Упавшая голубая звезда

      Была уже глубокая ночь. Не было ни звезд, ни луны. Эльза молча шла за солдатом. Она старалась не отставать от своего компаньона. Поскольку, по словам лейтенанта, каньон был достаточно опасным местом, то они двигались куда быстрее, чем до этого. Принцессе теперь было гораздо тяжелее. На ней был надет серый тяжелый бронежилет, а на голове красовалась белая боевая каска, скрывающая платиновую шевелюру. Изящные голубые полусапожки, в которых принцесса пришла, были заменены на армейские ботинки. Несмотря на то, что они были тяжелее, в них было гораздо удобнее передвигаться по бездорожью, и ноги в них почти не болели. Все это богатство лейтенант нашел в одном из грузовиков и приказал надеть девушке, сказав, что это защитит её от пуль и осколков.       Эльза шла на автомате, иногда посматривая по сторонам. Её задачей было заметать следы, которые путники оставляли на неглубоком снегу. Старенький прибор ночного видения, снятый с тела одного из повстанцев, теперь был надет на глаза принцессы и обеспечивал какую-никакую, но видимость в полной темноте.       Щупая достаточно эластичный материал бронежилета, который спокойно мог останавливать пули, и рассматривая окрестности в зеленом цвете, Эльза не переставала удивляться тому, насколько же удивительной техникой обладали эти люди из будущего. Даже её магия уже казалась ей не такой необычной и удивительной вещью. Но больше всего, принцесса думала о другом.       Она всё размышляла о том, что произошло в деревне. Вспоминала, как солдат сначала отказывался помогать тем людям, но затем всё же сделал это.       Принцесса не знала точно, почему лейтенант вообще решился изменить свои планы. Волнение хорошо читалось на его “холодном” лице. Однако Эльза была уверена в одном: что-то в этом человеке изменилось тогда. Всегда спокойный лейтенант выглядел каким-то потерянным, словно странник на распутье. Особенно ей бросилось в глаза то, как он закрыл глаза и начал считать до десяти. Принцесса вспомнила, как подобному её учил отец, король Агнарр, когда был еще жив. «Запомни Эльза, в моментах страха и тревоги, когда не знаешь какое решение принять, то сделай одну простую вещь - закрой глаза и медленно сосчитай до пяти. Сконцентрируйся на своем дыхании, отпусти всё волнение. Это поможет тебе принять верное решение.» Эльза была уверена, что лейтенант тогда не знал, какой выбор сделать.       Каньон, по которому они шли, был совсем нешироким, всего около десяти метров. По бокам высились мощные и высокие скальные образования, на которые мог бы забраться только высококлассный скалолаз. Многочисленные трещины, покрывавшие скалы, создавали впечатление, что вся эта гигантская масса может в любой момент обрушиться и похоронить незадачливых путников. Дорога петляла между тысячетонными каменными глыбами. Они, словно тиски, сдавливали принцессу. Каньон создавал очень тягостное впечатление. Хоть Эльза и не страдала клаустрофобией, тем не менее ей было дико некомфортно находится в этом узком горном проходе. Единственное, что ей сейчас хотелось, так это закрыть лицо руками и бежать как можно дальше от этого страшного места. Но блондинка лишь продолжала упорно идти вслед за лейтенантом, попутно маскируя следы.       Через полчаса тяжелого похода, каньон наконец закончился, и принцесса наконец вздохнула с огромным облегчением. Перед глазами путников возникла огромная долина, полностью покрытая лесом. Из-за ограниченного обзора ПНВ, не было видно всего великолепия вида. Необходимо было двигаться дальше, но Эльза, не выдержав, присела на ближайший камень. - Нельзя сейчас останавливаться, принцесса, здесь слишком опасно. – Повернувшись к блондинке, сказал солдат. - Пожалуйста, дайте мне пять минут. – Устало произнесла Эльза. – Только пять минут, и пойдем дальше.       