Blurred (Размытые взгляды)

      Благодаря гравитации машина перевернулась, снося деревья, когда они, кувыркаясь, упали с крутого склона.       Дин не верил в случайность, и благодарил свою судьбу за навыки вождения Бобби и массивный снежный покров, который смягчил приземление Тахо, как большая толстая подушка. Но тело Дина не проявило такой милости.       — Сукин сын. — Он хотел поднять голову, но передумал, когда острая боль пронзила его череп. Он чувствовал, как струйка крови скатывается к уху. Домкрат не был единственным предметом, который сегодня попробовал на прочность винчестеровскую голову. Дин попытался пошевелить правой рукой, но обнаружил, что это невозможно, пока ботинок Калеба прижимал её к полу. — Дэмиен, двигайся. — Он слабо толкнул левой рукой тело своего друга, надеясь, что Калеб был в сознании.       Послышался низкий стон. Потом нога исчезла и ее заменила рука.       — Двойка? — нежное прикосновение Калеба переместилось с головы Дина на его грудь. — Ты в порядке?       — Дин!       Голос Джона был более требовательным и сердитым, но Дин слышал в нем беспокойство, как и в голосе Калеба.       — Я в порядке, — сказал он. — Просто дайте мне минуту.       — Калеб? — спросил Бобби. — Ты в целости и сохранности?       — Мак никого не убьет.       — Хорошо знать.       Дин попытался сесть, удовлетворенный тем, что он либо избежал серьезных травм, либо был в шоке.       — Ребята, вы в порядке? - спросил он.       — Все чертовски здорово, — проворчал Джон. Послышался громкий удар, когда он ударил сапогом в пассажирское окно. — Нам нужно убраться отсюда.       Дин не осознавал, что его тело дрогнуло, реагируя на звук, пока рука Калеба не сжала его плечо.       — Двигайся медленно. Игнорируй истерику Джонни.       — Помоги мне, — сказал Дин сквозь стиснутые зубы. Он поднял руку, надеясь, что Калеб мог видеть лучше в темноте, чем он. Друг помог Дину сесть на сиденье среди сумок и другого мусора, который был разбросан вокруг.       — У тебя что-нибудь сломано?       Дин все еще не знал, как на это ответить.       — Все работает. — Хотя он сомневался, что сможет ходить завтра. — Как насчет тебя?       Попытка друга рассмеяться превратилась в приступ кашля. Дэмиен задержал дыхание, но сжал руку Дина.       — Меня сейчас не холод беспокоит.       Дин хотел бы получить визуальное подтверждение того, что никто не истекал кровью до смерти. Привычный звук выстрелов и звон разбитого заднего стекла заставили его сосредоточиться на более важных вещах.       — Твою мать!       Калеб дернул его к себе и наклонился над ним, обхватив голову Дина руками, когда вокруг них посыпалось стекло.       — Выходите из грузовика! — закричал Джон. — Убирайтесь оттуда немедленно!       Внезапно дверь со стороны Дина распахнулась и показалось окровавленное лицо его отца, освещенное внутренним светом машины, который внезапно появился в салоне старого Тахо.       — Папа? Что за чертовщина…       Джон не дал ему возможности закончить предложение. Он схватил сына за руку и вытащил его из грузовика, потом вытащил Калеба.       — Шевелитесь! — он толкнул их к задней части Тахо. — Идите к более густой линии деревьев. Если они попадут в бензобак…       — Эти ублюдки стреляют в нас! — голос Бобби звучал изумленно. Он перегнулся через переднее сиденье, схватив одну из сумок, прежде чем выскользнуть из машины. Очередная пуля попала в Тахо, затем еще одна. — С каким сумасшедшим ублюдком мы имеем дело, Джон?       — Я его тренировал! — закричал Джон, спотыкаясь позади них.       Наверху склона вспыхнули фары, освещая деревья и землю.       — Они настойчивы, — сказал Бобби. — И у них преимущество, потому что они на высоте.       — Ты разозлил кучку бесхребетных охотников на оленей, — отрезал Калеб. — Мы как рыба в бочке.       — Двигайтесь быстрее! — приказал Джон. — И пригнитесь.       Нелегко было оставаться на низком уровне, когда снег был как мокрый цемент, налипая на ноги и затрудняя движение. Они почти успели укрыться среди деревьев, когда левую ногу Дина пронзила белая горячая боль, и он упал на землю.       — Сукин… — он едва успел выставить перед собой руки, прежде чем свалился лицом в снег. Перед глазами Дина все почернело, в ушах появился звон. Вскоре колокола превратились в голос отца.       — Дин! Вставай.       Дин едва осознавал руки, которые обхватили его сзади и подняли из снега. Дин закричал, когда его нога снова подкосилась.       — Он ранен! — голос Калеба был грубым и хриплым. — Черт возьми, Джон!       — Продолжай двигаться, — прорычал Рыцарь. — Иди. Вперед.       