9
17 января 2020 г., 13:06
***
— К тебе тут парень какой-то заходил. Папку оставил на столе. Стэн тычет пальцем на мою половину комнаты и также безразлично продолжает щёлкать мышкой в своём ноуте. — Просил что-то передать? Подлетаю к столу и быстро просматриваю записи. Ричи почти всё доделал. Всю оставшуюся часть работы сам закончил, хоть я и говорил, что ему помогу, что мы вместе решим оставшиеся вопросы. Но последний экзамен просто измочалил меня, что времени едва на пару часов сна хватало. И Ричи взял всё в свои руки. — Неа. Странный он какой-то. Залетел, как на пожар, выскочил, ничего не сказав. Будто гнался кто-то за ним. Я уже лишь краем уха слушаю Стэна, полностью сосредотачиваюсь на записях рассадки присутствующих, как Урис легко кидает: — Ты гей, Эдди? И я тут же весь внимание. — А для тебя это новость, Стэн? Я три года живу с тобой. Стэн пожимает плечами, мол, да мне как бы похуй. Он никогда не был внимателен к деталям. Хотя, вряд ли это такая деталь, которую не получится заметить. Я и не скрывал особо. С того момента, как я переехал сюда, уже никаких "шкафов". Все мосты сжигать одним махом. Пластырь отдирать нужно резко. Тем более, что мне уже терять? На самом деле, признание в ориентации послужило своеобразной проверкой на вшивость - кто останется рядом со мной после этого. Ответ: мало кто. — Просто решил уточнить. Были некоторые сомнения. Ты выглядишь очень... обычно. Как для гея. Забавно. Сейчас я согласен уже на то, чтобы Стэн и дальше продолжал молчать. Так он казался умнее. — В твоём представлении геи выглядят как-то по-особенному? — Ну, знаешь. Манера. Голос. Макияж, наконец. Усмехаюсь и качаю головой. В принципе, типично. Сбрасывать всех в одну яму, обожаю. Людей с таким мнением, как у Стэна, на самом деле я встречал довольно часто. И многие удивлялись, когда узнавали потом, что я, оказывается, гей. Сюрприз-сюрприз. — Извини, что не соответствую твоим ожиданиям. Не знаю, разочарую или обрадую, но все геи - это люди. А люди разные бывают. Возможно, кому-то и нравится краситься и наряжаться – это тоже нормально. Просто я не такой. Стэн снова пожимает плечами и на этот раз серьёзно залипает в компьютер и больше никаких дебильных вопросов не задает.***
Я стучу в дверь всего раз. Тихо, осторожно, в глубине души ожидая, что в комнате никого нет. А если совсем честно - надеюсь, что Ричи там, внутри, и что он нормально отнесётся к тому, что я на пороге его комнаты. Он ведь сам подложил крохотную записку между бумаг с записью его номера в общежитии. Если не как завуалированное приглашение это рассматривать, то как ещё? Дверь открывается, и вместо привета я взмахиваю этой бумажкой, мол, нашёл. И вот он я. — Не занят? Ты один в комнате? Вот что скрыто за этим вопросом. Ричи улыбается. Улыбается, наверное, искренне первый раз, открыто, ровно, без кривоватых ухмылок и неискренних притворств. И боже, почему он всегда так не делает? — Как раз думал о тебе. Точнее, о вечере, — тут же исправляет себя Ричи и отходит в сторону, чтобы я зашёл. В его комнате я ещё не был. Ему повезло больше, соседа у него не было, и я представляю, каких трудов стоило ему договориться об этом. И у него гораздо уютнее, чем у меня. Похоже почти на настоящую комнату. Как дома. — Ты без соседа. Везёт. Вспоминаю, что в моей комнате меня поджидает Стэн, и от этого ни холодно, ни жарко, но больше неприятно. — Как сказать. Говорят, здесь какой-то первокурсник покончил с собой, поэтому никто не хочет въезжать сюда. А может, просто местная страшилка. Я оборачиваюсь на него, в надежде, что это глупая чёрная шутка, но, видимо, у Ричи юмор не такой. — Ебать. И тебе не жутко? — Поначалу я не знал эту историю, а потом как-то привык. Да и какая разница? Никаких привидений я за два года, что здесь живу, не встречал. Пиво хочешь? Расслабленно, спокойно кидает мне Ричи, и в который раз я убеждаюсь, что какую бы гадость он мне ни предложил, согласиться хочется просто потому, что он предложил. Только