Верхняя половина лица лейтенанта была скрыта прибором ночного видения, но гораздо более компактным, чем был у нее, и она не видела эмоций своего компаньона. Хотя, наверняка, его лицо оставалось все таким же непроницаемым, каким и было всегда. Солдат лишь коротко кивнул.       Пока Эльза отходила от тяжелого перехода, лейтенант быстро осмотрел окрестности, ища удобное место для спуска. Дорога в ущелье, по которому они шли, имела небольшой положительный уклон, поэтому путники оказались метрах в пятидесяти над долиной. Этим переходом пользовались многие люди, благодаря этому быстро нашелся удобный протоптанный путь вниз. Далее спуск переходил в широкую дорогу, которая, через лес, уходила на восток. Но она им даже не понадобится, поскольку путь лейтенанта лежал чисто на север.       Через десять минут Леонид с Эльзой уже спускались с горного массива. Вступив в долину, они свернули с дороги и углубились в лес.       Лейтенант хотел отойти от этого опасного каньона, как можно дальше. То, что в этот раз там не попалось никаких врагов, было чистой удачей. Рассчитывать только на неё было не в привычках диверсанта, поэтому они продолжали свой путь в полной темноте.       Когда лейтенант с принцессой прошли еще километров пять, в листве деревьев показалась какая-то низкая постройка. Приказав Эльзе оставаться на месте, лейтенант осторожно двинулся к ней. Это была маленькая квадратная одноэтажная избушка. Довольно старая, но, похоже, еще достаточно крепкая. Построенная из бревен, она, по-видимому, стояла здесь уже не первое десятилетие. Притаившись за деревом и достав направленный микрофон, диверсант произвел быструю акустическую разведку, “прозвонив” окошко, которое было направлено прямо на него. В избушке стояла гробовая тишина. Видимо, домик был или временно оставлен хозяевами, или окончательно заброшен. Лейтенант осторожно подошел к прямоугольному окошку и заглянул внутрь. В единственной небольшой, всего около пяти квадратов, комнате стояла абсолютная темнота. Даже современный прибор ночного ведения, который использовал Леонид, не справлялся со своей задачей. Однако, подсветив все инфракрасным фонариком, встроенным в ПНВ, как раз для таких случаев, лейтенант увидел все, что было в хижине. В правом дальнем углу стоял шкаф. Рядом с ним была небольшая кровать. В ближнем углу стояло кресло-качалка возле небольшого стола. Слева, в соседней стене, виднелась тяжелая деревянная дверь. Закончив быстрый осмотр, лейтенант осторожно обошел хижину и подошел ко входу.       Дверь была закрыта на небольшой навесной замок. Осмотрев его, и не найдя никаких взрывных устройств, лейтенант достал две универсальные отмычки из маленького пенала. Через несколько секунд замок тихонько щелкнул. Немного приоткрыв дверь, Леонид просунул тонкий провод сканирующего прибора, проверяя наличие электронных взрывных устройств. Оставшись довольным результатом, лейтенант рукой осторожно проверил наличие проволоки или нити, указывающие на присутствие обычной растяжки. Убедившись, что все чисто, он осторожно вошел в дом и огляделся. Это был самый обычный охотничий домик. Без каких-либо особых удобств. Но того, что там есть, хватало с избытком.       Еще раз убедившись, что в домике нет никаких неприятных подарочков, оставленных добродушными хозяевами, Леонид вышел на улицу и махнул рукой принцессе, которая внимательно следила за лейтенантом, лежа на пушистом снегу.       Зайдя в домик, блондинка первым делом скинула тяжелый бронежилет, каску и ПНВ и, подойдя к кровати, задумалась. - Я надеюсь, что хозяева не будут против, если я воспользуюсь их кроватью? – Подняв уставший взгляд на Леонида, спросила Эльза. - Не беспокойтесь принцесса, я оставлю им деньги в качестве моральной компенсации. – Улыбнулся лейтенант, хотя, в почти полной темноте, его совсем не было видно.       