Калеб обхватил Дина за талию, принимая большую часть веса младшего охотника на себя. Дин вздохнул, борясь с головокружением и стараясь не потерять сознание.       — Двойка?       — Я в порядке. — Кивнул Дин. Все, что он знал наверняка, это то, что у него была чертова пулевая рана, но не было другого выбора, кроме как смириться с этим. — Просто царапина.       Дин услышал больше выстрелов прямо за ними. Джон открыл ответный огонь вслепую, пытаясь дать им больше шансов на побег. Бобби материализовался с другой стороны младшего охотника, перекинув руку Дина себе через плечо.       — Шевелитесь, парни.       Дин не знал, как долго они спотыкались по снегу, но теперь они были глубоко в лесу. Он слышал, как его отец быстро двигался за ними, ломая ветви и тяжело дыша. Но стрельбы больше не было. В голове Дина стучало с каждым шагом, ожог в ноге усиливался. Он почувствовал, как накатила тошнота.       — Дэмиен…       Калеб, должно быть, почувствовал, что должно было случиться.       — Бобби, остановись.       Сингер отпустил Дина и того стошнило. Калеб изо всех сил пытался удержать его на ногах, чтобы младший охотник не свалился в лужу блевотины. Дин снова вздрогнул, опустошив желудок от вяленого мяса и «M&Ms, которые съел на обед. Дин не знал, что он ненавидел больше: пулевые ранения или сотрясение мозга. Сотрясения у него были намного чаще, и возможно, именно поэтому пулевая рана оставила у него гораздо более сильное впечатление. К тому же это было чертовски больно.       — Дин? — Дин почувствовал, как отец прижал прохладную ладонь к его затылку. — Ты в порядке?       — Нет! — зарычал Калеб. — Он не в порядке. Его подстрелили! Мы должны что-то сделать.       Дин отдал отцу должное. Джон Винчестер мог сохранить хладнокровие в самых худших ситуациях, и проигнорировал неповиновение Калеба.       — Сделай вдох, сынок.       Джон взял его за другую руку, снимая часть тяжести с Калеба. Дин вдохнул холодный воздух, желая, чтобы его живот успокоился.       — У него кровотечение! — Калеб продолжал указывать на очевидное. — И мы находимся посреди долбаного нигде.       — Нам просто нужно пройти немного дальше, — сказал Рыцарь. — Не думаю, что они рискнут выследить нас сейчас, когда знают, что мы вооружены.       — Ты уверен в этом? — спросил Бобби.       Дин продолжал делать неглубокие вдохи. Джон не убирал руку от его затылка, удерживая в сознании.       — Я готов поспорить, что эти ублюдки откусили больше, чем могут прожевать.       — Тогда мы останемся здесь, — сказал Калеб. — Или еще лучше, мы с тобой можем вернуться назад и вывести их из игры, пока Бобби латает Двойку. Мы можем забрать их тачку и убраться отсюда.       По тому, как дышал Калеб, Дин был уверен, что его другу нужно оставаться на месте так же, как и ему самому.       — Все в этом баре слышали мое имя, и мы имеем дело с гражданскими лицами. Людьми. Мы не можем рисковать подобным побочным ущербом, — указал Джон.       — Люди, которые сбили нас с гребаной дороги и подстрелили твоего сына. Сына Рыцаря. Джим бы все понял.       — Мы делаем это по-моему, а не по кодексу Братства, — сказал Джон. — Это приказ.       Дина снова вырвало, потушив огонь опровержения Калеба. Хватка Дэмиена стала крепче, а голос смягчился.       — Полегче, малыш.       — Бобби, продолжай двигаться, — сказал Джон. — Я должен быть уверен, что нас не преследуют.       — Если они настолько сумасшедшие чтобы пойти за нами, то они легко смогут нас отследить, — сказал Сингер.       Дин почувствовал, как желчь снова поднялась к его горлу, когда понял значение слов. Кровь выделялась на снегу как неоновый свет. Если ублюдки действительно преследовали их, то Дин был для них как чертов маяк. С таким же успехом он может бросать хлебные крошки.       — Будем надеяться, что они не такие глупые. — Рука отца сжала затылок Дина. — Держись, малыш.       Дин выпрямился и увидел, как его отец исчез в снежном лесу. Бобби снова подошел к младшему охотнику.       — Я не хочу в очередной раз повторять тебе, Казанова, «я же тебе говорил», — он снова взял Дина за руку, и ухмыльнулся, — но мы не будем в Кентукки на Новый год.       — Пошел к черту, Бобби, — прорычал Калеб. — И забери с собой Джонни.       Дин закрыл глаза, думая о сухих носках и домашнем пиве Джима. Не в первый раз он задавался вопросом, как Сэм будет отмечать Новый год на пляже побережья Калифорнии. Стэнфорд, казалось, находился за миллион миль отсюда, как и палатка и теплый спальный мешок, на который Дин жаловался несколько ночей назад.

