Мисс совершенство

      Письмо не начиналось со слов “поздравляем”. «Вы зачислены в тренировочную группу B в рамках внутреннего отбора. Просьба прибыть в тренировочный центр к 9:45 утра в понедельник. Форма, ID и график будут выданы на месте. Опоздание считается нарушением дисциплины.» Никаких смайликов. Никаких "рады видеть в нашей семье". Обычный чёрный текст. Серый фон. И белый ком в груди, который я глотнула — и пошла варить кофе. Через некоторое время пришло еще одно оповещение о том, что пройденные стажеры во второй этап переселяются в общежития лэйбла, вне зависимости от того, кто где живет. Видимо, судьба решила отдалить меня от Мии, которая молилась, чтобы меня не взяли. Что же, первый шаг уже сделан, некуда бежать. *** Утро понедельника. Я не рыдала в зеркало. Не делала вдох "как в кино". Просто вытерла остатки ночного крема с лица, заплела волосы в тугую косу и натянула худи. На улице было тепло. Слишком тепло, чтобы быть первым днём нового этапа жизни. Должно быть пасмурно, холодно, драматично. А вместо этого — голубое небо, булочная на углу и два школьника, которые ссорятся из-за карты в “Blue Archive”. — Романтика, чёрт возьми, — пробормотала я и засунула руки в карманы. До здания было двадцать минут пешком. Я не поехала на метро. Хотела дойти. Чтобы успеть передумать. Или убедить себя. Или оба. На углу перед офисом стояла старая кофейня. Я купила американо, обожглась и выругалась шёпотом. Психологически — настроена. Физически — дрожат пальцы. Передо мной — обычное серое здание. Никаких логотипов. Даже вывески нет. Только кодовый замок на боковом входе и табличка: «Посторонним вход воспрещён». Иронично. Я, вроде, не совсем посторонняя. Хотя внутри всё ещё не верю. Ты просто прошла в список, девочка. Не в группу. Не на сцену. В список. Можешь вылететь хоть сегодня. Я достала телефон. Посмотрела на время. 9:42. Три минуты. Если сейчас развернусь — никто не заметит. Если зайду — не смогу выйти, не облажавшись. Выбор очевиден, да? Я нажала кнопку звонка. Через пару секунд дверь открыла худая женщина в очках с бейджиком "Координатор Сон". — Имя? — Ким Сохён. Группа B. Она не посмотрела на меня. Просто кивнула: — Карточка, шкафчик 57. Верхний этаж, зал 3. Ты не опоздала. Пока. «Пока» звучало, как “пока держишься на плаву”. *** Лестница скрипела. В голове било: Не фанатка. Не гость. Не девочка с мечтой. Субъект отбора. Материал. Сырьё. Зал был просторным, но без излишков. Зеркала, коврик, колонки. В углу — стопка воды и аптечка. Жарко. Потно. Давит. У стены уже стояли девочки. Кто-то растягивался. Кто-то репетировал движение плечом. Кто-то просто уставился в точку. Одна — японка, судя по внешности — взглянула на меня, задержала взгляд на секунду и сказала без выражения: — Новенькая? Я кивнула. — В конец. Не мешай. Если упадёшь — не встанет никто. Я встала. Старалась не смотреть в зеркало. Потому что там была не я. Там была девочка, которая пришла в самую опасную игру в своей жизни — и знала это. *** Я встала в конец, как сказали. Зал был душный, но не от температуры — от напряжения. Все знали, зачем пришли. Никто не улыбался. Никто не знакомился. Тут не делают «друзьями навек». Тут либо выживаешь, либо выметаешься. Музыка включилась неожиданно. Резкий бит. Быстрый темп. Ни одного объяснения. Просто — «вот хореография. Повторяй». Тренер был мужчиной. Высокий, в чёрной бейсболке, с татуировкой на шее. Он не говорил. Он смотрел. И этого было достаточно. Я старалась не дышать громко. Не выделяться. Просто сливаться в фон. Танец был знакомый — они скидывали фрагмент ещё на кастинге. Но одно дело — повторять дома в носках, другое — двигаться на паркете, когда перед тобой зеркало, за спиной чужие глаза, а тренер смотрит сквозь тебя, как сквозь туман. На втором повторе я сбилась. Секунда — и всё. Левое колено пошло не туда. Синхрон нарушен. Не упала. Не остановилась. Но все заметили. И это было даже хуже. Я краем глаза увидела, как Вэй — та самая японка — слегка скривила губы. Не издевательски. Просто — констатация факта. Ты не дотягиваешь. Музыка закончилась. Зал затих. Тренер подошёл к центру. Ни слова. Просто ткнул пальцем в воздух — прямо в мою сторону. — Вторая слева. — Голос низкий, как шаги босса в хорроре. — Выходи на середину. Соло. Что?.. Соло? Я вышла. Пульс в ушах перекрывал всё. Ноги ватные. Бит включили заново. Танец пошёл. Я повторяла. Через три движения он остановил музыку. — Плохо. Коротко. Сухо. Без крика. Именно так говорят, когда даже не злятся — просто не верят в твоё существование. — Встань назад. И всё. Больше он на меня не смотрел. *** Я стояла до конца тренировки с пустым взглядом. Не потому что обиделась. Потому что внутри включилась та самая программа: "хочешь выжить — не чувствуй. Хочешь остаться — не бойся быть грязью, пока не станешь алмазом." После тренировки все разошлись. Молча. Только одна девочка — незнакомая, с короткими тёмными волосами — бросила: — Он в первый день почти никого не вызывал. Значит, что-то в тебе есть. Я подняла взгляд. Она уже отвернулась. Что-то во мне есть. Может, это и правда так. А может — это просто запах крови. Обратно я шла пешком. Хоть здание и было всего в паре кварталов от квартиры, каждый шаг давался тяжело — как будто за день я отбегала марафон. Подошла к двери. Отперла. Вошла. Тишина. Общага на троих — не лучшее место для восстановления душевного равновесия. Моя койка — крайняя у окна. Та самая, с тонким матрасом и потрескавшимся покрывалом. Я села на край, скинула кроссовки и просто… посидела. Не рыдала. Не злилась. Просто пустая. Я конечно не думала, что это легко, но.. черт возьми, как же тут хуево всем приходится. Может дальше будет лучше ? Хотя бы чуть чуть. В ванной за стенкой кто-то плакал. Сначала — тихо. Потом всхлипы стали громче. Звук воды включили, чтобы заглушить — не помогло. Я не знала, кто это. Может, девочка с другой группы. Может, та, что сегодня стояла в центре и тоже сбилась. Может, та, что выглядела идеальной и вообще не ошиблась — и именно поэтому сломалась. Я легла. Закрыла глаза. Слёзы так и не пошли. Не потому что не больно. А потому что в этой игре **плакать — роскошь.** А я себе её пока позволить не могу.