есть одно но. — Я ведь... — Ах, да. Я забыл совсем. Извини. Ричи виновато качает головой и тут же откладывает бутылку назад. Себе же тоже не берёт. Удивительная солидарность. Я как бы не обиделся, если бы он выпил без меня. — Ты так ничего и не вспомнил? О той ночи? В грудь словно толкнули со всей дури, и первый раз за всё время Ричи заговорил об этом. Сам. И я немного не понимаю зачем. Он сидит на кровати, поджав под себя ногу, и даже эта поза кажется знакомой, но чёрт. Сплошной туман. — Неа. Какие-то куски, бывает, всплывают, где меня куда-то тащат, но трудно сказать - по-настоящему это было или это мои пьяные глюки. Всё на сон какой-то похож. Тозиер кивает и тут же спохватывается: — А ты чего там стоишь? Иди садись рядом. Снова рядом. Мне бы подальше наоборот. Там, где безопасно. Ричи хлопает ладошкой по краю кровати и как ни в чём не бывало ждёт, пока я упаду около. Я делаю крохотный неуверенный шаг по направлению к нему, а в голове всплывает его взгляд из снов. Как бы интересующийся, ты, блять, на что рассчитываешь, неудачник ебаный? Как же не похож он на взгляд настоящего Ричи. И всё равно мурашки по коже. — Спасибо тебе. За помощь. Хоть ты и не должен был делать всё. — Это же для хорошего дела. Мне приятно быть частью этого. Тебе нет? Приятно - вряд ли подходящее слово. Чем больше мы вникали во всё, тем глубже казалась важность будущего вечера. И тем сложнее было оставаться в стороне и спокойно реагировать на все истории, о которых я узнал. — Думаешь, это что-то исправит? Действительно повлияет на что-то? — тихо спрашиваю скорее себя, но Ричи хмурится, и глаза начинают блестеть страстно, с вызовом. — А как иначе делать какие-то изменения? С чего-то же нужно начинать. — Попахивает показухой. Вот я о чём. Ты видел список этих людей? Половина политиков, которые придут благодаря связям Беверли только для того, чтобы посветить еблом. А остальные, чтобы поставить себе ментальную галочку, мол, какие мы молодцы и как переживаем. Как это на самом деле повлияет на домашнее насилие, я пока не понимаю. Ричи придвигается ближе и его колено почти касается моего. Но мы оба сделали вид, что не заметили этого. — Всегда будет часть лживых лицемеров, падали, которая не против наживаться даже на такой теме. Но крохотной части людей будет действительно не наплевать. Они-то и будут проводить изменения. Ты делал это искренне. Я точно так же. И уверен, мы не одни такие, и есть люди, которые не ради фотки придут на вечер. Да даже если всё это неискренне, Эдди. Деньги-то реальны. И они пойдут на нужды людей, которые пострадали от насилия. Шаг за шагом. Нельзя внезапно за раз искоренить всё зло на свете. Наверное, приятно размышлять в таком ключе. Что хоть ты и маленький крохотный винтик, но делаешь изменения. Что ты важен. Это привносит какой-то смысл в существование как таковое. Но быть и казаться - разные вещи. И мне хочется б ы т ь, реально помочь, а не просто сделать вид. Если не всем, то хотя бы одному человеку. Уже будет маленькая победа. — Мне иногда хочется узнать, что творится в твоей голове, когда ты вот так зависаешь. И прерывать не хочется, но жутко интересно. Голос Ричи вырывает меня из моих мыслей, и я понимаю, что и правда на пару минут тупо отключился, погряз в себе. — Прости. — Да ничего, это здорово. — Но я вижу, что Тозиеру и впрямь интересно, о чём конкретно я думал. А я пока не уверен, так ли мы близки, чтобы делиться настолько личным. — Просто переживаю, нормально ли пройдёт вечер. Ричи щурит глаза и едва тихо произносит: — Это не то, о чём ты думал. От его голоса, низкого, срывающегося иногда на шёпот, мурашки разбегаются по затылку. Но уже через секунду, выражение его лица меняется на обыденное, и он кидает спокойно: — Так или иначе, я рад, что оказался втянутым в это. Столько людей действительно страдают и даже не догадываются об этом. Ты даже не представляешь сколько, Ричи. Иногда мы и есть эти самые "люди". И даже не подозреваем этого.
