даже занятным делом. Юноша с интересом смотрел на то, с каким упорством подросток оттачивает некоторые приемы из рукопашного боя, и он понимает, что отец будет очень доволен, когда узнает об этом.       И все шло по расписанию, пока в один из дней он не обнаружил братика на привычном месте. Поляна была опустевшей, лишь ветер один-одинешенек, кочевал по земле, срывая с цветов нежные лепестки. Итачи вдумчиво прошелся взглядом по расстилающейся перед ним территории, и, забеспокоившись в глубине души, проверил местность на предмет наличия чакры Саске. Но вокруг стелилась тишь и не одного следа присутствия младшенького не просматривалось. Парень спрыгивает с ветки на землю, лицезрев, как рядышком плавно опускается на ноги Бацума. Заметил ли он его присутствие? Бесспорно. Белобрысый Учиха, не соблаговоливший упомянуть о своем фигурировании в сегодняшнем подглядывании, никогда не прятал свой очаг. И сейчас Итачи чувствует, как по венам поблизости стоявшего джонина монотонно протекала его чакра. Неважно, с кем он сейчас находится, куда существеннее, где сейчас находился Саске.       Не опрокинувшись и словом с незваным гостем, Итачи убирает руки в штанины брюк и шагает вперед. И, следовательно, за его спиной единовременно, беззвучно раздаются шаги. Он не слышал, буквально на интуитивном уровне разбирал темп и поступь кузена его лучшего друга. Бацума шел всего в метре от него, в задумчивости прижимая указательный палец к своим губам. Были ли они с ним друзьями, как с Шисуи? Итачи уперто мотнул головой. Вряд ли их переглядки можно описать таким воодушевленным термином, как дружба. Они были не так уж и хорошо знакомы лично, не считая того факта, что почти-альбинос практически проживает с ним под одной крышей. Каждый раз, в свободное времяпровождение от службы, они виделись за одним столом, но почти не разговаривали без присутствия Шисуи. Он не мог подобрать слово, которое с точностью передало бы их отношение друг к другу. Бацума скорее питал к Итачи чувство отеческое, как к своему названному брату, чем дружеское. Итачи же уважал парня, как и следовало уважать младшему старшего. Ответственность между собой, перед кланом, перед Шисуи. Но не дружба. Решительно нет.       Влажный воздух приятно щекотал легкие, напоминая Итачи о том, что она находится не где-то в раскаленных песках Суны, откуда прибыл двое суток назад, а дома. В родной и любимой деревушке, что всегда было словно бальзам на душу. Здесь ему не нужен был огонь, чтобы согреться в холод. Одно лишь осознание того, что Учиха на родной земле, согревало физически. Недолго бродя по улочкам кланового квартала, задумавшись каждый о своем, в поисках Саске, юноша был уверен, что мальчик где-то во владениях клана, шиноби вышли к главному дому, на пороге которого восседал потерянный из виду подросток, погруженный в медитацию. Итачи подошел ближе, оставляя Бацуму, который глубоко и неприлично громко вздохнул и выдохнул, одного. Парень останавливается на расстоянии вытянутой руки от брата, подпирая плечом высокий косяк мраморной пилястры. Глаза Саске были прикрыты, лицо расслаблено, ноги скрещены, а руки опущены на колени. Мальчик был полностью погружен внутрь своего познания и сейчас совершенно никак не реагировал на чье-либо присутствие рядом. В голове всплывает знакомый образ детства, когда Итачи часто находил своего младшенького на пороге спящим, так и не дождавшегося его возращения с миссии. Губы невольно тронула легкая улыбка.       Учиха складывает руки на груди, когда Бацума все-таки сделавший какие-то умозаключения в голове, покинул квартал. Так же тихо и незаметно для посторонних глаз, как пришел. Внешне Саске выглядел по-другому, не таким, каким запомнили его соклановцы. Нетипично для его брата коротко стриженые волосы доставали только до мочки уха, виски и затылок выбриты. Единственное, что не менялось, так небольшой ровный пробор посередке, как и у всех членов, их семьи. Повседневная одежда тоже была подвергнута изменениям. Вместо клановой футболки, которая сейчас была на Итачи, на мальчике была надета униформа Ифу, однотонного черного цвета. Что-то больно укололо в районе груди... Раньше он любыми доступными путями хотел быть похож на него, Итачи, даже с трепетом отращивал волосы. Волосы, которые он без размышлений состриг на его глазах и глазах Шисуи.       