Об этом птички напели

Марина стояла возле наряженной новогодней ёлки в арендованном для корпоратива коттедже. В одной руке Марина держала зажжённый бенгальский огонь, в другой ― бокал шампанского. Сегодня она надела новое платье с соблазнительно открытой спиной, уложила в салоне волосы и для дополнения образа набросила на плечи пушистую мишуру. Все эти атрибуты должны были создать новогоднее настроение, но Марина его что-то не ощущала. Понимая, что надо веселиться, Марина состроила праздничную, как она надеялась, гримасу и помахала бенгальским огнём, рассыпавшим во все стороны снопы крохотных искр. Веселее не стало. Даже когда Марина залпом выпила шампанское, а пузырьки газа ударили в голову и легонько защекотали в носу, она всё равно чувствовала что-то не то. «Все веселятся, ― подумала Марина, облокачиваясь о периллу застеклённого балкона и глядя на расчищенную снежную площадку внизу. ― Сейчас прибегут спрашивать: «Почему ты не танцуешь, Маринка?»… Маринка. Всегда и для всех только Маринка. Жизнерадостная красотка, которая всё ждёт своего принца на белом коне. Желательно, с собственным королевством, полной казной золота и железными мускулами. Бенгальский огонь догорел, бокал опустел, и стало совсем не по-праздничному. Год выдался тяжёлым, в последнее время только-только становилась легче, но Марина до сих пор не могла остановиться и оглядеться вокруг. А когда всё-таки смогла, почувствовала себя странно одинокой. Раньше они с Юлькой могли выбираться в клубы, устраивать домашние посиделки с вином, а теперь всё стало по-другому. Нет, Марина не ревновала подругу, наконец нашедшей своё счастье, просто временами накатывала тоска и желание быть… такой же? Радостной? Счастливой? Влюблённой? Марина давно не влюблялась. Вернее, делала она это постоянно, но ни один самый пылкий и богатый поклонник не задерживался надолго в её сердце. Создав амплуа боевитой целеустремлённой девушки, которая пойдёт замуж только за генерала, Марина словно загнала себя в угол. Ничего серьёзного на личном фронте не происходило, а размениваться на случайные отношения на один-два вечера не хотелось. Потому что Марина на самом деле ждала того самого ― единственного и неповторимого. Ждала весьма активно, но кто сказал, что молодая и красивая принцесса должна дожидаться принца в башне? Там-то они её точно не найдут. На работе, в клубах, барах и деловых встречах принцев тоже водилось не так много. Марина работала юристом в крупной строительной фирме, согласовывала и составляла контракты для начальницы, поэтому по долгу службы часто бывала на светских мероприятиях, где собирались не самые слабые, а то и сильные мира сего. На принцев Марине не везло, зато губернатор Павел Дорохов производил впечатление властителя подземного царства Аида. Марина виделась с Дороховым пару раз, когда переписывались и аннулировались контракты на строительство Тайгинского водохранилища ― крайне шумного дела. Но иметь на него какие-то виды, даже думать об этом было жутковато: Марине не хотелось к мёртвым, а иногда казалось, что тени, сгущавшиеся на заднем фоне фотоснимков, следуют за Дороховым и наяву. Выбросив недосягаемого и богоподобного губернатора из головы, Марина огляделась в поисках шампанского. Не то чтобы она хотела напиться допьяна, но одного бокала явно было маловато для такого дружного вечера. Да и бенгальский огонь прогорел, напоминая о себе сморщенной загнувшейся серой на металлическом подносе для пепельниц. «Помоги Маринке найти алкоголь!» ― С этой мыслью Марина отправилась по огромной застеклённой веранде, окружавшей второй этаж. Внизу приглушённо лаяли собаки: в коттеджном посёлке базировались каюры ― спортсмены, катавшиеся на собачьих упряжках. Лайки, хаски, маламуты ― Марина сделала под сотню селфи с голубоглазыми и янтарноглазыми красавцами-псами, которые хотели воли, бегать и играть. Прокатиться в нарте, она не рискнула, и немного об этом