Эльза с превеликим удовольствием упала на мягкую кровать. Только сейчас она осознала, насколько ей не хватало такой маленькой радости, как обычная перина.       Лейтенант, тем временем вышел из домика и обошел его. Избушка была квадратной, и имела всего два окна, которые располагались на смежных стенах. Датчиков движения у лейтенанта было не особо много, и он мог покрыть ими лишь половину площади окружности вокруг избушки. Поэтому, обойдя домик, Леонид внимательно осмотрелся и установил маленькие датчики на деревьях. Таким образом он прикрыл подходы к их временному убежищу с наиболее опасной стороны. Остальное пространство он сможет просматривать из окон домика. Оставшись довольным результатом, Леонид замер, прислушиваясь к ночным звукам. Стояла абсолютная тишина.       Тихонько зайдя обратно в избушку, разведчик пододвинул кресло-качалку таким образом, чтобы он мог контролировать всю оставшуюся часть леса из окон.       Луна, тем временем, показалась из-за низких туч и начала немного освещать окрестности, что играло только на руку лейтенанту.       Усевшись и положив автомат на колени, Леонид начал размышлять о положении, в котором он с принцессой оказался, не забывая внимательно следить за подступами к домику. То, что штаб узнает всю правду, не было ни малейших сомнений. Единственное, что сейчас мог сделать Леонид, так это доставить им Эльзу живой и невредимой. «Учитывая, что у меня безупречная репутация, они ничего особо страшного не сделают. Так, потаскают по допросам, да в отставку отправят. Что ж, похоже скоро надо будет осваиваться на гражданке.» С улыбкой думал про себя лейтенант. То, что командование не отправит его под трибунал, он был абсолютно уверен. Некоторые его коллеги допускали и более страшные ошибки, и ничего кроме отставки они не получили. - Скажите, а как вас зовут, лейтенант? – От неожиданного вопроса Эльзы, громом прозвучавшего в тишине, диверсант даже вздрогнул, хотя его нервная система работала как швейцарские часы. - Я думал вы уже спите. - Тело очень устало, прямо двинуться не могу, но совершенно не могу уснуть. – Эльза говорила почти шепотом, однако в окружающей тишине, её слова были хорошо различимы. – Так вы скажете?       Леонид призадумался. Столько лет его учили: никому ничего о себе не рассказывать, ни при каких условиях. Любым способом скрывать информацию. Однако ситуация уже поменялась. Лейтенант без пяти минут был ветераном. «Еще одно маленькое нарушение устава, ни на что уже не повлияет.» подумал он, посмотрев в темноту, откуда раздавался голос Эльзы. - Меня зовут Леонид. – А затем, подумав, добавил. – Можно просто Лёня. - Леонид. – Медленно, повторила принцесса. – Красивое имя. Необычное, по крайней мере для меня. Нет, не надо его сокращать, оно в полном варианте звучит гораздо красивее и благороднее чем просто “Лёня”.       Диверсант лишь тихо усмехнулся. Еще никто не считал его самое обычное имя каким-то красивым или благородным.       Взгляд его скользнул по стене избушки. Над окошком висела обычная шестиструнная гитара. Как он давно не играл! Осторожно взяв инструмент в руки, Леонид осторожно провел по струнам. Как он и предполагал, гитара была полностью расстроена. Подобрав на слух первую струну, он быстро настроил и все остальные. Леонид не боялся, что их обнаружат. Нейлоновые струны звучали мягко и тихо. А услышать тихий гитарный перебор на таком расстоянии, чтобы их не обнаружил зоркий глаз диверсанта, возможно было только в случае, если у противника имелся точно такой-же направленный микрофон, как и у Леонида. У повстанцев не могло быть таких специфичных “игрушек”. В этом лейтенант был абсолютно уверен.       Настроив гитару, он обратился к Эльзе: «Раз уж вы не спите, не хотите ли послушать одну песню?» - С радостью. – Последовал ответ из темноты.       Пальцы лейтенанта начали перебирать струны, и домик наполнился тихой печальной музыкой.