Vendetta

      Женя стоит, изучая шкаф и одежду в нем. Ей хочется сегодня выглядеть так, как она давно себя не чувствовала. Желанной. И женственной. Такой, ради которой можно совершать подвиги и... умирать.       На какое-то время ей даже становится жаль Нама. Он хороший, добрый, отзывчивый. Такой, какой может спасти любую.       Но не Женю.       Ей кажется, что уже никто не может ее спасти. Женя знает, что эмоции делают людей слабыми. Они дают власть тому, к кому ты что-то чувствуешь.       Женя больше не хочет чувствовать. В какой-то момент она ловит себя на мысли, что разучилась плакать. Словно лимит боли себя исчерпал.       — Никто и никогда не должен видеть, как ты плачешь — теплые пальцы проводят по щекам.— Запомни, Женя. Лучше, чтобы они все тебя ненавидели, чем жалели.       — Но человек не может постоянно быть сильным.       — Если ты хочешь достигнуть вершины, тебе придется.       — Не плакать?       — Для начала научиться делать вид, что тебе плевать.       Жене кажется, что даже захоти она сейчас заплакать, то не сможет. Словно и в этом Этери была права. А Женя ненавидит, когда та права, потому что иначе придется признаться самой себе: ее тренер не чудовище, а человек.        Ненавидеть человека сложнее.       — Она всех использует, — повторяет вслух Женя. — Для нее мы — всего лишь инструменты для достижения цели и медалей. И ей плевать, кто из нас принесет победу, а кто сломается, прыгая через свой предел. Ей на самом деле плевать.       На какое-то время внутри становится проще. Так думать легче и спокойнее, лучше относиться к себе как к продукту, который заменили, чем к человеку, потерявшему часть самого себя и свое сердце.       Женя злится на себя за эмоции, а потом надевает обтягивающий нежно-розовый гольф и короткую кожаную юбку. Сегодня ей хочется казаться женственной, а не спортивной. Может быть, она даже позволит Наму взять себя за руку. Ненадолго. Ровно на столько, чтобы прикосновение кожи к коже заставило сердце если не согреться, то хотя бы постучать немного быстрее.       Женя выуживает из пакета, привезённого из Канады, часы, которые она когда-то дарила Этери, проводит пальцами по гравировке.       " Рядом с тобой мое время абсолютно"       Женя читает надпись несколько раз, понимая, что на самом деле абсолюта не существует. Два года назад она ещё верила в то, что говорила. Сейчас же предельно ясно — все в жизни относительно. Даже та, которую ты когда-то считал совершенной любовью, превращается в совершенное зло.       Женя уверенно поправляет часы на запястье и делает глубокий вдох, читая два новых сообщения.       "Спасибо. Я рада, что ты мной гордишься. Это было сложно, но я смогла. Ты тоже себя береги"       Женя, почти не глядя, печатает:       "Я берегу. Хорошо питаюсь и занимаюсь в зале. Ты тоже не забывай о еде. Поверь, прыгать за счёт малого веса — это неправильно. Но ты и так все знаешь. Буду за тебя болеть"       Потом Женя немного задумывается и ставит в конце подмигивающий смайлик.       Словно это все несерьёзно, хотя на самом деле оно слишком важно. Даже если ей и не хочется впутывать в игру других людей, тем более девочек, но иначе уже невозможно. Они — это слабость Этери. Те, в кого она теперь вкладывает всю себя и свои надежды. Даже если она сама не понимает глубину привязанности, они имеют ценность в этой игре. Ставки сейчас слишком высоки, а отступать Женя не умеет.       — Ты мой герой, — Аня прячется на груди у Этери, а Женя швыряет пульт в стену.       Пальцы открывают следующее сообщение и фото к нему.       "Смотри какая Тина уже взрослая. Она по тебе скучала. И я рада, что ты не обижаешься и не считаешь своим врагом"       На фото наивная улыбка и свет. Жене даже кажется, что она видит в отражении этих глаз прошлую себя. И это вызывает злость.       "Конечно, ты не мой враг. Иногда те, кто находятся рядом, больше способны тебя уничтожить. Главное, вовремя заметить и не иметь надежды. Но ты — особенная. И я буду за тебя болеть"       Привычный смайлик рисуется в конце сообщения. Женя откладывает телефон и надевает куртку.       Нам приносит яркую герберу и неловко целует в щеку.       — Ты такая красивая, что все прохожие сразу влюбятся.       Женя ставит цветок в вазу и завязывает кроссовки.       — Не говори глупостей, — пожимает плечами. — Любви с первого взгляда не существует.       Нам смущается, а Женя аккуратно берет его за руку и выводит из квартиры.       Пульс под ее пальцами похож на трепет флага на ветру.       Женя закусывает губы и отпускает руку. Ей так хочется иногда снова почувствовать такой стук внутри слева.       Но это невозможно.       — А просто любовь существует? — голос проникает внутрь, а Женя со злостью понимает, что этот вопрос выдергивает из памяти слишком многое.       Другой голос, хриплый и насмешливый, другой взгляд, который заставляет дрожать, совсем другие пальцы — длинные, как у виртуозной пианистки, способные разжечь огонь внутри.       Вот только обладательница этих пальцев так далеко, что оказаться рядом невозможно. И дело даже не в расстоянии, а в высоких стенах из несказанного "прости" и выплеснутого "ненавижу". — Да пошла ты к черту, Этери, со своей Загитовой! Равными шансами и всем этим говном! Иди к черту!       — Жень, успокойся, возьми себя в руки и посмотри со стороны.       — У меня было предостаточно времени, чтобы подумать, пока я лечилась в Германии, а ты даже не находила времени позвонить. Тогда, когда была мне нужна...       Этери молчит, ждет, когда ярость иссякнет, чтобы сказать о самом главном, но Женя не хочет слушать.       — Теперь я не подхожу тебе, да? Ведь тебе нужно самое лучшее, а это Алина. Твоя первая олимпийская чемпионка!       — Прекрати.       — В постели она тоже лучше меня?       Слова застревают в горле. Щека горит. Этери смотрит на свою ладонь с удивлением, понимая, что сделала это рефлекторно.       Женя ехидно улыбается, глаза блестят, но истерика прекращается тут же, словно ее выключает эта внезапная пощечина.       Они стоят молча друг напротив друга, пытаясь понять, что следует сказать, но извинения шипами раздирают гортань.       И ни одна их не произносит.       — Дженни? Все хорошо?       Нам выдергивает ее из воспоминаний теплым прикосновением.       — Нет, — Женя отвечает четко и честно.       — Тебе что-то болит?       — Нет, — качает головой. — Это ответ на твой вопрос. Даже просто любовь не существует.