жалела. Раздумывая о том, хватит ли у неё смелости на эту авантюру завтра, Марина, наконец, обнаружила полный холодильник шампанского. У коллег была какая-то развлекательная программа, но Марина пока была не в том настроении, чтобы танцевать. Напевая, она вернулась к себе на этаж и налила шампанское в бокал. Уже хотела выпить, и вдруг вспомнила, что забыла бенгальские огни! ― Чёрт! ― хлопнула себя по лбу Марина и резко развернулась с полным бокалом в руке. Делать этого прямо сейчас не следовало: нога в изящной туфельке на шпильке подогнулась, Марина покачнулась, и всё шампанское вылилось на белоснежную рубашку молодого мужчины, непостижимым образом оказавшимся сзади. ― Ой! ― Марина удержала равновесие только благодаря тому, что незнакомец успел подхватить её. Двигался он с какой-то сверхъестественной скоростью и подошёл тихо, словно волк. ― Извините. ― Намётанным глазом она разглядела, что рубашка мужчины была испорчена. ― Главное, чтобы ваши ноги были целы, ― отозвался незнакомец. ― А рубашку можно сдать в химчистку. Не подвернули лодыжку? ― Вроде нет. ― Нога ныла и казалась горячей, стоять было не больно, но Марина всё же присела на оттоманку. Незнакомец расположился на софе и, казалось, совершенно не обращал внимания на нанесённый его внешнему виду урон. Пользуясь образовавшейся паузой, Марина разглядывала мужчину. Высокий, спортивного вида, ему на вид было чуть больше тридцати. Его курчавые волосы были нещадно выбелены и падали жёсткими завитками на лоб, а голубые, чуть раскосые глаза притягивали, словно магнитом, к себе взгляд. ― Налить вам ещё шампанского? ― Вопрос незнакомца поставил Марину в ступор. Он не злился, не старался к ней подкатить, а просто предложил выпить. ― Раз уж эту порцию вы разлили по моей вине. ― Так ведь я на вас налетела, ― улыбнулась Марина. Вдруг захотелось поправить причёску и сесть красиво, что Марина тут же и сделала, не сводя глаз с незнакомца. ― Мне не стоило подкрадываться, как волку, ― усмехнулся он и наполнил бокалы. ― За знакомство! Я ― Лев, а вы?.. ― Марина. Стенки бокалов с тихим звоном соприкоснулись, и Марина со Львом выпили. А потом выпили ещё и ещё, и Марина с удивлением обнаружила, что делится со Львом впечатлениями от хасок, а он убеждает её завтра прокатиться на нарте с четвёркой собак. И обещал проинструктировать её во всех подробностях, как держаться во время поездки и приучать к себе собак. Марина слушала, смеялась, пила, а потом Лев сходил за бенгальскими огнями. И на этот раз Марине было весело поджигать их, смотреть на брызги искр и загадывать желания, представляя, что это ― падающие звёзды. Кажется, она сама повела Льва в одну из спален, но, скорее всего, они просто об этом договорились. С этим странным, резковатым в движениях, оглядывающимся на луну человеком было необычно и до чёртиков интересно. Лев говорил про лес и собак, далёкий Север и кислые ягоды, запах прелого мха и волчьи стаи. Марина не знала его фамилии, да и кем вообще был Лев, не представляла, но вечер с ним, плавно перетекший в ночь, запомнила навсегда. И хотела бы повторить не раз. Наутро голова была лёгкой, а тело сладко ныло. Лев полностью оправдал своё имя, был внимателен и нежен с ней. А ещё не хотел отпускать от себя до самой зари. А днём они катались на нартах, и Маринка даже почти не вскрикивала от страха, когда радостных хасок заносило на поворотах. Она была счастлива. Впервые за этот год по-настоящему счастлива. А ещё лучше стало, когда они со Львом обменялись телефонами и аккаунтами в соц-сетях, да ещё и назначили друг другу свидание. Маринке было всё равно, кем был Лев. Для неё он был принцем. Потом-то она узнала, что этот загадочный парень ― сын губернатора и молодой владелец Зейгеровской компании, курировавшей весь ездовой спорт по эту сторону Урала, но была рада, что узнала Льва просто как Льва. Того, кто зажёг в её сердце настоящий, несгораемый бенгальский огонь.