В следующий раз, он смог увидеть Саске только через две недели, в день его распределения по командам. На экзамене он так и не смог появиться, из-за не предвиденных обстоятельств, произошедших в селении, граничившей с Конохой, и его, Шисуи, и еще нескольких АНБУ по прямому приказу Хокаге отправились туда на разбирательства. Позже окажется, что в городке было поднято небольшое восстание из гражданских против класса, находящегося у власти, куда были втянуто несколько заказных шиноби из Конохи, информация о участии которых в революции, могла косвенно затронуть безопасность деревни. И теперь, с некоторого времени, население того энного населенного пункта, сократилось на человек восемь. Как и было прописано в официальном приказе. Нельзя было допустить, чтобы известие о несовершенной революции достигло Листа. Больно сильно стали восприимчивы люди таким каверзным новостям.       Прогуливаясь с Шисуи по улицам, парни по обоюдному согласию, решили зайти в ресторанчик господина Теучи. Шисуи сдувает кудрявые пряди с глаз, зарываясь пятерней в волосы. Когда-то это был небольшая забегаловка, пережившая не одну войну, сейчас же это большое отстроившееся заведение с восьмью столиками с квадратной столешницей, удобными сиденьями, обитыми зеленой атласной тканью, и все той же упрощенной кухонькой. В ресторане всегда было светло, многолюдно и приятно пахло только приготовленными блюдами. Присев за один из свободных столиков, друзья взяли в руки по картонному меню. — Смотри, это же Саске и Сакура, — бесстрастно проговорил вслух ребенок Телесного Мерцания, не отрываясь от чтения предложенных видов рамена. Шисуи сегодня был, как всегда, благорасположен и учтив.. — Какаши-сан и дочь Четвертого, тоже с ними…. Очень мило, что моя будущая сноха и твой брат в одной команде. — Неужели, Какаши-сенсей, уже провел испытание, о котором рассказывали другие командиры? — задает логичный вопрос Итачи, склоняя голову в бок, разглядывая улыбающиеся лицо Шисуи. Он сидел, абсолютно не шевелясь, и со стороны могло показаться, что даже не дыша. Словно восковая фигура. — Он всегда проводил тест на следующий день…. Очень странно, что они еще не разошлись. — Может, — удерживает паузу собеседник, скользя глазами по соседнему столику, за которым что-то бурно обсуждали. Парень откладывает меню, начиная с увлечением складывать из салфетки заурядное оригами лягушки, параллельно прислушиваясь к собственным ощущениям — В этот раз Хатаке-сан решил не проводить проверку, все-таки к нему в личный состав попали дочь Минато-самы и сын Фугаку-самы, еще и лучшая выпускница Академии. — Возможно, — кивает Итачи, делая глоток заказанного перед этим зеленого чая, с едва уловимым ароматом тлеющей веточки сакуры. — Но, даже если это поручение Хогаке-самы, все же немного странно, что Какаши-сан так легко попирает свои принципы. — Меня же больше беспокоит вопрос о том, что такого может обсуждать только сформировавшаяся команда, поставив фуин от прослушки? — подпирая голову кулаком, Шисуи нажимает указательным пальцем руки на спинку бумажного земноводного, и фигурка комично сдвигается с места. — Учитывая последние слухи, разнесшиеся по Деревне, Наруто, Саске и Сакура, дружат уже около полугода, ну ты об этом в курсе…. Только вот, никто не замечал их в компании Копирующего ниндзя. — Кстати, давно ли на лице Наруто шрамы? — приподнимает темную бровь Итачи, цепляясь взглядом за лицо блондинки, восседающей рядом с Хатаке. Парню даже показалось, что девочка сидит к мужчине слишком близко, но быстро откинул это мнение подальше. По три вертикальных тоненьких шрама на обеих щеках, аналогичных друг другу. Если присмотреться, можно различить, что полосы оставлены предположительно кунаем. Кто-то оставил, или же сама? — Словно кошачьи, или же лисьи усы…. — делает заключение Шисуи, откидываясь на спинку сидения. Божественное все же место для отдыха, так и клонит в сон. — Меня смущает, что это слишком символично. — Приятного вам аппетита, — прерывает разговор, подошедшая с заказом Аяме. Девушка ставит на столик чашки с раменом и кладет палочки для еды, застенчиво улыбаясь от пристального взгляда Учих. — Аригато….