***

      — Мы отошли уже достаточно далеко.       Калебу было все равно, согласен ли с ним Бобби или нет, ему наплевать, если Джон вернется и предложит ему новый вариант, который не будет следовать протоколу. Дину было больно. Несмотря на ослабление экстрасенсорных способностей, Калеб чувствовал страдания младшего охотника, и считал, что остановка их безумной гонки стоит рисков.       Ривз провел тыльной стороной ладони по лбу. Теперь они шли вдоль невысокого холма. Калеб надеялся найти неглубокую пещеру, но согласился бы на любое укрытие от падающего снега.       — Вот сюда, — Бобби не стал спорить, вместо этого указав на валуны, выступающие из снега. — Позволь мне взглянуть на ногу ребенка.       Они усадили Дина на один из массивных камней. Бобби скинул сумку с плеча, и порылся в аптечке, пока Калеб удерживал Дина в вертикальном положении, хотя у него самого дрожали ноги.       — Как дела, Двойка? Ты слишком тихий.       — Мы должны продолжать идти. — У Дина было прерывистое дыхание, он вспотел. И даже в минимальном свете Калеб мог видеть, как лицо ребенка стало таким же белым, как снежный фон вокруг них. — Мы можем остановиться, когда папа догонит нас.       Калеб покачал головой, крепко удерживая лучшего друга за плечо.       — Мы никуда не пойдем, пока доктор Сингер не залатает тебя. — Они могли хотя бы оценить ситуацию, остановить кровотечение.       — Хорошо, что я захватил сумку Джона с аптечкой, — сказал Бобби, перебирая медикаменты. — Конечно, я не нашел ни одного из наших походных принадлежностей, но никто не идеален.       Дин подавился смехом.       — Это оправдание не прокатило бы у нас с Дэмиеном.       — Да. — Калеб кашлянул. — Джонни хотел бы, чтобы мы нянчили наш рюкзак как новорожденного.       — Хорошо, что Джон не босс, — ответил Бобби. Он включил маленький фонарик и протянул его Калебу. Дин дернулся, испуганно взвизгнув, когда механик резко надавил на рану. — Я буду хранить свое снаряжение в его заднице с тем мечом, который он носит с собой.       — Какой ты добрый, — хрипло сказал Дин. — Джим был бы так горд.       Калеб сконцентрировался на том факте, что Двойка шутил, пытаясь скрыть дрожь боли.       — Члены Братства такие умные.       Дин кивнул, крепко сжав челюсть, пока Бобби обрабатывал рану.       — Это определенно переоценено.       У Калеба перехватило дыхание, когда он уловил мысли Дина о Сэме. С тем же успехом он мог бы пнуть ребенка.       — Джонни должен быть здесь совсем скоро, — сказал он. Калеб посмотрел в том направлении, откуда они пришли, их следы были едва заметны под падающим снегом.       — Держи свет спокойно, малыш.       Калеб не осознавал, что его рука дрожит, пока Сингер не схватил его за запястье.       — Прости.       Бобби снял повязку, и Калеб вздохнул с облегчением, когда заметил, что кровотечение остановилось. Рана была не так ужасна, как он боялся, хотя он действительно надеялся на царапину.       — Хорошая новость в том, что ты ошибался, приняв их за охотников. Нам чертовски повезло, что они не использовали крупнокалиберное оружие. Я предполагаю, что это был пистолет, возможно, какого-то военного типа.       — Это хорошие новости? — Калеб недоверчиво покачал головой. Любые травмы были неприемлемы, когда дело касалось Дина. — А какие тогда плохие новости?       — Пуля все еще там, — сказал Бобби.       — Конечно, она там. — Дин прислонился лбом к скале перед собой, пока Сингер продолжал осмотр. — Это точно не мой день.       Калеб положил руку на его плечо.       — Ты можешь вытащить ее? - спросил он Бобби       Сингер хмыкнул.       — Ты действительно думаешь, что сейчас время или место вытаскивать пулю?       — Я голосую «нет», — сказал Дин. Он держал голову низко, но Калеб мог слышать тяжелое дыхание своего друга, чувствовать его учащенный пульс под своей рукой.       — А что, твою мать, мы можем сделать?       — Я могу надрать тебе зад, если ты не вспомнишь очень быстро, с кем ты, черт возьми, разговариваешь.       