Серый пепел и снег

Раздевшись до белья, оставив на себе лишь семейные трусы и шарф, Ваня забрался на кровать и принялся тщательно всё осматривать. Подняв подушку и тут же вернув её на место, Россия продолжил осмотр, опасаясь, что дракон мог отложить яйца. Но к счастью, таковых не оказалось. Гилберт пытался закрыть окно, но оно было сломано, поэтому плотно не закрывалось, образуя небольшую щель, через которую проникал холодный воздух. Хоть сейчас и конец апреля, заболеть было вполне реально, а у Ваньки и без того ветер в голове свищет. Забравшись под одеяло, Россия прошептал в полудрёме: — Надеюсь, дракон не сломает стеклянную клетку и не сожрёт меня во сне, — зевнув, Ваня натянул одеяло до самой макушки. — Я хочу кролика на ужин или утку с овощами. И молока купи, только козьего. «Фигу тебе с маслом. Совсем уже обнаглел», — ворчливо подумал Гилберт, выходя в коридор. Раз уж окно до конца не закрывается, нужно принести второе одеяло, не то Ваня замёрзнет. Стоило России закрыть глаза, как к нему на кровать запрыгнул большой пушистый чёрный кот. Устало зевнув, Михал Михалыч стал искать для себя самое удобное и тёплое место. Для любого кота тело хозяина было самой лучшей лежанкой, причём с подогревом и вибромассажем. Забравшись к Ивану на живот, издавая хрипловатое мяуканье, Мишка развалился на нём, как король, то есть так, что задняя часть тела легла на лицо хозяина. Иван перепугался до чёртиков, почувствовав, как по нему топчутся маленькие лапки, а после нечто тяжёлое легло на живот. Он только-только начал засыпать, а тут какой-то гиппопотам решил вздремнуть прямо на нём. — Гил, спаси! На меня напали! — вопил Ваня, приняв кота за дракона. Возвращаясь в комнату с одеялом в руках и услышав крики, Гилберт быстро прилетел на зов, в недоумении смотря по сторонам. На горизонте никого не было, даже никакого намёка на присутствие посторонних стран. — Что опять случилось? О, Мишка! — увидев кота, Гилберт взял его на руки и обнял. — Это же просто котик. Милейшее пушистое существо. Не бойся, он тебя даже кусать не станет. Положив кота обратно на кровать, Гилберт успокоил Ивана, накрыл его вторым одеялом и наконец отправился в магазин за провизией. Сев в машину, Байльшмидт уехал в сторону города. Дождавшись, когда Гилберт уйдёт, Китай вновь незаконно проник в дом России. Одна только мысль, что этот нацист мог каким-то образом промыть мозги бедному «беззащитному» Ванечке, заставляла Яо выйти из себя. Как и раньше Китаю не заставило большого труда проникнуть в дом, ключ-то под ковриком лежит. Хоть бы собаку завели для приличия, а то совсем не думают о своей безопасности. — Наконец-то эта фашистская рожа ушла, теперь нам никто не помешает, — бормотал Китай, склонившись над кроватью, на которой спал Ваня. Проснувшись от странного чувства тревоги, Россия потёр глаза. Заметив нависнувшего над ним человека, Иван не растерялся и отвесил тому смачный щелбан. — Ай! За что?! Боясь получить по шее, Ван Яо отшатнулся от кровати, потирая лоб. Неужели, забравшись сюда, он совершил ошибку, и на самом деле России ничего не угрожает? — Уходи, — сонно проговорил Ваня. — Мне сегодня нездоровится, и я не намерен принимать гостей. — Ванюша! — Китай бросился на него с объятиями. — Что с тобой стало, родной? Мы же с тобой как эти… братья! Всегда готовы помочь друг другу. Услышав странное шипение, Китай повернул голову, смотря на кота. Распознав в нём соперника, Мишка, старался прогнать наглеца, угрожающим шипением. Но Китай не сдался, а просто отошёл на безопасное расстояние. Перед таким здоровяком даже вся китайская армия оказалась бы бессильна.