***

      Солнце медленно уходило за горизонт, окрашивая небо в бесчисленное количество оттенков розового, бордового и оранжевого. Светило опускалось куда-то за линию границ селения, одаривая улицы пленительной тенью для уставших от палящих лучей горожан. Все же в это время суток, Коноха будто светилась изнутри и завораживала. Вечерний ветер приятно щекотал светлую макушку Узумаки, путая пшеничные пряди между собой. Джинчурики расслабленно улыбнулась, свешивая руки и прислоняясь к спине Хатаке, несшего подростка на себе. Блондинка укладывает свой подбородок на плече мужчины, когда приятное тепло разливалось по телу. Так было хорошо и приятно, что Наруто не улавливала за собой, как ее стало клонить в сон. — Лисы самые верные друзья, они никогда никому не расскажут, как ты ешь по ночам, даттебайо, — блондинка зевает, шмыгая носом. Веки потихоньку опускались — Вот это меня вштырило….       Сакура, которую смог уговорить Саске, произвести похожую махинацию, украдкой наблюдала за рядом идущими Какаши и Наруто. Глядя на то, как Хатаке не отталкивал от себя Узумаки, как он позволяет к себе относиться…. Все заставляет невольно растягивать губы в улыбки. Это не могло не радовать, что Наруто Узумаки наконец приходит в себя, мало-помалу возвращаясь в жизнь. Очень хотелось видеть прежнюю подругу, их когда-то яркую, беспечную и казавшуюся намного проще и куда беззаботнее. И, если для того, что бы снова видеть ее смеющиеся глаза, требовалось подпустить к себе Какаши. Пусть и так похожего на их учителя, но им не являющимся, они это сделают. Даже, если все его действия и слова сплошной обман, и он действует по приказу Намикадзе. Они любят и дорожат им, чужим человеком, как бы наивно это не звучало. Все проблемы, которые могут понести в будущем, они перетерпят. Потому что Наруто, того стоила…. — Пора расходится, Какаши, — фамильярно обращается к учителю Саске, останавливаясь. Он кидает взгляд на похрапывающую на его плече Наруто и бурчавшую что-то нечленораздельное во сне, бессовестно пуская слюни на жилет своего носильщика. Брюнет подметил, как на плече Хатаке стало расплываться слюнявое пятно, но озвучивать не стал. — Теме, надо будить… — Она может и у меня переночевать, — бесцеремонно пожимает плечами мужчина, совершенно не задумываясь о сказанных словах, словно это было ничем неудивительным. Он придерживает одной рукой голову Наруто, а второй коленки, чтобы та не сползла на пол. — Когда она была маленькой, она частенько ночевала у меня в доме, даже комната сохранилась с игрушками…. — Но, ей же сейчас не пять лет, Сенсей! — разводит руками Харуно, никак не переваривая предложение шиноби. Он сейчас серьезно, или прикалывается? Пусть на душе все еще и было спокойно, сказанное не могло не заставить понервничать. К счастью она могла переночевать сегодня не дома, без кошмаров. Но у Какаши? Нет, они, конечно же, оставались у него на ночь в прошлом. Но сейчас? Судя по словам и безмятежной реакции Хатаке, бывшая хозяйка тела раньше спокойно оставалась в доме ученика отца. Даже комната своя есть…. Но, все же…. — Я предупрежу ее отца об этом, все же лучше чем быть в особняке одной. — Одной? — непонимающе переспрашивает Учиха, нахмурившись — А как же Госпожа Кушина и господин Минато? — Минато-сенсей, ушел в работу с головой и поэтому останется на ночь в резиденции, — обходит ребят Какаши, искреннее недоумевая от такой пораженной реакции ребят. Наруто, что им не рассказала, учитывая их отношения? Сумасшествие какое-то творится. — Кушины-сан, нет в деревне, она два дня назад срочно покинула Лист, отправившись с Шикаку на переговоры в Суну. Сакумо же сейчас на миссии…. — Но, не слишком ли подозрительно, если приведете подростка к себе домой ночью? — насторожившись, проговорила розоволосая, обнимая Учиху за шею покрепче. — На что ты намекаешь, Сакура? — едва ли не задыхаясь от возмущения, Хатаке возводит глаза к небу — Я держал новорожденную Наруто на руках, о чем тут и речь может идти? — Ладно, — обреченно вздыхает Саске, борясь с желанием утащить Наруто к себе в комнату, либо в комнату Харуно. Но в любом из случаев безопасней и правда было у Хатаке. Только вот почему сама Узумаки об этом и