Калеб глубоко вздохнул, не обращая внимания на жжение, которое шевелилось в груди, его легкие казались такими же тяжелыми, как свинец.       — Бобби, - устало выдохнул он. Они были в центре Колорадских гор без машины, без мобильного телефона и припасов.       Сингер выпрямился.       — Я могу почистить рану, дать ребенку обезболивающее, но мы все знаем, что чем быстрее мы доберемся до пули, тем лучше будет для Дина.       — Куда, черт возьми, ты предлагаешь поехать? Я не заметил поблизости «Хилтон». — В этот момент Калеб отдал бы «Tri-Corp» и свой трастовый фонд за дряной номер в мотеле, который так нравился Джону.       — Я думаю, что знаю одно место.       То, что Джон Винчестер мог двигаться со всей хитростью легендарного воина апачей, пугало Калеба в детстве. Когда его способности созрели и его связь с Джоном окрепла, Калеб чувствовал Винчестера, прежде чем наставник успевал удивить его. Тот факт, что Калеб не успел достать свое оружие до того, как услышал голос Джона, был свидетельством его плохого самочувствия.       — Ты хочешь получить пулю за то, что подкрадываешься?       — Ты не такой быстрый, малыш, — Джон вышел на поляну.       Дин поднял голову, но не предложил двигаться дальше.       — Ты нашел их, папа?       Джон опустился на колени рядом с Бобби, и двое старших охотников обменялись молчаливым взглядом, который нервировал экстрасенса.       — Никаких признаков того, что за нами следили.       — Так что мы можем вернуться на дорогу?       Калеб почувствовал, как его раздражение усилилось, когда Джон покачал головой. Он смотрел, как наставник с мрачной решимостью осматривает рану Дина. Они все еще могут вернуться к дороге, но Тахо никуда не поедет.       — Я сомневаюсь, что мимо проедет много машин.       — Тогда что, черт возьми, мы будем делать?       Джон встал, указывая направо.       — Я нашел дорогу старого лесоруба. Она знакома мне.       — Знакома?       Джон шутит? Калеб внезапно почувствовал желание встряхнуть наставника.       — Ты знаешь, где мы?       — Дом Дэниела неподалеку. — Бобби доставал припасы из аптечки. — Я забыл, что его хижина здесь.       — Какого Дэниела? — спросил Дин.       Калеб моргнул, мысли Джона обрушились на него, как наковальня.       — Нет. — Он отступил. — Нет, твою мать.       Дин слегка повернулся в сторону друга.       — Дэмиен?       — У нас нет выбора, — сказал Джон. — Это недалеко отсюда. У него будет то, что нам нужно. Он был медиком в Корее.       — Он не прикоснется к Дину. — Калеб не хотел, чтобы Двойка находился поблизости от этого человека.       — Это не тебе решать.       — О ком вы говорите? — потребовал Дин.       — Дэниел Элкинс, — сказал Калеб. — Он говорит об Элкинсе.       — Сумасшедший Дэниел Элкинс?       Джон посмотрел на Дина.       — Он нечто большее чем сумасшедший старик. Он многому меня научил.       — Он и меня многому научил, — сказал Калеб. — И этот урок я никогда не забуду.       Джон сократил расстояние между ними двумя шагами, схватив Калеб за грудки. Экстрасенс протянул руку, пытаясь вырваться, но Джон крепко держал его, наклонившись так близко, что Калеб почувствовал жар дыхания Джона на своей щеке.       — Ты готов позволить своему страху поставить под угрозу жизнь Дина? Ты хочешь сказать, что обида на Элкинса важнее, чем твоя приоритетная миссия?       — Джон…       Винчестер проигнорировал протесты Бобби, еще раз сильно встряхнув своего протеже. Калеб покачал головой, не в силах выговорить ни слова перед обвинением своего наставника. Главным образом потому, что знал, что в этом есть доля правды. Он боялся.       — Я сделаю то, что должен.       Джон выпустил его с грубым толчком.       — Хорошо. Мы уходим, как только Бобби залатает Дина.       И Калеб оказался с перспективой не только быть вдали от города, вдали от всего, что было знакомо, но и встречать Новый год в компании дьявола из своих детских кошмаров.