словом не обмолвилась? Брюнет поправил очки — Под вашу ответственность, но, если с ней что-то случится, вы понимаете, к чему это может привести? — Не слушайте его, — затыкает ладонью рот любимого, куноичи, еле сдерживая себя от ругательств и улыбаясь. Саске снова начал разбрасываться угрозами, не задумываясь о последствиях. Но он был прав…. Безопасность Узумаки равна целостности этой деревни. Пострадает первое, и они с Учихой позаботятся о том, чтобы вторая сторона так же оказалась в проигрыше. — Ладно, — громко зевнув, мужчина склонил голову в бок, с полуприкрытым веками, поглядывая на ребят. Поднимает ладонь на прощение, измученно улыбается и направляется в сторону своего места проживания ,— Увидимся завтра в десять на полигоне, хорошо выспитесь…. — Шаннаро….       Распрощавшись с ребятами, Какаши с ученицей на плече добрался до дома в течении трех минут. Переступил порог, и увидел…Никого? В общем, ничего нового. Поднявшись на второй этаж, серебристоволосый открыл одну из комнат, в воздухе по-прежнему витал горьковатый запах мятного настоя, который когда-то давно распивался в этой комнате. Подойдя к застеленной кровати, на которой покоились парочка плюшевых медвежат, мужчина уложил Наруто в постель, а после накрыл пледом, который достал из шкафа. Хоть какой-то плюс в чистоплюйстве был, уборку преждевременную делать не пришлось, чтобы уложить ребенка спать в заброшенную комнату. Побарабанив пальцами по дереву, мужчина бесшумно опустился рядом на корточки, взглядом пробегаясь по умиротворенному лицу джинчурики. Вокруг, в полном смысле этого слова, тишина, нарушаемая лишь частым дыханием девочки. Узумаки казалась очень спокойной и свободной. Черты лица Минато и Кушины, неестественно бледное лицо, словно девчонка вообще не загорала. Светлые волосы, унаследовавшая от отца, легко вздымались с каждым вздохом. Копия Четвертого. Какаши неловко стряхивает головой, хмурясь. — А, что будет завтра на полигоне?       Задается вопросом мужчина, который никак не хотел выходить из головы, что сейчас Хатаке безмерно сильно желал. Его пугали предстоящие события, о которых он, быть может, и не знал, однако так явно рисовал своем воображении. Ему было в какой-то степени неловко и тяжело, находится под взглядами своей новой команды. Да, они прошли тестирование, даже не приступив к нему. Но то, как они на него смотрят. Наверное, Какаши должен быть совсем слепым, чтобы стоя перед ними, тогда на подоконнике, не заметить того, как резко сменилось настроение троицы. Как поменялись их взгляды, когда он оказался рядом. Как потускнели глаза Саске, когда тот услышал о том, что их могут разделить. Каким рваным стало дыхание Наруто и напряженная усмешка на губах Сакуры, даже когда девочка с уверенностью заверяла его о том, что они приняли решение, которое не может быть осуждено. Тогда ему стало неожиданно слишком душно и даже захотелось поспешить расстегнуть жилет, дабы освободить собственное тело от лишней ноши.       Еще его пугал тот не обоснованный факт того, что он за какие-то полдня умудрился прикипеть к деткам. Какого черта? Какаши не такой человек, который сразу же подпускает к себе при первом знакомстве. Да, он признавался себе целый день, что определенно чувствует себя комфортно в этой замысловатой компании, но чтобы вот так проводить время вместе, разговаривая на различные темы за чашкой лапши? Абсурд…. У Хатаке и без этого дел хватает, как и не прочитанной литературы. Но, ему же понравилось. Отмечал для себя мужчина, оседая на пол. Нравилось же, какой бред несли подростки при знакомстве, как на него вешалась Узумаки, как к нему без должного этикета обращается сынок Фугаку, даже чай приготовленный розоволосой, который он все-таки попробовал, оказался не таким херовым. За несколько часов…. Блять, привязался…..       Как-то ласково коснувшись ладонью волос спящей ученицы, мужчина невесело улыбнулся и, достав любимую книгу, незамедлительно покинул комнату. Сейчас он заварит себе крепкого чая и засядет читать новое долгожданное издание, и у него будет целая ночь, что бы обмозговать весь прошедший день и собственные несостыковки в характере и действиях.

Одно он понимал точно, Какаши заебался….